Ненавижу любить тебя

Я ненавижу её. Ненавижу всей своей душой, каждым мучительным стуком своего чертового сердца. Я повторяю это себе как мантру, бездумно глядя в темный потолок спальни в общежитии. Третью ночь подряд у меня не получается сомкнуть глаз. Они ужасно чешутся и болят от усталости, но стоит мне хотя бы на секунду опустить веки, как во тьме слишком ярко вспыхивают эти невыносимые изумрудные глаза и растрепанные розовые волосы. Почему тогда, стоит ей просто пройти мимо в коридоре, задев меня краем своей школьной мантии, моё сердце срывается и начинает стучать со скоростью света? Оно бьется так бешено и громко, что мне кажется, этот глухой стук слышат все вокруг: Эмиль, Юэн, преподаватели... и она сама. Я не люблю её. Нет. По крайней мере, я так отчаянно считал до сегодняшнего дня. Мне уже целых двенадцать лет. Я староста, я уверенно иду к званию Имперского ученого, я лицо великой семьи Десмонд. Но этот дурацкий, чисто детский страх увидеть в её глазах разочарование… он до сих пор сидит глубоко внутри меня. Намертво въелся под кожу, и я ничего не могу с этим поделать. Сегодня мы снова поссорились. Очень сильно. Совсем не так, как всегда — без нашего привычного, почти шутливого обмена колкостями. В этот раз я окончательно перешел черту. Контроль просто испарился, когда я увидел, как она улыбается какому-то парню из параллельного класса. Внутри меня мгновенно вспыхнула такая дикая, удушающая ревность, от которой потемнело в глазах. Смертельно захотелось подойти, оттолкнуть его и закричать, чтобы он никогда не смел даже смотреть в её сторону! И от этой собственной беспомощности я снова сорвался на неё. Обозвал её какими-то мерзкими, злыми словами, которые сейчас даже вспоминать тошно. Какой же я дурак. Боже, какой я придурок! Вместо того чтобы сделать хотя бы шаг навстречу, попытаться сблизиться, просто нормально поговорить и хотя бы подружиться… Мне бы этого хватило. Честно, пока что мне бы этого хватило с головой — просто сидеть с ней за одним столом в библиотеке и не исходить желчью. Она ведь постоянно, с самой первой нашей встречи, предлагает мне эту чертову дружбу. Но какая же она дура! Я не хочу с ней дружить. Я хочу гораздо, намного большего. Я хочу касаться её рук, хочу любить её открыто, не скрывая этого ото всего мира, хочу обнимать её, когда ей грустно... и целовать. Боже, сегодня под утро мне приснился поцелуй с ней. Он был настолько живым, теплым и настоящим, что у меня перехватило дыхание. Я чувствовал вкус её губ, мягкость её волос, и я до ужаса не хотел просыпаться. А когда открыл глаза и понял, что это лишь сон, я едва не завыл от досады. Я судорожно пытался снова заснуть, укрывался с головой, умолял свое сознание вернуть меня обратно, чтобы увидеть её и снова почувствовать этот поцелуй хотя бы во сне… Я ведь готов бегать за ней, ухаживать, сделать абсолютно всё, что она попросит, исполнить любой её каприз. Но мы слишком разные. Она — обычная простолюдинка, а я — Десмонд. И я впервые в жизни искренне, до боли в груди жалею, что я не простолюдин. Если бы я был обычным парнем, всё было бы в миллион раз проще. Мне не пришлось бы оглядываться на статус, на отца, на правила. Мне не пришлось бы так тщательно скрывать от неё свои чувства. Но вместо этого я только и делаю, что обижаю её, строя из себя холодного, недосягаемого принца. Самое страшное случилось после ссоры. Она не стала плакать. Не замахнулась, чтобы ударить меня, как раньше. Она просто… прошла мимо. Сегодня на уроках она ни разу даже не повернула голову в мою сторону. Делает вид, что я пустое место. Абсолютный ноль. Воздух. И эта холодная тишина с её стороны душит меня сильнее любого её дурацкого лепета. Неужели она правда ничего не понимает? Неужели она настолько слепая, что не видит, как меня выворачивает наизнанку от одного её взгляда? Все те долгие, украдчивые переглядки в коридорах, когда наши глаза встречались на долю секунды — неужели они были важны лишь для меня одного? Неужели я сам себе всё это придумал? Держаться от неё подальше с каждым днем становится всё сложнее и сложнее. Магнитное притяжение этой девчонки напрочь ломает все мои настройки. Недавно в школьном саду, когда мы случайно остались одни, я чуть не признался ей во всем. Слова уже стояли в горле, сердце колотилось где-то в районе языка, дыхание перехватило. И сейчас, ворочаясь в темноте, я до боли в кулаках, до хруста в суставах жалею, что так и не признался. Было бы лучше. Пускай бы она высмеяла меня, пускай бы отвергла — но этот нарыв хотя бы лопнул. Она туго соображает, это факт. Форджер никогда не отличалась гениальностью, и её вечные пересдачи по математике тому подтверждение. Но скоро она точно всё поймет, я не смогу молчать об этом вечно, меня просто разорвет изнутри. А все те дурацкие, сумасшедшие фантазии, которые я так бережно прячу на самом дне своего разума... Фантазии о том, как она вырастет, как станет взрослой и будет принадлежать только мне. Как её будут звать Аня Десмонд. Они никогда не сбудутся. Я сам всё окончательно разрушил сегодня. Какой же я придурок. Конец?