Крылья (1990)

Арлекин                                           Женьке Рассохину Истаскал лицо, износил овал – да неужто лечь-помирать? Оглянулся – душу снасиловал; сплюнул – да пошёл по мирам. Не прошу – живу подаянием: Бог продаст – семья да не съест! А хоть кол теши со-страданием, век живи – не выживешь весь. Только и делóв, что напутаешь: раз остался в стае один, хоть семь шкур бери – не укутаешь самого себя на груди. Скука не порок – лишь бездельница, зá душу её – кто прижмёт? Но кого возьмёшь, с тем и делишь-ся, а бережёных рок стережёт. Только мне и ворон кукушкою, коли пяткой стёртой – душа; ягодка любая кормушкою, раз уж в поле нет ни шиша. Не сносить креста, ибо волком влез и – чумной! – бегу от огня. Всем собакам сдуру охота в лес, оттого и лают меня. Но судьба робеет не-скáзанно от истёртых ласкою рук. С нею мы одним мылом мазаны – да верёвке всё не-до-сук. Раз-любить за честь не считается, да не раз икнётся порой... Разве что и впрямь попытаешься рассмешить однажды Пьеро.