Невозможность и ромашки

Гончик выжил исключительно изо того, что разгрыз супрастин и часть съел. «Я… живой… и… знаю как пахнут ромашки…» Он очнулся среди ромашек, ночью, когда они закрылись. Ромашки там, где капали его слезы повяли от солености. Он включил значок. 12 пропущенных от Райдера. 4 от Маршалла. 113 от Скай. «Ну вот опять… что им надо от меня?» Он попытался встать, задние лапы отнялись. «Ну… вот и конец?.. Зато счастливый… я… ни о чем не жалею…» Гончик опять заплакал. «Жалко… что… я пережил любовь… лучше бы было наоборот…» Гончик начал тянуть тело передними лапами к лавочке. «Очки… супрастин…» Гончик одел те очки, съел две таблетки супрастина. Ему было до жути горько, но на душе спокойствия, больше не было любви, не было слез, было только смирение. «Спокойной мне ночи… надеюсь… не последней… раз судьба решила, что я буду жить… буду жить…» Гончик перестал плакать, он улыбнулся, не ради внешнего вида, а от счастья. Его психике пришел конец, теперь то, что он один неизвестно где и умирает для него счастье. Он не уснул, он потерял сознание от перенагрузки. Зато улыбаясь.