Метки
Драма
Психология
Романтика
Ангст
Серая мораль
Слоуберн
Тайны / Секреты
От врагов к возлюбленным
Средневековье
Ведьмы / Колдуны
Психологические травмы
ПТСР
Трагикомедия
Леса
Противоположности
Упоминания религии
Вымышленная география
Антигерои
Травники / Травницы
Религиозные темы и мотивы
Социальные темы и мотивы
Церкви
Храмы
Вымышленная религия
Слом личности
Религиозный фанатизм
Жертвы обстоятельств
Библейские темы и мотивы
Слатшейминг
Искушение
Смена мировоззрения
Кризис веры
Духовенство
Изгнанники
Синдром религиозной травмы
Религиозная нетерпимость
Святые
Изоляция
Описание
Говорят, если положить рядом два яблока — одно гнилое, а другое здоровое, то и второе со временем станет гнилым, но оно никогда не сможет оздоровить первое. И всё же всегда находились люди, которые бросали вызов этому закону природы.
Глава 8
22 марта 2026, 04:51
— Постой! — Самуэль побежал вслед за Хильдой, спотыкаясь и прихрамывая от отдающей боли в копчике.
Девушка не обратила на него никакого внимания и лишь продолжила свой путь к лесному ручью.
— Ну что ты ко мне пристал? Чего тебе от меня надо? — спросила она, зачерпывая воду, чтобы смыть грязь с предплечий.
Самуэль только сейчас обратил внимание, что руки Хильды были испещрены шрамами — какие-то белые, уже затянувшиеся, какие-то совсем свежие.
«Дикие звери? Некоторые раны действительно рваные, будто от когтей, но другие — абсолютно ровные линии. Нож? Зубцы капканов? Разве можно так часто резаться по неосторожности? Но тогда кто? Хотя одинокая женщина, живущая в чаще леса, действительно лёгкая добыча для преступников. Неудивительно, что она так рассердилась, что я её не понимаю...»
Почувствовав его изучающий взгляд, травница нахмурилась и поспешно спустила рукава.
— Прости, я был неправ, — потупил Самуэль взгляд в знак раскаяния. — Думать, что я могу понять сердце человека, которого впервые вижу, было очень высокомерно с моей стороны. Извини, мне жаль, что своими словами я задел твои чувства.
— Все вы так говорите, — фыркнула она. — Что толку от извинений, если тот, кто их приносит, ни капли не меняется?
— Я докажу тебе, что это не просто красивые слова, — торжественно пообещал юноша.
— Зачем? Хочешь, чтобы тебя потом по головке погладили за то, что ты смог исправить отступницу и избавить город от этого позорного пятна? Если ты думаешь, что после пары добрых дел я растрогаюсь и вернусь с тобой за ручку в церковь, то позволь мне предупредить тебя, что ты ошибаешься — Хильда скрестила руки в оборонительной позе.
Её ядовитый тон лишь ещё больше укрепил решимость Самуэля.
«Сколько боли она носит в душе, что так кусает руку, которая пытается её покормить?» — промелькнуло у него в голове.
— Да, я действительно очень бы хотел, чтобы ты вернулась. Но это не значит, что всё, что я делаю — лишь средство для достижения этой цели! — почти прокричал он, несколько задетый тем, что его добрые побуждения были истолкованы столь превратно.
— Да-да-да, конечно, сейчас ты это говоришь, весь такой из себя благородный, но уже через несколько месяцев ты наверняка начнёшь давить на меня и говорить, какая я неблагодарная ведьма — бросила она, направляясь обратно к своей избушке.
— Не скажу! Мне совсем неважно, кто ты — божьи служители делают добро всем, не ожидая ничего взамен! Да, я знаю — в мире очень много страданий, а я слишком слаб, что бы я ни делал, этого всегда будет недостаточно. Но если в Клеменции будет хотя бы на одну улыбку больше, я пойму, что не зря старался. Точно так же, как когда-то руку помощи протянули мне, я хочу протянуть её и другим. Когда сейчас передо мной человек, которому больно и тяжело, я не могу просто пройти мимо!
— Тебе когда-нибудь говорили, что излишняя доброта бесит больше грубости? — потёрла лоб Хильда, которая уже начала уставать от этого неутомимого источника энтузиазма.
Чтобы недвусмысленно дать понять, что разговор окончен, она решительным шагом зашла в дом и нарочито громко закрыла за собой дверь на щеколду.
— Я ещё вернусь! — прокричал Самуэль, явно видевший в этом не точку, а запятую.
— Чтоб тебя волки по дороге задрали, спасатель хренов!
— До завтра!
«Как можно быть настолько наивным?!» — раздражённо подумала Хильда, прислушиваясь к звуку отдаляющихся шагов, чтобы забрать со двора кроличью тушку, которую она забыла там впопыхах. Её ладонь скользнула в рукав её платья в практически неосознанном жесте, пальцы начали поглаживать недавно затянувшуюся рану. «Неужели в монастыре святого Иеронима были такие тепличные условия, что о несправедливости и боли он читал лишь в книжках? Когда рано или поздно он увидит грязное нутро всего того, во что он так свято верит... как быстро он сломается? Мне его даже жаль. Почти».
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.