без вспомогательных веществ.

пролог. 

— Мне грустно… Альфа делает глоток из горла и подозрительно смело бросает: — Помочь расслабиться? — А может, мне грустно, потому что я человека хотел убить, а не удалось? Ты же меня не знаешь толком. Зачем предлагаешь? Парень смотрит на омегу исподлобья взглядом-иллюстрацией для слов «да ладно».  — Мы два года вместе учимся. — Всего два года, — парирует младший. — И мы никогда не (икает)… не коннектились.  — Слышь, хорош душнить. Мне дважды предлагать лень. Омега молчит лишь секунду, ну так, чтобы уж прям не совсем просто соглашаться (оригинальная у Минхо, конечно, позиция) и кивает.  — Да, — только успевает подтвердить вслух, как в его губы впиваются чужие. Пьяные-пьяные.  Парни, сидящие рядом, буквально сталкиваются ртами. Не очень приятно, но лучше, чем совсем без этого.  — Прости, — альфа чуть отстраняется и нетвёрдо опирается на руку за спиной омеги. Дышит сбивчиво, пока Минхо вообще не. — Нормально, — выдавливает через пару секунд младший. Смотрят в глаза друг другу. И тут уже и робость заметна, и блеск в глазах обоих такой привлекательный, и… нежность?  Оу. — Хочешь… снова? Джисон просто подаётся вперёд. Более сдержанно, всё ещё напряжённо, но мягче.  Чёрт. Мягкость — то, чего семнадцатилетнему Минхо в жизни не хватает.  Не хватает настолько, что, если одноклассник-альфа готов дать хоть немного, парень согласится.

I. разговор под липой.

— Расскажи… о себе. Такой запрос поступает омеге через два дня на школьном стадионе, пока тот просиживает скамью в благодатной тени.  Альфа в глаза прямо долго не смотрит. По факту — стесняется. По мнению Минхо… а нет мнения Минхо, парень без понятия. Поэтому просто просит: — Конкретизируй. — Ну… Я сам не знаю, поэтому так и сказал. И смотрит чуть… виновато? Неловко? Гук уголком губ улыбается. — Слушай, — говорит Джисон, — ты улыбайся чаще.  Минхо моргает на парня. На лице нет выражения.  — Слушай, — вдруг оживает омега, — а ты умеешь любить просто так? — А? Ну, а как иначе? — Не знаю. За что-то, получается. Просто папа вчера сказал, что не назвал бы нашу собаку лучшей, потому что самый лучший — это достойный. По каким-то причинам.  Свисток. Следующая группа одноклассников стартанула для сдачи норматива.   Оба отвлеклись на звук. Минхо думает, что не закончил мысль, но продолжать как-то… неловко, что ли? Стоит ли? Нужно или… — И? — А? — тут же откликается омега. — Ты не договорил. — А, ну… я, в общем, подумал, что папа так ко всему относится. К любви тоже. Когда я ошибаюсь, я не чувствую, что меня всё ещё любят.  Джисон внимательно смотрит, а Минхо думает, что ляпнул лишнего. Такие личные вещи не говорят при малознакомых, иначе быть неловкости и, возможно, нехватке эмпатии в силу отсутствия духовной близости индивидов. Поэтому Минхо снова на одноклассников пялится.  — Хо-я. — Д-да?  Это был первый раз, когда Джисон назвал его так.  — Ты знаешь, что тебя можно любить просто так? Минхо натурально выпадает. Он, похоже, правда не знал.

II. — тебе? — а ты?

Джисон снова подошёл. Теперь домой шаркают вместе. Молчат, пока старший не предлагает купить мороженое.  — Хан. — Мм?  — А ты со мной чего таскаешься? — Понравился ты мне. — В смысле… понравилось, ну, целоваться? С омегой. — Я… уже целовался раньше. Но, ну, как ты выразился, таскаться не хотелось. Минхо проверяет чужие глаза на ложь. — А тебе? — смотрит в ответ альфа. — Что мне?  — Понравилось целоваться, ну… со мной? Минхо застали врасплох. — Мне, ну, нормально… Джисон поджимает губы и утыкается взглядом в свои кроссовки. Минхо подумал, что если они оба не жалеют о поцелуе на пьяную голову, то всё, в целом, в порядке.  — Тебе, — старший резво поднимает взгляд, — нравится эскимо или стаканчик? Уголок Джисоновых губ приподнимается. Словно зеркалит улыбку Минхо.

🧡🖤🧡🖤

— А ты целовался раньше? — Да, но мне было восемь, — не скрывает Минхо. — Я не помню, как это было. — Восемь? — Мне нравился альфа с кружка по английскому. Я его поцеловал. Он был у нас в гостях, а когда ушёл, папа наорал на меня, мол, никаких альф до совершеннолетия.  — А ты, я смотрю, — подмечает старший, сидящий рядом на скамейке со своим ванильным рожком, — непослушный ребёнок? — Об этом, — с важностью говорит омега, — никто не должен знать. — А я родился у своих, когда им было 17 и 18. Минхо всегда немного удивляло, когда люди, буквально прожившие дольше нескольких дней, были воспитаны, оказывается, совсем ещё детьми. — Оу. Они… остались вместе? Бля, это бестактно, я знаю. — Они сказали, у них не было глубоких чувств друг к другу. Отец платит алименты. И я живу неделю у его семьи, неделю с папой и отчимом. Отец живёт в ебенях, приходится вставать в 5:50, чтобы доехать до школы. — 5:50?! Джисону смешно искренне с выпученных глаз младшего. — У тебя тут мороженое.  И через секунду альфа ощущает влажную салфетку у уголка губ. И придирчивый взгляд Минхо: «Всё вытер или нет?» Мимо резво проезжает скейтер. Очень близко к ребятам, на самом деле. Омега от неожиданности дёргается и пачкает футболку стаканчиком с фисташковым мороженым. — Блять, — звучит как проклятье скейтерам. — У тебя тут мороженое. Минхо удивлённо смотрит на альфу, который тянется к упаковке влажных салфеток, чтобы оттереть его футболку.

III. — серьёзно? — а мне нравится.

хо-я  чд? сон  я нашёл котят в коробке на мусорке

*вызов*

— Да? — Реально котят?! — восклицает омега. — Ага. Их здесь четверо. Принёс домой, сфоткал и выложил. Надеюсь, кто-нибудь заберёт.  — Надеюсь. — Я не смогу их оставить, а в приют тащить не хочу.  — Ты кормил их? Они сто проц голодные. — Не успел. И не то, чтобы у нас есть чем. У нас нет домашних животных.  Минхо сразу предлагает: — Хочешь, тащи их ко мне. Наши коты, так уж и быть, поделятся.  — Скинешь адрес?

🧡🖤🧡🖤

Квартет чуть было не самоуничтожился в попытке прорваться к первой миске, поэтому пришлось в темпе накладывать ещё три, а потом следить, чтобы мелкие не объели друг друга.  Минхо подумал, что старший очень хорошо смотрится с животными. Суни тоже оценил. Вон, разлёгся рядом с альфой, выпрашивает ласку, пока Джисон пытается параллельно удержать котёнка от покушения на миску брата.  Минхо садится рядом и переключает внимание пса на себя.  — Суни, иди-ка ко мне, — кот позволил взять себя на руки, но мордочка его явно выражала недовольство.  — Я ему понравился? — Ага.  Минхо продолжает наблюдать за тем, как Джисон внимательно следит за милым детёнышами. — Ты когда принёс котят, я захотел тебя поцеловать.  Пауза. Неловкая. — Ты можешь. Если всё ещё хочешь, конечно.  И Минхо подсаживается чуть ближе к Джисону. Старается смотреть не в глаза, а на губы. Так, вроде, менее неловко. Щелчок входной двери. Парни отпрянули друг от друга со скоростью света. Минхо, конечно, любит своих котов, но с таким энтузиазмом всё-таки доселе не гладил ни одного кошачьего пуза — О, Хо-я, у тебя гость? — спрашивает Феликс, ворвавшийся в их уединённый комфорт. Чанбин, зашедший следом, кивает присутствующим — здоровается.  — Гости, — поправляет младший, указывая на котят. — О, боже, какие маленькие! — умиляется Феликс и, чтобы не напугать, неспешно садится рядом, пока Чан переключается на Дори. Кот ужасно рад его видеть.  — Что будете с ними делать? — спрашивает Феликс. — Отдадим в, надеюсь, хорошие руки, — отвечает Джисон и отвлекается на уведомление. — Одного готовы забрать. Можно указать ваш адрес, раз мы тут? — Можно. Думаю, в этом нет ничего такого, — переглянувшись с братом, соглашается Минхо. — Ликс. — А, да, — Чанбин вырывает парня из прекрасного котёночного мира. — Мы вообще только за папкой зашли, — и помчался в свою комнату.  Дори в это время всё с большим удовольствием ластится к гостю. — Всё, мы побежали, — Феликс треплет волосы Минхо, пробегая мимо. Спешно натягивает обувь, пока Чанбин прощается с котом. — Не скучайте!  Дверь захлопывается. — А этот парень в чёрном?.. — Чанбин. Парень Феликса. — Этот гот — парень твоего брата?! Минхо улыбается. — Ну почему сразу гот?  — Потому что ЧЁРНЫЕ джинсы, ЧЁРНАЯ джинсовка, под ней ЧЁРНАЯ-ЧЁРНАЯ майка и ВЕСЬ в цепях! На фоне твоего светящегося брата он точно гот. Младший смеётся. Его старший брат действительно предпочитал яркую одежду или пастельные цвета, но вот «светящимся» его, на памяти Минхо, никто не успел окрестить.  — Он в душе точно не гот. Котов любит. А дома у него пёс. — Чёрный? — Чёрный. И большой. — Точно гот. Ну, выглядит этот альфа угрожающе.  — Чанбин — омега. — Серьёзно?! — Так стереотипно мыслишь, С-о-о-нни. — А твой брат альфа?  — Угу. Они пять лет уже встречаются. Со школы ещё. — О. Это… не знаю, мило? Мне просто понравилась эта информация. Минхо смеётся. Хан Джисон забавный.  — Просто круто, когда школьная любовь оказывается крепкой.  Минхо вспомнил, как молоды были родители старшего, когда он родился.  — Да. Думаю, да. Знаешь, а мне нравится стиль Бин. Я бы тоже так одевался. Но родители, наверно, не поймут. Как минимум, денег не дадут, надо самому заработать. Вырасту, сделаю пирсинг.  — Проколешь пупок? Прости, это, почему-то, моя первая мысль. — Может, и да. Уши точно, а дальше, если честно, не успел подумать. Опять приподнятый уголок губ.  А, точно. Губы. Минхо снова подсаживается ближе и смотрит в глаза. Расслабился в комфортной обстановке и осмелел. Спрашивает разрешения. Джисон не отстраняется и сам переводит взгляд на омежьи губы.  Они одновременно подаются вперёд и мягко касаются друг друга. В этот раз совсем не больно.  Звук уведомления в телефоне. Минхо неловко вздрагивает и отстраняется.  — Приехали за котёнком. Я… пойду. А то не знаю, когда ещё кто-нибудь откликнется. Лучше у себя дома буду ждать.  — Угу, иди.  — А можно мне держать тебя за руку? Минхо удивлённо поднимает глаза на альфу. Просто не ожидал такого вопроса. — И, ну, касаться волос? Как твой брат, например.  — Можно.  — Круто, — улыбается Сон и, вставая, треплет по волосам омегу. — Тебе тоже можно, если что. — Ладно.  Когда дверь за улыбчивым старшим захлопывается, Минхо всё ещё сидит с лицом без выражения. Пока Суни упирается головой в его колено, омега касается своих губ кончиками пальцев.  Приятно.

IV. претензии.

«Это пиздец», — первая мысль Минхо.  Первая мысль Минхо после сна. Первая мысль Минхо за завтраком. Первая мысль Минхо перед выходом из дома. Первая мысль Минхо, когда он садится за парту. Первая мысль Минхо, когда Джисон здоровается с ним, заходя в класс и усаживаясь на своё место — рядом. Первая мысль Минхо, когда он смотрит в тест по географии. Первая мысль Минхо на обеденном перерыве… — Мне приснился эротический сон.  Джисон перестаёт вытягивать молоко со вкусом ванильного пломбира из трубочки, откладывает еду и смотрит на младшего. — У тебя пубертат, — старается спокойно сказать альфа. — Это нормально.  — Ладно, — Минхо слишком много ДУМАЛ и слишком ДОЛГО думал, перенервничал и в итоге смутиться не составило труда.  — Хочешь поговорить об этом? — Джисон способен метить в яблочко. — Да, — ну раз так, то да. Хочу. Готов. Давайте.  — Это впервые? — Да, — Минхо чувствует, что немного краснеет.  — Ладно. И… ну… как ты к этому относишься? — А?  — Тебе понравилось?  «Блять, да. Моё постельное белье и трусы под присягой кричали бы ДА!»  — Угу, — смотреть в глаза Джисону уже не представлялось реальным. Несмотря на то, что Минхо понимал, что будет неимоверно стесняться, он всё-таки выбрал для разговора именно Хан Джисона. На то была весомая причина.  — Ладно, — Джисону самому очень неловко. Его омега (по факту, он свой собственный, но альфа на каком-то инстинктивном уровне, не то, чтобы сознательно, определяет его именно таким образом) рассказывает ему о своём первом эротическом сне. Что вообще сейчас Минхо хочется услышать? — Мне тоже снились такие сны.  — А… с кем? — Ну, — лица парней достигли такого состояния, при котором справедливым будет спор, кто краснее. — Не то чтобы я помню лицо.  — Ммм.  — Серьёзно. Я помню ощущения, прикосновения. Наверно, в основном прикосновения. Образ омеги был смутным. Чёрные волосы вроде. Его тело было… спортивным. И пластичным. И… касался в основном не я. То есть, меня как будто учили, а я повторял. Типа того.  Парни встречаются взглядами и старший прячет лицо в ладонях. — Прости, это очень смущает на самом деле. — Я тоже, ну, смущаюсь.  — А про кого твой сон? «Про, блять, тебя». — Ну, о конкретном человеке… Ты, вообще, знаешь, интересно описал свои, ну, впечатления. Я бы так не смог. Мне вообще неловко обо всём этом говорить. — Ты не прикрывайся неловкостью, — отрезал Джисон. — Расскажешь, о ком сон? Минхо решает: «Сейчас или никогда». Минхо смотрит Джисон в глаза. Минхо решает: «Никогда». — Минхо? — Мм? — Не придуривайся. — Я не… — Минхо! — Так, я доел. Пора в класс. — Ли Минхо! И весь дальнейший день рефреном звучало имя омеги, произносимое совершенно неспокойным голосом.  — Минхо. — Блять, Сон, я искренне! Искренне пытаюсь понять тригонометрию. — А я искренне нахуй пытаюсь понять, почему ты не хочешь говорить, с кем у тебя был секс. — Джисон! — шикает омега. — Ты… блять, услышат же.  — Кто тебе снился?  — Вот именно, — младший встречается взглядом с альфой. — Снился. Не было у меня никакого секса, — и медленно, с чувством, с расстановкой, — сам ты это подтвердил.   — Ну Минхо. Интонация в голосе старшего изменилась. Не то чтобы просящая или обиженная, но расстроенная.  — Ты.  Джисон немного подгружается.  — Я? — Угу.  Минхо отводит взгляд, но не отворачивается. Ручку пальцами сжимает сильнее.  Что ж, может, и не тригонометрический, но урок Минхо сегодня всё-таки вынес: его «никогда» в отношении Джисона работает не всегда.  — А почему ты так хотел узнать?  — Последняя парта! Самые умные что ли? Минута до звонка осталась, досидите спокойно! Класс, записываем домашнее задание.  Пришлось сесть, как требуют, и сделать вид, что крайне вовлечены в тему урока.  Но Джисон всё равно прошептал: — Потому что я альфа, а ты — омега. И мы целовались. — Ты типа считаешь меня своим? Школу оглушает звонок. Одноклассники шумно собираются, пока Джисон склоняется к уху Минхо и заявляет:   — Я имею на тебя претензии.

V. "акира", тоторо и бог. 

— Ты правда хочешь в семьдесят лет сказать, что никто так и не узнал тебя настоящего? — Джисон… — Так да или нет?! — Нет! Кто в здравом уме вообще такого возжелает? — Тогда расскажи мне уже про свою мангу! Сколько можно уговаривать! — Но ты буквально не шаришь ни за что из этого, Джисон! — Да похуй мне, я просто хочу слушать тебя! И вновь Минхо стоит перед альфой с лицом без выражения.  — Ладно, — и подходит к старшему, стоящему у его книжной полки. Тут ни один том любимой манги, некоторые даже перечитаны не раз. — Хо-я. — Мм? — Почему ты удивляешься простым вещам? — Ну, по-моему, они не простые. Не у всех такое в жизни было. Джисон здыхает и притягивает младшего к себе, обнимая со спины за плечи и укладывая голову на плечо омеги. Спрашивает: — Что ты делаешь, когда интересуешься кем-то?  Минхо водит пальцем по ладони старшего, раздумывая. — Стараюсь узнать его. — Я тоже. И мне интересен ты.  Старший надеялся, что правда вслух расслабит омегу, но, если честно, из-за напряжения в теле парня кажется, что слова, если не прошли мимо, то сделали лишь хуже. — Хо-я. — Мм? — Почему ты не веришь? — Не знаю. Я…  Минхо смолкает, поэтому старший просит продолжить: — Да? — Просто… — тяжёлый вздох, и тело младшего немного расслабляется, когда он чуть откидывается назад, и большая часть его опоры теперь зависит от альфы, — я немного не понимаю, как выстраивать отношения. У Сона внутри что-то ёкнуло на слове «отношения». — Объясни. — Каждый может уйти в любой момент. Из-за полной фигни тоже. Или не объяснить причину. И неважно кто: друг, любимый, брат, отец. Как тогда… верить в чувства людей? — Хо-я… — Прости. Джисон немного молчит, но отстраниться не пытается. — Думаю, риск есть всегда… — Но кто не рискует, тот не пьёт? — Да, но не перебивай.  — Ладно, — с улыбкой тянет младший. — Ты ведь всё ещё нервничаешь, да? Минхо закусывает губу. — Угу. — Я думаю, что о чувствах правомерно судить в конкретный момент.  — Какой серьёзный. — Я тоже нервничаю, просто.  — Не перебиваю больше. — В общем, — старается продолжить Джисон, — главное в жизни - это твои выборы. Ты можешь быть окрылённым любовью сегодня, и это будет правдой, но через месяц у тебя экзамены, подработка, спорт. Ты вымотан и просто хочешь сна и хорошо кушать. Так вот, важно, что ты тогда выберешь: быть рядом с другим человеком дальше или нет, как относиться к нему, когда тебе самому плохо. Можно объяснить, что ты устал, что трудно, а не закрываться. Ну, например. И в таких чувствах ты можешь не выбрать быть с другим человеком. Это значит, что сейчас ты сделал такой выбор, но это не означает, что месяц назад ты не был искренне влюблён. Минхо тяжело вздыхает. — То есть… я не могу ведь предугадать, что ждёт нас в будущем? — Не можешь.  — Но я могу сейчас сделать выбор? — Да, сейчас.  — Ладно, — Минхо всё ещё немного напряжён, но тем не менее… — Смотри, на нижней полке диски. У нас есть приставка для них. Там старые аниме, например, «Акира» или «Мой сосед Тоторо». Они абсолютно разные, но это неважно. Мне нравятся, — косится на Сона, который внимательно слушает. — Это манга «Очень приятно, Бог». В ней…

VI. три условия.

Эти двое уже месяца три вместе шатаются: в классе вдвоём, на обеде, ходят друг к другу в гости, вычёсывают и купают СунДунДо (каждый котёнок, кстати, нашёл свой дом), даже находят силы достаточно сосредоточиться рядом друг с другом, чтобы делать домашку. Не каждый день, конечно, но в целом, они могут быть вместе в разных ситуациях.  А порой целуются. И с каждым разом всё мягче. В общем, эти двое постепенно расслабляются. Привыкают. Поэтому Минхо не находит ничего странного в том, чтобы зайти к Тэхёну в час дня в воскресенье.  хо-я я у твоей двери  сон гук у меня гон  Омега на пару секунд перестаёт дышать.  сон вечером начался  хо-я у тебя есть обезбол, жаропонижающее, да? сон папа купил, да хо-я хорошо И стоит на месте. сон ты ведь не ушёл, да? хо-я нет сон я не принимал подавители если я выйду, ты почувствуешь мой запах я немного боюсь в смысле  это мой первый гон «Боже». сон и я боюсь находиться с кем-то не из домашних в закрытом помещении  хо-я не переживай  я понял это окей ты чувствуешь себя достаточно хорошо, чтобы посидеть на крыльце? сон у меня почти не поднялась температура  я потею и дыхание участилось пока нет симптомов больше  я чувствую небольшое недомогание, но если мы просто посидим у двери, думаю, я хоть развеюсь  хо-я твоё самочувствие точно ок? сон я правда не чувствую ничего физически критичного го попробуем? хо-я выходи Дверной щелчок раздаётся мгновенно.  — Привет, — Джисон взлохмаченный и совсем-совсем домашний, в розовых домашних штанах, розовой ветровке на молнии, на вид очень мягкой, и белой футболке. — Привет, — улыбается ему Хо. Он уже привыкает свободно радоваться рядом с этим комфортным альфой.  Джисон улыбается в ответ.  — Джи! — в коридоре появляется папа парня в такой же нежно-розовой ночнушке. — О, Минхо-я, здравствуй.  — Здравствуйте. — Можно мы посидим перед домом немного? Папа Джисона смотрит на ребят недолго, раздумывая. — Во-первых, Минхо примет подавители, чтобы не реагировать на твой запах, — младший кивает. — Во-вторых, дистанция полтора метра. В-третьих, если ты почувствуешь, что твоё состояние хоть как-то меняется, ты заходишь в дом сразу.  — Хорошо-хорошо, — Джисон поднимает руки в знак примирения. — Принесу подавители. — Минхо-я, ты голоден? — интересуется старший омега. — Я хорошо позавтракал, спасибо. — А что насчёт безе? Я с утра сделал. — Ну, — Минхо пытается подавить улыбку, но по сияющим глазам старшего становится понятно, что всё решено. — Я бы не отказался. — Сон! Принеси Минхо ещё безе! — Так уж и быть! — Ты там что, поясничать вздумал? — прикрикивает с наносной серьёзностью папа, прежде чем прошлёпать в мохнатых тапочках в гостиную. Минхо присаживается на нагретое солнцем крыльцо и складывает руки на коленях.  Пришаркивает альфа и протягивает стакан воды и блистер с таблетками. И тогда Минхо впервые чувствует его. Чувствует запах пота, как на физкультуре.  Чувствует тепло человеческого тела, даже не касаясь его. Чувствует запах Тэхёна. Он напоминает ему пудинг, который Минхо попробовал во время поездки в Японию. И который так ему понравился.  Блять.  — Ты в порядке?  По голосу и выражению глаз, а ещё, мать его, по запаху, понятно, что Джисон волнуется. Типа реально волнуется.  — Я просто подвис. Я ведь ещё не принял подавители.  — А… оу. — Так, неси мои безе, — ворчит Минхо, отбирая воду и таблетки. Джисон топает в дом, но, отойдя на полтора метра, поворачивается: — Твои-и-и? Как посмелел! Минхо не нужно ничего говорить. Он просто использует взгляд «в себя поверил, что ли?». — Вопрос исчерпан! — альфа ретируется на кухню.  Минхо остаётся один. Он замирает, смотрит вокруг, на весеннюю природу и теплоту, и чувствует. Чувствует, что хочет остаться рядом с Джисоном.

VII. когда омега прикипает.

Принятие себя начинается с того, что Минхо врывается в гостиную.  — Не давайте мне телефон! — разгневанно кричит семнадцатилетний парень.  Но гнев этот словно направлен на себя и вызван самим собой. К тому же у омеги течка. Грёбаные подавители в этот раз нифига не помогают, поэтому Бин и Ликс по запаху понимают, что им не кажется. Младший спешит скрыться с глаз долой, но Феликс останавливает его вопросом: — Что случилось? Да, Минхо хочет обсуждать с близкими то, что его волнует, но сам он фиг попросит. Серьёзно. Это случаи-исключения. И вообще, омега сейчас в уязвимом состоянии. Он просто останавливается на месте, а дальше ни тело, ни язык поворачиваться не хотят. — Хо? — Мне неловко.  — Почему? — подталкивет Бин. — Это связано с течкой. — Хочешь, я выйду? — уточняет Феликс. — Нет, я просто… ну, мне неловко признавать, что это так, но один с этим я тоже сидеть не хочу. — Короч, по базе, — резюмирует Чанбин и мягче уверяет: — Мы подождём, если тебе нужно время, чтобы принять тот факт, что ты можешь нам рассказать. Минхо думает, как бы лучше сформулировать. Или как хотя бы начать? — А сколько вам было лет, когда вы начали встречаться? — Бин был в выпускном классе. — Восемнадцать и девятнадцать, — подтверждает Со. — Чанбин, а… ну… это, возможно, неловкий вопрос… тебе снился Феликс во время… ну… течки? — Да.  — Да? — удивляется альфа. — А когда? — Ну, в школе точно. Дальше ты мне уже не снился.  Глаза у Феликса загораются, а лицо краснеет, пока у Минхо к горлу подкатывает желание блевануть, и он не актёрствует только из симпатии к старшему омеге. — А ты хотел, чтобы… короче, ты хотел тогда провести течку с ним? Теперь постепенно краснеть начинает Чанбин.  — Хотел, — и в сторону лыблющегося в кулак Феликса коситься и не думает.  — Это типа нормально?.. — Да. Абсолютно. Если омега доверяет альфе, сближается с ним на духовном уровне, ну… прикипает, короче, то захочется рядом конкретного человека.  — Тебе приснился Джисон? — спрашивает прямо Феликс.  — Да, — подавленно выжимает из себя Хо, садится на тёплый ковёр и кладёт голову на сложенные на журнальном столике руки. — В первую ночь течки. И следующие три дня я просто очень хотел, чтобы… Я… *вздох* я хотел его.  На самом деле Феликсу неловко от такой откровенности обычно закрытого младшего, но альфа старается быть чутким хёном. Минхо ерошит свои волосы и опирается головой на руку, выглядя максимально растеряно и шокировано. — Я типа реально хотел трахаться с Джисоном в ёбаную течку. — Это же неплохо. Почему это тебя так удивляет? — спрашивает Чанбин. — Вы разве не встречаетесь? — Вообще мы не обговаривали это. — А какого хера он с тобой тогда зажимается? — вклинивается альфа. — Не зажимается. Мы просто целовались. Не так уж много раз. И всё было прилично. Он даже на талию мне руки не клал. — А ты хотел?  — Последние три дня, знаешь, да! И это пиздец! — Не пиздец, — парирует Бин. — Просто ты втюрился по уши, — резюмирует Феликс.  — Я не втюрился! — Вы вместе проводите ебать сколько времени! Только дома у нас сколько торчите. — Хо, — привлекает внимание старший омега. — Почему ты не хочешь признать, что Джисон тебе нравится? — Потому что мне страшно.  — Почему? — Ну, а вдруг… Блять. Я не справлюсь с отношениями.  — Это ты с чего взял? — не соглашается альфа. — У меня их никогда не было. — Это нормально, впервые вступать в отношения, — парирует брат. — Я неловкий. — Джисон тоже. Вы оба друг с другом иллюстрация к слову «неловкость». — Я боюсь, что разочарую его.  — Ты… да это буквально невозможно.  — Почему ты так уверен, хён?  — Да этот маленький альфа в тебе души ни чает, — Феликс искренне верит в свои слова. — Ты просто не видел, как он смотрит на тебя, когда ты отворачиваешься. — Да, — соглашается Чанбин. — И вообще, он к тебе так относится… внимательно и бережно.  — Он мне прямо сказал, что ему интересно. Ну, что я ему интересен. Как… не просто как прикольный человек, но и как омега. — И ты всё ещё боишься, что…?   — Я боюсь, что не смогу быть хорошим партнёром для него, — честно смог выдать Хо. — Я не уверен в себе. У меня много страхов. Я закрытый. Я уже сейчас всё порчу. Джисон писал мне эти три дня, но я всё игнорирую.  — Хо! — оживляется Феликс. — Не поступай с ним так. Он же живой человек, ему больно.  — Блять, хён! Я не буду хорошей парой для него! — И сейчас к этому стремишься! Попробуй открыться! — Минхо, — прерывает перекрикивания Бин. — Ты не пробовал. — Но… — Нет. Без но. Ты не пробовал. Ты спрятался и не думаешь о чувствах Джисона сейчас, пока он без связи с тобой.  — Странно, что он не пришёл к тебе, — высказывается альфа. — У него гон. Он начался за день до моей течки. — Блять, — Феликс прикрывает рот рукой. — Бин, ваши циклы синхронизировались. Не ебите мозги друг другу и встречайтесь уже! — Но… — Ты всё ещё не пробовал. — Просто ответь ему прямо сейчас, — больше даже просит, чем советует, Феликс. Минхо берёт в руки телефон и видит двадцать+ сообщений от "сон". — Я… просто скажу ему, что у меня течка, — младший встаёт и топает в свою комнату. — И что я не в состоянии мыслить здраво.  Минхо несколько раз печатает и стирает текст, решая в итоге, что говорить в реальном времени будет проще.

*вызов*

— БЛЯТЬ, ЛИ МИНХО. Клянусь, ТЕБЕ ПИЗДА. — Сон… — Какого хуя? — Я… у меня течка, — на том конце провода становится подозрительно тихо. — Все три дня. И она болезненнее в этот раз, чем обычно. Но вообще не в этом проб… — Сон. — Да? — Я всё это время думал о тебе.  Сердце младшего замирает. Без шуток. Доступ к кислороду перекрывается сам собой в это мгновение точно.  — Я хотел, чтобы ты снова был рядом. И… я хотел касаться… Чтобы мы касались друг друга. Минхо сейчас запищит, серьёзно. — Хо?.. Только не молчи, пожалуйста. Лучше пошли меня. Я… — Я тоже. Я тоже хотел, чтобы ты был рядом. Серьёзно, Джисон, это пиздец. — Это пиздец. — Я никогда не хотел конкретного альфу рядом. — Блять, — Ли Минхр умирает на том конце провода. — На самом деле родители предполагают, что мой цикл буквально запустится из-за близости с тобой. В смысле… мы много времени вместе и… — Я понял.  — Угу. Молчание, чтобы хоть немного осознать. — Как ты… ну… — Да? — подталкивает альфа. — Как ты относишься к этому? — Я… боже… Хо, я переживаю. Ну, я нервничаю. — Я тоже, — выдыхает младший. — Спасибо, что ты рассказал.  — Прости за игнор. — Буду рад, если ты в следующий раз отправишь сообщение. Одного достаточно. Просто, чтобы я не волновался.  «Волновался».  — Хорошо. Прости ещё раз. — Ладно, Хо-я. Как ты сейчас себя чувствуешь? — Ну… прямо сейчас я уже не скулю от желания трахаться с тобой… — Блять. Нет, это пиздец. — Хотя подавители не помогают нихуя.  — Я тебя убью, серьёзно, — уверяет альфа. Минхо улыбается и беззвучно смеётся. — Сон?  — Что? — А мы с тобой… ну… мы типа вместе? — Я не буду официально предлагать встречаться тебе по телефону.  — В целом, я не против. — Я против! Ты заслуживаешь лучшего! «Оу». — Оу. Ладно. Спасибо.  — Ты дурак, Хо. — Знаю. А ты покраснел сейчас?  — Пока!

VIII. — пожалуйста. 

Было немного тяжело после этого сидеть через несколько дней семь уроков за одной партой и делать вид, что всё как обычно, и вы не хотели друг друга последнюю неделю. Зато сейчас эти двое дома у Джисона. Наедине. Альфа запирает входную дверь и поворачивается к младшему.  — Хочешь… — Мм? — …поесть? Минхо не сразу отвечает. Джисон нервно сжимает кулаки. — Я хочу целоваться.  Это правда, и чувствуют это оба.  — Ну, а насчёт еды, — Минхо отводит взгляд, чуть выпячивает губы, делая вид, что раздумывает, — смотря, что ты можешь предложить. Джисон подходит вплотную и смотрит глаза в глаза с приподнятым уголком губ.  — Но обед можно отложить, да? — Пожалуй, — соглашается омега, фиксируя внимание исключительно на губах партнёра. — Но сначала… Джисон начинает рыться в рюкзаке и протягивает Минхо…  — Блять, — младший берёт в руки небольшие, самые простые серебряные серьги и думает, что он никогда такой ахуенной жизни ещё не жил. — На будущее? — неловко улыбается Джисон. — Я хочу, чтобы ты был в моём будущем. Минхо резко поднимает взгляд на парня.  — Да. — А? — Я согласен. Мы встречаемся. Иди уже сюда, — и обычно не инициирующий тактильные контакты младший льнёт в тёплые объятия.  — Так просто? — улыбается Минхо.  — Я устал от сложностей. Банально. И факт. Давай… по-простому? — По-человечески? — Пожалуйста. — Хорошо, — и обнимает своего омегу крепче, даря обоим спокойствие на душе.  — Ебать я этого хотел. Я про «встречаемся», если что. Эй!  Джисон отстраняется, обхватывает лицо младшего ладонями и целует.  Минхо перекладывает ладони альфы на свою талию, а сам обвивает руками его шею. В тот день они ощутили, что оба друг друга желают. 

IX. всё только начинается. 

«Вряд ли мне помогут эти скорости Алкогольные тусовки без тебя…»

Кишлак

— Бля, — Минхо сам берёт руки альфы и кладёт себе на задницу, усаживаясь на чужих коленях поудобнее.  — Хо, слушай, — Джисон поднимает руки до талии, охватывает ими омегу и прижимает к себе. Младший утыкается носом в волосы старшего и обнимает за плечи в ответ. — Не нравится? Джисон отрицательно мычит. — Я просто нежнее хочу, медленнее. — А я нервничаю очень, — признаётся омега. — Поэтому пытаюсь поступать смело, чтобы таким казаться.  — Я заметил. — Не пойму, ты шибко стеснительный или шибко смелый? — У каждой медали две стороны. — А ты, медаль, вертишься без остановки! — Ты ворчишь, потому что сам хочешь повертеться. — Да. На тебе, блять. Джисон шумно выдыхает, проводит пальцами по позвоночнику омеги. — Хо. Младший перебирает пальцами волосы Хана. — Что?  — А ты прям знаешь, каких прикосновений хочешь?  — Я бы хотел, чтобы мы оба кончили, — чуть отстраняется, чтобы заглянуть своему альфе в глаза. — Но проникновения я пока не хочу.  — Я тоже.  — И у нас час. — Почему? — Я первый раз пойду на подработку. Хочу я свой готский стиль или да?  Джисон улыбается.  — У тебя получится.  — Это только твои мысли… — Мысли материальны. — Тогда намысли нам крутой секс. — Хо? — Мм? — А поцеловаться хочешь? — Спрашиваешь. Они решают попробовать по-новому. Более страстно. Они впервые целуются мокро, и в низу живота у обоих теплеет. Минхо зарывается пальцами в волосы старшего, пока альфа несмело оглаживает его талию, забравшись руками под футболку.    Минхо неожиданно потирается о тело альфы. И этого неуверенного движения достаточно, чтобы сорвать с губ Джисона первый стон. 

«Но я привык к тебе уже даже во сне»

Кишлак

О да. Омега определённо нравится. Как бы ни было страшно, это, по ходу, того стоит. Во взглядах друг друга читают возбуждение. Спешат коснуться губами, спешат расстегнуть шеринку на брюках и дотронуться друг до друга там. — Если ты думаешь, что я не хочу теперь услышать твой стон… ты ошибаешься. Джисон касается омегу сначала через бельё. Минхо делает глубокий вдох.  — Если ты думаешь… что я не хочу услышать твой стон снова, — и сжимает возбуждение альфы, заставляя того выдохнуть от неожиданности и новых ощущений, — ты ошибаешься. — Заткнись. И целует его, придерживая за талию одной рукой, а второй касаясь мокрой головки возбужденного члена омеги. Младший скулит в губы альфы. Джисон улыбается в поцелуй.  Минхо касается возбуждения своего альфы также. Они разрывают поцелуй, и соприкасаются друг с другом лбами, начиная двигать руками. Это до ужаса неловко в начале, но постепенно они ловят один ритм. Встречаются взглядами. Чувствуют запахи друг друга. Джисон впервые чувствует Минхо. Феромоны омеги напоминают ему ванильный чизкейк. Серьёзно, он поклясться готов, что этот омега предназначен ему судьбой. Чувствует, как омега плавится, что его Хо нравится. Каждый полностью сосредоточен на партнёре. Эта отдача опьяняет сильнее того алкоголя, из-за которого они впервые поцеловались.  Движения рук ускоряются, дыхание учащается. Первым замирает омега, кончая с тихим стоном и прикрыв глаза. Джисон всё ещё придерживает его за талию одной рукой и старается не пропустить ни мгновения, ни одного мелкого движения мышц на лице. Он чувствует запах удовлетворённого омеги. Это сводит с ума.  Джисон целует Минхо снова, пока младший доводит его до оргазма.  — Ты, блять, восхитительный.  — Взаимно, — улыбается уголком губ. 

«Без вспомогательных веществ

Я уёбываю в джаз»

Кишлак