Счастливая деревня пушистиков!

— Раз, два… ТОЛКАЙТЕ! — заорал Берхард, толкая свою зацепленную за стену мотыгу. Мы повторили за ним данное действие уже со своими инструментами, и вчетвером под сокрушительный треск оторвали очередной разукрашенный под лес квадрат. Затем мы быстро отошли в сторону и, пыхтя от небольшой усталости, наблюдали, как пятиметровый квадрат с глухим хлопком падает на землю. К сожалению, и на этот раз за квадратом оказалась серая стена, которая, хоть и состояла совершенно из другого материала, уже не поддавалась так легко, как квадратные листы. С небольшой досадой мы отправились к следующему участку стены и начали повторять уже выработанный процесс действий.       За вчерашний день, когда я отсутствовал, и за сегодняшний мы закончили безвозвратно портить всю западную стену, оставляя снизу вместо привычного рисунка леса серую полосу с небольшими углублениями для самих квадратов. Мне предоставили немного времени на изучение обоих объектов, и неожиданно меня осенил ответ. Будто старая память пробудилась ото сна и вернулась ко мне. Разукрашенные пятиметровые квадратные листы состоят из металла, и держались они на железных болтах. Серая стена же состоит из затвердевшего бетона, в котором наверняка находится арматура, что поддерживает жёсткость конструкции. Я рад, что получил ответ, но был искренне напуган. Как и почему я «вспомнил» это? Как ни посмотри, но в деревне нет ничего из металла или бетона — лишь деревянные дома, каменная плитка и несколько пластиковых вещей. Так откуда мне вообще знать про металлы и бетон? Я не знаю… Берхард не сильно удивился моим неожиданным познаниям, а Банни и Эмиль, если и хотели что-то сказать, то промолчали из-за продолжающихся демонтажных работ. Поначалу лев раздумывал над тем, чтобы прорыть сквозь бетон туннель, однако я уговорил его не делать так, оставив подобный вариант на самый худой конец. Ведь даже если мы сможем относительно эффективно выдалбливать бетон, то рано или поздно нас встретит арматура, с которой мы ничего не сможем сделать. Поэтому Берхард решил, что мы будем отдирать все нижние металлические листы, дабы отыскать что-нибудь. Естественно, все надеются найти выход, но после всего произошедшего я уже не разделяю подобного оптимизма. Да, мы заперты, однако у нас все ещё есть варианты, как мы можем выбраться. То же выдалбливание туннеля сквозь бетон или постройка башни к потолку и демонтаж части нашего прошлого "неба". Ситуация еще не достигла пика отчаяния, а посему я больше сконцентрируюсь на устранении льва, нежели на поиске выхода. Если, нет, когда мы найдём выход, то я не желаю, чтобы эта тварь получила свободу. В конце концов, он уже убил одного пушистика и угрожает остальным, так что ему мешает прикончить совершенно незнакомого пушистика, стоит нам лишь встретить подобных? Верно, ничего. Мы уже приступили к сносу восточной стены, полностью пропустив водяные решётки. Это было моё предложение, ведь если мы испортим единственную систему, которая поставляет нам пригодную для питья воду, то будем обречены. Все согласились с моим аргументом, и мы приступили к восточной стене. Впрочем, нас не хватило на слишком большое количество листов, ведь я, Банни и Эмиль окончательно выдохлись и больше не можем продолжать с прежней эффективностью. А вот Берхарду всё нипочём, как будто он и не прикладывал главные усилия на выдёргивание стен. Помимо аномальной выносливости, я заметил у него и другие странности. Он стал выше — где-то на десять сантиметров, а мускулы стали отчётливо видны сквозь кожу. В некоторых местах, а именно на обратной стороне колен и подмышках, он порвал свою кожу, но совершенно не ощущает какого-либо дискомфорта. В этих местах отчётливо видно его мясо и мышцы, однако абсолютно никакой крови не идёт, будто так и задумано. Когда он успел стать ещё сильнее? Хотя, это не важно. Наоборот, если он продолжит расти, а его кожа больше не сможет вмещать его массивное тело, то тогда мой план станет ещё проще в исполнении.

Жаль, что всё не может быть настолько просто.

— Ешь, Кристофер. Ты должен хорошо питаться, дабы набрать такую же массу, как и у меня.       Берхард вновь привёл меня к себе домой, который он уже превратил в самую настоящую лавку мясника. Мне пришлось сесть за один стол с этим монстром, где в качестве нашего главного "блюда" была всё та же Дрими, чьё мясо заметно уменьшилось с прошлого раза. Труп начал уже немного попахивать, но видимо, эта небольшая "мелочь" вообще не мешала льву с такой же страстью и наслаждением пожирать бедренную часть давно почившей овцы. Он уже даже не очищал свою гриву от крови, которую чуть ли не демонстративно показывал на наших совместных работах днём. Он окончательно выжил из ума. — Я сказал есть, Крис. В противном случае я буду бить тебя и тренировать твою выносливость до самого утра. Ты же не хочешь снова свалиться обессиленным, верно? — прорычал Берхард, смотря на меня безумным взглядом рубиновых глаз. Я принудительно вернулся к тарелке, где меня ждал филигранно вырезанный лоскут мяса с предплечья. Приступ рвоты от омерзения уже подступил к горлу, но я всеми силами старался держаться. Хоть я и поклялся заточить свою волю словно клинок, но, на деле, это чертовски сложно просто не впасть в панику в одной комнате с ЭТИМ. — Ты ведь не послушаешь мои мольбы и не выпустишь меня отсюда, пока я не съем это, верно? — спросил я дрожащим голосом, смотря с искрой наигранной надежды на своего мучителя. — Нет, — сказал он, обрезая любые пути к отступлению и мирному решению конфликта, — ЕШЬ. Мне не пришлось как-либо отыгрывать свой страх перед ним вместе с омерзением от данной трапезы, ведь я действительно ощущал всю эту гамму негативных чувств. Пересиливая себя, подбадривая себя тем, что это ради общего блага и смерти Берхарда, я взял очерствевший лоскут овечьей плоти и начал медленно грызть его. Лев никогда не готовил мясо и всегда ел его сырым, заставляя меня поступать точно также. Я ощущал, как малое количество оставшейся крови начало течь по моему горлу, как отдельные сегменты мышц стали разделяться прямо у меня во рту на более мелкие части. Я плакал, всхлипывая при каждом укусе, прося прощения у Дрими. Самое ужасное во всём происходящем даже не вкус сырого мяса моей подруги и не факт лёгкого гоготания со стороны льва при просмотре этой картины. Нет. Меня больше не тошнило, и рвотные позывы прекратились, как только я вкусил плоть. Вот самое ужасное во всём этом кошмаре. Я привык есть мясо. Я... привык... пожирать... друзей... — Молодец, наконец-то ты стал расти, — Берхард легонько похлопал меня по плечу, стоило мне окончить трапезу. — Можешь ступать. Смой кровь, ты должен продолжать играть роль слабачка и бояться меня — у тебя это отлично получается. Эти травоядные не должны догадаться, что в их стане завёлся ещё один хищник. Пытка мясом окончилась, и я поплёлся к озеру. Я знал, на что иду — я просчитывал эту возможность множество раз и ожидал подобного исхода. Но будь я проклят… КАК ЖЕ ЭТО ОТВРАТИТЕЛЬНО! Стоило мне дойти до озера, я целиком окунулся в него. Плевать на возможное качество питьевой воды; сейчас я хочу лишь одного — смыть этот грех с моего тела! Я чистил свой серый мех и оттирал всю красную жидкость, однако даже спустя десяток минут, когда ничего кроме моей искусственной кожи не осталось, я продолжал тереть, всхлипывая и проклиная свою слабость. В какой-то момент я даже пожелал содрать с себя собственную кожу, но, благо, я смог сдержаться и хоть как-то взять себя в руки. Лишь спустя ещё полчаса я добрался до дома, пребывая в отвратительнейшем настроении.       Я не могу сдаться. Только не сейчас. Я ведь обещал уничтожить зло в жёлтой шкуре, а теперь, после одного съеденного куска плоти, я вот так сдамся? Ну уж нет, ведь тогда все принесённые жертвы будут напрасны, смерть Либерти и Дрими будут напрасны, мои страдания будут напрасны! Я НЕ СДАМСЯ ТЕБЕ, БЕРХАРД! Я буду продолжать идти вперёд, а когда ты не будешь этого ожидать, убью тебя и разорву на части, как ты сделал это с Дрими! Жди, кровавый лев, жди, ведь скоро моя вендетта настигнет тебя. Просто потерпеть ещё немного… и тогда… мы станем свободными…

***

— Ч-что это такое? — в неверии спросил Банни, устало вздыхая. — Это именно то, что мы искали, — уверенно произнёс король зверей. Мы успешно дошли до периферийной части света и тьмы восточной стены и без проблем вырвали очередной металлический лист. Только, в отличие от всех прошлых разов, когда нас встречала голая бетонная стена, на этот раз нам попалась дверь. Странная двухметровая дверь. Она отличалась от всех своих представителей в нашей деревне не только размером, но и структурой с цветом. Она была сплошным прямоугольником серо-желтоватого цвета, имея лишь необычную ручку в форме рычажка. Если это действительно выход, то мой план… — Она не открывается, — констатировал факт, попытавшийся открыть дверь, Эмиль. — В сторону. Какая-то жалкая дверь не удержит меня от заслуженной свободы, — прорычал Берхард. Стоило поросёнку отойти, как хищник с разгона врезался в дверь, выбивая ту с корнем. Он немного простонал, но довольно быстро встал на ноги, открывая нам вид в новое пространство, в котором мы никогда не были. Мы совместно вошли внутрь, и пока остальные искали следующую дверь, я внимательно изучал ранее замурованную комнату. Прямоугольной формы в два с половиной метра в высоту, комната была также облеплена железными листами, вот только теперь они имели более стандартный чёрный цвет и не были разукрашены во что-либо. В потолке, так же как и у нас, были вмонтированы лампы, однако их было всего две штуки на всю комнату, и они не создавали подобного ослепляющего эффекта, как наше разрушенное "небо". Комната не была пустой: в ней находилось несколько столов со стульями, пять стеллажей с различными предметами и три больших механизма, один из которых неприятно постукивал. — Пропади оно всё пропадом! — закричал потерявший терпение лев. — Здесь нет никакой двери! А хотя к чёрту всё, мы просто снесём здешние стены с потолком и дело с концом! — Я бы не стал принимать такие поспешные решения, — я воспротивился такому глупому заявлению. В этот момент вся троица повернулась ко мне: двое смотрели с непониманием, а последний излучал лёгкую раздражённость. — Это ещё почему? — Если я правильно понял, то это генераторная, — сказал я, вновь получая часть ранее неизвестных воспоминаний. Помимо них я также взял книгу со стеллажа, где, если верить заголовку, подробно рассказывалось, как пользоваться генератором. — Скорее всего, именно эта комната и питает лампы на потолке нашей деревни, даруя свет и возможность роста для плодов. Если мы хоть что-то здесь сломаем, то лишимся не только оставшегося света, но и последних возможностей к выращиванию еды. Тем самым мы просто умрём от голода, так и не придя ни к чему. — И что же ты предлагаешь? — спросил Берхард с неким вызовом. — Я досконально изучу всю эту комнату и генераторы и, если это всё ещё возможно, верну свет на тёмную половину деревни. Даже если я не смогу вернуть свет, то поддержать нынешний темп будет, скорее всего, более чем возможно. Помимо этого, здесь должны быть хоть какие-то зацепки, указывающие на выход из этого места. Мне не пришлось выдумывать что-то слишком заумное, дабы остаться победителем в этом бессмысленном споре. Довольно скоро лев принял мои аргументы и, прихватив с собой двух помощников, оставил меня в генераторной, чтобы я здесь со всем разобрался. Стоило главной проблеме нашего поселения уйти, я тут же погрузился в детальное изучение всей комнаты, впервые испытывая восторг от новых знаний, как в момент первого прочтения книг в моей библиотеке. К сожалению, из книг здесь присутствовала лишь данная подробная инструкция. Удивительно, что я вообще мог её читать, ведь язык оказался таким же, который мы используем в разговоре и письменности. Новая загадка, которую я когда-нибудь обязательно решу. В любом случае я довольно быстро прочитал всю книженцию от корки до корки, чётко запоминая, как пользоваться двумя генераторами, что уверенно стояли передо мной в конце комнаты. И именно в этот момент суровое осознание пришло в мой разум. Генераторы использовали некий бензин для производства электричества, которое питает лампы. Я многократно обыскал всю комнату, но так и не нашёл злополучный бензин. Мы не сможем поддерживать генераторы в рабочем состоянии, так как у нас банально отсутствует необходимое топливо. Помимо этого ужасающего факта, я быстро понял причину, по которой половина всех ламп на нашем потолке перестали светить. Генератор, который отвечал за питание той части потолка, прекратил свою работу из-за нехватки бензина. Благодаря инструкции я смог найти счётчик оставшегося топлива. Первый генератор был закономерно пуст, а второй заполнен лишь на самую малую часть возможного объёма. И это значит, что остальные лампы скоро перестанут давать нам жизненно необходимый свет. Ещё немного, и я бы впал в окончательную панику, однако помимо двух генераторов на бензине в комнате присутствовал и третий, чья структура кардинально отличалась от своих собратьев. Это был механический генератор, который был немного меньше двух предшественников, хотя его инструкцию я также успел изучить. Он был стационарным, и единственное, что было необходимо для вырабатывания электричества — быстро крутить рычаг по кругу, установленный сбоку генератора. В инструкции было написано, что он вырабатывает не такое большое количество энергии, но для экстренного случая его должно хватить. Данный факт стал спасительной соломинкой, ведь даже если не будут работать все лампы, будет достаточно количества и над одной фермой, и тогда мы вновь будем в относительной стабильности. Опасность миновала, но данное решение действительно существует лишь для самых отчаянных случаев. Вот только я не планирую оставаться здесь на срок больший, чем необходимо. Осталось лишь разобраться с Берхардом, и можно будет полностью сконцентрироваться на поиске выхода. — Ну как успехи? — помяни монстра и он придёт к тебе сам. — На ближайшее время лампы будут работать, но скоро выйдет из строя второй генератор. Здесь есть система для чрезвычайных случаев, можно будет крутить вон тот рычаг, чтобы хотя бы часть ламп включить. Этого должно хватить для фермы, — я пояснил неразвитому животному, зачем нужны генераторы. — Не идеально, но и не ужасно. Пока мы ищем выход, мы сможем продержаться, и это самое главное, — лев пришёл к такому же выводу, медленно выходя из комнаты. По пути к выходу я решил поставить дверь на место, хоть она и будет служить лишь заслонкой на пути в новое помещение, а не полноценной дверью. Закончив с этим, я увидел, что Эмиль и Банни уже разошлись по домам, а вдоль стены появились новые отодранные куски металла. Похоже, на сегодня мы с этим закончили. — Пойдём Кристофер, у нас с тобой ещё остались незаконченные дела. Будь оно всё проклято…

***

      Таким образом, прошло ещё три дня. Днём я помогал со сносом стен, регулярно проверяя генераторную, а ночью я шёл к Берхарду на кровавую трапезу. После нахождения замурованной комнаты он решил приступить к телу Либерти, оставив от Дрими лишь обглоданные кости, сиреневую кожу, кишки и цельную голову. Две ночи я ел с ним, и с каждым разом его аппетит непомерно рос. Хоть меня и не тошнило, но сам факт подобной трапезы вгонял меня в депрессию и уныние. Вот только я это делал не просто так, постепенно становясь нейтральнее к акту каннибализма. В последний раз ему не пришлось меня уговаривать есть, и я сам приступил к трапезе с видом безнадёжности на лице. Вот тогда я и добился окончательного доверия со стороны чудовища. Он был доволен и посвятил меня в свои безумные планы. Банни, Эмиль и Эми пойдут в расход, а мы вдвоём, к этому моменту, уже успеем найти выход, разобравшись с остальными стенами. Очень простой и недальновидный план, просто с колоссальным количеством просчётов. А что, если мы не найдём выход? А что мы будем есть, когда останемся вдвоём? Что станем делать дальше, даже если найдём выход? Естественно, я не задавал эти вопросы вслух, полностью согласившись с планом, сохраняя абсолютно убитое выражение лица. Я заработал его доверие, и совсем скоро мне подвернётся шанс. Он снова вырос, и на этот раз его кожа разошлась, как раз в районе шеи, хоть это практически и не видно из-за его гривы. Каждый день, пока он не смотрел, я продолжал готовить самое сильное оружие, которое я только смог найти — мои когти. Я точил их об ненужную мебель, а затем перешёл на маленький кусочек металлической пластины. Таким образом, сейчас мои когти стали бритвенно острыми и с лёгкостью пройдут как сквозь гриву, так и сквозь глотку этого урода. Что же насчёт момента убийства, то он настанет совсем скоро. Вчера ночью мы ничего не ели, так как труп Либерти был в мгновение ока сожран ублюдком. Днём я даже видел, как у него начался нервный тик, однако он успешно сохранял контроль над собой. Вот только перед тем, как разойтись, он уведомил меня, что завтра он будет собирать кровавую жатву. Он не сказал, кого именно он планирует убивать, но он сделает это утром на площади. Вот тогда я его и прикончу, разорвав его гортань перед тем, как он заберёт ещё хоть чью-то жизнь. Скоро моё возмездие свершится. Я так и не смог заснуть, разглядывая свои большие когти и детальнее продумывая план действий. Заветное «ЩЁЛК» случилось так же нежданно, как и всегда, даруя свет лишь западной стороне деревни с половиной площади. Именно этого момента я дожидался все эти дни. Я пропустил повседневный завтрак, ведь у меня больше не было сил ждать. Я молнией вышел из дома и направился к площади, ожидая, когда придут остальные. Пока все потихоньку собирались, я всерьёз обратил внимание на моих трёх друзей, которые поочерёдно шли к центру нашей цивилизации. Банни после смерти Либерти и Дрими окончательно перестал совершать свой утренний ритуал, поэтому сейчас мы встаём все самостоятельно. Может быть, это и не видно, однако зелёных кролик так же, как и я, находится в подавленном состоянии, но в отличие от меня у него нет никакого плана к решению двух крупных проблем нашей деревни. Я не знаю, что творится в его голове, но одно я могу констатировать с уверенностью — он боится смерти. Эмиль не ушёл далеко от состояния быстрейшего в деревне. Помимо схожей подавленности, он также начал ненавидеть это место всей душой. Он всегда любил природу и был лучшим из нас в обращении с растительностью, но стоило ему узнать правду об искусственности нашего маленького мира — это выбило землю у него из-под ног. Теперь он безнадёжно выполняет рутинную работу, искренне желая выбраться отсюда на настоящую природу. Ну и наконец, Эми. Мы с ней не общались с того разговора на ферме, но мы делали это осознанно, так как я переживал, что Берхард может что-то заподозрить и из чистого принципа убить Эми. Лишь от одной этой мысли мои руки сами сжимаются в кулаки, а желание избавиться от каннибала лишь ещё больше нарастает. Когда всё кончится, я наконец-то смогу насладиться приятным временем в её компании. Вот так, сопровождая взглядом всех пришедших, последний на площадь пожаловал сам король зверей, который выглядел совершенно болезненно. Он вновь подрос, даже грива уже не скрывает открытые участки без кожи. Его глаза наполнились кровью, а всё тело трясётся. Все инстинктивно отстранились от него, но я легонько подошёл к нему и встал сбоку, показывая, на чьей стороне был на самом деле всё это время. От подобного он улыбнулся и полностью развернулся к оставшейся троице, собираясь выдавить из себя очередную речь. Ну вот и настал момент. — Что же, за прошедшие дни мы достигли многого, в частности нашли комнату, которая даёт нам дневной свет. Вот только этого недостаточно! Наши темпы поисков слишком медленны, а еды становится всё меньше с каждым днём, а посему я принял волевое решение как единогласный лидер всей деревни! Сегодня я избавлюсь от самого бесполезного из вас и тем самым уменьшу количество необходимой для нас еды. От подобного заявления все вздрогнули, но я продолжил сохранять наигранное хладнокровие. Тем временем изо рта льва уже начала течь слюна. Безумное животное... — И этой жертвой будешь ты, ЭМИ! Прости, ничего личного, но сегодня ты станешь моей пищей! Что? Нет, почему именно она… Я отвлёкся лишь на миг, но чудовище уже рывком направилось к моей дорогой подруге… Нет… Я…

Я НЕ ПОЗВОЛЮ ЭТОМУ СЛУЧИТЬСЯ!!!

Мои мышцы наполнились сверхъестественной силой, а я запрыгнул на спину Берхарда, опережая его казнь лишь на несколько секунд. Без какого-либо дальнейшего промедления, я схватил его шею обеими руками и разорвал своими когтями, которые беспрепятственно прошли как сквозь кровавую гриву с кожей, так и сквозь толстый слой мышц. — ТОЛЬКО ПОСМЕЙ ТРОНУТЬ ЕЁ, ТВАРЬ! — закричал я внезапно низким голосом Берхард поначалу впал в ступор, в шоке от того, что его гениальный план по моему переманиванию прошёл совершенно не так, как он хотел, но этого мига мне хватило, чтобы продолжить уже свою казнь. Я впился своими зубами в его плечо, а руками продолжал разрывать его плоть уже на туловище, заставляя того истошно вопить. Перед тем, как он успел схватить меня, я умудрился вдавить его глаза глубоко в череп, дабы затем начать продавливать свои когти всё глубже и глубже, прямо к мозгу. — ГРАААА! — прорычал раненый король зверей, скидывая меня со своей спины обеими лапами. Оказавшись на земле, я не замешкался и проскользнул ему в ноги. После того как его кожа разорвалась из-за аномального роста, его сухожилия стали прекрасно видны, чем я сразу и воспользовался. Я быстро разорвал сначала оба пяточных сухожилий, а затем и сухожилия в подколенных ямках. После этого он не смог долго удерживать равновесие и окончательно упал. Берхард всё ещё пытался сопротивляться, но будучи обездвиженным и слепым, он уже не мог победить. Я с лёгкостью лишил его руки какой-либо возможности двигаться. Час возмездия настал. — Ты думал, что сможешь сломить меня? Что можешь заставить меня подчиниться тебе? — я начал свою тираду, встав прямо перед ним, нависая так же, как и он в первые дни моей слабости. — Ты рассчитывал, что заставив меня есть мясо, сделаешь меня таким же животным, как и ты? Вот только ты ошибался. Я никогда не поддамся искушению, не встану на эту кривую дорожку, как поступил ты. Я смогу найти выход из этого проклятого места и спасти каждого из нас! Если Берхард и желал что-то сказать напоследок, то из-за разорванной гортани у него не было возможности этого сделать. Хотя, после всего времени проведённого с ним, я примерно могу понять, что он сказал бы в подобном положении: «Этот мир жесток и несправедлив, а твои ошибочные принципы заведут тебя в могилу. В конце концов останется лишь тот, кто находиться на вершине». — Я докажу что вся твоя философия, все твои принципы и действия были напрасны, деструктивны и бесполезны, — уже шёпотом, скорее для самого себя, нежели для него, сказал я. — Прощай, Берхард. Тебя никто не будет помнить. Я бы мог заставить его продолжать корчится в муках и ждать, пока он истечёт кровью, но я не опущусь до его уровня. Именно поэтому я пробил его грудную клетку, уничтожая сердце — в этот момент кризис нашей жизни был устранён. Больше нам не угрожал каннибал, жаждущий лишь мяса своих собственных друзей. Вот только что-то было совершенно не так. Банни и Эмиль отошли на десяток метров подальше от центра площади, смотря на меня с тем же ужасом, как и на мёртвого льва. Лишь Эми осталась неподвижной, смотря на меня с крайней степенью беспокойства. — Всё в порядке, можете не переживать, ведь… — видимо, из-за напряжения и долгого стресса, мой голос резко огрубел. — Кристофер, твоё тело… — Эми аккуратно перебила меня слегка дрожащим голосом и, указывая на новую проблему начавшегося дня. Мне потребовалось лишь пара секунд, чтобы понять, что именно могло произойти. С тяжким грузом на сердце я взглянул вниз на собственное тело. Я до сих пор помню, как всё начиналось, как в те первые дни мы были чуть ли не шариками на ножках с ручками, со складками висячей кожи. Я не был исключением, и моя серая шёрстка также висела на мне лоскутами. Впрочем, со временем мы выросли, а кожа стала идеально подходить нам. Я гордился своей шерстью и внимательно ухаживал за ней, гордо нося звание самого красивого мужчины деревни. Вот только то, что я узрел сейчас, полностью отличалось от привычного образа. Мои руки удлинились, разорвав кожу на месте локтя. Пальцы стали больше на одну фалангу, также избавляясь от кожи ближе к ногтям, которые стали ещё больше, продолговатее и острее. Мои ноги поступили аналогично рукам, порвав кожу в районе колен. Даже ступня стала вытянутой. Моё туловище преобразовалось в более крупную комплектацию, разодрав кожу уже на сочленении всех моих конечностей... Как…? Как подобное могло произойти…? Я ведь не ел столько же, как Берхард, так почему…?

Почему я стал таким же монстром, как и он?!

      Не веря в реальность происходящего, я побежал в сторону озера, дабы окончательно убедиться во всём. Эми кричала, чтобы я остановился, но я не хотел… не желаю, чтобы она видела меня ТАКИМ. Всё это время все мои страдания были ради спасения других. Я не жалел себя, но и не терял рассудок, стараясь сохранять здравый ум и холодную голову. ТАК ПОЧЕМУ ЭТО ПРОИЗОШЛО?! До озера я добрался удивительно быстро, замечая аномальную лёгкость и силу в теле. Какая-то пара минут, и вот я у нашего единственного озера. На миг я замираю, борясь со своим нежеланием знать правду и необходимостью обратного. Вновь отправив свои собственные желания куда подальше, я заглянул в водную гладь. Из неё на меня смотрел не умный кот Кристофер, который всегда готов был помочь своим друзьям любым советом и поделиться знаниями, на меня смотрел самый настоящий монстр, такой же каким стал и сам Берхард. Голова увеличилась вместе с ушами, изо рта вместо пары клыков торчал весь набор острых как бритва приспособлений. Мои усы приобрели чёрный оттенок, а глаза… Эти глаза не могут принадлежать мне… Белочная оболочка будто пропала, эволюционировав в угольный цвет. Привычная синяя радужка окрасилась алым, преобразуясь в ужасный фиолетовый оттенок. А зрачок… откуда в моём зрачке это белое кольцо… почему этот взгляд впивается прямо мне в разум, вызывая первобытный ужас?

Во что я превратился? Чем я отныне являюсь? Кристофером или монстром?

Моё сознание окончательно дало сбой, и я сбежал от страшной правды. Я не хотел принимать подобное как истину, как настоящую реальность… Это всё сон… Страшный кошмар… Скоро я проснусь под звонкое утреннее приветствие Банни… Мы соберёмся все вместе и отправимся в одно из наших магических приключений… Банни молниеносно доставит всё необходимое на место приключения… Либерти будет нашими крыльями и наведёт нас на верный путь… Эми поддержит нас, невзирая на трудности… Эмиль проявит своё характерное упорство и обязательно выполнит свою часть нашего приключения… Дрими добавит больше красок в наш весёлый поход… Берхард скоординирует нашу работу своей сильной лапой… А я… Я помогу им советом и подскажу способ решить любую проблему нашей деревушки… Так всегда было и так всегда будет… Я ведь обязан им помогать… Я… Кристофер, помоги нам!

Кристофер, помоги нам!

Кристофер, помоги нам!

КРИСТОФЕР, СПАСИ НАШИ ДУШИ!

Кристофер…

Крис…

— Кристофер! — крик Эми вылился на меня словно ведро ледяной воды, выводя из ужасного кошмара. Я несколько раз моргнул, а моё сердце вновь пропустило удар, ведь сейчас я находился в генераторной, а значит… Значит всё произошедшее — жестокая правда, от которой я никогда не смогу сбежать, сколько бы не пытался… — Уйди. Оставь меня, — мой голос огрубел до неузнаваемости, но после всего случившегося это меньшая из бед, что свалились на мою голову. Я закрыл своё омерзительное лицо такими же ужасающими руками, дабы она не видела мой новый облик. Я готов был смириться со страхом Эмиля или боязнью Банни. Но только не она… — Ты совсем не изменился, Кристофер, — ласково произнесла она, непринуждённо садясь впритык ко мне. — Я уже боялась, что ты решишь сделать с собой что-то ужасное. Хорошо, что вместо неправдоподобных прогнозов перепугавшихся кролика и поросёнка, ты просто сбежал из деревни и спрятался здесь, дабы тебя никто не видел. — Я больше не тот Кристофер, я — чудовище! — я попытался отгородиться от неё, сделать так, чтобы она навсегда ушла, бросив меня. Я не хочу подвергать её опасности, пока она находится рядом со мной. Я…

(Silence Resonant Tonality)

— Ну и что за глупости ты говоришь, дурашка? — мягко сказала она, нежно обнимая меня за талию. — Ты именно тот Кристофер, которого я так хорошо знаю. Умный, решительный, волевой и тот, кто всегда придёт на помощь к нам, даже несмотря на собственное состояние. Моё сердце разрывалось каждую ночь, стоило мне услышать, через какие муки заставлял тебя пройти этот безумный лев. Я желала прибежать к тебе и поддержать, сказать, что у тебя всё получится и что ты не одинок, но из-за твоей паранойи и общей боязни перед Берхардом нам пришлось отдалиться, чтобы он не переключил своё внимание на меня. Знаешь, когда он кинулся на меня, тогда, на площади, я уже успела попрощаться с жизнью. Однако ты вмешался. Ты спас меня от неминуемой гибели. Когда ты сражался с ним, я искренне желала, чтобы ты вышел из этой схватки победителем, и это не из-за страха собственной смерти, а из-за страха потерять тебя. Когда ты начал преобразовываться посреди битвы, я не испугалась твоего нового облика, я лишь переживала за твоё здоровье. А когда Берхард окончательно испустил свой дух, я радовалась твоей победе, радовалась, что ты не получил ранений, но беспокоилась за тебя после твоего изменения. Во мне что-то сломалось, когда я увидела, как ты в неверии разглядываешь собственное тело, а затем со слезами на глазах умчался прочь из деревни. Сначала я искала тебя у озера, но затем я потеряла твой след и обратилась к Банни с Эмилем за помощью. Эти два идиота даже не понимают, что именно ты их спас от участи быть съеденным! Они сказали, что ты заменил льва, что скоро уже ты сам начнёшь нас поедать, но это не так! Я заставила их сказать, куда ты мог пойти, и они рассказали мне про эту комнату. Когда я пришла сюда, ты сидел здесь, забившись в угол, плакал, закрывшись от всего мира. Я несколько часов пыталась привести тебя в чувства. Я уже начала переживать, что у меня ничего не выходит, но вот ты вновь здесь. Снова со мной. И мне совершенно неважно, что твой облик немного изменился, ведь внутри ты остался всё тем же. Добрым и маленьким серым котёнком, который всегда брал на себя слишком много ответственности. Кристофер, пойми, ты не один. Плевать на Банни и Эмиля, поделись своей болью со мной. Пожалуйста, только дай мне этот единственный шанс, и я обещаю, что никогда не предам тебя.       Лишь после всего сказанного в моей груди вспыхнул маленький огонёк надежды. Надежды на то, что ещё не всё кончено. Я ощущал своим телом, как Эми прижалась ко мне, осязал её теплое дыхание, которое расползалось по моей талии. Слышал её абсолютную уверенность и в то же время заботу в голосе. А также огромное чувство того состояния, которого я никак не ожидал — переживание. Она волнуется за меня. Но почему? За что я заслужил подобное? В этот момент я смог посмотреть на неё. Она не дрожала, не боялась, не убегала. В её глазах не читался страх или отвращение — в них была лишь искренняя забота и тревога за близкого. А также на ней были мои очки, те самые, которые я решил ей подарить после осознавания факта их бесполезности. С того дня она всегда их носила, каждый день, куда бы она не пошла. Я всё ещё помню нашу небольшую прогулку по деревне в первый день, когда она смогла увидеть мир в его настоящих красках. Она так искренне улыбалась, радовалась каждой мелочи, словно маленький ребёнок, и всегда благодарила меня за столь замечательный подарок. В этот момент маленький уголёк разросся до полноценного пожара. Эми права. Она всегда была права. Плевать на мой новый вид, с этой силой я смогу помочь им, смогу найти выход раньше точки невозврата. Смогу спасти их, как и обещал.       Я обломил свои собственные когти друг об друга, игнорируя тупую боль на кончиках пальцев — сейчас она не имела совершенно никакого значения. После этого я наконец-то смог сделать то, чего так желал все эти дни под надзором безумца — я обнял Эми. Нежно, максимально контролируя мою новую мощь. Я не позволю этой силе забрать её у меня. — Я верю тебе… всегда верил, — слёзы вновь начали идти ручьём, но я уже не мог остановиться. — Я боялся, что эта мощь может причинить вам вред, однако сейчас, после всего того, что ты сказала, моя утраченная уверенность в себе вернулась. Я смогу удержать эту силу в узде, направлю её ради всеобщего блага, найду при помощи неё выход из этой дыры. Просто… просто будь рядом со мной. Тогда я смогу свернуть любые препятствия на нашем пути. — Я всегда буду рядом с тобой, — Эми приняла мои объятия, зарываясь лицом в оставшуюся шерсть на моей груди, — обещаю. Тяжкий грех всех произошедших событий упал с моих плеч, наполняя мой разум прекрасной легкостью. Здесь и сейчас нет никакой искусственной клетки или проблем с едой. Здесь и сейчас есть только я и Эми. Мы оба не желали, чтобы этот восхитительный момент прошёл, поэтому мы так и уснули в объятиях друг друга, невзирая на все скопившиеся проблемы нашей жизни. — Спасибо тебе… Эми… — уже полусонно прошептал я, проваливаясь в сон, впервые не наполненный кошмарами за прошедшие дни.