Судьба или морок?

Единственное, что мне оставалось, это взять себя в руки. Понимание того, что я никогда не была по-настоящему сильной давало отклик. Какая бы смелость и решительность во мне не присутствовала, как бы я ни рвалась в бой, ничто не сделает меня крепче перед сражениями с самой собой. Жест Голода при всей своей скрытности казался максимально прозрачным. Не хотелось даже думать о том, что была необходимость в его действиях. Он видел меня «такую», и он ничего не сделал. Когда возможные оправдания закончились, я решила смыть с себя всю ту грязь, в которую окунулась. Набрав полную ванн я погрузилась в неё с головой, снимая напряжение. Тепло окутало всё моё тело, будто одобряя выход эмоций. Привычка обнимать себя никуда не делась. Словно, в лихорадке руки блуждали по моему телу, сжимая до боли. Но чего-то предательски не хватало. Я вылезла из ванной, даже не кутаясь в полотенце, прошла в комнату и из шкафчика достала бутылку глифта. Бессмертие давало возможность не пьянеть слишком быстро и не испытывать похмелья, поэтому для меня это стало лучшим вариантом. Сделав пару глотков, я снова погрузилась под воду, будто выбивая из себя всю боль произошедшего. Было предательски мало ощущаемых эмоций. Мои руки блуждали по телу в поисках поддержки и, казалось бы, нашли её в моменте, когда я ощутила ту самую точку, которая была сейчас была открыта лишь Голоду. Я медленно коснулась себя, давая немое согласие на это. Тело отзывалось мгновенно. Маленький разряд прошел внизу живота, позволяя расслабиться мне ещё сильнее. Я стала представлять Всадника, который нависает надо мной, целует мою шею. Рука вторила движениям из мыслей, позволяя забыться. С ещё больше силой я надавила на свою набухшую точку, вызвав глухой стон. Два моих пальца приникли глубже, позволяя телу податься вперёд. Всё больше ускоряя темп, я представляла разные картинки в голове, которые разносили мою голову. Было так приятно и чертовски больно. Хотелось это сбросить. Ещё пару движений, и у меня получилось. Волна по всему телу, окутавшая меня убрала всё напряжение, из-за которого моё тело ныло. Выдохнув, я медленно открыла глаза, приходя в осознание того, что всё было лишь в моих мыслях. Тут же нахлынуло чувство дичайшей тоски, парализовавшей меня полностью. «Зачем я это сделала?» - кажется, я спросила это вслух. Укутавшись в полотенце, я направилась к кровати. Как ни странно, сон моментально накрыл меня, проецируя в моей голове события, которые я слишком сильно ждала. Наутро, я открыв глаза, обнаружила, что ран будто бы и не было. Странное ощущение лёгкости и спокойствия. Я бы с удовольствием осталась в кровати, но в дверь постучали. - Да? Моё удивление скрыть не удалось. Передо мной стоял Люцифер. - Что-то случилось? - Нет, я пришёл к тебе. - голос демона всегда был каким-то холодным, вызывающим желание его согреть. - Как ты? Вымученно улыбнувшись, я сказала: - Всё в порядке. - У нас скоро Совет. Тебе надо собраться. - Я поняла. - Но оденься так, чтобы потом ты могла куда-то выйти. - В каком смысле? - Узнаешь. - после этого слова дверь захлопнулась. Люцифер любил интриги. Мы с ним находились в достаточно тёплых отношениях. Но последнее время я, к сожалению, видела его редко из-за разборок с Адом. Я уверена, что из него вышел бы отличный правитель, при всём его характере. Я надела коричневое облегающее платье, плечи которого были открыты, сделала незамысловатый пучок и отправилась на собрание. Когда я зашла в кабинет, все разговоры затихли. - Вики, здравствуй. - максимально деловитым тоном произнёс Эрагон. Я заметила маму и Адмирона Винчесто, стоявшими практически в углу комнаты. Они перебирали какие-то бумаги, и, явно, не выражали ко мне своего дружелюбия. - Здравствуйте. - на автомате сказала я. - Мы готовимся к приходу Смерти. Он последний из Всадников. - Какой план? - так же хладнокровно произнесла я. - Учитывая твою связь с Голодом мы бы хотели этим воспользоваться. - Нет. - это была одна из самых уверенных и чётких реплик, которые я произнесла за последнее время. Обстановка среди Советников накалялась. - Забудьте о том, что знаете. Это не так. Я не буду ничего предпринимать. Когда придёт Смерть, Матерь жизни даст какие-то сигналы. Исходя из них мы и будем действовать. Моя речь ввела в ступор многих. Но тем не менее, многое они уже решили за меня. - Мы будем сражаться до последнего. И не пощадим никого из Всадников. Нервно выдохнув, я ответила: - Хорошо. Мне даже не хотелось бы знать, что они от меня требовали. Дальнейшее стратегическое обсуждение, как ни странно, вызвало у меня скуку. Всё моё состояние напоминало депрессивный период, с которым бороться я не могла. Когда все начали выходить из кабинета Люцифер придержал меня за локоть: -Ты хочешь пойти со мной? В моём расплывчатом сознании я успела лишь кивнуть, и мы оказались у водоворота. -А куда мы идём? -Твоей натуре должно понравиться. Я попыталась максимально собраться во время полёта и поняла, что мы находимся у театра на Земле. - Тебя впечатлит “Ромео и Джульетта»? Когда-то я была на такой школьной постановке, поэтому сразу поняла, к чему ведёт демон. - Что ты хочешь этим сказать? - Тут сработает лишь то, что ты увидишь, Вики. Практически всё представление мы молча наблюдали за актёрами. В какие-то моменты я даже забывалась, хотелось громко что-то сказать. Под конец Люцифер склонил ко мне голову и произнёс: - Всё не то, чем кажется, правда? Они так любили друг друга, что пошли против воли родителей. Это безрассудно, но похвально. - К чему ты клонишь? - Я знаю всё, что происходит около Чумы. Поверь, Голод отдал бы за тебя всё и даже больше. Но сейчас он не может ничего сделать. Я отдёрнулась от демона, будто ошарашенная. Он смотрел на меня непроницаемым взглядом и говорил: - Если бы я знал, что собираются с тобой сделать Война и Астарот, я бы их убил. Как думаешь, что чувствовал Голод? Этот вопрос заставил меня задуматься, но для себя решение уже было принято. - Вики, поверь. Придёт Смерть, и всё изменится. Когда мы вернулись в школу, меня настигло ощущение, что я живу только ночью. Я как-будто в сотый раз за неделю видела полную луну и наслаждалась её красотой. Как вдруг, всю землю покрыла крупная дрожь и заставила меня прижаться к стене. Я побежала к Совету. Бежав по школе, я заметила Мими, которая сильно металась. Развернув её к себе, я услышала тревожное: -Смерть здесь.