Guarding her Gangster Girl

БРИ

      Я резко просыпаюсь, тело мое запутано в мягких простынях, которые кажутся удушающими. За окном сияет пустыня, намекая на поздний утренний час. На мгновение я — чистый лист, без воспоминаний о прошлом или настоящем.       Мне здесь нравится. Время здесь течет не по часам, а по меняющимся оттенкам пустыни: холодные синие тона на рассвете, когда земля, кажется, сливается с небом, ослепительные белые и желтые в самые яркие часы, глубокие фиолетовые и розовые под заходящим солнцем, а ночью — чернильная мгла, разбавляемая лишь звездами над головой или огнями Вегаса вдалеке.       Это место было одним из моих условий при заключении брака с Терри. Мне нужно было место, куда я могла бы сбежать, быть собой. Никто не знает об этом месте, даже Холден. Это был секретный проект, который Терри и я оформили через различные подставные компании, и, несмотря на мое недовольство, Терри позаботился о том, чтобы он был построен с максимальным количеством функций безопасности, которые только мог придумать: пуленепробиваемые стекла, круглосуточное видеонаблюдение внутри и снаружи, даже комната-сейф.       На всякий случай.        Потягиваюсь в постели, мысли блуждают. Я ведь вчера вечером куда-то ходила, да?       Ник.       Смотрела на меня через барную стойку. Купила мне выпивку. Проводила меня. Обняла меня, чтобы уберечь от…       Пули. Блядь.       Вот что здесь главное: тот факт, что вчера вечером в меня стреляли. Тело члена консорциума «Новак», прижавшееся ко мне, — это не та деталь, на которой стоит зацикливаться. Я уткнулась лицом в подушку, пытаясь отогнать воспоминание о ее сильных руках, обнимающих меня.       В любом случае, это, вероятно, была подстава. Игра Евы Новак, чтобы я прониклась благодарностью к Консорциуму, смягчилась и согласилась на то смехотворное предложения по «низкой» цене, которое она пыталась мне подсунуть. Или это было своего рода предупреждение: подпиши контракт, или иначе…       Я чисто инстинктивно попросила Ник отвезти меня в «Солару». Это моя безопасная гавань, но она стала менее безопасной в тот момент, когда Ник узнала о ней. Держу пари, она уже растрепала Еве Новак о вчерашнем вечере. И об этом месте, и о «Тайном саде» тоже.       Со вздохом встаю и достаю из ящика с нижним бельем свой одноразовый телефон с VPN, который скрывает мое точное местоположение, и включаю его. Предсказуемо, появляется поток сообщений от Холдена, датированных поздним вечером.       Где ты?       Сучка, где ты???       Серьезно, Бри.       Ответь мне, или, клянусь Богом, я натравлю на тебя Фрэнка.       Ты же с кем-то спишь, не так ли?       Серьезно, я начинаю волноваться.       Где ты?       Я приеду к тебе.       Не хочу говорить ему, что у него есть повод волноваться, поэтому отвечаю короткой ложью.       Я в порядке. Сейчас с кем-то. Поговорим позже.       А потом я звоню Фрэнку, потому что мне определенно нужно рассказать ему о вчерашнем.       Я, разумеется, не расскажу ему о Ник.       Только о стрелке.       Фрэнк реагирует так, как я и ожидала, требуя сообщить, где я. Я говорю ему, что остаюсь у подруги на ночь, звуча достаточно холодно, чтобы пресечь дальнейшие вопросы. Тогда он велит мне сидеть смирно и не высовываться, где бы я ни была, и предоставить ему разбираться.       Я чертовски рада, что могу на него положиться, особенно в том, что касается переноса встречи с Консорциумом. Последнее, чего мне сейчас хочется, — это снова столкнуться с Ник Кусек после вчерашнего. Мне нужно немного дистанцироваться от нее. Поэтому я провожу день в клабхаусе «Solara», где известный шеф-повар проводит мастер-класс, а у бассейна так уютно, что я чувствую себя счастливой, полежать там какое-то время и восполнить запасы витамина D.       Есть только один момент, когда я подумываю вернуться домой. И это когда до моих ушей доносится восклицание:       — О, миссис Даймонд!       Сдвигаю широкополую шляпу, которая лежала на моем лице, чтобы увидеть восторженную улыбку управляющей по уборке комплекса.       — Здравствуй, Кэти, — приветствую и стараюсь не вздыхать.       Кэти — своего рода местная достопримечательность в «Соларе». Ей, вероятно, не больше моего, хотя она кажется старше каким-то образом, из тех женщин, которые скорее суетятся, чем ходят. У нее короткие темные волосы, любопытные бледно-голубые глаза, и я никогда не видела ее ни в чем, кроме ее униформы: белого платья на молнии, белых носков и белых кроссовок.       У нее только одна одержимость: график уборки.       — Я не знала, что вы сегодня здесь, — сказала она, держа в руках свежие полотенца, чтобы пополнить запасы в домике у бассейна. — Просто в графике было указано, что вас не будет, поэтому я организовала уборщиков…       — Прости, — быстро отвечаю, прежде чем она успеет полностью развить свою мысль. — Я приехала спонтанно и забыла уведомить об этом центральный офис.       Терри выдвинул несколько условий моего проживания здесь. Одно из них — я не могла использовать настоящее имя, поэтому я стала «миссис Даймонд», в честь моего любимого камня. Другое правило касалось установки внутренних камер в каждой комнате и по периметру, а еще одно — что никто из сотрудников «Солары» не будет допущен в мой дом, пока я там нахожусь. Я посчитала это странным, пока не поняла, что он опасался за мою безопасность.       Что ж, теперь кто-то действительно попытался причинить мне вред, и «Солара» стала моим убежищем именно благодаря всем этим «раздражающим» мерам предосторожности, которые он требовал от меня соблюдать.       — Не подскажете, когда… — снова заговорила Кэти.       — Я пробуду здесь еще несколько часов, — перебила я ее. — Может, отправишь кого-нибудь прямо сейчас?       Она замялась, но в конце концов согласилась. А я вернулась к отдыху.       Пока что.       Я обменялась любезностями с несколькими знакомыми соседями, наблюдала, как их дети играют в «марко поло» у бассейна, и не обращала внимание на громко разговаривающих по телефону людей, которые любят принимать «очень важные деловые решения», нежась на солнце.       И каждый раз, когда я вспоминала о паре сильных рук, обнимающих меня, я решительно отгоняла эти мысли.       Но к вечеру, даже в окружении всех этих счастливых семей и хвастающихся миллиардеров, я вынуждена признать… мне немного одиноко.       По натуре я экстраверт. Мне не очень хорошо, когда я остаюсь в одиночестве. И, честно говоря, мне не нравится мысль о том, что я скрываюсь. Мне все больше и больше становится стыдно от того, что какой-то ублюдок выстрелил в меня, а моей первой реакцией было бегство из города.       Это не я.       Уже нет.       Поэтому, когда я звоню Фрэнку из одной из комнат для коворкинга в клубном доме, и он говорит, что не добился большого прогресса в поиске напавшего на меня, мое сердце падает. Я думаю, он снова посоветует мне не приходить завтра, и я не знаю, смогу ли это вынести. А затем он удивляет меня.       — Мне жаль, что приходится тебя об этом просить, Бризи, — вздыхает он. — Но нам нужно уладить это дело с Консорциумом. Ты можешь приехать завтра, чтобы подписать соглашение?       Я уже давно так не ждала возможности поставить собственную подпись.

~ ~ ~

      Как только на следующее утро я переступила порог «Золотых Песков», то почувствовала подспудное нервное напряжение, которое заставило меня стиснуть зубы. Что-то изменилось. Сотрудники двигались с повышенной срочностью, а шепотки обрывались, когда я проходила мимо. Я сохраняла невозмутимый вид, но внутри меня все перемешалось. Знают ли они о покушении на мою жизнь? Я просила Фрэнка держать это в тайне.       Фил Рейнольдс, менеджер казино, поспешил ко мне, когда я направлялась в корпоративные офисы с целью найти Фрэнка. Обычно безупречный Фил был слегка растрепан. Волосы были не так идеально приглажены, как обычно, а галстук слегка ослаблен. Это было настолько нехарактерно, что в моей голове тут же зазвонили тревожные колокольчики.       — Миссис Коломбо, — произнес он, понизив голос и наклонившись ближе. — Джуно Бьянки прибыла около часа назад. Она просит увидеться с вами как можно скорее.       Первой моей реакцией было выругаться, хотя я обожала Джуно, правда обожала. Впрочем, друг или нет, ее присутствие усложняло все. Поддержка семьи Бьянки здесь, в Вегасе, могла быть решающей в ближайшие дни. Однако Джуно Бьянки — чертова хищница высшего уровня.       Она непременно увидит в этом возможность для себя.       — Фрэнк уже видел ее? — поинтересовалась я.       — Нет, мэм; она прибыла всего полчаса назад без предупреждения, но мистер Брукс спустился, чтобы встретить ее. — Холден. Слава Богу, что Холден уже тут. — Мистер Брукс разместил мисс Бьянки и ее свиту в обычных люксах, — продолжил Фил, нервно оглядываясь по сторонам. Он на мгновение замялся, прежде чем добавить: — С ними также прибыли две женщины из Чикаго. Мисс Бьянки поручилась за них, поэтому мистер Брукс предоставил им отдельный люкс на том же этаже.       Две неизвестные переменные в и без того нестабильной ситуации.       Чудесно.       — Холден их знает?       Холден формально был личным помощником Терри, но его настоящая работа в казино заключалась в том, чтобы выступать в качестве специального связного для VIP-персон. Таких VIP-персон, которые помогают семейному бизнесу процветать. Он своего рода «теневой» Фил, работающий над тем, чтобы наши гости из криминального мира были довольны и счастливы, так же как Фил поддерживает работу легального бизнеса казино-отеля. Так что, если эти женщины имеют какое-либо значение для Семьи, Холден их знает.       Фил покачал головой в отрицании.       — Он не видел их лиц. Думаю… думаю, Фрэнку стоит на них взглянуть, если вы понимаете, о чем я.       О, я прекрасно понимаю. Кто бы ни были эти две женщины, они далеко не невинные овечки, раз уж Джуно с ними общается.       — Что-нибудь еще? — спрашиваю, чувствуя, что у Фила есть что сказать.       Его лицо немного смягчается, в глазах появляется сочувствие. От этого мне хочется кричать. Мне не нужна жалость, мне нужна сила.       — Я договорился о похоронах мистера Коломбо. Все готово на послезавтра.       Стены словно сжимаются, шум игровых автоматов превращается в оглушительный рев в ушах. Мне приходится сглотнуть, прежде чем я смогу найти свой голос.       — Спасибо, Фил. Пришлите мне кофе в люкс, хорошо? И дайте знать Джуно Бьянки, что я свободна.