А ты не такой трудный, как кажешься на первый взгляд

И там, неожиданно, сидит Чаз.... Ноги на стуле, плечи чуть расслаблены, взгляд в телефон, потом он поднимает голову. — Ты чё тут? — голос у Райли хриплый, будто он не говорил весь день. Чаз усмехается. — ты же писал, что “вспомнил херню”. — Блять… — Я подумал, что лучше прийти. Райли моргает. Один раз. Потом ещё. Сцена не распадается. Не исчезает. Не дрожит. Всё слишком нормальное. Слишком реальное. Он проходит ближе. Садится напротив. Стул скрипит. Чаз смотрит спокойно. Живой. Настоящий. — Ты теперь так работаешь? — бормочет Райли. — Иногда. Пауза. Райли отводит взгляд. — Там, в школе было… не прям ад, — начинает он медленно. — Просто постоянно ощущение, что ты лишний. Даже когда ничего не происходит. Чаз кивает. — Понимаю. — Макс больше всех бесил, — продолжает Райли. — Он не просто доставал. Он делал так, что остальные подхватывали. — Типа задавал правила, — спокойно говорит Чаз. — Да. Пауза. Райли выдыхает. — И ты от этого ушёл, — добавляет Чаз. — Типа да. Райли смотрит в стол. — Но оно всё равно в голове осталось. Чаз молчит секунду. — Оно не обязано там оставаться. Райли тихо усмехается. — Легко сказать. — Я не сказал “легко”. Пауза. И в этот момент что-то чуть сбивается. Не резко. Скорее как шум, который становится тише. Райли моргает. И вдруг замечает странность. Чаз не двигается так, как должен. Не совсем. Слишком ровно. Слишком стабильно. Как будто он не дышит так, как должен. Райли моргает ещё раз. — Ты… — начинает он. И останавливается. Потому что голос Чаза звучит чуть иначе. Чуть глуше. Как будто через стену. — Что? — спрашивает Чаз. И в этот момент кухня становится слишком тихой. Даже холодильник не гудит. Даже часы будто остановились. Райли резко встаёт. Стул за ним скрипит слишком громко. — Нет… — выдыхает он. Чаз поднимает бровь. — Ты чего? Райли делает шаг назад. Потом ещё. Сердце начинает стучать быстрее. Не страх. Скорее… сбой. Как будто картинка не совпала с реальностью. — Ты не здесь, — говорит он тихо. Чаз моргает. — В смысле? И в этот момент кухня слегка “плывёт”. Не как в кино. А как когда долго смотришь в одну точку и теряешь фокус. Линии становятся мягче. Свет — слишком тёплым. Голос — чуть дальше. — Я же… — Райли сглатывает. — Я же один дома. Тишина. Чаз смотрит на него спокойно. Слишком спокойно. — Райли… Но голос уже не совпадает с пространством. Он как будто не из этой комнаты. Райли резко отступает к стене. Ладонь касается холодной поверхности. Настоящая. Холодная. И это единственное, что уверенно существует. — Ты не здесь, — повторяет он уже твёрже. Чаз молчит. И в этот момент его лицо начинает терять чёткость. Не исчезать резко. А как будто растворяться по краям. Как изображение на старом экране. — С тобой всё нормально, — говорит Чаз. Но голос уже не держится в комнате. Он будто приходит откуда-то сбоку. Райли закрывает глаза. На секунду. Когда открывает — кухня пуста. Стул отодвинут. Телефон лежит на столе. Но никого нет. Только тишина. И лампа гудит. Вот теперь — по-настоящему. Он стоит неподвижно. Пару секунд. Потом медленно садится обратно. Как будто тело не уверено, что делать дальше. — Блять… — выдыхает он тихо. Проводит рукой по лицу. Смеётся коротко. Без радости. — Ебать… я уже разговариваю с воздухом. Он смотрит на пустой стул. И впервые не может понять, было ли это вообще. Или он просто слишком сильно хотел, чтобы кто-то сейчас был рядом. Он возвращается в комнату медленно. Как будто после длинного шага не туда... Телефон рядом мигнул уведомлением и снова погас. Он не сразу потянулся к нему. Мысли ещё были где-то “там” — между пустой кухней и тем странным ощущением, будто кто-то на секунду оказался рядом, хотя его там быть не могло. Райли резко выдохнул, сел на кровати. Блять… хватит уже Голос прозвучал нормально. Реально. И от этого стало чуть легче. Он потянулся за телефоном, но в этот момент где-то в квартире щёлкнул замок. Не его дверь. Входная. Райли замер. Сначала даже не понял, почему. Просто тело отреагировало быстрее, чем голова. Шаги в коридоре. Ключи. Сумка, которую ставят на пол. И знакомый голос: — Райли, ты дома? Мама. Он выдохнул так резко, будто до этого вообще не дышал нормально. — Я здесь, — крикнул он в ответ. Голос вышел чуть хриплый. Мама зашла в квартиру, уже на автомате снимая обувь, усталая после работы. Волосы чуть растрёпаны, в руках пакет, который она поставила на стул в коридоре. Она посмотрела на него сразу, как вошла. — Ты весь день дома был? — Ага, — кивнул он. — “Ага” у тебя звучит подозрительно. — Я никуда не ходил, — добавил он. Она прищурилась, но спорить не стала. — Ты какой-то странный сегодня. Он усмехнулся. — Я всегда странный. — Нет, — спокойно ответила она. — Не всегда. И это “не всегда” почему-то зацепило. Он отвёл взгляд. — Просто устал. — Угу, — мама поставила воду на кухне. — Все вы так говорите. Он не ответил. Он хотнл пойти за ней на кухню, но остался стоять в дверях. Обычные звуки: пакет, холодильник, кружки. Жизнь как она есть. И на фоне этого у него в голове всё ещё иногда всплывала та сцена — Чаз на кухне, спокойный голос, разговор, который был слишком реальным для того, чтобы быть просто фантазией. Он моргнул. Сфокусировался на маме. Она повернулась. — Ты ел? — Не помню. — Это плохой ответ. — Но я ведь жив. — Это не одно и то же. Он фыркнул. — Мам, я не умираю. Она посмотрела на него дольше обычного. — Я и не говорю, что ты умираешь. Пауза. — Я говорю, что ты закрываешься. Он чуть напрягся. — Я не закрываюсь. — Райли. Он закатил глаза. — Ладно. Может, немного. Мама кивнула, будто именно этого и ждала. — Вот. Уже честнее. — Просто… день странный. — Расскажешь? Он хотел сказать “нет”. По привычке. Но вместо этого только пожал плечами. — Не особо. Она не давила. Просто взяла чашку, налила воды. — Хорошо. Но если что — я дома. Он кивнул. И пошёл обратно в комнату. Дверь закрылась. И тишина снова вернулась. Но уже не такая тяжёлая, как раньше. Скорее обычная. Живая. Он сел на кровать, уткнулся локтями в колени. Телефон снова завибрировал. Чаз: "ты жив?" Райли хмыкнул. Написал: "мама пришла" пауза "всё норм" Через секунду ответ: "я ж говорил" ещё сообщение: "ты просто перегрузился" Райли долго смотрел на экран. Потом медленно написал: "я сегодня на кухне думал что ты пришёл" Пауза. Длиннее обычного. И ответ: "не приходил" ещё: "но если бы пришёл — ты бы не остался один с этим в голове" Райли усмехнулся. Уже легче. — Да ты философ, блять, — пробормотал он. И написал: "ты всегда такой умный?" Чаз: "нет. только когда ты тупишь" Райли тихо фыркнул. И впервые за день не почувствовал, что всё это давит. Просто… было. Как есть. Он лёг обратно на кровать. Телефон рядом. Где-то на фоне мама ходила по квартире, ставила чайник, включала что-то тихо на кухне. Жизнь возвращалась в обычный ритм. И это странно успокаивало. Не резко. Не “всё стало хорошо”. Просто стало менее одиноко в голове. Через какое-то время он всё-таки встал. Пошёл на кухню. Мама уже сидела за столом. — Ты всё-таки вышел, — заметила она. — Чудо, да? — Почти. Он сел напротив. Помолчал. Потом тихо сказал: — Я сегодня немного… зависал. Она посмотрела на него. Не удивлённо. Не встревоженно. Просто внимательно. — И что это значит? Он пожал плечами. — Не знаю. Голова тупила. Пауза. Мама кивнула. — Ладно. И от этого стало легче, чем от любых разговоров. Позже вечером, когда мама ушла в другую комнату, Райли снова остался один. Но теперь это “один” ощущалось иначе. Он открыл чат. Пальцы зависли над клавиатурой. И вдруг он написал: "если я иногда странно себя веду — это нормально?" Ответ пришёл не сразу. И в этой паузе он почему-то не напрягся. Через минуту: Чаз: "ты просто слишком долго один всё тащил" ещё: "и мозг иногда перегревается" Райли смотрел на экран. Долго. Потом медленно набрал: "и что с этим делать?" Ответ: "не оставаться одному с этим" Пауза. И ещё: "например сейчас ты не один" Райли выдохнул. Он отложил телефон, посмотрел в потолок. Трещина там всё ещё была. Но сейчас она просто была частью комнаты. Не чем-то, что давит. А чем-то, что существует. И этого оказалось достаточно, чтобы он спокойно закрыл глаза и уснул.