Кровь Эвриалы

**29 сентября 1979 года** – Дорогой, иди скорее сюда, я вижу, как наш ребёнок вылупляется! – воскликнула женщина со змеями вместо волос, глядя на яйцо в полутёмном помещении. Она была одета в лёгкое платье с металлическими наплечниками и тёмно-зелёный плащ с вышивкой змеи. – Да, дорогая, сейчас буду, мне нужно кое-что дописать, – ответил мужчина из кабинета, где он проводил часы, изучая и записывая свои выводы в книгах. – Дорогой, ты меня слышишь? Это же не шутка! У нас с тобой рождается дитя! – её обычно мелодичный голос звучал взволнованно, с нотками паники. Змеи на её голове, словно почувствовав её настроение, зашипели, извиваясь и приподнимая свои головы. Она подошла к яйцу — огромному, перламутрово-белому, с лёгким мерцанием, пробивающимся сквозь скорлупу. В нём пульсировал свет, предвещая скорое появление на свет нового существа. Мужчина, облачённый в строгий, но элегантный костюм, вышел из кабинета, где благоухало старинное дерево и пахло чернилами. Он выглядел несколько растерянным, поправил очки и направился к жене, ласково положив ладонь ей на плечо. – Спокойствие, моя Медуза. Я уже иду. Я же говорил, что мы будем рядом, когда это произойдёт. Этот последний абзац… Он очень важен для завершения моей книги. Он подошёл к яйцу, и в его присутствии свет внутри яйца стал ярче, пульсация усилилась. Медуза прижалась к нему, её кожа, казалось, отражала мерцание зарождающейся жизни. – Книга? Ты думаешь о книге, когда наше дитя вот-вот родится? Какая ещё книга может быть важнее! – её голос дрогнул, но теперь в нём слышалась не только тревога, но и безграничная любовь. – Эта книга, дорогая, — это история твоего рода и вида, соответственно, — мужчина обнял её крепче, — история тех, кто был до нас, и тех, кто придёт после. И нашему дитю предстоит стать её новой главой. Я просто хотел убедиться, что всё будет сказано точно, ничего не будет упущено. – В этот момент скорлупа яйца треснула, и тонкий, но звонкий писк разнёсся по комнате. – О великая тройка, наше дитя вот-вот родится, — произнесла женщина. Мужчина и женщина, затаив дыхание, наблюдали, как из трещин на перламутровой скорлупе показалась маленькая головка, покрытая мягким кудрявым чёрным пушком, и два блестящих, любопытных глаза. Карие с жёлтым отливом, это был мальчик, его глазки наблюдали за происходящим вокруг на двух странных людей, но в то же время инстинкты говорили ему, что это его родители. Он не понимал, как оказался тут и какой сейчас год. Мужчина обрадовался, что появился его ребёнок, ему было плевать на пол своего дитя, главное, чтобы оно жило и стало сильным волшебником. Женщина долго не думая взяла своё дитя на руки и начала ворковать с ним, потом к ней присоединился её муж и её змеи. **6 октября 1979 года** – Дорогая, думаю, пора проводить ритуал имянаречения, — сказал мужчина, склонившись над своей женой, которая сидела в кресле-качалке, убаюкивая своего сына. – Конечно, дорогой, — ответила Медуза, не отрывая взгляда от младенца. – Я уже давно обдумала достойное имя для нашего наследника. Пусть оно будет переплетением нашей силы и мудрости. Мужчина улыбнулся, подойдя ближе и погладив сына по крошечной ручке. Змеи Медузы, словно уловив перемену в настроении хозяйки, склонились к ребёнку, тихонько шипя, но уже без признаков тревоги, скорее с любопытством. Встав с кресла-качалки, пара пошла к центру анклава, где стоял родовой алтарь. Все Горгоны, которые встречались на пути у женщины, склоняли головы, приветствуя и выказывая уважение к ней. Дойдя до сердца анклава, где стояло круглое здание без дверей и окон, только арки и лестницы, само здание было белым и куполообразной крышей. – Мы пришли, — произнесла Медуза, её голос звучал торжественно. – Этот алтарь — свидетельство нашей истории, нашей силы. Она бережно передала младенца мужу. Мужчина, неся ребёнка, подошёл к алтарю, на котором лежал древний свиток, перевязанный кожаным ремнём. Развернув его, он начал читать заклинание на древнем языке, его голос эхом разносился по белому куполу. Имя, которое он произносил, было словно заклинание само по себе, древнее и могущественное. – Ваше имя, сын мой, — произнёс мужчина, его глаза сияли гордостью, — будет Эхидн Лириус Блэквуд. Пусть оно означает вашу связь с родом, вашу мощь и ваше предназначение. Медуза приблизилась, её змеи тихонько шелестели, словно вторя словам мужа. Она осторожно коснулась лба младенца, перенося на него часть своей силы. Свет, исходящий от алтаря, стал ярче, окутывая их троих. – Эхидн, — прошептала Медуза, её голос был полон нежности. – Мой милый Эхидн. Уже в этот момент, ещё будучи младенцем, Эхидн Лириус Блэквуд почувствовал прилив новой силы, глубоко внутри себя. Он открыл глаза, и в них, казалось, отразилось сияние алтаря. ***** Эхидн рос в анклаве и начал ходить в сад горгон где были все дети горны родившиеся в этом анклаве. В саду обучали владеню копья и щита за год до поступления в школу, письменности чтению и многим другим вещам.