Сквозь призму лжи

Этим утром Тэхён проснулся не от мелодии будильника, а от пронзительных криков родителей, что вихрем ворвались с кухни. Они, словно ножи, резали тишину предрассветного дома. Он соскочил с кровати с такой скоростью, будто его подбросило пружиной, и, едва касаясь пола, выбежал в коридор. Оттуда, прижавшись к стене, на него испуганными глазами смотрела сестра. Иса тихо всхлипывала, дрожащим комочком, боясь вмешаться в разворачивающуюся драму. — Это всё ты виноват! — голос матери, Сонху, был полон боли и ярости. — Я же говорила тебе, давай я выйду на работу! Ты не справляешься! — Успокойся, пожалуйста, Сонху, — молил отец, Хенджун, пытаясь отобрать из её дрожащих рук стеклянный стакан, который, казалось, вот-вот разобьётся. — Ты говорил, что всегда лучше знаешь, но к чему это привело?! — она резко повернулась к Тэхёну, её заплаканные, разъярённые глаза впились в него, а рука легла на грудь, будто пытаясь унять собственную боль. — Думаешь, я такой жизни для него хотела?! Я мечтала, чтобы он был счастлив! Чтобы имел хорошее образование, имел цель в жизни, знал, по какому пути идёт! А что теперь?! Что теперь, Хенджун?! — она коснулась лба, тяжело выдохнув, и по спине отца пробежали мурашки от этого обречённого жеста. — Теперь он не сможет быть счастлив! Он ещё совсем ребёнок, но будет вынужден закрывать долг, который произошёл по твоей вине! — Женщина вскинула палец, указывая в сторону коридора, где стоял Тэхён. — Это ты виноват! Ты во всем виноват! — Прекрати, пожалуйста, они сейчас проснутся, — голос отца звучал надломленно. — Да мне уже все равно, они давно проснулись! Пусть слышат, какой у них отец! — крикнула она, и Тэхён почувствовал, как сердце сжимается. — Мам, действительно, прекрати, — наконец вмешался Тэхён, медленно проходя в кухню, стараясь сохранить спокойствие. Все присутствующие, словно по команде, окинули его взглядом, застыв на месте. Женщина перестала плакать, но её дыхание было быстрым и поверхностным, будто если она замедлится, то задохнется. Горькие слезы безмолвным ручьём текли по её щекам, не собираясь останавливаться. — Я буду счастлив в любом случае, — слова Тэхена прозвучали твёрдо, хотя внутри всё сжималось от страха. — И образование у меня тоже будет. Ничего не поменяется. Я просто закрою долг, заработаю немного денег, и мы заживём счастливо в нашем доме. Нам не придётся переезжать. — Тэхён прав, — решился выдавить из себя глава семейства, его голос был едва слышен. — А ты лучше заткнись, пока я что-нибудь в тебя не кинула! — Сонху указала на него пальцем, в её глазах ещё плясали отблески ярости. — Успокойся, мам, всё будет хорошо, — Тэхён подошел к ней, нежно коснулся её руки, опуская вниз. — Пойдём, провожу тебя в комнату, тебе нужно отдохнуть. — Он приобнял её за спину, мягко выводя из кухни. — Ты зря переживаешь, всё не так уж и плохо. Я даже нашёл уже работу, меня приняли. Сегодня будет первый день. — Что это за работа такая? — она остановилась посреди коридора, её глаза расширились от испуга. — Тебе не о чем переживать, — Тэхён постарался улыбнуться как можно увереннее. — Я просто буду приходить и убираться в доме. За это мне и будут платить. Всё честно и законно, идём, — он продолжил вести её к комнате, чувствуя, как собственные нервы натягиваются до предела. Как только они переступили порог спальни, парень бережно усадил мать на кровать, мягко улыбаясь ей, пытаясь внушить, что ничего страшного не произошло, что все под контролем. — Ох, Тэхён, ничем хорошим это не закончится, — она нахмурилась, касаясь своей груди. — Сердце у меня покоя не находит. Тревожно мне, я переживаю за тебя. — Мам, не нужно. Вечером я вернусь с работы и расскажу, как всё было хорошо, а ты будешь очень рада и поймешь, что зря переживала. Вот увидишь, так и будет. — Его голос звучал убедительно, хотя сам он был полон сомнений. — Даже не знаю, — её взгляд блуждал, полный опасений. — Ложись, отдыхай и ни о чем не беспокойся, — Тэхён укрыл её одеялом, чувствуя себя взрослым, словно он теперь был главой этой семьи. Но тяжёлая ноша, которую он на себя взвалил, уже давила на плечи.

***

Ближе к обеду, когда едва утихла буря в кухне, на телефон Тэхена поступило короткое сообщение от Мин Юнги. Холодные, лаконичные слова: «Собирайся, через пятнадцать минут за тобой приедет машина». Тэхён, словно пораженный молнией, соскочил с кровати. Паника смешалась с возбуждением, он начал лихорадочно перебирать вещи, пытаясь выбрать что-то подходящее. В висках стучало, ведь до этого момента он не до конца верил в реальность происходящего. В комнату, без стука, ворвалась Иса. Ее взгляд упал на брата, который впопыхах натягивал штаны, и детское личико тут же нахмурилось. — Ты куда? — На работу, — коротко ответил Тэхён, спеша натянуть кофту, а после, наконец, поднял взгляд на сестру, ожидая ее вопроса. — Надолго? — в ее голосе проскользнула детская тревога. — А что случилось, Иса? — Ничего. Просто хотела посмотреть с тобой фильм. — Я вернусь вечером, и мы с тобой обязательно его посмотрим, договорились? — Тэхён постарался улыбнуться как можно более ободряюще. Девочка кивнула, и ее лицо расплылось в мгновенной, сияющей улыбке. Она убежала прочь, не подозревая, какая тяжелая ноша лежит на плечах брата. Оставшись один, Тэхён склонился к зеркалу. Белоснежные, почти светящиеся ушки он тщательно, словно тайну, спрятал под объемной укладкой, а поверх закрепил бурые накладные ушки, внимательно следя, чтобы ни один волосок, ни одна черточка не выдала его истинную природу. Нельзя было, чтобы кто-то рассекретил его, иначе проблемы, о которых он даже не хотел думать, стали бы реальностью. Уведомив родителей о своем отбытии, Тэхён вышел из дома. У входной двери, словно призрак, уже поджидал черный автомобиль. Его блестящий корпус поглощал свет, а тонированные стекла скрывали все внутри. Мальчишка медленно, словно ступая по минному полю, подошел к нему и открыл дверцу пассажирского сиденья, опускаясь на мягкую обивку. — Ким Тэхён? — сразу же раздался низкий, бесстрастный голос водителя. — Да, верно. Никаких лишних вопросов, никаких эмоций. Машина просто тронулась с места, плавно, почти бесшумно, увозя его все дальше от привычного дома, от привычной жизни. Тэхён уткнулся в окно, провожая взглядом расплывающиеся деревья и дома. Люди снаружи веселились, гуляли, дети прыгали и смеялись. Они казались такими счастливыми, словно ни у кого из них не было забот или проблем, которые тяготили бы их душу. Эта беззаботность, увиденная сквозь стекло черного автомобиля, казалась почти жестокой. — Вы меня домой обратно повезёте? — нарушил он тишину, его голос прозвучал чуть неуверенно. — Повезу, — холодно и отстраненно произнес мужчина, даже не взглянув в зеркало. — Скажите, Вам нравится эта работа? — Тэхён попытался наладить хоть какой-то контакт. — Как она может не нравиться? — в голосе водителя проскользнула нотка легкого удивления. — Мне дали машину, платят неплохие деньги, а от меня всего-навсего требуется возить Господина и тех, кого он попросит. Разве это не счастье? — Может, Вы и правы, — Тэхён тяжело выдохнул. Для кого-то счастье, для кого-то — позолоченная клетка. Последующие минуты поездки прошли в полной, удушающей тишине. Водитель даже не смотрел в его сторону, послушно и методично выполняя свою работу. Он не спешил, ехал размеренно и выглядел совершенно спокойным, пока внутри Тэхена все переворачивалось от предвкушения и нарастающей тревоги. Машина, словно огромный хищник, бесшумно свернула с дороги и заехала на территорию, скрытую за высокими, коваными воротами. Через несколько мгновений она остановилась прямиком возле массивной лестницы, ведущей к главному входу в особняк. — Я подожду Вас тут, — голос водителя прозвучал, как приговор. — Можете спокойно выполнять свою работу и не торопиться. — Спасибо, — прошептал Тэхён, понимая, что это «спасибо» звучит скорее как «до свидания». Поклонившись, он выходит на улицу, ощущая, как прохладный ветерок ласкает лицо, словно прощаясь. На ватных ногах, каждый шаг отзывался гулким эхом в груди, он подошел к лестнице и неуверенно зашагал ко входу. Этот дом был слишком огромен, его масштабы поражали. Глубоко в душе поселилась мысль, что просто необходимо узнать, кто тут живет. Наверняка какая-то баснословно богатая семья, ведь обычный человек не смог бы позволить себе такое. Зайдя вовнутрь, Тэхён замер. Перед ним распахнулся мир холодного, но безупречного величия. Вся обстановка была выдержана в строгих черных и серых тонах, создавая ощущение мрачной роскоши. В центре гостиной возвышался массивный черный диван, окруженный прозрачным, словно лед, но таким же черным журнальным столиком — тем самым, который ему было велено не трогать. Позади дивана располагался кухонный гарнитур, сверкающий полированными поверхностями, а слева, вдоль стены, вилась изящная лестница со стеклянными перилами, ведущая на второй этаж. Пол и ступени лестницы были подсвечены мягким желтым светом, создавая странный контраст с общим холодным интерьером. Тэхён ахнул, но не успел прийти в себя, как к нему сразу же подошла молодая девушка, кореянка, в безупречной униформе, приветственно кланяясь. — Здравствуйте, я Ким Тэхён. Меня наняли в качестве уборщика. — Очень приятно. Я Миен, прислуга, — ее голос был тихим и вежливым. — Можете сказать, где находится все, что мне нужно? Девушка указала рукой на стену справа. Там была черная деревянная дверь с такой же незаметной ручкой. — Благодарю, — Тэхён поджал губы, чувствуя, как его охватывает легкая нервозность, и неуверенно направился к ней. Он прокручивал в голове перечень задач, которые ему нужно было выполнить: приготовить еду, постирать и погладить вещи, сложив их на стеклянном столике, поменять постельное белье и прибраться везде, кроме одной, запертой комнаты. Тэхён был уверен, что справится со всем меньше чем за четыре часа. Первым делом он взялся за уборку. Наполнив ведро водой и предоставленным моющим средством, он вытащил все необходимое в зал. — Что ж, быстрее начну, быстрее закончу, — пробормотал он себе под нос, словно подбадривая.

***

Дорога домой прошла в мучительной тишине. Невыносимая усталость медленно брала над ним верх, веки тяжелели, глаза, казалось, сами собой закрывались. Этот дом был настолько огромен, настолько безграничен, что Тэхёну казалось, будто он никогда не закончит работать. Размеры поместья подавляли, навевая мысли о бескрайнем, бесконечном труде. — Ким, Вы выглядите очень уставшим, — произнёс водитель, его голос прорезал тишину. — Неужели работа так вымотала? — Да, верно, — Тэхён протёр лицо руками, чувствуя, как усталость сковывает его тело. Он тяжело вздохнул. — Не подскажете, кто там живёт? — А Вы не знаете? — мужчина усмехнулся, в его голосе прозвучала ирония. — Господин Чон. — Чон Чонгук? — сон как рукой сняло. Его глаза округлились, он резко повернулся к водителю, пытаясь понять, правду ли тот говорит. Всё, что он слышал о Чонгуке, о его свадьбе, об этой загадочной невесте — всё это вдруг обрело новый, пугающий смысл. — Но… почему его невеста не прибирается или не делает это прислуга? У него столько людей в доме! — Тэхён с возмущением закатил глаза. В его мире, где долг и работа были главными, такая роскошь казалась дикой. — Его невеста с ним не живёт. — Как это? Почему? — парень нахмурился. Эта информация совершенно не укладывалась в его картину мира. — Господин Чон в ней не уверен. — Не уверен? Но ведь она его невеста, ей сделали предложение, как так можно? — Тэхён был искренне возмущён. — Если Господин Чон знает, что она белый волк, то, наверное, женился бы сразу, чтобы обеспечить её безопасность, чтобы она не подвергалась риску. Почему он медлит? — Ей не делали предложения, — водитель произнёс это так, словно раскрывал какую-то мелочь. — Он не уверен, что она белый волк. Её семья на этом настаивала, поэтому Господин Чон не проверял сам. Вот и не уверен. А проверить не может — родители практически не дают им видеться. — Вот как… — Тэхён задумался. Всё становилось сложнее и запутаннее. — Вы только никому не рассказывайте. — Да, конечно. Можете не беспокоиться, — Тэхён кивнул, чувствуя, как в голове складывается новая, ещё более интригующая картина. Подъехав к дому, Тэхён тут же вышел из машины, попрощавшись. Он зашёл в дом, стараясь двигаться как можно тише, и пробрался к себе в комнату, закрыв за собой дверь. — Неужели Чонгук о чем-то догадывается, поэтому откладывает свадьбу? — парень присел на кровать, победно ухмыляясь. — Он не такой дурак, как кажется. Тэхён потянулся к своим накладным ушкам, ощущая приятную тяжесть знакомого груза. Снимая их, он чувствовал, как нарастает облегчение. В этот момент в комнату неожиданно постучались и, не дожидаясь ответа, зашла Иса. Она радостно улыбалась, держа в руках коробку с фильмом. — Посмотрим фильм? — Да, конечно. Какой смотреть будем? — Тэхён всё ещё улыбался, предвкушая отдых. — Это сюрприз.

***

Снова утро, и снова в десять утра Тэхёну пришло сообщение от Мин Юнги. Словно по неизменному ритуалу, за ним приехал всё тот же бесстрастный водитель, и чёрный автомобиль молчаливой тенью доставил его к громадному, холодному особняку. Сегодня в воздухе витала не только привычная тревога, но и лёгкая тоска – ведь по работе он успел соскучиться. Тэхён, привычно двигаясь по комнатам, где каждый предмет, казалось, кричал о неприступном богатстве, тщательно прибирался. Ощущение бесконечности этого дома, его размеров, давило, но он старался не думать, сосредоточившись на каждом движении. Закончив с чистотой, он направился к кухне, и его взгляд скользнул по контейнерам с едой, оставленной вчера. Да, ему запретили трогать ее, но Тэхен решил закрыть на это глаза. Все же человек должен есть, а в холодильнике ничего приготовленноно. Внутри всё сжалось – до неё никто даже не дотронулся. Горы усилий, часы, потраченные на готовку, оказались никому не нужными. Это огорчило мальчишку сильнее, чем он хотел признаться. Дело было не в потраченном времени, а в эфемерной надежде на хоть какое-то человеческое взаимодействие, на признак жизни в этих холодных стенах. Он не сдался. С какой-то упрямой решимостью Тэхён приготовил другую еду. Свежие овощи, ароматное мясо – он старался, словно это имело значение, словно это могло что-то изменить. На этот раз, повинуясь внезапному порыву, он решил оставить записку. Во время уборки в одной из комнат, в неприметном шкафу, он случайно нашёл небольшую пачку ярких стикеров. Это был маленький, неожиданный островок нормальности в этом холодном мире. Взяв один из них, он выудил из кармана ручку и, немного помедлив, написал: «Поешьте, пожалуйста». Простая, почти наивная просьба, приклеенная к крышке контейнера, казалась тонкой ниточкой, тянущейся через пустоту. Ехав домой тем вечером, Тэхён всё думал о той маленькой жёлтой записке. Внутри него боролись противоречивые чувства. С одной стороны, тот, кому он готовил, был для него «врагом» – человеком, чье имя было у всех на устах, вся его личная жизнь и биография. И это Тэхен ненавидел всей своей сущностью. С другой – эта крошечная бумажка была попыткой достучаться до кого-то, проявить чисто человеческую заботу, даже если объект этой заботы был ему неприятен. Когда он приехал на следующий день, ближе к вечеру, в воздухе витало смутное предчувствие. Войдя в кухню, Тэхён почти не дышал. И тут он увидел её: на холодильнике красовалась ответная записка. Аккуратный, чуть неразборчивый почерк выводил слова: «Спасибо за заботу, еда очень вкусная. Можете приготовить то же самое завтра?» В этот момент что-то внутри Тэхёна дрогнуло. Широкая, искренняя улыбка озарила его лицо, и на мгновение он даже позабыл о том, как вчера ещё ненавидел Чон Чонгука. Его удивила эта неожиданная вежливость, этот простой, но такой личный жест. Мужчина не просто съел еду, но и нашёл время ответить, да ещё и с просьбой. Это непременно грело душу, растапливая тонкий лед недоверия, который он старательно выстраивал. Чувствуя прилив новой энергии, Тэхён с радостью ринулся готовить после уборки, махнув рукой на сильную усталость, которая уже начинала сковывать тело. Его радовала эта мелочь, этот крошечный знак внимания, казавшийся таким важным. Снова он оставил записку на крышке нового контейнера: «Ешьте с удовольствием», — и с лёгким сердцем покинул дом, возвращаясь к своей, пока ещё не разрушенной, привычной жизни. Однако, возвращаясь домой, Тэхён вновь ощутил тревогу. На улице уже смеркалось, время было позднее, но в окнах его дома, к удивлению, горел свет. В груди разгорелось недоброе предчувствие, что что-то могло случиться. Он быстро поблагодарил водителя и, не дожидаясь ответа, забежал домой, замирая у входной двери. — Снова за старое?! Тебе мало было, когда по молодости я страдала из-за твоих пьянок?! — Мать кричала, её голос был пропитан ядом и старой болью. Она держала в руках бутылку с алкоголем, а отец молча сидел за столом, крутя в руках пустой стакан, даже не пытаясь возразить. Тэхён не мог пошевелиться, его рот был приоткрыт от шока. Он не знал об этом. Им, детям, многое не рассказывали родители об их молодости, поэтому это было неудивительно. Но неужели мать действительно была так несчастна с ним? — Тебе было мало, что я терпела тебя все эти годы?! — её голос срывался на визг. — Да кто кого еще тут терпел?! — Хенджун внезапно поднялся из-за стола, его лицо было искажено. Женщина тут же отшатнулась, делая шаг назад, словно от удара. — Думаешь, мне приятно было каждый раз приходить домой уставшим и каждый раз слушать, как ты пилишь мне мозг?! Это невыносимо! Тэхён бросил быстрый взгляд в коридор — там, к счастью, Исы не было. Поэтому он аккуратно разделся и пробрался дальше, замечая, что свет в её комнате ещё горел. Он подошёл к двери, прислушиваясь. Иса с кем-то разговаривала по телефону… и плакала? — Они стали ссориться каждый день, — всхлип. — Тэхён каждый день работает, пытаясь закрыть их долг. Он всегда занят… — её голос срывался. Тэхён нахмурился, готовясь слушать дальше. — Я хочу отсюда уехать. Я больше не могу жить вот так. Мама каждый день говорит о том, как ненавидит папу. Сегодня утром она сказала, что была бы её воля, то сразу же развелась бы и что ненавидит меня за то, как я похожа на отца и Тэхёна, за то, что… Не важно. Бабушка, можно я к вам приеду? На той стороне вызова женщина что-то ей говорила. — Тэхён работает. Уверена, что он справится, потому что он не всё знает, он не застаёт тех моментов, которые застаю я. Сейчас у меня начнутся каникулы, я буду дома каждый день. Я не выдержу. Тэхён поджал губы, опуская взгляд в пол. На душе стало так паршиво, что хотелось скулить, но он пытался сдержаться, не позволяя себе такой слабости. — Да, поняла. Хорошо, бабушка. Перезвони мне потом. Как только звонок оборвался, Тэхён постучал в дверь и аккуратно открыл её, входя в комнату. — Привет, Иса. — Привет, Тэхён. Ты что, стоял под дверью? — её голос был полон боли и страха. — Немного, — он нелепо улыбнулся, закрывая за собой дверь. — Что ты слышал? — Ты собираешься уезжать к бабушке? — Да, я так больше не могу, — девочка повернулась к нему всем телом, и Тэхён заметил на её щеке красный след от руки. — Что это? — парень мгновенно подбежал, пытаясь осмотреть, но Иса лишь закрыла щеку рукой. — Кто тебя ударил? — Мама, — девочка зарыдала, что есть мощи. Она прижалась к нему так сильно, будто искала в нём хоть какое-то спасение. Тэхён крепко обнял её в ответ, поглаживая по длинным волосам. — За что она так? — Она ненавидит нас с тобой, Тэхён. Мы ей не нужны. — Она всегда так говорила, но никогда не била. Я с ней поговорю. — Не надо. — Почему? Иса, словно отталкиваясь от самой мысли о дальнейшем противостоянии, отстранилась от объятий брата. Ее взгляд, полный невыносимой горечи и детской мудрости, слишком тяжёлой для её четырнадцати лет, впился в глаза Тэхёна. Она отчаянно мотала головой, пока по её щекам продолжали беззвучно стекать горькие слезы, падая на кровать, как редкие, хрупкие капли, способные прожечь ткань. — Она не станет тебя слушать, Тэхён, — прошептала Иса, и в её голосе звучала непоколебимая, выстраданная убеждённость. — Она никого не слушает. — Если ты хочешь уехать к бабушке, Иса, я пойму, — слова давались ему с огромным трудом, каждый звук отдавался болью в груди. Он осознавал, что отпускает часть своего сердца. — Что бы ты ни решила, я поддержу тебя. — Спасибо, — сказала девочка, почти одними губами. Иса снова прижалась к нему, на этот раз с ещё большей силой, уткнувшись лицом в его плечо. Её объятия были слабыми, почти невесомыми, но полными безмолвной благодарности и той детской, неприкрытой печали, которая разрывала ему душу. Тэхён крепко обнял её в ответ, чувствуя хрупкость её маленького тела, словно пытаясь защитить от всего мира.

***

Этим днём Тэхён пришёл на работу не в лучшем расположении духа. Все валилось из рук, еда на кухне не получалась, а та записка — «Вы очень вкусно готовите. Спасибо большое за заботу» — больше не внушала ничего тёплого и не грела душу. Сегодня Мин Юнги написал ему приехать поздно вечером. Тэхён согласился без раздумий, потому что ему нужны были деньги, а за такую хорошую сумму никто бы не отказался. Где ещё он сможет столько зарабатывать в день? К этому времени вся прислуга уже давно спала в своих дальних комнатах дома. Парень спокойно занимался своими делами, погружённый в гущу собственных мыслей, как вдруг услышал звук открывающейся входной двери. Он оставил швабру в стороне и, затаив дыхание, глянул в ту сторону, решаясь посмотреть, кто пожаловал. Там стоял Чон Чонгук. Он шатался из стороны в сторону, неуклюже падая в тщетных попытках снять ботинки. Тэхён сразу же достал телефон из кармана и, проскользнув в кладовую, попытался набрать номер Мин Юнги. Долгие гудки тянулись, словно вечность. Наконец, автоответчик подал голос. Так второй, третий, четвёртый раз. Ни ответа, ни привета. Мин Юнги не писал, брат трубку не брал. Тэхён начал паниковать. Что, если ему нельзя находиться в доме, когда там хозяин? Что ему делать? Как быть? Мужчина должен был его предупредить. Мальчишка сделал глубокий вдох и, сжав кулаки, решился выйти. Он огляделся, понимая, что вокруг никого нет, но когда вышел из кладовки, то сразу же наткнулся на владельца дома. Тот шарился по кастрюлям на плите и что-то бубнил себе под нос. Тэхён замер на месте, не понимая, что ему делать в такой ситуации. Но он не успел даже подумать, как Чонгук кинул на него свои янтарные глаза, словно впиваясь ими в самую суть его существа. Взгляд будто перекрыл ему кислород, превращая в камень. Он цепенел под этими властными, пронзительными глазами. — Кто ты такой? — слова Чонгука прозвучали очень смазано. — Меня нанял Мин Юнги. — А, так это ты. Рад знакомству. На его белоснежной коже появился лёгкий румянец, и он расплылся в широкой, счастливой улыбке. — Можно я продолжу свои дела, а потом... — Нет, не надо. Сегодня пусть будет у тебя выходной. Просто поговори со мной, идёт? — О чём Вы хотите поговорить? — У тебя с рождения белые волосы? — мужчина указал пальцем на Тэхёна, но из-за невозможности держать нормально руку, быстро её опустил. — Нет, я перекрасил их. Говорят, мне так больше идёт, — Тэхён почувствовал себя в руках свирепого хищника. Любое неверное движение, и он будет раскрыт. А потом… Потом будет Бог знает что, ведь этот человек очень влиятельный и ищет именно его. Он готов сделать всё на свете, лишь бы Тэхён стал его. — И вправду. Я с ними согласен. — Спасибо. — Ты присаживайся. Будешь чай? — мужчина схватился за шкафчик, открыл его и чуть ли не упал. Тэхён, по доброте душевной, решил ему помочь. Он приобнял за спину и осторожно усадил его за кухонный стол. — Не стоит, я сам сделаю. Вам чай или кофе? — Какой воспитанный. Хорошо тебя родители воспитали, — он отвернулся от Тэхёна, взгляд его устремился куда-то вдаль, на диван. — Чай, пожалуйста. Буду очень благодарен. Тэхён залил в чайник воду и поставил его разогреваться. В это время он вытащил кружку, положил туда заварку, а после залил кипяток. Поставив кружку напротив мужчины, Тэхён хотел отойти, как Чонгук схватил его за руку. Мальчишка замер, ощущая, как сердце уходит в пятки. Неужели его раскрыли? — Не бойся ты так, я тебе не причиню вреда, — усмехнувшись, мужчина отпустил его руку и прильнул к кружке с кипятком. — Присаживайся, не стесняйся. — Надолго разговор? А то мне домой нужно. — Зачем? Случилось чего? — мужчина всерьёз взглянул на него. — Ты скажи, я помогу, если что. Всё-таки ты помогаешь мне, а я помогу тебе в ответ. — Ничего не случилось, просто скоро моё рабочее время подойдёт к концу. — Вот как. Сколько часов ты работаешь? — Четыре. — Тебе Мин пишет, когда прийти, когда уйти? — Да, верно. — Этот говнюк сейчас, наверное, спит, — Господин Чон рассмеялся. — Извини, что я без предупреждения пришёл и поставил тебя в неловкое положение. Давай заново. Как тебя зовут? — Ким Тэхён. — А я Чон Чонгук, очень приятно. — Очень, — саркастично произнёс Ким. — А если не секрет, почему Вы в таком состоянии? Как Вы приехали? — Личный водитель. Они в любое время суток могут приехать, достаточно просто позвонить. — Здорово, наверное. — Раз ты не делишься со мной честно, что у тебя случилось, то и я не буду делиться. — Вы как ребёнок, честное слово, — Тэхён смеётся, начиная улыбаться как дурак. — Улыбайся по чаще. Тебе очень к лицу. Тэхён моментально меняется в лице, становясь серьёзным и хмурым. Он ловит себя на том, что совсем расслабился. Прямо сейчас перед ним сидит тот, кто охотится на него, поэтому любое неверное движение или слово — и все, его сожрут живьём. Нужно быть осторожнее. — Слушайте, если мы закончили, то я пойду. — Подожди, помоги мне добраться до спальни и можешь идти. А то я один не дойду. Тэхён тяжело вздыхает и недовольно закатывает глаза, всё же вставая из-за стола. Он подходит к мужчине, позволяет ему на себя опереться и идёт с ним к комнате, что находилась справа на первом этаже, совсем рядом с кладовой. — Что ж Вы такой тяжёлый то? — возмущается и кряхтит Тэхён, еле передвигая ногами. — Столько лет в зале дают о себе знать. Мальчишка открывает дверь и видит полупустую комнату, по середине которой стоит чёрная кровать. Он не задаёт лишних вопросов, проходит вовнутрь вместе с мужчиной и отпускает его, позволяя плюхнуться на кровать. Только вот его так просто не отпускают. Чон хватает его за руку и тянет, заставляя упасть на себя. — Что Вы творите?! — почти кричит, ощущая, как близко их лица находятся друг к другу. Он хочет подняться, но мужчина этого сделать не даёт. Чон медленно приближается к нему, опуская холодный и притягательный взгляд на поджатые губы мальчишки. Тэхён будто перестаёт дышать. Всё тело каменеет, словно неведомая сила сдерживает его тело. Горячее дыхание прожигает его кожу, оставляя фантомные ожоги. Сердце бьётся хаотично, совсем не слушаясь его. Как только между ними остаётся расстояние в пару миллиметров, мужчина резко отворачивается и его рвёт прямо на кровать. Это время Ким использует как шанс сбежать. Он подбегает к двери, выходит из комнаты и быстро бежит к выходу, пробегаясь по ступенькам. Мальчишка залетает в машину, громко захлопывая за собой дверь. — Ким Тэхён, что случилось? — обеспокоенно спрашивает водитель. — Не важно. Просто отвезите меня домой, пожалуйста.