Весна этого мира

По своей изначальной сути являясь ангелом, даже обладая крыльями чернее ночи, сразу после падения, Кроули приобрел новый облик. И хотя необязательный теперь придаток в виде абсолютно ненужных ему пучков перьев и всего, что в ним прилагалось, никуда не делся, в новом облике нашелся свой изъян. Впрочем, как справедливо рассуждал Кроули в течение всего земного существования, ангелу было куда хуже. На Небесах этой проблемы не существовало вовсе. Сам факт того, что это было хоть как-то нужно, был абсурден. Но Земля, крайне несовершенный и фантастически грязный мир, поставил жирную точку для обоих. А грязи хватило бы на пару Адов и еще бы осталось место для четырех Чистилищ, как брезгливо подумал Кроули, с неодобрением глядя по сторонам. Довольно терпимый к любому виду мерзости в принципе, Кроули был чистоплюем в отношении себя любимого. И хотя зараза к заразе не прилипала, грязь к демонам липла быстрее, чем ее удавалось отчистить. - На сегодня, - коротко обрисовал он, едва переступив порог пыльного книжного магазинчика. - Нет, - в миллионный раз ответил Азирафель, с молчаливым укором взглянув на замазанные свежей весенней грязью сапоги Кроули. - Когда ты уже прекратишь ломаться, как вавилонская блудница перед оргией? – поморщился Кроули, одним взглядом придав своей обуви пристойный вид. - Нет, - повторил ангел. – Уйди, - потребовал он. Кроули вынужденно ретировался и от досады щелчком пальцев сломал все уличные светофоры, вынудив водителей и пешеходов разразиться потоками брани друг на друга, на отвратительную вечно сырую лондонскую погоду и Небеса. Такое противостояние должно было хоть когда-то кончиться, думал Кроули, направляясь в свой любимый ресторан, даже не думая почистить обувь. В конце концов, он о многом не думал и не собирался даже пробовать. О добре в человеческих душах, например, об утках, о радуге, о лепреконах и горшочках с золотом, о феях, пони и неких привлекательных ангелах, которым давно хотелось задать головомойку. В принципе, ангел с этим справлялся и сам, но Кроули не терпелось запустить пальцы в перья друга хотя бы из вредности и немного – от ностальгии. Воду, дождь и даже снег Кроули не любил. В райских садах осадков не было. Двое совершенно голых людей бегали по теплой травке, наслаждаясь тепличными условиями, но когда их изгнали, первым делом едва прикрытые листьями люди попали под ливень. И не то, чтоб Кроули был против, вот только его крылья тут же промокли, а мокрым он походил на щипаную ворону с рыжей макушкой – совершенно безбожное сочетание, лишенное всякой эстетики. Но Азирафель находил любое проявление погодных условий даром Божьим, будь то потоп или ледниковый период, засуха или муссоны. И, что злило Кроули, ангел даже мокрым выглядел очень мило. Впрочем, земное существование принесло немало хлопот даже ангелу. Весь год он мог делать с собой буквально что угодно, но по весне был обязан во вполне буквальном смысле почистить перышки, а поскольку его истинный облик был слишком большим и на всей планете не нашлось бы столько святой воды для его крыльев, Азирафель подумал о вполне логичном решении – мыться в своем человеческом облике. Для этого нужен был небольшой бассейн, качественное мыло или шампунь и сушилка, поскольку весной было немного прохладно сушить перья на ветру. Ангел, конечно, не боялся простыть, но встрепанные ветром перья придали бы ангелу встрепанный неряшливый вид, в то время как сам ангел питал слабость к пусть и старомодной классике, но все же эстетике и аккуратности хотя бы даже в отношении собственных крыльев. Кроули, как считал Азирафель, мог бы навести чистоту буквально где угодно, хоть в кратере вулкана. Ни его перьям, ни его облику ничего бы не было, хотя ангел помнил те далекие времена, когда и Кроули пусть и с неудовольствием, но принимал ванны, тщательно отмокая от годовой пыли и грязи. В Древние времена, когда еще не было ни фабрик, ни машин, Кроули умудрялся пачкаться в любой луже. В Средние века количество лошадей на улицах существенно выросло, увеличилось и количество повозок, а поскольку Кроули надлежало ездить исключительно верхом, при всей его неловкости и нелюбви к животным, из седла он вылетал чаще, чем раньше падал в лужи. Теперь же, в современном мире, где были машины и почти не было лошадей, Кроули страдал почти так же, как в Древние века – от количества луж, грязи, людей, машин, выхлопов и прочего, что давал век прогресса всего на свете. Может, Загрязнение и был бы счастлив, но Кроули, будучи уже демоном, а не ангелом, вынужденно радовался хаосу и нервотрепке людей, но сам страдал от того, что банально не мог себе позволить почиститься как следует более раза в год хотя бы потому, что с ним все было куда сложнее, чем с ангелом. Весна в этом году была ранняя, так что традиционно Кроули начал предвкушать чистку за две недели до дня икс. - Прекрати ломаться, - попытался он уже в многомиллионный раз, сидя в старом кресле и закинув ноги на кофейный столик. - Нет, - ответил Азирафель, глядя только в какую-то старую книжку, но явно ее не читая. - Но почему? – не выдержал Кроули, удивившись самому себе в том, какого дьявола он не задал этот вопрос раньше. Ангел отложил книгу и удостоил его взглядом. - Потому что ты демон. Кроули тяжко вздохнул. Если дело было только в этом… - И что с того? Чего я там у тебя не видел, что есть у меня самого? - Нет! – возмущенно и чуть громче обычного воскликнул Азирафель. – Вспомни хотя бы римские термы. Термы Кроули помнил, как вчера. В термах было тепло, влажно, безлюдно и почти комфортно. Даже при всей нелюбви Кроули к сырости, термы были хороши уже тем, что в них были только двое. То есть, формально один, потому что второй попросту завалился помочь чем-нибудь по доброте душевной. - Нет! И убирайся! – закричал ангел, стоя по пояс в мутной пенной воде небольшого бассейна, крепко сжимая в правой руке щетку на длинной ножке, а во второй – плошку с жидким мылом. - О-о-о, да брось! – протянул Кроули, спрыгнув в бассейн и протянув руку за щеткой. – Я хочу помочь. - Мне не нужна твоя помощь, - заявил ангел, отступая к бортику. – Убирайся или я превращу воду в святую. Кроули отодвинулся от него и забрался на бортик, ничуть не смущаясь своего человеческого облика в насквозь мокрой короткой тоге, прилипшей к телу, и намокших кончиков черных крыльев, повисших сосульками. - Однажды я все-таки доберусь до тебя, - пообещал он, щелкнув пальцами и погасив топку во всех термах Рима одновременно. Азирафель невозмутимо вернул все, как было, и поджал губы. Дальше было еще страннее и веселее. Ангел выбирал большие водоемы, мелкие озера, самодельные бассейны и один раз даже какой-то фонтан, а Кроули пытался оказать ему помощь. И, наконец, уже даже вместе пережив почти Армагеддон, оба никак не могли сойтись в одном решении и довериться друг другу. - Я забронировал спа-салон на весь день, - начал Кроули. - Нет, - ответил Азирафель. - И распорядился найти самое нежное мыло. - Нет, Кроули. Нет и нет. - И противоблошиный шампунь. - Нет. Что? Что еще за шутки? Кроули улыбнулся. Ну, хоть как-то ангел начал оттаивать. Одно дело, конечно, спасать мир, пить вместе, но купание – это да, процесс интимный, требующий куда больше доверия, чем даже при спасении мира и друг друга от двух армий и одного Антихриста. - Ла-а-адно, - протянул Кроули. – Вот тебе сертификат, он не именной, а на предъявителя, - он бросил красиво оформленный кусок бумаги на столик и убрал ноги. – Ты любишь, чтобы все было душисто, комфортно, вот и развлекайся, а я и дома справлюсь. Азирафель ощутил укол вины. Кроули хоть и был другом, но по факту он был больше врагом, причем не именно Азирафеля, а всего рода человеческого. Кроули был демоном, змеем-искусителем, падшим… Хотя спасать мир с ним бок об бок было куда приятнее, чем предвкушать любое купание по весне. - Но ты же… - осторожно начал он. – Разве ты не сбрасываешь кожу? Кроули пожал плечами. Кожу он не сбрасывал, несмотря на то что его облик был уже не слишком похож на существо с крыльями. Крылья-то были, никуда они не делись, но пусть и черные, эти крылья плохо сочетались с языком-жалом и желтыми глазами с узкими вертикальными змеиными зрачками. Кроули считал, что либо уж крылья, либо его натура и служение Аду. То и другое было слишком даже для него. - Линяю, как и ты, - ответил он ангелу. – Думаешь, почему я люблю погреться на солнышке и поспать? Натура – вторая привычка. Азирафель виновато улыбнулся. Кроули не перестал быть врагом по сути, но ближе него у ангела никого не было. Кроули, наконец, был единственным, кому было не все равно на человечество и планету, на все кафе, магазинчики, книги и даже растения. Кроули был не плохим, не злым и не врагом. Он был лучшим другом, пусть даже это плохо гармонировало с тем, что Азирафель был ангелом, а Кроули – демоном. А двум друзьям же можно раз в год просто помочь друг другу? - Может, поделим пополам? – предложил Азирафель. - Спа-салон, чтобы ты в одном крыле, я – в другом? – фыркнул Кроули. - Время, - поправил ангел. – Например, я утром, а ты после обеда. Или ты утром, а я вечером. Кроули оглядел ангела снизу вверх, потом обратно, прикинул что-то в уме и расплылся в мерзейшей улыбочке. - Ты меня стесняешься, что ли? Азирафель немедленно отвел глаза и даже чуть порозовел щеками. - Ничего я не стесняюсь! – поспешил он ответить. – Что за нелепость? Я ангел, я в принципе не могу чего-либо стесняться. - Но меня ты стесняешься, - снова подколол Кроули. – Боишься, что буду смеяться над твоим смешным телом, несовершенным животом и тем, что под ним? Ангел недовольно поморщился. Его человеческое тело лично его вполне устраивало. Оно было уютным. Пусть немного полноватым, совсем чуть-чуть, но на вид так для смертных было даже визуально приятнее. Его облик как бы говорил о мягкости натуры его владельца, о незлобном характере, дружелюбии, терпении и терпеливости. В конце концов, его истинный облик был далек от мягкости и плюшевости, как и облик Кроули – от его худощавой человеческой оболочки. Впрочем, Кроули подобрал себе облик как раз под стать своей сущности. Весь длинный, гибкий, быстрый, длинноногий, даже на вид опасный, как аспид. Ну, так каждому и свое. - Идем вместе, - решительно заявил Азирафель. – В десять утра. - Уже предвкушаю, ангел, - улыбнулся Кроули. Ровно в десять утра спа-салон, включавший в себя несколько массажных кабинетов, маникюрный и педикюрный кабинеты, и даже небольшой бассейн для занятий аквааэробикой на десять человек, принял сразу двух посетителей – рыжеволосого худого молодого мужчину и кудрявого блондина чуть постарше и пополнее. - На весь день, дорогуша, - заявил тот, что повыше и помладше, протянув сертификат администратору. – Дополнительных услуг не надо. - Хорошо, сэр, - улыбнулась девушка. – Салон в вашем распоряжении, джентльмены. - По-моему, она приняла нас за пару, - зашептал Азирафель, когда Кроули получил ключик от шкафчиков в раздевалке и бодро направился прямо к бассейну. - Так и есть, - ничуть не смущаясь подтвердил Кроули. – А теперь, мой ангел, раздевайся и прыгай в теплую водичку птичьей купальни, - заявил он, бросив ненужный ключ на скамейку и щелчком пальцев сотворив целую батарею бутылочек, флакончиков, губок, мочалок и даже швабр, одновременно с этим подогрев воду в бассейне и запустив функцию джакузи, которой в бассейне вообще не было. Вторым щелчком Кроули избавил себя от одежды, заодно – и от человеческого облика, что с точки зрения ангела было нечестно. И уже без щелчка Кроули сполз в воду и ушел на глубину, чтобы вынырнуть уже снова в человеческом теле. - Когда ты уже прекратишь рисоваться? – поморщился Азирафель, аккуратно сняв пиджак и так же аккуратно сложив его на скамейку. - Если ты решил устроить мне стриптиз, я не против, - глумливо заметил Кроули. – Но дело твое, конечно. Музыку организовать? Ангел отвернулся, чтобы избавить шею от галстука-бабочки, но вдруг оказался вообще без одежды. Смущаться он и не подумал, но такое наглое и циничное вмешательство в его волю было грубостью даже от демона. - Ну, и зачем? – повернулся он, разведя руками. – Что ты хотел доказать? - Так быстрее, - пожал плечами Кроули. – И долго ты собираешься торчать там? А, стой! – вдруг как будто вспомнил он, щелкнув пальцами и наполнив бассейн желтыми резиновыми уточками одна другой меньше. – Так комфортнее? Азирафель даже не стал морщиться или тяжко вздыхать. Уточки ему понравились. Это было даже мило – сделать такой широкий жест для комфорта ближнего, но Азирафель слишком хорошо знал своего друга, чтобы быть уверенным в его так называемой помощи. Тем не менее, ангел спустился по широким ступенькам вниз и сразу с головой ушел под воду, чтобы проверить, все ли так, как обещал Кроули. Вода была прекрасной, чистой, как только что из святого источника, от нее исходил тонкий запах цветов – Кроули действительно превзошел все ожидания, вот только они оба знали, что все это фикция. - Симпатично, - тихо произнес Кроули, оказавшись за спиной Азирафеля. – Любая смертная сказала бы, что ты сексуален. - Что за глупости? – ангел зябко повел плечами. – Что ты там делаешь? – и попытался развернуться, но был мягко остановлен. Это было даже как-то странно и неправильно – стоять вот так спиной к демону, чувствовать его ладони на своих голых плечах и не иметь ни малейшего представления о том, что он стал бы делать дальше. - Боишься, что укушу? – хотя вот это, а именно то, что губы Кроули оказались рядом с ухом Азирафеля, удивило еще больше. - А должен? – совсем чуть-чуть напрягся последний. - Не дрожи, ангел, - фыркнул Кроули. – Расслабься. В конце концов, это спа-процедуры для избавления тебя от годовой пыли. Азирафель ни на йоту не поверил в благие намерения демона, но все же попытался сделать вид, что расслабился под мягкими массирующими плечи поглаживаниями. Возможно, Кроули таким образом пытался соблазнить его, возможно, задумал нечто еще хуже, но легкий массаж в самом деле расслаблял. Азирафель даже закрыл глаза. - Расправляй, - прошептал Кроули ему на ухо. Азирафель послушно раскрыл крылья и присел, чтобы они достаточно намокли. Смертный, увидь он подобное, лишился бы рассудка. Все-таки, крылатая сущность в обычном бассейне, даже не слишком большом, чтобы вместить крылья в расправленном состоянии – это выглядело внушительно. Азирафель же, как любил говорить Кроули, не парился такими мелочами, позволив Кроули щедро лить на перья какие-то шампуни, кондиционеры и взбивать обильную пену мочалками и губками, образуя на поверхности воды бассейна целую шапку пены. - Чистенький свеженький ангелочек, - глумливо заметил Кроули, промыв оба крыла в рекордные сроки и огладив шею Азирафеля, проведя ладонью по позвоночнику человеческого тела, ниже, к крестцу и… - Люди моют и здесь, - Азирафель даже вздрогнул, почувствовав, как Кроули подобрался слишком близко, буквально вплотную, почти прижавшись к нему своим телом. - Что ты?.. – Азирафель все-таки повернул голову, встретившись глазами с Кроули. Совершенно бесстыжие змеиные глаза нахально щурились. - Как наливное яблочко, - поддразнил его Кроули, показав змеиное жало, облизнув губы в похабном жесте. - Моя очередь, - Азирафель все-таки отодвинулся от него. Крылья Кроули были черными. Когда-то он был ангелом, потом стал демоном, утратил свой облик, обрел другой, более комфортный для себя, но крылья так и остались, как напоминание об утраченном. И промывать эти крылья было наслаждением, понял про себя Азирафель, любовно прочищая чуть ли не каждое черное перо. Кроули молчал, практически застыв на месте, но вдруг издал тихий стон-шипение, когда ладонь ангела, копируя жест самого Кроули, прошлась по его шее и спустилась вниз, замерев на пояснице. - Боишься? – спросил Азирафель, почувствовав страх демона и что-то отдаленно похожее на одно из примитивных человеческих желаний. – Думаешь, что могу превратить простую воду в святую? Кроули ощутимо дрогнул, когда Азирафель, раскрыв свои крылья, обнял его спереди, заключив в своеобразный кокон. - Только если тебе нравится вид ошметков человеческой оболочки, плавающих вокруг, - прошипел Кроули, брезгливо оттянув от себя левое крыло ангела. – Хорошего понемногу. - Постой, - попросил Азирафель, встав лицом к лицу с Кроули, пытаясь понять, что пошло не так и где он умудрился сглупить. Худое тело прямо перед ним в мгновение ока стало длинной змеей и сползло под воду, материализовавшись обратно в человека уже на бортике. - Я знаю, что тебе надо, так что подожди хотя бы пять минут, пока я уйду, - сухо бросил Кроули. - Погоди, я же… - начал Азирафель, протянув к нему руки. - Погреюсь в солярии, - перебил его Кроули, демонстративно не прикрывшись ни клочком одежды, направившись к дверям. - Кроули, да что за… Кроули! – Азирафель уронил руки и наморщил лоб, машинально превратив всю воду в бассейне в святую и погрузившись в нее с головой, после чего очистил бассейн и от воды, и от пены, и от уточек, и вышел, через секунду уже одевшись, но не в привычные одежды человека, а в короткую тогу. Кроули ожидал чего-то подобного. Это в его натуре была страсть к наведению проблем, это он мог поддразнивать или угрожать, но чтобы ангел… и в такой момент, когда до абсолютного доверия оставалось всего ничего… - Что я сделал не так? – услышал он сверху голос Азирафеля, но даже не подумал повернуть голову или пошевелиться. Во-первых, его змеиная натура откровенно наслаждалась пусть и искусственным, но все-таки теплом и ультрафиолетом. Во-вторых, обнаженным, как Кроули был уверен, он смотрелся симпатичнее того же ангела. В-третьих, в чем убеждаться даже не хотелось, его обнаженное тело вызывало в ангеле смешанные чувства. Они, конечно, давно насмотрелись на всех смертных как только что рожденных, так и совершеннолетних по всем законам, включая Божьи, так что нагота того же Адама с его Евой ни ангела, ни тем более, Кроули, смутить в принципе не могла. Но вот нагота конкретно их человеческих оболочек почему-то в эти правила не вписывалась. - Будешь дуться? – уточнил Азирафель. Кроули все же соблаговолил поднять голову, лежа на животе и ничуть не заботясь о защите глаз. - Святая вода, ангел? – переспросил он. – Серьезно? - Ты хотел меня укусить, - напомнил Азирафель. - Всего лишь поддразнил, - Кроули вальяжно перевернулся на спину и заложил руки за голову, глядя на лампы. – Да ничего бы тебе не было. - Тогда зачем нужно было спрашивать подобное? – не понял Азирафель. – В чем был смысл этого поддразнивания? Кроули, не утруждая себя сотворением одежды, по-змеиному гибко перетек в сидячее положение, затем встал и еще через миг оказался лицом к лицу с ангелом. - Потому что ты забавный, - просвистел-прошипел он, раскрыв крыло и легонько пощекотав голое бедро ангела под короткой тогой. – Ты всегда делаешь вид, что тебе не интересно, на самом деле ты просто обманываешь себя. - Я не… Ты о чем? – взмолился ангел, в самом деле ничего не понимая, но чувствуя, что шаловливое крыло демона щекочет его бедро как-то особенно приятно, отчего в теле разливается некая истома. – Что ты делаешь? - Пытаюсь тебя совратить, конечно, - прямолинейно ответил Кроули, и не подумав убрать крыло. Но после пристального недовольного взгляда ангела, все же сдался, так же обрядился в тогу, но крылья убрал. - Можешь делать, что хочешь, - разрешил Азирафель, - только зачем тебе это? Это же нелепо. - Что нелепо? Массаж? – не выдержал Кроули. – Ангел, ты о чем думаешь? Я ради тебя достал святое масло, еле донес, рискуя жизнью, хотел подогнать тебе парочку массажисток, чтобы ты, наконец, расслабился, а ты думаешь о блуде и мужеложстве с демоном? – он сузил глаза, с удовольствием увидев стыд и искреннее раскаяние в глазах ангела. - Я думал… - пробормотал тот. - Значит, все-таки подумал? – перебил Кроули. – Один-ноль. - Эй, что еще за счет? – возмутился Азирафель. – Что ты опять задумал? Когда тебе уже надоест? Кроули широко улыбнулся. Пустяковое дело, на самом деле – просто пригласить лучшего друга-ангела почистить перышки и заставить его возжелать своего друга-демона, а потом, когда бы стало ясно, что друг-демон о подобном и не помыслил бы, заставить друга-ангела испытать стыд.