Когда тьма шепчет о свете

Дверь кабинета директора отворилась с тихим скрипом. Портреты бывших деректоров, явно получившие приказ молчать, с любопытством оглядывали вошедших. Кабинет встретил вошедших сдержанной строгостью: высокий потолок, полки, заставленные книгами и артефактами... Воздух здесь был плотным от величия и столетей ответственности, дыша мудростью и терпением. Владанна остановилась в нескольких шагах от стола, осматривая все вокруг с живым, почти детским интересом. Ее глаза нашли портрет Альбуса Дамблдора среди остальных. Она улыбнулась ему и ее глаза блеснули от радости и узнавания, будто от встречи со старым другом. Он ласково кивнул ей в ответ. За ее спиной, справа, чуть пооддаль, остановился Снейп. Он сердито сверкнул глазами, когда увидел, куда смотрит Владанна, но промолчал. МакГонагал сидела за столом, выпрямившись. Ее руки были сложены на пачке пергаментов, а внимательный взгляд темных глаз цепко впился в лицо молодой женщины, стоящей перед ней. Она не оценивала внешность, нет. Она просчитывала наперед свои слова и возможные исходы этого разговора. Снейп молчал. Он не торопился вмешиваться -- лишь наблюдал, с каким восторгом Владанна оглядывает комнату, как стоит перед директрисой, как держит спину, с каким спокойствием встречает ее взгляд. Его лицо оставалось привычно непроницаемым, но внутреннее напряжение никуда не делось. Слишком уж явным было несоответствие ожидаемой ним реакции обычной женщины на волшебство, слишком уж странной , не поддающейся класификации казалась ее аура, слишком странным было ощущение импульса, когда он, Снейп, взял на руки ее сына среди развалин маггловской высотки. МакГонагал первой нарушила молчание, начав разговор. --Профессор Снейп ранее сообщил мне, что вы оказались в Хогвартсе при крайне необычных обстоятельствах,- сказала она. Ее слова прозвучали как простая констатация, без намека на вопрос или обвинение. --Ваш сын сейчас в безопасности, и его жизни ничего не угрожает. Мы посчитали разумным не тревожить его, ведь в первую очередь этот разговор касается именно Вас. Комната застыла в напряженной тишине, словно ожидая, когда Владанна начнет говорить. Снейп стоял неподалёку, хмурый и неподвижный, будто тень на стене. Он уже предчувствовал: что бы ни стало темой разговора, легким он не будет. Минерва выдержала паузу еще несколько мгновений, после чего заговорила снова. -- Назовите ваше имя и фамилию, произнесла она наконец. --Владанна Кириак, — ответила молодая женщина почти шепотом, но ровным голосом, смотря прямо в глаза директрисе. --Мисс Кириак... --Миссис, — поправила её Владанна. За её спиной Снейп сдержанно поморщился и демонстративно закатил глаза. --Миссис Кириак, — не изменив тона, продолжила Минерва. — Профессор Снейп утверждает, что вы не принадлежите к нашему миру и каким-то загадочным образом буквально свалились ему на голову. Расскажите нам, что случилось с вами и вашим сыном. Владанна тяжело вздохнула и, осторожно подбирая слова, начала свой рассказ: ---Я могла бы поведать многое, но все подробности не имеют отношения к делу. Главное — моя страна сейчас охвачена войной. Каждый день соседнее государство сбрасывает тонны взрывчатки и химических веществ на наши дома. Только потому, что считают: всё наше принадлежит им. Как будто нас без них вообще быть не должно. Она замолчала на мгновение. --Если вы хоть немного интересовались историей магглов, слышали имя Гитлера и знаете значение слова "геноцид", то поймете меня, ведь у вас был свой Темный Лорд с его планами захватить мир и уничтожить всех "неугодных". Наши миры похожи, история всегда повторяется. Молодая женщина отвела взгляд в сторону, прежде чем продолжить. -В тот вечер началась воздушная тревога. Мы с сыном собирались скрыться в убежище. Но, как я понимаю, не успели… Всё случилось очень быстро. Очнулась я уже в подземельях Хогвартса... в комнате профессора Снейпа. Вы знаете остальное: он нашел меня, а потом принес моего Николаса — едва живого. Залечил его раны и буквально вернул к жизни... За что я искренне благодарна. На этих словах Владанна замолчала, и ее глаза слегка блестели, пока МакГонагал сохраняла строгую серьезность. Северус внимательно наблюдал за Владанной, пока она говорила, и его взгляд был таким, будто он пытался разобрать ее на составляющие, чтобы выяснить самую нестабильную из них. Как только она умолкла, он шагнул вперед и холодно заговорил: — История, конечно, увлекательная, но лично меня интересует кое-что другое. Директриса и гостья перевели взгляды на стоящего у двери профессора. — Вы знаете меня, — сказал он, обращаясь к гостье из другого мира. — Как только впервые встретились со мной, без запинки назвали мое имя. Лицо Владанны стало задумчивым и сосредоточенным. — Когда вы посмотрели на портрет покойного директора, то улыбнулись ему так, будто знали его очень давно. И не позже, чем пятнадцать минут назад Вы ясно дали понять, что вам известно, кто такая профессор МакГонагал и каким образом с ней следует разговаривать. Профессор МакГонагал слегка выпрямилась и утвердительно кивнула: — Вопрос звучит вполне логично, — произнесла она сдержанным тоном. — Скажите, откуда такое осведомление? В кабинете восцарилась такая тишина, что было слышно, как потрескивают дрова в камине, и тихонько посапывают вновь уснувшие портреты в своих рамах. МакГонагал подалась вперед, сцепив пальцы в замок, вся обратившись в слух. Снейп замер у двери, и его лицо превратилось в непроницаемую маску, хотя ходившие ходуном желавки на его щеках выдавали крайнее волнение. На лице Владанны мелькнула улыбка, больше смущенная, чем дерзкая, словно она сама не до конца верила в то, что собиралась сказать. — В нашем мире существует серия книг, — начала она осторожно. — Довольно масштабная коллекция рассказов о приключениях Гарри Поттера... Снейп в ответ презрительно фыркнул: — Опять этот Поттер... Но Владанна перебила его с легким повышением голоса: — Эти книги повествуют о вашем мире. О вашей истории, вашей школе, о каждом из вас. В кабинете повисла тишина. — Превосходно, — протянул Северус с сарказмом. — Теперь мы герои дешевых выдумок. — Фантастических романов, если быть точной, — спокойно уточнила Владанна. Минерва нахмурилась и произнесла с осторожностью: — Вы хотите сказать, что магглы знают о нас и считают нашу реальность вымышленной? — Да, — коротко кивнула женщина. — И я, честно говоря, сама всегда думала именно так. Красиво написанная сказка. История для бегства от повседневности. Снейп усмехнулся: — Интересно узнать, — произнес он почти издевательским тоном, — что же такого забавного могли написать обо мне? Владанна повернула голову и посмотрела прямо ему в глаза. Ее зелено-болотные пересеклись взглядом с его бездонными черными омутами. — Что вы были самым выдающимся и талантливым зельеваром своего поколения, — произнесла она ровно, не оставляя места для иллюзий комплимента. — Продолжайте, — холодно бросил он сквозь стиснутые зубы. Сделав паузу, она продолжила: — Что вы сыграли ключевую роль в войне против Волдеморта. Работали, рискуя и питая недоверие обеих сторон. Что убили директоа Дамблдора, повинуясь ег же приказу. Что ваша репутация всегда была меньше той, которую вы заслуживаете… Северус побледнел, его лицо окаменело до полной неподвижности. Тихим и осторожным голосом Владанна добавила: — И что вы любили Лили Поттер... и утратили ее... Снейп резко шикнул: — Замолчите... Но она перевела свой взгляд к Минерве: — А вы, профессор МакГонагал... Вы были той единственной, к кому шли все, когда всё вокруг рушилось. Строгой, но справедливой. Единственной, кто мог поставить его на место — при этом даже не повышая голоса... Она коротко кивнула в сторону Снейпа. На мгновение повисло безмолвие. Северус медленно выдохнул: -Я не слышу ни лжи, ни умысла, ни попытки манипуляции. Выходит, нас читают. МакГонагал неспешно поднялась из-за стола, но её голос звучал твёрдо: — Если это правда, миссис Кириак, то ваше положение с каждым мгновением становится всё... сложнее. Любая утечка информации о вашей ситуации — особенно в нынешние времена, когда война только завершилась, — моментально привлечёт внимание Министерства Магии. А это означало бы допросы, суды, расследования. Она пристально посмотрела на Владанну. — Но ведь этого никому не нужно. Ни вам, ни вашему сыну, ни нам. Снейп чуть приподнял уголок губ в своей фирменной саркастичной усмешке. — Именно поэтому, — сухо добавил он, обменявшись коротким взглядом с Минервой, — вам придётся создать легенду. Простую, достоверную и убедительную. Вы понимаете? — Да, полностью. — В таком случае расскажите нам, чем вы занимались в своём мире? Владанна на мгновение отвела взгляд, словно пытаясь собрать мысли или решить, с чего начать свой рассказ. — Я была обычным человеком. До войны я работала учительницей, ходила на работу и жила самой простой жизнью. Снейп шумно втянул воздух через нос и фыркнул: — Самой обычной? Как трогательно и банально. Владанна пристально посмотрела на него, но не поддалась на провокацию. Ее голос стал чуть тише: —У меня были способности, которые в моём мире считались странными. Иногда я могла видеть прошлое и будущее, а ещё мне снились сны — о других мирах, о людях, которых я ещё не встречала. И со временем многие из этих снов сбывались. Соседским детям я сливала испуг на воск – бабушка научила еще в далекой юности. Кроме того, я гадала на картах. Это умение пришло ко мне само собой лет в двенадцать. Во время войны оно оказалось полезным — люди стремились узнать своё будущее или судьбу своих близких и были готовы платить за это достаточно, чтобы мы с сыном могли выжить, не умерев с голода. Комната наполнилась напряжённым молчанием. Снейп медленно обернулся к рассказчице с выражением холодного презрения, которое он обычно оставлял для самых недобросовестных из своих учеников: — Очаровательно. Маггловская шарлатанка с картами в руках и богатым воображением. Трелони вкупе с деревенской шептухой? Где ваши атрибуты? Представляю: воск, колода карт и мантия, вылинявшая от старости... — Северус! – резко оборвала его МакГонагал. Снейп умолк, но его надменный взгляд ясно говорил о том, что он не раскаивается в сказанном и считает всё услышанное от Владанны полнейшим вздором. Голос директрисы, когда она вновь заговорила, обрёл былую ровность и строгость: — В нашем мире подобные способности нуждаются в подтверждении. Это не вопрос недоверия к вам, мадам Кириак, а необходимость проверить факт. Снейп напрягся. Он уже знал, что будет дальше, и с тяжёлым взглядом наблюдал за тем, как МакГонагал достаёт из складок мантии свою волшебную палочку и направляет её на женщину из другого мира: -Revelio Magica! Воздух вокруг Владанны замерцал и чуть дрогнул. Он не вспыхивал, не взрывался — скорее, тянулся, словно вязкая патока, обвивая её тело едва заметными нитями. На полках кабинета звякнули колбочки и склянки. МакГонагал нахмурилась. — Любопытно... Снейп сделал шаг вперёд, прищурился. — Что? — коротко бросил он. — Она волшебница, — сказала Минерва, не отрывая взгляда от женщины перед собой. — Без сомнений. Владанна застыла на месте, но не выглядела удивлённой. — Однако её магия... нестандартна, — продолжила директриса. — Это не классический магический потенциал, каким мы его знаем. У неё он скорее рассеянный, не фиксирован в одном ядре. Другое происхождение и другая структура, если проще. Уголки губ Снейпа дрогнули в усмешке, но уже не столь уверенной. — Значит, не шарлатанка, — процедил он с каплей раздражения. — А просто неклассифицированное магическое существо. МакГонагал опустила палочку в руке. — Это многое объясняет, — тихо произнесла она, — но и вызывает новые вопросы. Теперь её взгляд на Владанну изменился: не предупреждающий, как на потенциальную угрозу, а внимательный, словно на сложную загадку. — Есть ещё один момент, который нельзя оставить без внимания, — заговорил Снейп после легкой паузы. — Когда я нашёл Вашего сына и взял его на руки... Он был ранен и крайне ослаблен, но я ясно почувствовал в нём магический отклик. Наступила тишина. — С высокой вероятностью и мальчик — волшебник. Владанна крепче сжала пальцы, но ничего не сказала в ответ. МакГонагал молниеносно развернулась к одному из шкафов, достала старую плотную книгу в потрёпанном коричневом переплёте и водрузила её на стол перед собой. Сев на своё место, она мягким движением провела палочкой по краю корешка: застёжка негромко щёлкнула, и книга раскрылась. — Реестр будущих учеников, — объяснила она, переворачивая первую страницу. — Все дети с проявившейся магией автоматически записываются сюда. Как фамилия мальчика? — Кириак, как и моя. Минерва кивнула и приступила к поиску имени, аккуратно ведя пальцем по строкам списка. Её движения были неторопливыми, предельно осторожными. Прошла минута. Ещё одна. Снейп сложил руки на груди в ожидании. — Нет, — наконец произнесла МакГонагал и посмотрела на Владанну поверх заклинательных очков. — В этом списке ребёнок с такой фамилией отсутствует. Владанна выдохнула — что-то между облегчением и горечью. — Значит… мой сын не волшебник... — тихо сказала она, почти для себя самой. — Преждевременный вывод, мадам Кириак, — резко оборвал её Снейп, холодно взглянув ей в глаза, а затем снова обернулся к директрисе: — Попробуйте имя мальчика. Николас. Минерва нахмурилась ещё больше, перевернула несколько страниц назад и вновь внимательно вчиталась в строки списка. Тогда это и случилось. Ее лицо сначала мгновенно лишилось всякого цвета, словно вся кровь стремительно покинула его. Но уже через мгновение скулы залил заметный румянец. Пальцы, сжимающие страницу, задрожали, сжавшись до такой степени, что побелели костяшки .Глухой звук разнесся по кабинету — она резко захлопнула книгу. Что-то в комнате переменилось. Словно невидимая струна в воздухе натянулась до предела и начала вибрировать. Минерва МакГонагал подняла ошеломленный взгляд на Владанну. — Что-то случилось? — голос молодой женщины прозвучал искренне обеспокоенно. — Все в порядке, — коротко ответила пожилая волшебница и глубоко вздохнула. — Полагаю, здесь имеет место быть грамматическая ошибка. Мы обязательно обсудим этот вопрос позже. Снейп, нахмурившись, заметил: — Директор... — Позже, Северус, — твёрдо отрезала МакГонагал и негромко позвала: — Мили. С тихим хлопком рядом появилась все та же домашняя эльфийка в идеально белоснежной наволочке с гербом Хогвартса. Её уши стыдливо прижались к голове, и огромные глаза вопросительно взглянули на Минерву. — Проведи мадам Кириак в её комнату и удостоверься, чтобы ничего не нарушало покой её и её сына. Милли быстро наклонилась в низком поклоне: — Слушаюсь, профессор-директор, мэм. МакГонагал снова взглянула на Владанну, и в этом взгляде читалась плохо скрываемая тревога. Её учтивость оставалась непоколебимой, но беспокойство всё-таки прорывалось в каждом движении: — Меня ждут неотложные дела. Мы продолжим позже. Молодая женщина молча кивнула в знак согласия и нехотя последовала за крошечной Мили. Дверь за ними негромко захлопнулась, а звуки шагов постепенно затихли в коридорах замка.