so baby hold my hand

***

Понедельник начался отвратительно. Женя проснулась от того, что будильник орал уже пятнадцать минут, а она его не слышала. За окном было серо и мокро. Дождь стучал по подоконнику, и этот звук почему-то раздражал больше обычного. Она села на кровати и посмотрела на телефон. Три пропущенных от начальника. Одно сообщение: «Перезвони срочно». Женя вздохнула и набрала номер. – Алло, Виктор Сергеевич? – Женя, привет. Тут такое дело. Презентацию перенесли на час раньше. Клиент приедет к одиннадцати. – Что? – Женя подскочила с кровати. – Почему я узнаю об этом только сейчас? – Я звонил тебе вчера вечером. И позавчера. Ты трубку не брала. Женя потёрла переносицу. Она не брала трубку, потому что в воскресенье тупо лежала весь день и смотрела сериал. Не было сил ни с кем разговаривать. – Я буду через час, – сказала она и сбросила звонок. Сборы прошли в режиме катастрофы. Кофе убежал. Колготки порвались, пришлось доставать новые. Ключи от квартиры нашлись только после того, как Женя перерыла всю сумку. В офис она влетела за десять минут до презентации, взмокшая и злая. Коллеги косились на неё, но молчали. Только Саша из соседнего отдела шепнула: «Там клиент уже в переговорке. Злой как чёрт». Женя вошла в переговорную, и всё пошло не так с первой минуты. Проектор не включался. Ноутбук завис. Клиент сидел с каменным лицом и барабанил пальцами по столу. – Ну что, долго ещё? – спросил он. – У меня самолёт через три часа. – Сейчас, секунду, – Женя пыталась перезагрузить презентацию. Презентация открылась. Она начала говорить. Клиент слушал минут пять, а потом перебил: – Это всё не то. Мы обсуждали другой вариант. Где вторая концепция? – Вторая концепция в разработке, – сказала Женя. – Мы договаривались, что сегодня показываем первую. – Мы ни о чём таком не договаривались. – Клиент захлопнул папку. – Я не понимаю, за что мы платим деньги. Вы срываете сроки. Это непрофессионально. Женя открыла рот, чтобы возразить. Но начальник посмотрел на неё таким взглядом, что она замолчала. – Мы всё исправим, – сказал Виктор Сергеевич. – Дайте нам пару дней. Клиент встал и вышел, не попрощавшись. В переговорной повисла тишина. Женя смотрела в свой ноутбук и видела только расплывающиеся строчки.

«수많은 시행착오와 싸움

가득히 쌓인 눈물 덮인 밤

오늘이 마지막인 smile

불붙은 날들같이»

– Женя, задержись, – сказал начальник. Она задержалась. Разговор был короткий. Виктор Сергеевич сказал, что клиент очень важный. Что бюджет на этот проект большой. Что он понимает её ситуацию, но так больше продолжаться не может. – Я даю тебе испытательный срок, – сказал он. – Месяц. Потом будем решать. Женя вышла из кабинета и пошла в туалет. Закрылась в кабинке, села на крышку унитаза и разревелась. Она плакала недолго – минут пять. Потом умылась холодной водой, посмотрела на себя в зеркало и пошла работать.

***

К вечеру дождь усилился. Женя стояла под козырьком бизнес-центра и думала, бежать до метро или вызвать такси. Денег на такси было жалко. Дождя не было жалко вообще. Ей хотелось промокнуть до нитки и заболеть, чтобы лежать дома и никого не видеть. – Привет. Ты забыла. Женя обернулась. Рядом стояла девушка с длинными светлыми волосами и протягивала ей зонт. Женин зонт. – Ты его в переговорной оставила, – сказала девушка. – Я хотела отдать, но тебя не было на месте. – Спасибо, – Женя взяла зонт. – А ты... – Алёна. Я из отдела дизайна. Мы на втором этаже сидим. – А, точно. Извини, у меня память плохая на лица. – Ничего, – Алёна улыбнулась. – У меня тоже. Ты на метро? – Ага. – Пошли вместе? У меня зонт сломался утром. Они пошли. Алёна болтала без остановки: про то, что её кошка разбила кружку, про то, что в столовой сегодня были ужасные котлеты, про то, что коллега Ира опять опоздала. Жене было всё равно, но слушать этот поток слов было приятно. Как радио на заднем плане. – А ты чего без настроения? – спросила Алёна, когда они уже подходили к метро. – Работа. – Понятно. Меня тоже работа иногда выбешивает. Особенно когда правки присылают в пятницу вечером. – Угу, – сказала Женя. Они спустились в метро. Алёне нужно было в другую сторону. – Слушай, – сказала она, уже отходя. – Ты в столовую завтра пойдёшь? – Наверное. – Давай вместе? Мне одной скучно обедать. – Давай, – сказала Женя.

***

На следующий день они встретились в столовой. Потом на следующий. Потом это стало привычкой. Алёна всегда садилась напротив и рассказывала про свои дела. Женя слушала и иногда отвечала. Ей было странно, что кому-то интересно с ней разговаривать. Она привыкла, что люди быстро теряют интерес. Но Алёна не теряла.

***

Через две недели Алёна предложила сходить в кофейню после работы. – Там недалеко открылась новая, – сказала она. – Говорят, у них сырники норм. – Я не очень люблю сырники. – А там ещё шарлотка есть. Они пошли. Кофейня оказалась маленькой и уютной. Они взяли по чашке кофе и кусок шарлотки на двоих. – Расскажи про себя, – сказала Алёна. – Мы уже две недели вместе обедаем, а я о тебе ничего не знаю. – А что рассказывать? Работаю в агентстве. Живу одна. – И всё? – И всё. Алёна покрутила чашку в руках. – Слушай, я понимаю, что лезу не в своё дело. Но ты всё время какая-то... напряжённая. Как будто ждёшь, что случится что-то плохое. Женя хотела ответить что-то резкое. Но посмотрела на Алёну и поняла, что та спрашивает без подкола. Просто спрашивает. – У меня сейчас проблемы на работе, – сказала Женя. – Клиент недоволен. Начальник наорал. В общем, всё как обычно. – А как обычно – это как? – Как обычно – это дерьмово. Алёна помолчала. Потом сказала: – Если хочешь поговорить об этом, я могу послушать. Если не хочешь, можем просто молча пить кофе. – А ты не будешь говорить «всё наладится»? – спросила Женя. – Не буду. Я сама ненавижу, когда так говорят. – Тогда давай просто молча пить кофе. Они пили кофе молча.

***

Потом они начали общаться чаще. Алёна писала ей в телеграмме: то мем какой-нибудь пришлёт, то спросит, как дела. Женя отвечала скупо, но честно. Постепенно переписки становились длиннее. Сначала пара сообщений в день. Потом пять. Потом они могли переписываться весь вечер. Через месяц Алёна позвала её в гости. – У меня кошка, – предупредила Алёна. – Если у тебя аллергия, можем у тебя встретиться. – Нет аллергии. – Тогда приходи в субботу. Я пиццу закажу. В субботу Женя стояла перед дверью Алёниной квартиры и думала, какого чёрта она сюда пришла. Она не любила ходить в гости. Не любила чужие квартиры, чужие запахи, чужих кошек. Но дверь открылась, и Алёна засияла так искренне, что Женя забыла про свои сомнения. – Заходи! Кошку зовут Булка. Она толстая и ленивая. Булка действительно оказалась толстой и ленивой. Она лежала на диване и даже не пошевелилась, когда Женя зашла. Квартира была маленькая, но светлая. На стенах висели фотографии в рамках. На подоконнике стояли кактусы. – Ты любишь кактусы? – спросила Женя. – Они не умирают, если их не поливать, – сказала Алёна. – Это очень удобно. Они заказали пиццу и включили какой-то сериал. Женя сидела на диване, Алёна устроилась на полу. Булка переползла с дивана на колени к Жене и уснула. – Ого, – сказала Алёна. – Булка к чужим никогда не идёт. Ты ей понравилась. Женя погладила кошку. Шерсть была мягкая. От кошки пахло чем-то тёплым. – Хорошая кошка, – сказала Женя. – Ага. Только топчется на подушке по ночам. Они смотрели сериал до позднего вечера. Потом Алёна предложила остаться с ночёвкой, потому что на улице опять начался дождь. Женя подумала и согласилась. Алёна дала ей футболку и зубную щётку. Они легли на диван и ещё час разговаривали о какой-то ерунде. Женя не помнила, когда в последний раз лежала с кем-то вот так и просто болтала. – Мне хорошо с тобой, – сказала она, прежде чем уснуть. – Мне тоже, – ответила Алёна.

***

Прошло два месяца. Женя и Алёна почти всё свободное время проводили вместе. Сначала это были совместные обеды в офисе. Потом походы в кино. Потом посиделки у Алёны дома с пиццей и сериалами. Однажды Женя заболела. Ничего серьёзного – простуда. Но с температурой и кашлем. Она лежала дома и смотрела в потолок. На работу не пошла, сказалась больной. В дверь позвонили. Женя подумала, что это курьер, и пошла открывать в пижаме. На пороге стояла Алёна с пакетом. – Я тебе лекарства купила, – сказала она. – И апельсины. И курицу для бульона. Дай пройти, тяжело. – Ты с работы ушла? – Ну да. Я же не могу оставить тебя одну умирать. Никто никогда не уходил с работы ради неё. Даже бывшие парни. Даже мама. – Проходи, – сказала она. Алёна прошла на кухню и начала греметь кастрюлями. Через час на плите кипел куриный бульон. Ещё через час они сидели на диване и пили чай. – Зачем ты всё это делаешь? – спросила Женя. – Что именно? – Возишься со мной. Тратишь время. Алёна отставила кружку. – Потому что ты мне нравишься, – сказала она. – Я думала, это очевидно. Женя смотрела на неё и не знала, что ответить. Алёна нравилась ей тоже. Но сказать это вслух было страшно. – Я не очень хороший человек, – сказала Женя. – У меня куча проблем. Я тревожная, взбалмошная. Со мной сложно. – Я в курсе, – Алёна улыбнулась. – Я же с тобой уже два месяца общаюсь. – Тогда зачем? – Затем что ты мне нравишься. Именно такая. Я не хочу другую. Женя молчала. Алёна взяла её за руку. – Давай попробуем, – сказала она. – Если не получится, значит не получится. Но попробовать стоит. Женя кивнула. Сказать «давай» она не смогла. Но пальцы Алёны сжала в ответ.

***

Месяц спустя всё пошло не так. На работе случился очередной аврал. Проект, который Женя вела три месяца, закрыли. Клиент отказался платить. Начальник вызвал её в кабинет и сказал, что испытательный срок она не прошла. – Извини, – сказал Виктор Сергеевич. – Ничего личного. Но ты не справляешься. Женя вышла из кабинета с каменным лицом. Собрала вещи. Ни с кем не попрощалась. Дома она села на пол в коридоре и просидела так час. Просто смотрела в стену. Мыслей не было. Была пустота.

«I run to this end of story,

슬픈 ending은 아닐

마지막 장엔 분명

엄청날 거야 반전이

기대감만 부풀다

터져 떨어지면 어쩌지

이 악몽 같은 불안이

눈뜨면 사라질 꿈이길»

Позвонила Алёна. Женя сбросила. Алёна позвонила ещё раз. Женя опять сбросила и выключила телефон. Ей не хотелось ни с кем разговаривать. Она залезла в кровать с головой и лежала так до вечера. Потом встала, съела кусок хлеба и снова легла. Через два часа в дверь постучали. Женя не открывала. Тогда в замке заскрежетал ключ – Алёна взяла запасной ещё месяц назад, на всякий случай. – Женя? В спальне горел только ночник. Женя лежала, отвернувшись к стене. Алёна села на край кровати и положила руку ей на плечо. – Что случилось? – Меня уволили, – сказала Женя ровным голосом. – Почему ты мне не отвечала? – Не хотела тебя грузить. – Ты с ума сошла? Какое «грузить»? Ты меня вообще за кого держишь? Женя резко села. Глаза у неё были красные, но слёз уже не было. Только злость. – Я не хочу быть обузой. Я не хочу, чтобы ты жалела меня. У тебя своя жизнь, нормальная. А у меня вечно какая-то херня. Тебе это не нужно. – А ты меня спросила, что мне нужно? – Алёна тоже повысила голос. – Ты решила за меня, да? – Я знаю, чем это заканчивается! – закричала Женя. – Сначала всё хорошо, а потом человек устаёт. Всем надоедают мои проблемы! Матери надоели, бывшему надоели, тебе тоже надоедят!

«Every time I see you cry

I feel like drowning in the dark

You said it's fine, but no, I'm not»

Алёна замолчала. Потом сказала тихо: – Ты правда думаешь, что я устану от тебя из-за того, что тебя уволили? – Это не только увольнение. Это всё вместе. Я как бракованный товар. Меня нельзя починить. – Ты не бракованный товар, – Алёна взяла её за плечи и развернула к себе. – У тебя сейчас трудный период. Это нормально. Трудные периоды бывают у всех. Я не собираюсь бросать тебя из-за того, что тебе плохо. – А из-за чего тогда бросишь? – спросила Женя. – Когда? Через месяц? Через полгода? – Ни из-за чего. Я хочу быть с тобой. – Почему? – Потому что я тебя люблю. Ясно? Женя замерла. Алёна смотрела на неё серьёзно, без тени улыбки. – Ты серьёзно? – спросила Женя. – Я вообще редко говорю то, что не думаю.

«'Cause all I want is you, not your tears

눈물이 마를 때까지

I wanna make you the happiest one, no fear

So baby, hold my hand now»

Женя опустила голову. Плечи затряслись. Алёна обняла её и прижала к себе. – Прости, – прошептала Женя. – Прости меня. Я дура. – Ты не дура. Ты просто привыкла, что никто не помогает. Но я помогу. Поняла? Я помогу. Они сидели так долго. Женя плакала, уткнувшись в плечо Алёне. Потом слёзы кончились. Она вытерла лицо рукавом. – И что мне теперь делать? – спросила она. – Искать новую работу, – сказала Алёна. – Я помогу с резюме. Завтра и начнём. А сегодня будем есть мороженое и смотреть дурацкие видосики. – У меня нет мороженого. – Я купила по дороге. Шоколадное и фисташковое. Женя шмыгнула носом. Первый раз за день она почти улыбнулась.

***

Прошла неделя. Женя сидела за ноутбуком и в двадцатый раз переписывала резюме. Алёна лежала на диване и читала книжку. – Слушай, – сказала Алёна. – А как насчёт фриланса? У меня есть знакомые, которым нужен копирайтер. Можешь пока подрабатывать, пока не найдёшь постоянное место. – Я никогда не работала на фрилансе. – Ну и что? Начнёшь. Я тебе заказчиков подгоню. Женя оторвалась от ноутбука и посмотрела на Алёну. – Ты серьёзно готова со мной возиться? – Я с тобой не вожусь. Я тебе помогаю. Это разные вещи. Когда люди вместе, они помогают друг другу. Это нормально. – А если я не смогу? – Сможешь. Ты вообще упёртая, когда надо. Я видела, как ты работаешь. Женя снова уставилась в экран. Ей было странно слышать такое. Она привыкла, что в неё никто не верит. Даже она сама в себя не верила. А тут приходит человек и говорит: «Ты упёртая, у тебя получится». И говорит это так спокойно, как будто это очевидная вещь.

«생각 뿌리가 깊이 내리고

잊힌 기억의 기침

세균의 증식처럼 나를

잠식하는 이 감정에 질식

나한테 뭘 바라, 열심히 땀

흘린 과거는 감히 신도 부정 못 해

잠깐 나 떠난다 해도,

돌아와 난 예정된 대로»

Вечером они пошли гулять. На улице было холодно, но сухо. В парке горели фонари. Они шли по аллее и молчали. Потом Алёна сказала: – Я в детстве очень боялась темноты. – И что делала? – Спала со светом. А потом папа сказал: бояться темноты глупо, потому что в темноте всё то же самое, что при свете. Просто не видно. С тех пор не боюсь. – Мудрый у тебя папа. – Ага. Только сам храпит как трактор. Женя засмеялась. Алёна взяла её под руку. – У тебя всё будет хорошо, – сказала Алёна. – Я знаю. – Откуда? – Чувствую. Я вообще редко ошибаюсь в людях.

***

Через две недели Женя получила первый заказ на фрилансе. Он был маленький и не очень денежный, но Женя радовалась как ребёнок. Она написала Алёне сообщение с кучей восклицательных знаков. Алёна ответила: «Я же говорила!!!» Вечером они сидели у Алёны дома и праздновали. Купили торт и шампанское. Булка лежала на коленях у Жени и мурлыкала. Алёна сидела напротив и смотрела на неё. – Что? – спросила Женя. – Ничего. Просто смотрю. – Нашла на что смотреть. – Нашла, – Алёна улыбнулась. – Иди сюда. Женя пересела к ней на диван. Алёна обняла её за плечи. Так они и сидели: Алёна, Женя и Булка, которая переползла следом.

«Every time I see you cry

I feel like drowning in the dark

You said it's fine, but no, I'm not»

***

Женя нашла постоянную работу. Не такую крутую, как предыдущая, но с нормальным коллективом и адекватным начальником. На фрилансе она продолжала подрабатывать по вечерам. Алёну повысили. Теперь она руководила небольшой командой дизайнеров и постоянно жаловалась, что устаёт от совещаний. Женя слушала и кивала, а потом делала ей чай. Однажды Алёна пришла с работы и сказала: – Я хочу с тобой жить. Женя как раз резала хлеб. Нож замер в воздухе. – В каком смысле? – В прямом. Я хочу, чтобы ты переехала ко мне. Или я к тебе. У меня места больше, но у тебя ближе к метро. Давай решать. – А ты не боишься? – Чего? – Что мы не уживёмся. Что быт всё испортит. – Мы уже полгода ночуем друг у друга через день, – сказала Алёна. – Какой быт? Я знаю, что ты толкаешься во сне. Ты знаешь, что я помешана на чистоте. Всё уже испорчено. Женя улыбнулась. – Ну тогда давай. Переезжай ко мне. Через неделю Алёна перевезла вещи. Булка ехала в переноске и орала всю дорогу. Женя волновалась, что кошка не привыкнет к новому месту. Но Булка вылезла из переноски, осмотрелась, запрыгнула на диван и уснула. – Ну вот, – сказала Алёна. – Теперь мы семья.

«'Cause all I want is you, not your tears

눈물이 마를 때까지

I wanna make you the happiest one, no fear

So baby, hold my hand now»

***

Осенью Женя заболела. На этот раз серьёзно. Двусторонняя пневмония. Врач сказал, что надо ложиться в больницу. – Я с тобой, – сказала Алёна. – Тебе на работу. – Возьму больничный. Или отпуск за свой счёт. Не важно. Женя лежала в больнице две недели. Алёна приезжала каждый день. Привозила фрукты, книжки, тёплые носки. Сидела в палате по часу, пока её не выгоняли медсёстры. Однажды Женя спросила: – Ты не устала? – От чего? – От меня. От больниц. От всего этого. Алёна взяла её за руку. – Посмотри на меня, – сказала она. Женя посмотрела. – Я здесь, с тобой. И буду здесь. Всегда. Тебе не нужно спрашивать, устала я или нет. Если я устану, я скажу. Договорились? – Договорились. Алёна наклонилась и поцеловала её в лоб. – Выздоравливай давай. Булка без тебя скучает.

***

Через три недели Женю выписали. Они с Алёной поехали домой на такси. Дома их ждала Булка и полный холодильник еды – Алёна приготовила заранее. Женя села на диван и огляделась. Всё было родное. Свои вещи, свои книги. Фотография их с Алёной на полке. Булка на коленях. – Знаешь, – сказала Женя. – Я раньше думала, что никогда не буду счастливой. Что со мной что-то не так. – И что теперь? – Теперь я так не думаю. Алёна села рядом. – Я же говорила. У тебя всё будет хорошо. – Ты говорила. Женя взяла Алёну за руку. Та сжала её пальцы в ответ.

«Ba-baby, hold my hand now

Ba-baby, hold my hand

'Cause all I want is you, not your tears

눈물이 마를 때까지

I wanna make you the happiest one, no fear

So baby, hold my hand now»

Весной у Жени начался очередной период тревожности. Она просыпалась по ночам, не могла есть, срывалась по мелочам. Ей казалось, что всё опять рушится. Что работа надоест начальнику. Что Алёна устанет. Что всё хорошее кончится. Однажды вечером она сидела на кухне и плакала. Алёна пришла и села напротив. – Расскажи, – сказала она. – Я не знаю. Мне просто страшно. Страшно жить. Алёна взяла её за руки. – Смотри на меня. Дыши. Женя попыталась. Получалось плохо. – Ещё раз. Медленнее. Вдох. Выдох. Через пять минут Женя немного успокоилась. – Прости, – сказала она. – Не извиняйся. У тебя тревожность. Это не твоя вина. – Я устала так жить. – Я понимаю. Но ты справляешься. Ты уже справлялась раньше и сейчас справишься. Я буду рядом. – А если не справлюсь? – Тогда я тебя поймаю.

«'Cause all I want is you, not your tears

Tears, your tears, your tears

I wanna make you the happiest one, no fear

So baby, hold my hand now»

Женя смотрела на Алёну. Светлые волосы растрепались. Под глазами круги – она устала после работы. Но взгляд был спокойный и тёплый. В такой момент Женя поняла, что Алёна действительно не уйдёт. Что бы ни случилось. – Ладно, – сказала Женя. – Давай попробуем. – Попробуем что? – Жить. Справляться. Алёна кивнула. Они переплели пальцы и сидели так на кухне, пока за окном не начало светать.

***

Прошёл год. Женя стояла у окна и смотрела на улицу. За год многое изменилось. Она сменила работу на лучшую. Алёну повысили до старшего дизайнера. Булка потолстела ещё на полкило. Они купили новый диван, потому что старый продавился. Алёна подошла сзади и обняла её за талию. На улице зажглись фонари. Где-то вдалеке гудели машины. В квартире мурлыкала Булка. Женя стояла в кольце Алёниных рук и чувствовала, как тревога отпускает. Не навсегда – она знала, что тревога вернётся. Но сейчас было спокойно. Сейчас было хорошо. Алёна взяла её за руку и переплела их пальцы. – Я тебя люблю, – сказала она. – Я тебя тоже. – И не брошу. – Я знаю. – И всегда буду рядом. – Я знаю.

«Woah, woah-oh, oh-oh, oh-oh-oh

Baby, hold my hand now

Woah, woah-oh, oh-oh, oh-oh-oh

Baby, hold my hand now»