История Эмбри Колла

Эдвард Каллен замер еще на парковке, когда старый пикап Беллы только въезжал на школьный двор. Его ноздри дрогнули, и лицо мгновенно превратилось в ледяную маску. От Беллы теперь не просто веяло теплом того индейца. Запах изменился. Он стал густым, острым, первобытным. Это был запах зверя, который только что сбросил шкуру. Запах волка. Эдвард понял всё в ту же секунду: Колл не просто привел её в Ла-Пуш, он открылся ей. Он обратился прямо перед ней, нарушив все законы секретности, лишь бы удержать её. Когда Белла вышла из машины и направилась к дверям школы, Эдвард преградил ей путь в коридоре. Он ждал увидеть в её глазах ужас, метания, крик о помощи. Он был готов «спасать» её от этого монстра. Но Белла... Белла была спокойна. Она шла уверенно, и в её взгляде не было ни тени вчерашней растерянности. Она посмотрела на Эдварда — прямо, почти равнодушно, как смотрят на неинтересную деталь пейзажа. Она больше не боялась его бледности и не гадала над его загадками. Теперь она знала ответ на главный вопрос, и этот ответ ей нравился больше, чем всё, что мог предложить Каллен. — Белла, — его голос прозвучал как треск ломающегося льда. — Ты хоть понимаешь, КТО был рядом с тобой этой ночью? Ты вся пропитана этим... зловонием. Белла даже не замедлила шаг. Она лишь слегка отклонилась в сторону, увеличивая дистанцию между ними, словно его близость была ей физически неприятна. — Я знаю, кто он, Эдвард, — спокойно ответила она, не останавливаясь. — И мне нравится его запах. Она прошла мимо, оставив его стоять посреди шумного коридора. Эдвард чувствовал, как внутри него закипает бессильная ярость. Она не просто выбрала врага — она приняла его природу. И теперь между ними пролегла пропасть, которую не перейти. В конце коридора Белла достала телефон и, не скрываясь, набрала короткое сообщение. Белла: «В школе всё так же холодно. Но я до сих пор чувствую твое тепло на своей коже. Каллен в своем репертуаре. Кажется, день будет отличным». Эмбри получил сообщение, когда замер на скалистом выступе, вглядываясь в сторону Форкса. Прочитав слова Беллы, он не смог сдержать хищного оскала. Его пальцы быстро застучали по экрану: Эмбри: «Горжусь тобой, Белльз. Ты даже не представляешь, как мне сейчас хочется сорваться и прилететь к твоей школе. Но Сэм и так косо на меня смотрит после вчерашнего». Он помедлил, вспоминая приторный, ледяной запах «бледного», и добавил уже серьезнее: Эмбри: «Держись подальше от оживших трупов, милая, мне будет спокойнее. Не давай ему подходить ближе, чем на пять метров. Если он хотя бы посмотрит на тебя не так — я это почувствую. Дождись меня, после уроков я буду там». Эмбри отложил телефон и издал низкий, вибрирующий звук, похожий на рык. Он знал, что Эдвард сейчас наверняка чувствует его ярость даже через несколько миль леса. В Ла-Пуш теперь все знали правду, и Эмбри больше не собирался играть в «скромного механика». Джаред, пробегавший мимо в облике волка, на секунду замер и транслировал брату короткую, ироничную мысль: — «Ожившие трупы», значит? Красиво загнул. Смотри, как бы наш шериф не услышал такие эпитеты, а то решит, что ты пересмотрел ужастиков. — Пусть решает что угодно, — отозвался Эмбри. — Главное, что Бэль знает, на чьей она стороне. Эдвард не привык проигрывать. На следующей перемене он снова преградил ей путь в библиотеку. Он выглядел как совершенное изваяние — трагичный, прекрасный и смертельно опасный. Он надеялся, что ночной шок всё же даст о себе знать, и здравый смысл Беллы возобладает над «животным магнетизмом» Колла. — Белла, остановись, — его голос был полон бархатной боли. — Ты совершаешь ошибку. То, что ты видела в лесу... это не любовь. Это зов крови, это хищный инстинкт. Ты заслуживаешь чего-то более... возвышенного. Чего-то, что не пахнет гарью и дикостью. Белла остановилась и медленно повернулась к нему. Раньше его слова казались ей поэзией, но теперь, после жарких объятий Эмбри и его честного, яростного рычания, Эдвард выглядел как восковая фигура в музее. Красиво, но внутри — абсолютная пустота. Ни тепла, ни пульса, ни жизни. — Возвышенного? — она почти усмехнулась, глядя ему прямо в золотистые глаза. — Знаешь, Эдвард, я долго не могла понять, что меня в тебе отталкивает. А теперь поняла. Она сделала шаг вперед, вторгаясь в его личное пространство, и Эдвард непроизвольно напрягся. — Ты холодный. Весь. До костей. А мне... — она сделала акцент на каждом слове, — мне нравятся живые. Те, у кого бьется сердце. Те, кто горит, когда прикасается ко мне. Она видела, как по его лицу пробежала судорога. Это было прямое попадание. Она ударила его самым страшным для вампира осознанием — его мертвенностью. — Держись от меня подальше, Эдвард. Твоя «возвышенность» меня больше не интересует. Белла развернулась и ушла, оставив его в ледяном оцепенении. Она чувствовала себя невероятно сильной. Теперь она знала, что за её спиной стоит не просто парень, а целая стихия, которая не даст её в обиду ни одному «ожившему трупу».

***

СМС Белла — Эмбри: «Я только что сказала ему это в лицо. Кажется, я слышала, как треснуло его самомнение. Жду не дождусь, когда увижу твой байк на парковке. Приезжай скорее». Эмбри прочитал сообщение, и по его телу прошла такая мощная волна жара, что трава под ногами, казалось, начала сохнуть. Он не просто улыбался — он скалился в лесную чащу, чувствуя, как внутри него всё ликует. Эмбри бросил все дела. Он рванул к своему байку, спрятанному в кустах. Ему было плевать на патруль, на Совет и на правила. Его женщина только что объявила войну целому клану вампиров ради него, и он не собирался заставлять её ждать ни секунды. Эмбри: «Беллз, ты просто космос. Я уже лечу. Выходи к крыльцу через пять минут. Хочу, чтобы он видел, КАК живые тебя целуют». Через десять минут черный байк влетел на школьную парковку. Эмбри не стал глушить мотор — рев двигателя разносился по всему двору, как победный клич. Он снял шлем и, завидев Беллу на ступенях, просто развел руки для объятий, игнорируя всех вокруг. Эдвард стоял у своей машины, бледный как полотно, и смотрел на них. Он чувствовал исходящий от Эмбри жар — концентрированный, наглый, торжествующий. Эмбри поймал его взгляд и едва заметно кивнул, словно подтверждая: «Да, она выбрала жизнь. И ты здесь лишний».

***

Эмбри не просто ждал ее — он стоял, прислонившись к байку, транслируя такую уверенность, что воздух вокруг него, казалось, вибрировал. Когда Белла спустилась по ступеням, он шагнул ей навстречу, полностью игнорируя десятки пар глаз и мертвенно-бледную фигуру Эдварда у «Вольво». Он притянул ее к себе за талию, властно и надежно. Его ладонь на ее пояснице была раскаленной. Эмбри мельком глянул на Каллена — его взгляд был тяжелым, хищным и абсолютно торжествующим. А затем он склонился к Белле. Это не был просто поцелуй. Это была территориальная метка. Эмбри целовал ее долго, глубоко, обжигая своим жаром, заставляя ее забыть, где они находятся. Он хотел, чтобы Когда он наконец отстранился, Белла тяжело дышала, а в школе воцарилась гробовая тишина. Эдвард сжал дверцу своей машины так, что на металле осталась вмятина, и резко отвернулся. — Садись, Беллз, — прошептал Эмбри ей в самые губы. — Хватит с них шоу на сегодня. Поехали в Ла-Пуш. Пора тебе познакомиться с остальными по-человечески. Ким уже испекла гору всего, а Пол обещал не рычать… сильно. Белла, всё еще не придя в себя от его напора, послушно надела шлем. Она чувствовала себя защищенной за его широкой спиной так, как никогда в жизни. Они влетели в резервацию, но не к гаражу Билли, а к дому Сэма и Эмили. Там, на заднем дворе, уже дымил гриль, и слышались громкие голоса. Эмбри заглушил мотор и взял ее за руку. — Не бойся, — он подмигнул ей. — Они уже всё знают. И, поверь, после того, что ты выдала Каллену, ты для них теперь героиня. Навстречу им из дома вышел Джаред, прижимая к себе невысокую симпатичную девушку — Ким. Джаред широко улыбнулся и кивнул Белле. — Ну привет, «гроза вампиров». Проходи, мы как раз обсуждали, как быстро в Форксе слухи ходят.