Влад Дикиджи и испытания жизни

Июнь 2025 год.

Санкт-Петербург.

— И он правда стал говорить, что у него есть «банановая стратегия»? — спросила Даша, сквозь смех. Весь месяц мы общались по телефону почти каждый день. Она так ничего и не вспомнила об отношениях с Ильей. Я никак не мог выйти на лед после аварии, поэтому свободного времени было предостаточно. — Да, он на полном серьезе заявляет, что нейросети составляют ему меню на день, — с улыбкой отвечаю я, — Ну, стратег, не иначе. Я услышал самый лучший звук на свете — ее смех. — Да-уж… Я соскучилась по Вам, ребята… — Мы тоже, — сказал я, разглядывая свою ногу. Только вчера сняли гипс, — Но тебе еще нужно взять реванш в Милане. — В Милане… — с ноткой пустоты повторила она, — А вам уже сказали, кто поедет на Олимпиаду? Еще нет, но я уже знаю ответ. — Пока нет, — серьезно ответил я. И тут в дверном проеме появился Петя. Это означало одно — пора класть трубку. — Даш… — я кивнул Гуменнику, но то тот лишь положительно покачал головой, -… мне пора. Передавай привет Малинину. Петя сразу же поднял бровь. Он знал, что я до сих пор не мог отпустить Дашу, и, что, та авария произошла из-за моей любви к ней. — Дикиджи, ты опять… — вздыхая, говорил парень, — Ты ведь знаешь, что она там… — В Америке. С Малининым, — перебил я его, — Прекрасно помню, что у меня нет ни единого шанса. Но она все еще мой друг, Петь. — Кому ты врешь? — серьезно посмотрел на меня длинноволосый, — Мы оба знаем, что ты не дружишь с ней. — А что я, по-твоему, делаю? — я развел руками, ожидая логичного ответа на поставленный вопрос. Я не проявлял к ней никаких знаков внимания. Лишь дружеские беседы. Пусть и частые, но дружеские. Ничего более. — Надеешься, — вздохнул он. — Нет, — четко произнес я, — Надежда умерла на свадьбе Игнатовых. — Тогда почему ты до сих пор не выкинул кольцо? — он бросил взгляд на бархатную коробку, лежавшую у моей прикроватной тумбочки. Я сам не знал ответ на этот вопрос. Я уж явно не хотел дарить это кольцо другой девушке. Мой взгляд упал вниз. Петя вздохнул. — Видишь, ты не отпустил, — сказал он, — Но у тебя получится. Я верю в этом, — он похлопал мне по спине.

Июль 2025

Москва, Россия

Тренировочные сборы.

Я был не уверен, что меня пригласят на сборы в связи с моей травмой. Но тренера сказали, что нужно ехать. Я первый номер Сборной из-за золота Чемпионата России. И пусть, эта медаль не гарантирует мне поездку в Милан, но я должен лично присутствовать на всех тренировках. Нога уже была готова к выходу на лед, но уж точно не четверным. Я слишком много пропустил из-за травмы, поэтому восстановление до отбора в Пекине будет сложным. Я понимал это. — Дикиджи, — крикнула Этери Георгиевна, присутствующая на сборах с девочками из своего штаба, — а что мы четверной аксель скрываем? С нашей ситуацией, — она явно имела ввиду отсутствие рейтинга и предвзятое отношение судий на отборе в Пекине, — нужно показывать все, — женщина перевела взгляд на Петю, — Друг твоей не скрывает же почему-то своих талантов. Петя мастерски репетировал пять четверных. Казалось, что тут все очевидно. Я уже догадываюсь, кто будет на одном льду с Дашей и Малининым. — Мне сейчас аксель исполнить? — крикнул я в ответ, — Или чего Вы от меня хотите? — Твоя Ксенофонтова этот аксель прыгала, когда ей шестнадцать стукнуло, — упрекнула меня тренер, — А теперь и Малинина заразила этим умением. Будь добр, гоняй! После травмы я не заходил вообще на четверные, но, видимо, тут не было выбора. Я набрал скорость и оттолкнулся. И… падение. Послышался вздох с трибун. Рядом замер силуэт Пети, который уже протягивал мне руку. — Теперь я понимаю Ксенофонтову, — сказала женщина и переключила свое внимание на девушек, тренировавшихся на другом конце катка. Я взял Петю за руку и поднялся со льда. — Не обращай внимание, — сказал друг, — Ты ведь знаешь ее методы… Методы Тутберидзе — одни из самых жестких в фигурном катании. Ни один тренер так не заставляет делать максимум, как она. Возможно, поэтому ее спортсменки всегда и занимают самые высокие места. Может быть, поэтому Даша и была первой фигуристкой, исполнившей четверной аксель. На другом конце льда была Аделя. Девушка тоже недавно перенесла травму, поэтому часто срывала элементы. Ругань Этери доносилась каждую минуту так сильно, что голова начинала болеть. — Ладно, я… но она, — я кивнул в сторону Петросян, — Мне ее жаль. — Без этого никак, — вздохнул Петя, — Ты думаешь, Даша с пустого места аксель запрыгала? — спросил Петя. И тут я понял: методы Этери на Даше были точно такими же, как и на Аделе, если не хуже. Моя Даша переживала ежедневное давление со стороны этой женщины. Хотелось вернуть время назад и отгородить ее от этого злого мира. Пусть она бы и не была рекордсменкой, зато не произошло бы той травмы на Чемпионате мира. И ее жизнь была бы явно лучше, если бы не эта фигурнокатательная вселенная.

Август 2025 год

Москва, Россия

Последний день сборов

Сборы прошли нормально. Ничего сверхъестественного я там не исполнил, и так думаю, не сильно впечатлил Федерацию своими падениями. После травмы все еще тяжело собраться, особенно в преддверии оглашения кандидатов на отборочный турнир в Пекин. Петя поддерживает как может. Мы с ним делим комнату на сборах в Москве. Женя иногда к нам заходит поболтать и, в очередной раз, узнать наше мнение по поводу Пекина. Понятно, что ему обидно, что его, скорее всего, даже не рассматривают. Но, у меня вообще не было международных стартов. Петя принимал участие в юниорах, а Семененко даже удалось побывать на Олимпийских играх. А я… этот поезд над названием «мировая арена» прошел мимо меня. Я никогда не был сильным для этого. И вот только сейчас у меня появился шанс показать то, на что я способен. Только вот я не могу. Нога все еще не позволяет тренироваться и показывать свой максимум. Нас собрали в кабинете, сделав из него подобие актового зала, чтобы объявить кандидатов. Я понимал, что сейчас моя жизнь разделиться на «до» и «после». — Добрый день! — поприветствовал нас Президент Федерации — Антон Тариэльевич Сихарулидзе, — Сегодня настал день, который многие из Вас ждали, больше чем свой день рождение. Я обменялся взглядами с Петей. Сихарулидзе нам с ним не нравился. Президент должен добивать выхода на международные старты, а не молча соглашаться со всеми постановления ISU. — Итак, — продолжил он, — Начнем. В заявку на отборочный турнир среди танцевальных дуэтов были включены Александра Степанова и Иван Букин. Запасные будут определены на этой неделе. Мы сообщим, — сухо сказал он. Мы сообщим… Блять, отбор через месяц. Когда он собрался сообщать нам что-то. — Пары, — сказал Сихарулидзе и перевернул документ, — Анастасия Мишина и Александр Галлямов, запасные — Александра Бойкова и Дмитрий Козловский. Лицо Саши Галлямова тут же засверкало от счастья, Дима же выглядел так, будто убьет кого-то после этого собрания. — Девушки, — улыбнулся Президент, — Аделия Петросян. Запасная — Алина Горбачева. Аделия не выразила никаких эмоций после объявления. Было видно, что девушке нелегко дается титул первого номера Сборной. И такая ответственность только усугубляло ситуацию. — А теперь самое интересное, — живот предательски скрутило от волнения, — Мужчины, — растягивал свою речь мужчина, — Кандидатом от России становится… Петр Гуменник. Мне показалось, что я умер. Петя улыбнулся, остальные захлопали. А я… ничего не чувствовал. И это убивало меня. — Запасной — Владислав Дикиджи. Я только что потерял свой единственный шанс на Олимпиаду.

Сентябрь 2025

Санкт-Петербург, Россия.

Тренировки после объявление кандидатов стали более спокойными. Не к чему было стремиться. И самое главное, я никак не мог рассказать Даше. Меня преследовало чувство, что если я расскажу ей, то она разочаруется во мне. Но рано или поздно она бы узнала. И лучше ей узнать об этом от меня. Из телефона уже раздавались гудки. — Привет, — она ответила через считанные секунды. — Привет, Даш. Как ты? — Все хорошо. Сегодня первая тренировка после отдыха. Даша недавно упала в обморок на льду и все вспомнила. Теперь, как я понял, она вновь встречается с Малининым. Два разочарования в один месяц — рекорд. — Молодец, — я сделал паузу, чтобы собраться, — Я звоню не просто так. — Слушаю, — слегка испуганным голосом сказала девушка. — Федерация утвердила состав на отбор, — я вновь делаю паузу, — Едет Петя. Повторить эти слова ей было не легче, чем услышать самому впервые. — Влад, это ошибка. Всегда отправляли на Олимпиаду по результатам Чемпионата России, — говорит Даша, опираясь на свой опыт 2022-го года. — Петя выиграл Финал Гран-при. Компоненты высокие… Она молчит. Видимо, не может сказать мне, как сильно разочарована. — Это не конец, Влад. — Может быть, — нервно усмехаюсь я, — Слушай, я чего звоню. Я рад, что вы с Ильей наконец вместе, — я пытаюсь говорить искренне, — Правда рад. Вы заслужили друг друга. — Спасибо, — удивленно отвечает она. — И я хочу, чтобы мы остались друзьями, — я сделаю все, чтобы мы остались друзьями. — Мы останемся. Ты слишком много значишь для меня. — И ты для меня, — говорю я и делаю вдох, — Передавай привет этому своему Малинин. И скажи, что если обидит — я приеду и ноги переломаю. Пусть не забывает, что он не один в мире прыгает четверной аксель. И я не шутил. Если нужно будет, то я буду через час в Рестоне. Пусть Малинин только попробует обидеть Дашу. — Передам. Обязательно, — явно с улыбкой отвечает Даша.