Darl+ing

Это случается через два дня после ночного звонка. Снова кафетерий. Снова случайно. Или нет? Аёна сидит за тем же столиком, что и в прошлый раз — в углу, ближе к стенке, но теперь без тетрадей. Просто пьёт кофе и смотрит в окно, за которым медленно опускается вечерний Сеул. На ней мягкий свитер цвета пыльной розы и волосы собраны в низкий пучок. Без помады. Без очков. Такая… домашняя, что ли. Джошуа подходит сзади. Останавливается в двух шагах, чтобы не напугать. Но потом всё же наклоняется к самому уху и шепчет: — А последнюю цифру номера я угадал с четвёртого раза. Аёна вздрагивает — совсем чуть-чуть, — оборачивается и… смеётся. Тем самым мелодичным смехом, который Джошуа запомнил ещё с первой их встречи. — Ты специально меня пугаешь, чтобы я пролила кофе и выглядела глупо? — спрашивает она, прикрывая чашку ладонью. — Ты выглядишь красиво, — спокойно отвечает Джошуа, не отводя взгляда. — Даже с пролитым кофе. — Комплименты с утра — это запрещённый приём, — Аёна прищуривается, но не выглядит рассерженной. — А в учебнике по английскому об этом написано? — Ты издеваешься над моим учебником? — Только над тобой. С любовью. Он говорит это так легко, будто они знакомы сто лет. Аёна на секунду замирает, потом опускает глаза и убирает волосы за ухо. Жест, который Джошуа уже знает — она смущается. — Садись уже, — говорит она, кивая на стул напротив. — А то стоишь как памятник. Люди смотрят. — Пусть смотрят, — пожимает плечами Джошуа, но послушно опускается на стул. — Мне не стыдно. — А мне? — Аёна поднимает бровь. — А тебе должно быть стыдно? За что? — Не знаю, — она делает глоток кофе и смотрит на него поверх чашки. — За то, что переписываюсь с айдолом в три часа ночи? За то, что у меня кот теперь знает твой голос? За то, что я… Она не договаривает. Джошуа ждёт, но не давит. — Что? — тихо спрашивает он. — За то, что я ждала этой встречи, — выдыхает Аёна, и щёки у неё розовеют. — Глупо, да? Мы же просто коллеги. Просто… — Просто? — Джошуа наклоняется чуть ближе. — А по-моему, между нами уже давно не «просто». — Ты самоуверенный, Хон Джису. — Я честный. Это разные вещи.

***

Джошуа сходил себе за американо — он делает заказ на ходу, даже не глядя на меню. Аёна замечает это, но ничего не говорит. Когда он возвращается к столику, какое-то время они молчат, но молчание не тяжёлое. Такое, когда можно просто быть рядом и не придумывать слова. — Как твоя запись? — первой нарушает тишину Аёна. — После того вечера… ты справился? — Справился, — кивает Джошуа. — Продюсер сказал, что я вдруг начал петь с каким-то новым чувством. Спросил, не влюбился ли я. Он смотрит на неё в упор. — А я сказал: «Пока не уверен». Аёна замирает. Её пальцы сжимают кружку чуть сильнее, чем нужно. — Ты не можешь так шутить, — тихо говорит она. — А я и не шучу, — его голос совершенно серьёзный, хотя в уголках губ прячется лёгкая улыбка. — Джошуа… — Аёна смотрит на него, и в её глазах смесь страха и надежды. — Мы работаем в одной компании. Ты — айдол. Я — преподаватель. Если кто-то узнает… — Кто узнает? О чём? О том, что мы пьём кофе? — он пожимает плечами. — Это не преступление. И потом… я не собираюсь ничего скрывать. — Ты не подумал о своих фанатах? — она говорит это почти шёпотом, будто боится, что их услышат стены. Джошуа на мгновение замолкает. Отводит взгляд. Потом снова смотрит на неё — мягко, но твёрдо. — Я думаю о себе. Впервые за долгое время я думаю о том, что делает счастливым меня. Не группу. Не компанию. Не ожидания фанатов. Меня. И это… страшно, да. Но это честно. Аёна сглатывает. В её глазах что-то меняется — защита, которую она выстроила, даёт трещину. — Ты опасный человек, Хон Джису, — тихо говорит она. — Почему? — Потому что заставляешь меня забывать, почему я должна говорить «нет». — А ты должна? — он наклоняет голову. — Должна, — кивает Аёна, но её голос звучит неуверенно. — Очень должна. Но с каждым разом всё сложнее.

***

За соседним столиком кто-то громко смеётся. Джошуа и Аёна оборачиваются одновременно, потом снова смотрят друг на друга — и невольно улыбаются. — Слушай, — Джошуа ставит чашку и подаётся вперёд. — Давай без драм. Я не предлагаю тебе сбежать со мной на край света. Пока. Я просто… хочу узнавать тебя. Каждый день по чуть-чуть. Кофе, разговоры, глупые сообщения в три ночи. Всё, что ты готова дать. — А если я не готова дать ничего? — в глазах Аёны мелькает озорство. — Ты врёшь, — спокойно отвечает Джошуа. — Ты уже дала мне свой номер. Ну, почти. Она смеётся. Этот смех — как награда. — Ладно, — сдаётся Аёна. — Один кофе. Иногда. Без обещаний. — Без обещаний, — соглашается Джошуа и протягивает ей мизинец. — Серьёзно? — она смотрит на его палец, как на инопланетный объект. — А что? Ты против детских жестов? — Я против того, чтобы меня разоблачали, — вздыхает Аёна, но всё же сцепляет свой мизинец с его. — Это не потому, что я романтик. Просто… не хочу, чтобы ты расстраивался. — Конечно, — серьёзно кивает Джошуа. — Я тебе верю. Они сидят так пару секунд — мизинцы сцеплены, над столом повисло что-то тёплое и хрупкое. Потом Аёна первой убирает руку, пряча её под стол, и отводит взгляд. — Ты допил свой кофе? — спрашивает она слишком бодро. — Почти. — Тогда, может, пойдём? У меня ещё проверка домашних работ. А у тебя — репетиция, я знаю. — Ты следишь за моим расписанием? — притворно удивляется Джошуа. — Я слежу за расписанием всей группы, — парирует Аёна, поднимаясь. — Это моя работа. — А я думал, у тебя работа — английский преподавать. — И следить за тем, чтобы вы не схалтурили, — она берёт сумку и закидывает её на плечо. — Но ты, Хон Джису, сегодня молодец. Урок усвоил. — Какой именно? — Что кофе с красивой девушкой полезен для голосовых связок, — Аёна подмигивает и разворачивается к выходу. Джошуа смотрит ей вслед. Её передние прядиу лица слегка покачиваются в такт шагам. На полпути к двери она оборачивается — как в прошлый раз — и улыбается. — И Джошуа? — Да? — Завтра в это же время. Я буду здесь. Не опаздывай. Она выходит. Дверь за ней закрывается, и кафетерий снова наполняется обычным шумом. Джошуа сидит за столиком ещё минуту, глядя на пустую чашку. В его груди разливается что-то тёплое и большое. Он не знает, как это называется. Но ему нравится.

***

Телефон вибрирует. Сообщение от Аёны: «И красную помаду я сегодня не надела специально. Чтобы ты не отвлекался». Джошуа улыбается так широко, что у проходящей мимо девушки из отдела маркетинга округляются глаза. — Слишком поздно, — пишет он. — Я уже отвлёкся. Ответ приходит через три секунды: «😑» «🤷♂️», — отправляет Джошуа. - Хорошо. Завтра надену. Чтобы тебе было ещё сложнее. - Договорились