Под прикрытием

Мими лежала в темноте, лениво считая секунды. Она не спала. Тот, кто провел в полевых условиях Бюро больше пяти лет, физически не умел спать в первые сутки на новой локации. Мозг работал в фоновом режиме, обрабатывая звуки за дверью. Шаги, глухой стук захлопывающихся дверей, скрип половиц — Мими составляла у себя в голове ментальную карту общежития «Альянс». По её прогнозам, штиль должен был закончиться примерно через сорок минут после отбоя. Подростки, запертые в одном здании после тяжелого стресса, просто не способны сидеть по норам. Им нужна была разрядка. Коллективная, шумная и максимально глупая. В коридоре послышался приглушенный шёпот, а затем — отчетливый, заговорщический смех Мины Ашидо. Послышались шаги сразу нескольких человек. «Ну надо же, как по нотам», — цинично усмехнулась про себя Мими, даже не шелохнувшись. Наблюдательность подсказала ей это ещё в классе: Ашидо — явный лидер женской половины, гиперактивная, обожающая чужие секреты и движ. С вероятностью в девяносто девять процентов девчонки организовали то топорное развлечение, которое гражданские называют «оценкой комнат». Они пройдутся по всем, будут совать носы в чужие шкафы, охать, ахать и выстраивать свою детскую социальную иерархию. И её комната была следующей. Мими плавно поднялась с кровати. Настало время сменить тактическую броню на психологическое оружие. Она подошла к шкафу и достала вещь, которую Бюро точно не одобрило бы в официальном регламенте шпиона. Это была её любимая домашняя пижама, которую она всегда носила на своей скрытой съемной квартире в Хосу. Короткие шортики и свободная майка на тонких лямках, сплошь покрытые принтами с разноцветными пончиками, леденцами и мармеладными мишками. Ткань — мягкий шелк, который сидел на ней как влитой. Изначально Мими планировала носить в общежитии что-то максимально закрытое, серое и глухое, чтобы не привлекать внимания к своему телу, покрытому едва заметными, хирургически аккуратными шрамами от тренировок Бюро. Но шпионский цинизм быстро взял верх над скромностью. Здесь — закрытый кампус. Вокруг неё — шестнадцатилетние подростки, у которых в самом разгаре бушуют гормоны. Мальчишки из 1-А могли строить из себя будущих спасителей мира сколько угодно, но против природы не попрешь. Мими прекрасно знала, как биология управляет недозрелыми мужскими мозгами. Стоит им увидеть её — миниатюрную, миловидную девчонку с кукольным лицом в полуоткрытой, милой пижаме, как у них напрочь откажут защитные барьеры. Они начнут смущаться, глупеть, заикаться и... выбалтывать информацию. Перед красивой и якобы безобидной девушкой парни сливают свои секреты в разы охотнее, чем на допросах. Это был чистый тактический расчет. Гормоны 1-А станут её главным информационным каналом. Мими быстро натянула пижаму, подошла к зеркалу и легким движением распустила верхнюю часть волос. Густые угольно-черные пряди тяжелой волной упали на плечи, скрывая тонкий шрам у ключицы. Прямая челка чуть растрепалась. Идеальный образ «только что из постели». В дверь нетерпеливо и громко постучали. — Фува-ча-а-ан! Ты спишь? — раздался из-за двери звонкий голос Мины. — Мы тут устроили конкурс на лучшую комнату! Выходи! Мими на долю секунды отключила датчики движения на своем телефоне, чтобы они не затрещали, когда дверь откроется, и сделала глубокий вдох. На лицо вернулась маска легкомысленной дурочки. Она резко распахнула дверь, упираясь одной рукой в косяк и заспанно, мило потирая левый глаз кулаком. — М-м-м? Какой конкурс? Вы чего не спите, булочки? — зевнула Мими, обводя девчонок ленивым, туманным взглядом больших голубых глаз. За дверью стояла вся женская половина 1-А. И судя по тому, как Мина мгновенно замерла, открыв рот, а Урарака густо покраснела, пижамный маневр сработал на все сто процентов. — Ва-а-ау... — выдохнула Ашидо, бесцеремонно оглядывая Мими с ног до головы. — Фува-чан, ты... ты выглядишь как ожившее аниме! Какая крутая пижама! Это шелк? А почему там пончики? — Ага, пончики, — Мими сымитировала сонный смешок, пропуская девчонок внутрь своей берлоги. — Я без сахара вообще спать не могу, мне кошмары снятся. Ну заходите, оценивайте мою скромную обитель, только чур не пугаться, у меня тут творческий беспорядок полевого уровня. Комната Мими в мгновение ока заполнилась шумом, шорохом шёлка и запахом яблочного лосьона Мины. Девчонки без лишних церемоний оккупировали пространство. Ашидо с разбегу плюхнулась на кровать, Урарака скромно примостилась на краешке стула, а Тсую уселась прямо на пол, скрестив ноги. Момо, зашедшая последней, вежливо прикрыла за собой дверь и с мягкой, немного уставшей улыбкой огляделась. Мими лениво прислонилась спиной к дверному косяку, скрестив руки на груди. Тонкие лямки пижамы с пончиками слегка съехали, открывая вид на изящные плечи. Взгляд её голубых глаз оставался туманным и сонным, хотя мозг в эту секунду фиксировал траекторию каждого движения в комнате. Подушка на кровати сдвинута Миной на десять сантиметров вправо — армейский нож под каркасом всё ещё надёжно скрыт. Отлично. — Ну ничего себе у тебя тут уютно, Фува-чан! — Мина перевернулась на живот, подперев подбородок кулаками и болтая ногами в воздухе. — Хотя, признаться, я думала, раз тебя прячет Бюро, у тебя тут будут лазерные решётки, сейфы и куча секретных документов на столах! А тут… милота. — Ага, шпионские гаджеты под матрасом, — хохотнула Мими, проходя вглубь комнаты и падая в мягкое кресло-мешок в углу. Она поджала под себя ноги, из-за чего шортики пижамы задрались ещё выше, но её это, казалось, ни капли не волновало. — Расстрою тебя, Мина-чан, Бюро выдало мне только кучу скучных учебников и запрет на поздние прогулки. Так что мой главный секрет — это вот. Она потянулась к столу и скинула девчонкам на кровать огромный прозрачный пакет, доверху набитый разноцветными мармеладными мишками и кислыми червячками. — О-о-о, углеводы на ночь! — глаза Ашидо вспыхнули фанатичным блеском. Она тут же разорвала упаковку и закинула в рот сразу трех мишек. — Ты наш спаситель. После тирады Айзавы-сенсея у меня в организме наступил жесткий дефицит сахара. — Кстати, о Бюро, — Момо аккуратно взяла один мармеладный леденец, грациозно пристроившись на краю комода. Её взгляд стал чуть более серьезным. — Фува-сан, если это не секрет, конечно… Каково это? Жить под их контролем? Мы знаем, что Бюро занимается глобальной безопасностью, но они всегда казались такими… закрытыми. Холодными. Мими внутренне усмехнулась.  «Холодными? О, дорогая, ты даже не представляешь, насколько». Перед глазами на долю секунды вспыхнул образ стерильных белых коридоров лаборатории и жесткое лицо инструктора, ломающего ей пальцы за плохой блок. Но на лице Мими не дрогнул ни один мускул. Она лишь забавно сморщила носик и потянулась за кислым червячком. — Душно, — коротко отрезала Мими, отправляя сладость в рот. — Представь, что у тебя есть супер-строгая бабушка, которая проверяет твой дневник каждые пять минут, запрещает общаться с мальчиками и требует отчет, почему ты потратила на сто йен больше положенного. Вот это Бюро. Они параноики. Моя причуда просто немного… нестабильна, если я теряю контроль. Вот они и заперли меня дома, обложив датчиками. Юэй для меня — это буквально глоток свободы. — Нестабильна? Ква, — Тсую внимательно наклонила голову набок, не сводя с Мими своих больших глаз. — В классе ты сказала, что меняешь плотность воздуха и преломляешь свет. Это звучит как очень сильная способность для защиты. — Для защиты — да, — Мими легко приняла вызов этого изучающего взгляда. Ложь должна быть максимально близка к правде, тогда в неё поверят. — Но когда я была мелкой, я случайно исказила пространство вокруг нашей кухни так, что стена просто… свернулась в трубочку вместе с холодильником. Бюро решило, что если я психану в общественном месте, то могу случайно схлопнуть пару жилых домов. Вот и перестраховываются, параноики несчастные. Урарака, до этого молча слушавшая, испуганно округлила глаза и сжала кулачки: — Боже… Это, должно быть, так тяжело — бояться собственной силы. Но ты не переживай, Фува-чан! Здесь, в Юэй, мы все учимся контролировать свои причуды. И Айзава-сенсей, если что, сможет стереть твою силу до того, как что-то случится. Ты здесь в безопасности! Мими посмотрела на Очако. На её круглом, слегка покрасневшем лице читалось такое искреннее, чистое сочувствие, что шпионское нутро Мими на мгновение дало осечку. Гражданские дети. Такие наивные, такие ранимые, готовые сопереживать первому встречному, у которого «грустная история». Это было и глупо, и пугающе притягательно. «Сентиментальность — это яд, Фува», — мысленно повторила она фразу председателя. — Спасибо, Урарака-чан, — Мими улыбнулась, и на этот раз в её улыбке почти не было фальши. Ей действительно было приятно, пусть это и не отменяло её задач. — Вы все такие классные. Я сегодня в классе сидела и думала: господи, хоть бы они не оказались заносчивыми супергероями. — Ха! Заносчивые у нас только Бакуго и, может, Тодороки в начале года, — прыснула Мина, уничтожая очередную порцию мармелада. — Остальные — абсолютно ручные. Слушай, а как тебе наши парни? Ну, чисто внешне? Кто-нибудь приглянулся? Критерий оценки сменился на самый каноничный подростковый уровень. Мими мысленно поставила галочку:  «Фаза сбора личных данных запущена». — Ну-у-у, — Мими накрутила угольно-черную прядь волос на палец, делая вид, что усиленно думает, а на самом деле вытаскивая из памяти досье Бюро. — Тот парень с молнией… Каминари, да? Симпатичный, но кажется, у него в голове иногда закорачивает проводку. Староста Иида слишком правильный, у меня от таких мальчиков зубы сводит. А блондинчик, который весь урок сидел с таким видом, будто хочет взорвать школу… Бакуго? Он всегда такой… дикий? — О-о-о, Бакуго — это отдельная история! — Мина замахала руками. — Он ходячий вулкан. Но ты не думай, он на самом деле крутой, просто общаться не умеет от слова совсем. Его лучше не злить лишний раз. — Да уж, характер у него взрывоопасный, — вздохнула Урарака, но тут же добавила: — Но он очень целеустремленный. Настоящий боец. Мими зафиксировала микро-мимику Урараки при упоминании Бакуго и Деку, который явно незримо присутствовал во всех этих разговорах. Информационная карта класса заполнялась сама собой, без единого прямого вопроса. Они сами всё выкладывали на блюдечке. — Понятно, — лениво протянула Мими, потягиваясь в кресле так, что пижамная майка натянулась, очерчивая фигуру. — Значит, к мальчику-петарде со сладостями лучше не подходить. Запомню. Девчонки просидели у неё ещё около получаса, уничтожив половину запасов мармелада и обсудив всё: от жесткого характера Айзавы до вкусовых предпочтений в чае. Когда Момо, посмотрев на часы, мягко напомнила, что завтра рано вставать, Мина разочарованно заныла, но всё же поднялась с кровати. — Ладно, Фува-чан, твоя комната получает от меня десять из десяти за пижаму и мармелад! — Мина показала большой палец. — Рады, что ты с нами. — Взаимно, булочки, — Мими помахала им рукой, провожая до двери. — Спокойной ночи. Когда последняя дверь в коридоре захлопнулась, Мими заперла свой замок. В комнате снова стало тихо. Она подошла к зеркалу, разглядывая своё отражение в милой, полуоткрытой пижаме. Капкан был взведен. Девчонки приняли её в свой круг, а значит, завтра об этой «невероятной, милой и сильной» новенькой будут гудеть все парни. И когда они увидят её в этом домашнем образе, их бдительность испарится окончательно. Мими выключила свет, прыгнула на кровать и закрыла глаза. Первая ночь в Юэй официально началась.

***

Утро в Юэй началось безжалостно. Солнечные лучи едва коснулись подоконника, а Мими уже стояла на ногах, полностью собранная и ментально готовая к любому раскладу. Её внутренние часы сработали за пять минут до будильника. Первый учебный день сразу же преподнес сюрприз в виде практического занятия на «Полигоне Альфа». Никаких скучных лекций. Айзава, завернутый в свой спальный мешок, лениво выполз к классу, стоявшему в геройских костюмах (Мими пока выделили стандартную спортивную форму Юэй), и окинул всех своим фирменным, тяжелым взглядом. — Сегодня у нас оценка боевого потенциала, — глухо произнес Стиратель, остановив взор на Мими. — Конкретно — мы будем тестировать нашу новую студентку. Фува, выходи вперед. Бюро прислало мне твоё личное дело, но сухие цифры на бумаге не имеют значения на поле боя. Мне нужно увидеть твою причуду в действии. Твоя задача — уничтожить партию боевых роботов, оставшихся после вступительного экзамена. Время пошло. Мими спокойно вышла в центр полигона. Из огромных шлюзов с металлическим скрежетом выкатились три массивных робота второго и третьего уровня — те самые железные махины, которые наводили ужас на абитуриентов. «Роботы? Серьезно? Бюро заставляло меня уничтожать вооруженные дроны в закрытом пространстве с завязанными глазами», — мысленно хмыкнула Мими. Её лицо оставалось расслабленным, на нем даже играла легкая, слегка испуганная улыбка — для зрителей. Роботы взревели двигателями и одновременно рванули на нее, замахиваясь тяжелыми стальными манипуляторами. Мими даже не сдвинулась с места. В её глазах на долю секунды вспыхнул холодный, расчетливый огонек. Правая рука сделала едва заметный, ленивый жест, словно она отмахивалась от назойливой мухи. «Искажение: Векторная плотность». Воздух перед роботами мгновенно пошел тяжелыми, осязаемыми волнами, преломляя свет. Железные махины на полной скорости врезались в невидимую, абсолютно жесткую стену, которую Мими создала, просто уплотнив молекулы кислорода до состояния алмаза. Раздался оглушительный скрежет металла. От удара их собственные передние панели смялись в гармошку. Не давая роботам опомниться, Мими щелкнула пальцами левой руки. — Хоп, — негромко произнесла она. Пространство под гусеницами роботов потеряло свою твердость. Прочнейший бетон полигона на площади в несколько метров внезапно стал жидким и эластичным, как желе. Железные монстры моментально увязли в нем, теряя баланс и беспомощно вращая колесами. В следующую секунду Мими вернула бетону прежнюю плотность. Ноги и гусеницы роботов намертво вмерзли в камень. Последним штрихом она слегка исказила гравитацию над ними, увеличив давление в десять раз. Многотонные машины просто со стоном сложились внутрь себя, превращаясь в аккуратные кучи металлолома. На полигоне воцарилась звенящая, абсолютная тишина. Класс 1-А замер с открытыми ртами. Даже Айзава едва заметно приподнял брови. Это была не просто сила — это был пугающе чистый, точечный контроль пространства без единого лишнего движения. — Чистая работа, — нарушил тишину Айзава, делая пометку в планшете. — Контроль идеальный. А теперь проверим тебя в ближнем бою против живого противника. Ашидо, на поле. Бой один на один, без использования разрушительных техник. Задача — обездвижить соперника. Мина, до этого восторженно пищавшая, сглотнула и послушно вышла на полигон. — Ну держись, Фува-чан! Я поддаваться не буду! — воскликнула розовая девчонка, принимая боевую стойку. — Постарайся не сильно меня бить, — Мими снова включила свою фирменную маску безобидной милашки, хотя её тело уже приняло идеальный скрытый баланс. Бой начался резко. Мина рванула вперед, выпуская из ладоней струи кислоты, чтобы ограничить Мими пространство для маневра. Но для тактического агента Мираж эти атаки были медленными, как в покадровой съемке. Мими легко, с пугающей, почти кошачьей грацией скользила между каплями кислоты. Её движения были настолько выверенными и профессиональными, что она на автомате зашла Мине в слепую зону, перехватила её руку на излом и уже занесла вторую ладонь для жесткого, отключающего удара по сонной артерии... И тут в её мозгу словно взорвалась неоновая вывеска:  «СТОП. МАТЬ ТВОЮ, ФУВА, ТЫ ЧТО ТВОРЯЕШЬ?!» До её шпионского сознания резко дошло: она на школьной тренировке. Обычная девочка под защитой Бюро не может знать боевое самбо, не может двигаться как элитный киллер HPSC и просчитывать летальные точки на теле одноклассницы. Айзава уже смотрел на неё своим проницательным, сужающимся взглядом. Она спалилась. Практически вчистую спалилась перед всем классом. «Твою девизию, Кейго меня убьет», — мысленно запаниковала Мими, и её шпионские рефлексы моментально перестроились на ходу. В самый последний момент, когда её ладонь была в сантиметре от шеи Мины, Мими резко затормозила, симулируя потерю равновесия. Она неестественно взмахнула руками, отпустила Ашидо и с громким, нарочитым писком покатилась по бетону полигона, симулируя, что «споткнулась». — Ой-ёй-ёй! Мамочки! — запричитала Мими, смешно барахтаясь на полу. Мина, не ожидавшая такой резкой смены динамики, затормозила и удивленно моргнула: — Эй, Фува-чан, ты как? — Пространство... я случайно исказила гравитацию под собственной пяткой! — соврала Мими, поднимаясь и глупо хихикая, потирая ушибленный локоть. Внутри неё всё похолодело — нужно было срочно заканчивать бой, пока Айзава не начал задавать вопросы. Ашидо, решив воспользоваться моментом, прыгнула на неё сверху. Мими, продолжая изображать неуклюжую дурочку, закричала: «А-а-а, не надо!», зажмурилась и просто выставила руки вперед. На самом деле она ювелирно, со стопроцентной точностью создала под ногами Мины крошечную, невидимую воздушную подушку с нулевым коэффициентом трения. Ашидо буквально поскользнулась на ровном воздухе, взмахнула руками и мягко полетела спиной на пол. Мими, не теряя секунды, навалилась на неё сверху, прижимая её плечи к лопаткам и тяжело дыша, будто совершила невероятный спортивный подвиг. — Х-ха... я поймала тебя! — выдохнула Мими, сияя самой глупой и счастливой улыбкой из своего арсенала. — Бой окончен. Победитель — Фува, — раздался сухой голос Айзавы. Мими поднялась, помогая Мине встать, и принялась весело щебетать, извиняясь за свою «неуклюжесть». Класс действительно расслабился. Подростки — существа простые: они увидели сильную, но безалаберную девчонку, которая не умеет управляться с собственными ногами, и тут же списали первоначальную жесткость на адреналин и чистую случайность. Пока Мина весело хлопала её по плечу, а Урарака и Хагакуре подбежали, чтобы засыпать комплиментами, Мими продолжала улыбаться, звонко смеяться и тереть ушибленный локоть. Избирательная глухота и режим «дурочки» работали на полную мощность. Но внутри, за этой витриной из сахара и жвачки, ледяной аналитический центр тактического агента Мираж уже вовсю обрабатывал полученные данные. Мысленный лог миссии обновлялся со скоростью военного компьютера. Первый пункт — Шота Айзава. Мими вернулась на трибуны, краем глаза фиксируя ломаную, расслабленную позу классного руководителя. Стиратель сделал еще одну пометку в своем планшете. Его лицо оставалось непроницаемым, но Мими заметила, как на долю секунды его пальцы замерли над экраном. Профессионал такого уровня не мог не почувствовать фальшь. Он явно зафиксировал несостыковку между её идеальным уклонением от кислоты и последующим нелепым падением. Айзава взял её на карандаш — это факт. С ним придется играть тоньше, не допуская больше таких глупых проколов на автоматизме. Бюро предупреждало, что Сотриголова — параноик, не доверяющий правительственным структурам, и сейчас Мими лично в этом убедилась. Но куда более интересным объектом для анализа был Кацуки Бакуго. Главная головная боль HPSC на этом этапе. Мими села на скамью чуть поодаль, закинув ногу на ногу и продолжая делать вид, что тяжело дышит после «тяжелого» поединка. Её взгляд, скрытый под прямой густой челкой, сфокусировался на блондине. Бакуго стоял, оперевшись на металлические перила трибуны. Его ладони, все еще скрытые в массивных геройских перчатках-гранатах, едва заметно подергивались — явный признак избытка нитроглицерина и желания что-нибудь взорвать. Он не смотрел на класс. Он смотрел прямо на Мими. Его алые глаза буквально горели от ярости и глубинного, звериного подозрения. «Он понял, что я сфальшивила, — сделала вывод Мими, мысленно ставя жирный плюс напротив графы "Интуиция и Наблюдательность" в досье Бакуго. — Его собственная боевая система построена на чистых рефлексах, и он за милю видит, когда кто-то ломает естественный темп боя. Он понял, что я подставилась нарочно. И теперь его это бесит». Это было плохо для конспирации, но идеально для составления долгосрочного плана. Бюро требовало подобраться к парню как можно ближе, чтобы оценить его психологическую стабильность после плена у злодеев и понять, не станет ли он уязвимой точкой для новой атаки Лиги. Прямой штурм здесь не сработает — Бакуго слишком закрытый, агрессивный и подозрительный. Попытайся она сейчас навязать ему свое общество, он просто пошлет её на три буквы, а в худшем случае — полезет в драку, вынуждая её снова использовать скрытые техники. Значит, нужен обходной маневр. Стратегия непрямых действий. Мими перевела взгляд чуть правее Бакуго. Этот взрывной одиночка, как оказалось, существовал в пространстве не в абсолютном вакууме. Рядом с ним, активно жестикулируя и что-то весело доказывая, стоял красноволосый парень с причудой затвердевания — Киришима. Чуть позади, оперевшись спиной на перила и лениво ухмыляясь, крутился Каминари — тот самый мальчик-молния, которого она приметила еще вчера. Мими сузила глаза, фиксируя их микро-взаимодействия. Бакуго огрызался, слал их к черту, кричал «отвалите, Дерьмоволосый и Пикачу!», но при этом не уходил. Он оставался в их окружении. Его тело было развернуто в их сторону, плечи чуть опущены — уровень скрытой угрозы рядом с ними у него падал до минимума. Для такого социопата, как Бакуго, наличие постоянного круга общения, пусть и состоящего всего из двух-трех человек, было феноменальной деталью. Это была его безопасная зона. Его психологический щит. В голове Мими мгновенно выстроился четкий, пошаговый план. «Прямой контакт с Бакуго блокирован его паранойей. Значит, заходим через фланги, — цинично просчитала она. — Киришима и Каминари. Типичные, открытые, бесхитростные подростки. Гормоны бушуют, бдительность на нуле, к тому же вчерашняя акция с пижамой и мармеладом среди девчонок сто процентов уже дошла до их ушей через сплетни Ашидо. Втереться к ним в доверие — задача на один вечер. Пара улыбок, пара шуток, немного сладкого — и они будут считать меня своей в доску». План был идеален. Став «своей» для Киришимы и Каминари, Мими автоматически получала легальный пропуск в личное пространство Бакуго. Ей не придется навязываться ему самой — его друзья сами притащат её в их общую компанию. Бакуго будет беситься, будет подозревать, но против давления собственной социальной группы он ничего сделать не сможет. Ему придется терпеть её присутствие. А в условиях постоянного контакта Мими сможет считать с него любую информацию, не вызывая лишних подозрений. «Отличный расклад, — Мими расплылась в довольной улыбке, переводя взгляд на Каминари, который как раз в этот момент обернулся и, встретившись с ней глазами, глуповато, но дружелюбно улыбнулся в ответ. Мими весело помахала ему тонкими пальчиками, заставив парня мгновенно покраснеть и отвернуться. — Первые пешки на доске расставлены. Пора двигать фигуры». Тренировка подходила к концу, и тактический агент Мираж уже точно знала, с кем именно она проведет сегодняшний вечер в общежитии.