А может в следующей жизни?

И я умолк подобно соловью:

своё пропел и больше не пою.

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

      Лилит, одетая в лёгкое жёлтое платье, шагала по дороге, пристукивая своими новыми туфлями. На улице было пасмурно, и девушка часто смотрела на тёмные в небе тучи, дабы убедиться, что в небе нет тёмной метки. Косой переулок был полупустым, но несмотря на это, большинство нужных магазинов всё-таки работало. Лилит огляделась вокруг, а позже заметила и пару разгромленных магазинов. Окна выбиты, доски торчали из стен магазина, а внутри, как после пожара, всё было чёрным.       — Идите быстрее, — прозвучал голос мистера Поттера, идущего сзади ребят. Те ускорили шаг, как можно быстрее проходя мимо места происшествия.       — Видимо после недавнего все боятся появляться здесь, — Лилит, слегка повернув голову, прошептала подругам, на что те кротко кивнули.       — Не удивлюсь, если и Хогвартс окажется под опасностью, — сказала Марлин, качая головой.       Лилит вздёрнула носом, но ничего не ответила. Не хотелось думать о пожирателях, Волан-де-Морте и об опасности. Ей бы подумать о себе. Возвращаться домой Лилит никак не хотела, тем более разговаривать с отцом. Её это утомляло и бесило.       По бокам показывалось всё больше магазинов, наполненными волшебниками. Первая цель друзей была обновить школьную форму. Зайдя в магазин мадам Малкин, те немного притупились у порога, а спустя мгновение зашли внутрь. Мадам Малкин встретила тех с улыбками, начав с каждого снимать мерки. Первой на очереди была Лилит, которую Джеймс, на вопрос портнихи кто будет первым, толкнул её вперёд. Девушка уже открыла рот, чтобы кое-что сказать парню, но вспомнила, что рядом стоит и Флимонт Поттер, так что она придержала язык за зубами. После примерки, та встала рядом с Марлин.       — Новые свитера! — протянула Лилит, указывая пальцем на новую коллекцию. — Я обязана их купить!       — У тебя весь гардероб состоит из свитеров, куда тебе ещё?       — Последний раз мои все свитера Сириус погрыз в облике собаки, — закатывая глаза, ответила Лилит.       Смех Марлин разлился по всему магазину, заставляя оборачиваться посетителей на громкий звук. Лилит толкнула девушку в бок, почти что шипя на неё и говоря, что это не смешно. Хотя ситуация и вправду была комичной. Отец Лилит тогда впервые уехал в командировку по работе, но та подозревала, что это совсем не работа, а очередные сборы пожирателей. Тогда Лилит позвала в гости всех своих друзей. Сириус в облике пса разнёс ей весь гардероб. Под громкий хохот Джеймса, Лилит дубасила Блэка чем попало под руку. В парня летело всё что угодно. Книги, фрукты, посуда. Случайно досталось и Римусу, который, сидя на кресле, наблюдал за этой картиной. Вспоминая это, девушке хотелось не только смеяться и злиться, но и плакать. Ведь очень любила свою коллекцию одежды.       — Лилит, — голос Флимонта Поттер заставил девушку обернуться и посмотреть на мужчину. — Твой отец просил передать, что настоятельно ждёт тебя дома сегодня.       Девушку словно ошпарило. Обычно тот терпел её выходки и спокойно ждал, когда та вернётся домой с очередных недельных гостей у друзей, но сейчас он попросил самого Флимонта, у которого с ним отношения складывались не очень, передать слова его дочери. Лилит, коротко кивнув, повернула голову в исходное положение. Не хотелось ей домой.       "— Плевать я хотела на его слова. Не пойду, — сказала про себя Лилит, хмуря брови. Может это было и не самым правильным решением, но девушку было не переубедить. Тяжело уговорить человека пойти туда, где его не любят и не уважают."       Мистер Поттер, заметивший, что девушка ничего не ответила, а наоборот схмурила брови, заговорил вновь, но более строгим голосом, каким обычно отчитывал Джеймса за шалости:       — Лилит, я лично прослежу, чтобы ты вернулась домой.       Девушка недовольно щёлкнула языком, но в ответ лишь кивнула, не смея ничего говорить против. Спорить с мистером Поттером ей не хотелось, иначе отчитает не хуже отца. Даже несмотря на плохие отношения между Флимонтом и отцом Лилит, её всё равно заставят вернуться домой.       Следующее, куда зашли ребята, был магазин «Флориш и Блоттс». От неимоверного количества книг у Лилит и Римуса, которые питали особую страсть к книгам, разбегались глаза. Девушка, проводившая часы в магазине книг своей бабушки, вообще не остывала к книгам. Единственное развлечение, которое она могла себе позволить.       — Бо-о-о-же, как же у них глаза забегали то! — насмешливо произнёс Сириус, указывая на Лилит и Римуса.       — Не многим дано этого понять, так ведь? — девушка покосилась на Люпина, который в тот же миг кивнул ей, и они оба залились смехом.       — Нет, вам правда не скучно читать все эти книги? — спросил Джеймс, взяв в руки учебник для шестого курса, который был ещё не для них.       — Это искусство, — ответил Римус, приобнимая Лилит за плечи. — И видимо только мы вдвоём это понимаем.       Лилит кивнула, одновременно вскидывая брови. Пока они стояли в очереди, ребята весело болтали о предстоящем учебном году. Джеймсу всё никак не терпелось сесть на метлу и сыграть в квиддич, а Сириусу же хотелось уже натворить шалостей. Лилит ждала учебного года также сильно, как и Сириус, чтобы поскорее свалить из дома и вдохнуть свободу полной грудью, погрузиться в школьную жизнь и быть рядом с Мэри и Марлин каждый день.       Выйдя из магазина с новыми учебниками, те направились обратно домой к Поттерам. Лилит как не могла оттягивала этот момент. Вернувшись в дом Поттеров, та топталась у порога, ожидая, когда её проводит домой домашняя эльфийка Поттеров — Пелл. Все её вещи отправили сразу домой, ей оставалось только попрощаться с друзьями.       — До выноса мозга остались считанные минуты, — шутила девушка, обнимаясь с подругами.       — Да ладно, до конца лета чуть больше недели, — Марлин потрепала подругу по волосам, щёлкая языком. — Если я увижу тебя с грустным лицом на платформе перед отправкой в Хогвартс, я тебя убью, Шэл.       — Умеешь ты поддержать, — отшутилась Лилит.       Девушка сжала в руках небольшую сумку и наконец кинула взгляд на парней. С Римусом та попрощалась первым, а потом уже с Питером, Джеймсом и Сириусом.       — Не скучай. Хотя думаю ты не успеешь, до школы всего ничего, — сказал Джеймс, прихлопывая по спине подругу.       — Платформа 9¾ мне уже во снах снится.       — Только не начинай, ботанша, — фыркнул Сириус.       — Заткнись, Бродяга. По тебе я вообще не скучать не буду, — бросила Лилит, проходясь по тому небрежным взглядом.       — Попросту не успеешь. Скоро ещё увидимся, — ответил тот, на что девушка выгнула бровь. Ответа требовать было бессмысленно, ведь знала, что вымаливать у него ответ себе дороже, поэтому та просто вздохнула и наконец кинула взгляд на эльфийку Пелл, стоявшую за Юфимией. Девушка кивнула головой миссис Поттер, а следом к ней подошла Пелл. Напоследок та помахала рукой друзьям и коснулась дряблой руки эльфийки, оставляя за собой пустоту.       Перед девушкой возникли знакомые ворота и забор, огибающий всю территорию особняка. Дом был огромный, да и прилегающий сад к нему был не меньше. Жила Лилит без нужд. Хотя толку то, если та называла свой дом золотой клеткой. Множество слуг, эльфов и всяких других работников наполняли огромную территорию поместья. Род их длился ещё с давних времён, и нажить они успели многое. Многие из английской аристократии отказались от живой прислуги, предпочитая домовых эльфов, но семья Вайш наоборот же не отказалась от своих взглядов на прислугу и просто совместила всех вместе — и эльфов, и людей. На входе в поместье Лилит встретил прислужник её отца и почти роботизированным голосом отчеканил:       — Господин Вайш ждёт вас в саду.       Лилит кротко кивнула ему и двинулась вперёд. Впереди неё лежал путь к дому, а при повороте направо она оказывалась в саду. Собственно туда она и повернула. Сад их семьи был самым красивым из всех, что были у других аристократов. Разные цветы, деревья, растения росли там. Шуршащая, почти пожелтевшая на деревьях листва придавала этому месту живую обстановку, заглущая удушье старого поместья.       Перебирая ногами, Лилит боролась с ветром, дующим ей прям в лицо. Та перешла через небольшой мостик над ручьём и двинулась дальше. Развилки вели вглубь сада. Лилит знала, что отец предпочитал западную часть, нежели восточную, поэтому пошла именно туда. Хотя в мыслях и пролетала мысль, что восточная часть выглядит куда лучше западной, но Лилит считала, что отцу подходит именна та, в которой он чаще всего проводил время.       Западная часть сада не отличалась особой красотой, скорее наоборот — строгостью. До ужаса идеально одинаковые кусты, деревья, да даже идеально подстриженная трава делала пребывание в этой части сада невыносимым. Ей самой была по душе восточная часть. Порой Лилит казалось, что и солнце туда падает чаще, освещая всю красоту природы. В восточной части жили немногочисленные питомцы Лилит. Немного кроликов, четыре кота и собака. Именно питомцы, скорее всего, не давали мистеру Вайшу спокойно находиться в той части сада. Не любил их.       Дойдя до беседки, она увидела знакомую фигуру отца. Как обычно в строгом костюме, на переносице блестели очки, а выпирающие короткие пряди падали ему на лоб. Не сказать, что отец Лилит был уродлив, совсем наоборот — красивый статный мужчина. Вот только как считала сама девушка, красота это поддельная, а внутри он весь гнилой. Мистер Вайш явно увидел свою дочь, но не оторвал взгляда от книги, продолжая вдумчиво вчитываться в начитанное.       — Мне сказали, ты меня ждёшь, — произнесла Лилит, останавливаясь в паре метров.       Ответ последовал не сразу, что заставило Лилит чувствовать себя неловко.       — Я думал, что мы договорились насчёт твоих нежданных ночёвок и побегам к друзьям, — сухо ответил мистер Вайш, переворачивая страницу книги.       — Я не знала, что они пойдут сюда.       — Не переводи тему, юная мисс, — оборвал её тот, но спустя секунду на его лице заиграла ухмылка. — Хотя было забавно наблюдать за тем, как Блэк и Поттер выпрашивают у меня отпустить тебя.       Лилит негромко щёлкнула языком, закатывая глаза.       — Ты позвал меня только за этим? — прищурившись, спросила Лилит, на что мистер Вайш с грохотом закрыл книгу, заставив вздрогнуть девушку.       — Нет, — медленно ответил тот. — Я вынужден уехать по работе на пару дней. А после нас ждёт приём.       Девушка вскинула брови, не веря своим ушам. Ей хотелось прыгать от счастья, ведь не придётся терпеть отца лишние пару дней. Но вопрос о приёме её напряг, поэтому та осторожно спросила:       — Приём.. в доме Блэков?       Мужчина, чьё лицо поразила кривая ухмылка, отрицательно покачал головой.       — У нас, Лили, у нас, — тот наконец поднялся с дивана, кидая книгу на чайный столик. — И я настоятельно рекомендую тебе вести себя прилично на этом приёме. Не ударь в грязь лицом.       Вместо ответа Лилит коротко кивнула, собираясь уходить, но голос отца остановил её:       — Лилит. Если ты ещё раз без моего разрешения уйдёшь куда-то дальше нашего поместья, то клянусь Великим Салазаром, запру тебя в подвале этого дома, — почти угрожающе произнёс тот, шагнув вперёд. — Пора уже вырасти.       Девушка лишь развернулась и пошла прочь, чтобы не усугублять ситуацию. Знала, что он и вправду может такое сделать, учитывая то, что её несколько раз запирали в комнате на несколько дней. Лилит вышла из сада и направилась к особняку. Огромный дом с вычурным старомодным дизайном вперемешку с античностью. Родовое гнездо Лилит изнутри было достаточно пустым. Множество комнат, которые, конечно, обычно предназначались для гостей, вне приёмов пустовали. Но всё равно прислуга убиралась и там. Лилит не любила грязь и старалась держать свою комнату в чистоте, хоть и делали это за неё эльфы. Упав на кровать, та смотрела в потолок несколько минут, а потом заснула.

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

      Сидя за столом, девушка перебирала разные бумаги. В её столе скопилось много всякого мусора, и она решила перебрать всё, что там было. В основном это был пергамент с какими-то набросками или домашним заданием, но попадались и документы, оставленные отцом.       Спокойствие девушки прервал стук в дверь:       — Войдите.       На пороге появилась маленькая и достаточно невысокая девушка, с длинными русыми волосами и зелёными глазами. В её руках было письмо, и только та поймала взгляд Лилит, девушка заговорила:       — Вам письмо от молодого господина Блэка, — с этими словами та протянула письмо. Лилит не спеша подошла к девушке, взяла конверт в руки и прокрутила его, осматривая знакомую печать.       — Можешь идти, Мэри, — ответила Лилит, но тут же осеклась. — Отцу ни слова, ясно?       Мэри легонько качнула головой, и Лилит махнула рукой на дверь, чтобы та вышла. Несмотря на отъезд отца Лилит по делам, она не хочет, чтобы её переписка с Блэком так или иначе была обнаружена её отцом. Оставшись наедине с письмом, та села обратно за стол и наконец распечатала его, обнажая текст, написанный каллиграфическим почерком Сириуса.       "Дорогая Лилит,       Не знаю, обрадую ли я тебя этой новостью или нет, но похоже наше аристократическое общество трещит по швам. Причём, я бы даже сказал, что пошёл раскол."       Лилит заметно напряглась, вчитываясь в первые строчки.       "— Раскол в высшем обществе? Что я пропусила? — мысленно произнесла та и покачала головой, вновь вникая в написанное:"       "Мама последние два дня выглядит так, будто в неё кто-то вселился. Всё бурчит о каком-то предателе и срывается по любому поводу. Признаться честно, мне это надоело."       Губы девушки исказились в ухмылке, представляя, как Сириус и Регулус попадаются под горячую руку Вальбурги.       "Насколько я знаю, в вашем доме устраивается приём, но знай, что этот приём лишь ход на шахматной доске. Пожиратели что-то удумали, поэтому решили собраться на нейтральной территории, то есть у Вас.       Также я заметил на рабочем столе отца документ, в котором указаны все молодые наследники своих семей и не только. И твоё имя обведено в красный круг. Подозреваю, что этот список так или иначе связан с всей этой чистокровной заварушкой и Волан-де-Мортом. Будь осторожна, тем более в предстоящий приём."       Лилит будто ошпарило кипятком. Она и Волан-де-Морт. Имя, которое не принято произносить вслух. И имя, которое её отец обожествляет. Та потёрла переносицу, пытаясь читать дальше, но буквы плыли перед глазами.       — Руки бы тебе оторвать, Блэк, за твой нечитабельный идеальный почерк, — прошипела Лилит.       "Кстати, я слышал, что скоро должен приехать твой дядя. Думаю, ты знаешь, какой он человек и на что способен. Мама и твой отец хотят запугать общество аристократов его приездом и понять, кто сразу сольётся."       — Дядя Эрит? — озадаченно прошептала Лилит, а по телу тут же прошлась волна холода. — Плохо дело...       Дядя Лилит, или как его ещё называли головорез, был человеком... не самым приятным. Она не знала, примкнул ли он к пожирателям или остался на нейтральной стороне, но понятно было одно, что скоро прольётся кровь, а чья — неизвестно.       "Надеюсь на твое благоразумие после прошлого приёма, не хочу, чтобы ты в Хогвартс приехала с кандалами на руках. Увидимся на приёме.       Искренне твой самый лучший друг,       Бродяга"       Лишний раз Лилит не хотела вспоминать прошлый приём. Она рассорилась со всеми, кем могла. Лестрейнджи, добрая половина Блэков, Малфои... Лилит тогда не могла отделаться от чувства, что рано или поздно её прикончат где-нибудь в косом переулке. Всего пару слов о маглах, и та впала в немилось к половине чистокровных семей. Впредь она держала язык за зубами, да и больше на приёмы особо не ходила, ведь времени не было. Та только и делала всё лето, что работала в магазине или разгребала документы, оставленные отцом.       В дверь постучали, и Лилит, оторвавшись от письма, громко произнесла:       — Входите!       В дверном проёме появился приближённый человек отца Лилит — Оскар. С длинными волосами, собранными в хвост, с ледяными глазами и острым носом. Лилит считала его самым отстранённым и холодным человеком в её доме.       — Ваш отец перед отъездом просил вам передать, что оставил некоторые документы для вашей подписи.       — Перед отъездом, говоришь? — Лилит повернулась к тому лицом и прищурилась. — Поэтому ты говоришь мне об этом спустя два дня, бестолочь?       Оскар заметно замялся, но сохранил мнимую бдительность и холодно ответил:       — Прошу прощения.       — Что за документы?       — Отчёт о расходах и доходах, а также выручка, полученная в этом месяце с мастерской. Также перераспределение зарплаты работникам шахт и увеличение их числа.       Лилит встала со стула и вышла из комнаты, напоследок кинув, чтобы принесли ей перо и чернила, а также семейную печать. Открыв кабинет отца, она оглядела его, будто оттуда что-то могло пропасть. Строгий минималистичный декор, тёмно-синие шторы, стеллаж с книгами и стол, на котором всё было сложено в одну аккуратную стопку. Запах в кабинете стоял кофейный. Он никогда оттуда не пропадал, что Лилит подметила давно.       Девушка села за стол, пройдясь руками по стопке с бумагами, вынула оттуда несколько листов с отчётами. Расходы за этот месяц повысились чуть ли не в полтора раза, а доходы наоборот уменьшились. Увидев это, Лилит вскинула брови.       — Почему в дом Блэков уходит денег больше, чем на шахты и мастерскую? — Лилит покосилась на Оскара, стоявшего рядом. Тот, пожав плечами, ничего не ответил.       "— Что, отец, решил всё нам загубить, лишь бы прислуживать священному дому Блэков? — девушка смахнула пряди с лица, вчитываясь в написанное. Её не устраивало практически всё. Кроме раздражения, та искренне не понимала, зачем было так делать. Она, конечно, ещё молода, но не настолько глупа, чтобы не понимать, что что-то тут не так."       — А работникам шахт почему снизили доход? Они и так гроши получают, куда ещё меньше?       — Подразумеваю, что это из-за увеличения числа работников. В этом месяце их прибавилось порядка четырёх сотен, — пояснил Оскар.       Покачав головой, Лилит взяла печать и сургуч и принялась оставлять свою печать и подпись. Семейным делом дома Вайш было производство украшений из драгоценных камней. Рубины, алмазы, сапфиры добывались в шахтах, принадлежавших с давних времён их роду.       "— Мастерская начала выдавать самые низкие показатели, люди с шахт рано или поздно начнут требовать надбавки, а он деньги тратит на всякую ерунду."       Потянувшись к следующему листку, та вспомнила, что просила разрешения у отца о продаже своего поместья недалеко от их семейного гнезда.       — Что по поводу продажи моего имения?       — Переговоры ведут с Лестрейнджами. Господин Лестрейндж-старший хочет купить и передать поместье в руки Рабастана Лестрейнджа.       — Отлично, — Лилит одобрительно кивнула, ставя очередную подпись и печать.       В дверь вновь постучали и сразу вошли. Девушка уже обернулась, чтобы посмотреть, кто зашёл без разрешения, но, увидя своего главного подручного и советника Луи, сразу смягчилась.       — Оскар, ты свободен.       Мужчина удалился из кабинета, оставляя Лилит и Луи наедине.       — Здравствуй, Луи, — девушка улыбнулась и кивнула мужчине. — Думала, что ты не придёшь.       — Как я могу? — тот вскинул брови, слегка поддавшись вперёд. Его белокурые волосы упали ему на лоб, и тот смахнул их своими длинными пальцами со своего и без того бледного лица. Единственное, что его отличало от всех других, это чёрные, как смоль, глаза, выделявшиеся на фоне бледности кожи и светлых волос.       Лилит издала тихий смешок и вновь вернулась к бумагам.       — Как думаешь, насколько быстро поднимется бунт в шахтах после уреза зарплаты работникам? — не поворачивая головы, Лилит обратилась к подручному.       — Если бы они служили другой семье, то в самые кратчайшие сроки... — задумчиво произнёс тот.       — И то верно. Меня настораживают низкие показатели с мастерской. Не знаю, что отец хочет этим добиться...       — Как бы вы не ненавидели господина Вайша, он мастер в своём деле. Думаю, что это просто его очередной манёвр, чтобы потом вновь заработать в несколько раз больше, — ответил Луи.       — Надеюсь на это, — поставив последнюю печать, та хлопнула в ладоши два раза, и в кабинет вновь вошёл Оскар. Та протянула ему свёрнутые бумаги. — Отправь в мастерскую.       Оскар кивнул и покинул кабинет. Лилит громко выдохнула, поправляя волосы.       — Чай? — предложил Луи.       — Нет, спасибо, иначе спать захочу, — с улыбкой ответила Лилит. — С каждым разом он доверяет мне всё больше документов. Хочет на меня всю свою работу сбагрить видимо.       — Вы всё воспринимаете в штыки, мисс, — Луи мягко улыбнулся. — Вы ведь наследница. Единственная в своём роде.       — Мне всего пятнадцать, Луи, пятнадцать.       — Мы не знаем, что будет завтра.       — Завтра будет суббота, Луи. Завтра вечером возвращается отец, а в воскресенье приём. Распорядись, чтобы начинали готовить дом к светскому мероприятию, — на последних словах девушка усмехнулась, закатывая глаза. — Чтобы дом и территория поместья были идеально чистыми. Пусть наконец прочистят фонтаны и приведут в порядок восточную часть сада. Там, конечно, красиво, но хаоса не меньше.       — Слушаюсь, — Луи отклонился и пошёл к выходу, да только не успел и выйти, как в кабинете распахнулась дверь, которая чуть не пришибла мужчину. Та громко ударилась о стену, оставляя за собой неприятный гул. В кабинет влетел человек лет тридцати, русый, с кучей морщин в свои молодые года и испуганными глазами. Одет он был в строгий коричневый костюм, а на правом глазу красовался монокль, прикреплённый к одежде.       — Господин Бернанд? — Лилит встала из-за стола, а голос её звучал как никогда встревоженно. Впервые к ней вот так вот врывались. Не каждый день увидишь главного преспешника подмастерье из их мастерской, у которого глаза наполнены страхом.       — Беда, мисс, беда! — протянул тот и схватился за сердце. Лилит шагнула вперёд, опасаясь, что тот сейчас упадёт.       — Что случилось?       — В шахтах бунт, бунт! Рабочие отказываются работать, создали живой щит и никого не впускают ко входу. Говорят, что будут разговаривать только с главой семейства. Грозятся убить всех, кто хоть попробует зайти в шахты. Они уже несколько дней держатся, сколько бы мы их не пытались унять! Вчера должна была быть поставка рубинов, да только они себе всё забрали, сказав, что это достойная плата их нечеловеческого труда.       Глаза Лилит округлились. Сначала по её телу пробежала волна испуга, а следом последовал гнев.       — Что они себе позволяют?! — рявкнула девушка, чувствуя, как на лбу набухают вены. — Эти грязнокровки совсем страх потеряли?!       Впервые слово грязнокровки звучит из уст Лилит в отрицательном значении. Мистер Вайш нанимал на работу только маглорождённых волшебников и в большинстве случаев заставлял их работать силой, ведь вступиться за них было некому, особенно в такое время. Хоть Лилит была и против того, что им урезают и без того маленькую зарплату, но такой наглости она, да и наверное даже её отец, никогда не видали.       — Послали весть отцу?       — Да толку то, мисс, не сможет он вернуться так быстро. У него серьёзная сделка идёт во Франции, у него и так проблем хватает! — Бернанд шагнул вперёд, складывая руки в замок. — Мисс, прошу вас!       — Почему сразу не пришли сюда, а решили всё сами решить?! Мало того, что скрыли, так ещё и смеете помощи просить? — Лилит бросила гневный взгляд на Бернанда, на что тот виновато склонил голову. — Последний раз, мистер Джуэл. Не сносить вам головы, когда отец приедет. Не надейтесь, что я скрою от него это. Иначе и мне голову открутят.       В мыслях девушки уже промелькнула сцена, как её отец обрушивает свой гнев на всех работников мастерской. В детстве она часто наблюдала такую сцену, а сейчас сама становилась такой же. Её не пугало то, что она становится похожей на отца в этом деле, потому что у каждого члена семьи проявляется такая ответственность и вспыльчивость, когда дело касается семейного ремесла.       Лилит вылетела из кабинета и накинула сверху красную, почти алую накидку. Луи, не поспевавший за своей госпожой, запыхаясь, спросил:       — Вы же не собираетесь отправиться в шахты, мисс Шэлви? — встревоженно спросил Луи.       — Нет, сперва в мастерскую, а потом уже туда. Сначала посмотрю на тех идиотов, которые не сообщили мне всё сразу, — ответила та, огибая фонтан. — Бернанд явно вопреки всему пришёл сюда, я по его взгляду поняла. Убила бы всех, кто скрыл это. Это же шахты, главная опора нашего рода! Как они вообще посмели скрыть всё это!       — Ради Мерлина, мисс!       Но вместо ответа Лилит пулей вышла за ворота, где её остановил один из слуг.       — Мисс Вайш, ваш отец сказал нам...       — Прочь с дороги, остолоп, я в мастерскую, — Лилит бросила на того гневный взгляд и трансгрессировала. Луи отправился вслед за ней.       Перед глазами девушки возник знакомый вход в мастерскую, который можно было с лёгкостью узнать по вычурному дизайну с плавными изгибами, золотом и яркой вывеской. Лилит с грохотом открыла дверь и, делая большие шаги, шла вдоль длинного коридора. Мастера и работники застыли, увидев девушку в мастерской.       — Не часто увидишь госпожу здесь...       — Последний раз она была здесь, когда только в Хогвартс поступила...       Лилит не обращала внимание на разговоры и шёпот зевак. Только смиряла их взглядом, который так и требовал приступать обратно к работе. Девушка завернула за угол в западное крыло мастерской и поднялась по лестнице на второй этаж, где её взгляд зацепился за дверь главного подмастерья. Та чуть ли не с ноги открыла дверь, которая с грохотом ударилась о стену. Перед ней сидел в кресле мужчина с каштановыми волосами по плечи, в которых виднелись оттенки седины, в строгом костюме и с кофе в руках. На его лице сначала отразилось удивление, а потом непонимание. Почти немедля, тот встал с кресла, натягивая улыбку на лицо.       — Мисс Вайш! Добро...       — В чём дело, мистер Герберт?! — поровнявшись с главным подмастерье, незамедлительно спросила Лилит. В её голосе читались непривычные строгость и холод, вперемешку с гневом. — Что вы здесь устроили? Почему решили, что можете своевольно решать что и как вам делать?       — Я думаю, вы имеете ввиду инцидент в шахтах... Я.. То есть мастерская, решили, что по таким пустякам не стоит тревожить вас и вашего отца, который сейчас по уши в работе... Эту ситуацию можно разрешить в кратчайшие сроки, поэтому мы решили не оповещать вас, — произнёс тот и сжал руки в замок за спиной, будто опасался, что его прикончат прям здесь.       — Что вы о себе возомнили? Шахты — прямой источник дохода нашей семьи, и то, что там происходит, напрямую связано со мной и моим отцом! Почему я должна узнавать об этом от сторонних лиц, а не от вас лично? — Лилит скрестила руки на груди, пытаясь не терять самообладание. — К чему весь этот цирк?       — Ситуация не из ряда вон выходящая, рабочие бунтуют часто и это нормально. Стоит только успокоить их и...       — О просроченной поставке рубинов вы тоже это скажете?       Главный подмастерье не знал что ответить и сжал губы в тонкую полоску.       — Весть дойдёт до отца в кратчайшие сроки. Я вам рекомендую собирать свои монатки, — Лилит направилась к выходу. — Я даю вам фору, так как отец приезжает завтра вечером. Иначе пеняйте на себя.. главный подмастерье.       На выходе из кабинета её уже ожидал Луи. Тот уже успел прийти в себя и уже без слов последовал за Лилит. Она как спичка, которой надо время, и пламя само растворится. Выйдя на улицу, та громко вдохнула.       — В шахты, Луи, — произнесла та и, накинув капюшон, вновь трансгрессировала, только уже подальше от людского зора в горы.       Встав на обе ноги, та почувствовала тяжесть от далёкой трансгрессии, а перед глазами встал какой-то хаос. Разбросанные ящики, инструменты валялись по всей вытоптанной горной земле. Горячий ветер и запах пота ударил в нос Лилит, из-за чего та поморщилась.       Девушка шагнула вперёд, а потом уверенно зашагала в сторону входа. До неё стали доноситься крики и ругань. Чем ближе та подходила, тем сильнее резало слух. Мужские голоса перебивали друг друга, а следом за ними следовали выкрики заклинаний.       — Нам нужен этот варвар, что обокрал нас!       — Он совсем совесть потерял, забыл, что он купается в богатствах только из-за нас?!       — Этот месяц выдался слишком тяжелым, прошу вас!.. Мистер Вайш возместит вам все убытки, я вас уверяю!       — Пустослов поганый!       Завернув за угол, Лилит показалась картина, которую секунду назад она могла только слышать. Десятки рабочих закрывали собой вход в шахты, держали палочки в руках и кричали так, что можно было оглохнуть. Все чёрные от грязи, мокрые от пота и жары держались слишком хорошо.       Глазами Лилит подцепила управляющего этим участком шахт. Тот, вытянув руки, безуспешно пытался успокоить разъярённых работников. В его глазах читалась безысходность и надежда на помощь, которая оправдалась, когда он увидел Лилит. Управляющий кивнул подручным из мастерской, а сам подбежал к девушке.       — Мисс Вайш! Я точно не ожидал вас здесь увидеть, но видимо сам Мерлин послал вас нам!       — И вам добрый день, мистер Джуэл, — Лилит произнесла это на выдохе. Брат-близнец господина Бернанда тоже работал на семью Вайш, и Лилит нечасто могла их отличить. — Если бы не ваш брат, то меня бы здесь не было.       Лилит побольше натянула капюшон и повернулась спиной ко всему этому балагану.       — Я попросил уведомить вас ещё два дня назад, на что мне сказали, что всё уже сделано... — мистер Джуэл выглядел растеряно, а в голосе читалась неуверенность.       — К сожалению, до меня дошло только сегодня.       Мистер Джуэл, перебирая пальцы, не решался что-то сказать. Лилит посмотрела на него, выгибая бровь.       — Я бы не хотел просить вас о помощи, но.. Вы сами видите. Они не успокоются, если не увидят вашего отца или хотя бы вас..       Хмыкнув, Лилит кивнула. Развернувшись, та пошла к толпе, а сердце её начало биться с неимоверной силой. Уверенностью в серьёзные моменты Лилит никогда не отличалась, скорее вспыльчивость подменяла уверенность в такие моменты, что делало её характер не самым гладким. Рабочие, увидев девушку, на секунду стихли, уставившись на неё и смотря во все глаза.       — Это его дочь! — из толпы донёсся громкий, но совсем не уверенный голос.       Остановившись, Лилит сняла капюшон и оглядела всех работников. На их лицах была написана решимость, перемешанная с дикой усталостью. Что-то в груди у девушки больно закололо, смотря на эту картину, но та лишь вздёрнула носом.       — Верните наши деньги, вы, варвары! — выкрикнул чей-то сиплый голос, стоявший видимо где-то в середине толпы. — Сами купаетесь в роскоши, а нас на верную смерть обрекаете на этой работе!       — Да она такая же, как и её папаша! Разве не видно?       Луи, до этого стоявший позади, шагнул вперёд.       — Как вы смеете, идиоты?! Вспомните, кто перед вами стоит! Одно её слово и вы все жизни лишитесь!       — Почему такие как они управляют нашими жизнями, хотя это мы их источник дохода!       — Замолчите, — спокойно произнесла Лилит, и волей-неволей все голоса стихли. — Мне очень жаль, что с вами произошло и как к вам отнеслись. Но я не имею дело к тому, что делает мой отец. В этом месяце у нас и вправду достаточно большие финансовые проблемы...       Лилит на секунду осеклась, вспоминая, сколько денег утекает в дом Блэков.       — А также увеличилось число рабочих, что тоже повлекло за собой финансовые убытки, — девушка оглядела каждого, заглядывая всем в глаза. — Могу пообещать, что в следующем месяце вам выплатят всю сумму и даже больше.       На секунду наступила тишина.       — Почему мы должны тебе верить? Ты же дочь этого варвара! — крикнул кто-то из толпы. — Что нам твои слова! Действовать надо, а не разглагольствовать!       — То, что делает мой отец, никак со мной не связано. Повторяться дважды я не собираюсь.       Лилит, которая думала, что всё закончится, не ожидала, что станет только хуже. Снова те же выкрики, оскорбления уже в сторону девушки, а последней каплей стали атакующие заклинания в сторону Лилит, которые та с лёгкостью отразила.       — Безмозглые идиоты! — рявкнула девушка, обезоружив впереди стоящих.       Шагнув назад, девушка качнула головой, подзывая Луи и мистера Джуэла.       — Луи, после возвращения отца, скажи, что я требую, чтобы моё поместье продалось как можно быстрее. Деньги, полученные после продажи, мистер Джуэл, выдайте этим... Иначе они не утихнут.       Обменявшись короткими кивками, девушка скрылась за поворотом.       — Вы в порядке? — голос Луи донёсся до Лилит не сразу. Та пыталась прийти в себя после всей этой ситуации.       — Я не знаю, чего добивается отец, — сказала та и потёрла переносицу. — Он ожидал, что они после всего как паиньки будут себя вести? Ещё и этот Герберт суёт нос куда попало. С таким наследием и врагов не надо.       В ответ последовала давящая тишина, и, надев капюшон обратно, Лилит трансгрессировала к дому. Знакомые очертания дома появились перед глазами девушки. А работа кипела полным ходом. И эльфы, и прислуга убирались на территории поместья. Лилит казалось, что людей на территории особняка было в два раза больше, чем она вообще знала.

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

День приёма. 24 августа 1975 года. Поместье Вайш.

      Аристократы сливались в единый поток гостей. Лилит стояла неподалёку от входа в сад, то и дело оглядываясь, нет ли за ней очередного парня, что хочет с ней поговорить об важных идиотских вопросах про погоду или учёбу. Несмотря на то, что было ещё лето, вечерний холод августа заставлял о себе знать, поэтому Лилит то и дело поправляла алую накидку. Пока все гости находились либо в доме, либо в западной части сада, девушка направилась в восточную часть парка. Фонари слабо освещали дорогу, где-то в кустах сидели ежи, а на ветках сидели белки. Фигуру девушки можно было узнать сразу. Её любимое тёмно-красное платье подчёркивало фигуру. Конечно, она не была идеальной. Лилит считала, что она как та девушка, которую описывает Шекспир в сто третьей сонете. Совсем не идеальная, но всё равно не теряет особенных черт.       Справа затрещала ветка. Лилит сразу напряглась. Острый слух никогда её не подводил. Рука непроизвольно скользнула к ремню на платье, где своего часа ждала палочка. Теперь слева. Девушка резко обернулась, пытаясь развидеть кого-то или что-то в темноте. Сглотнув, девушка шагнула вперёд, но на её шаг раздался громкий лай.       — Блэк! — завопила Лилит. — Выходи, идиотина, напугал!       Из-за дерева появился Сириус. В аккуратном костюме, который, видимо, его заставили надеть, но всё с тем же нахальным и ядовитым взглядом.       — В следующий раз метну в тебя какое-нибудь заклинание, будешь знать, как людей пугать, — прошипела та, скрестив руки на груди.       — С ума сойти, её Величество госпожа Лилит Шэлви испугалась обычной собачки, — ухмыльнулся Сириус. — А вот не надо одной ходить по саду. Если бы на моём месте оказался не я, а Лестрейндж или кто похуже?       — Тогда бы я и вправду не обошлась бы простыми угрозами.       Сириус окинул девушку взглядом, осмотрев с ног до головы.       — Красивое платьице, — подмигнул тот.       — Отвали ты, я в нём на каждый приём хожу, — девушка закатила глаза и развернулась, зашагав в сторону поместья.       Сириус, еле оторвав себя от земли, поплёлся за девушкой, осматривая территорию вокруг себя, а потом уткнулся взглядом в спину Лилит.       — Слышал у вас проблемы на шахтах.       — Не спрашивай, — ответила девушка. — Пришлось из своего кармана раздавать деньги этим нахалам. Когда отец был в мастерской, мне казалось, что я на расстоянии чувствую, как он злиться. Вчера и сегодня ходит, будто ему жизнь испортили. Слава богу со мной ещё не разговаривал, иначе скажи я что-нибудь, что ему не понравится, прощай моя палочка и свобода.       — Об этом писали в пророке, — ответил Сириус. — Про тебя в том числе. Мать и отец сказали, что тебе не надо было выходить в свет. Не знаю, насколько это было необходимо, но твоё положение в кругу аристократов трещит по швам.       — Напомни мне об этом ещё тридцать раз, Бродяга, я же с первого раза не запоминаю, — недовольно сказала Лилит. — Мне нет дела о том, что думает Вальбурга или Орион. Им бы лишь свой нос засунуть куда не надо.       — Точнее и не скажешь.       Выйдя на главную дорожку, ведущую через фонтан к главному входу в дом, к Лилит и Сириусу сразу обратились некоторые взгляды. Все давно знали, что наследник Блэков и наследница Вайш слишком близко общаются, что Лилит считала абсурдом. Да, они друзья, но ничего большего между ними нет. По крайней мере так думала Лилит.       Девушка повернула голову направо, где увидела отца, Абраксаса Малфоя, Люциуса Малфоя, родителей Сириуса, а также Сигнуса Блэка.       — Вот это компания... — прошептала Лилит. — Волки в овечьей шкуре... Кстати, — та обратилась к парню. — Где Регулус? По-моему я его видела...       — А чёрт знает где его носит, — буркнул Сириус. — Зачем он, если есть я?       — Ты ещё спрашиваешь?       Лилит шагнула вперёд, кивая головой гостям в знак приветствия. Утомляло ли её это? Определённо. Вновь повернув голову в сторону отца, та задумалась.       "— Странно, что они все стоят у въезда в поместье.. — подумала Лилит. — Ждут кого-то?"       Оторвав свой взгляд, девушка взглянула налево, где увидела Нарциссу и Беллатрису. Громко цокнув, та зашагала вперёд.       — Их компании мне ещё не хватало...       — Я вижу ты всю мою семейку ненавидишь? — саркастично произнёс Сириус.       — Ага, ты следующий по списку.       Общения у Лилит и сестёр Блэк было мало из-за разницы в возрасте, что её не могло не радовать. К ним она питала особую ненависть. Уважала она лишь Андромеду, которая смогла вырваться из оков чистокровных фанатиков. Беллатриса же часто прилюдно презирала Лилит, а Нарцисса, хоть и пыталась держать всё в себе, всем своим поведением показывала то же самое.       Девушка шагнула внутрь поместья, огибая толпы скопившихся людей. Остановившись у окна, выходящего на небольшой ручей, та повернулась к Сириусу, внимательно его осматривая, а позже, вспомнив о недавних документах, спросила:       — Почему в ваш дом утекает так много денег?       — Что?       — Я смотрела документы и отчёты о доходах и расходах... Мало того, что они с каждым разом меняются, так ещё и в худшую сторону. Большинство наших денег уходят Блэкам. Поверь, там сумма приличная.       Сириус пожал плечами.       — Нашла у кого спросить, — усмехнулся тот. — Я половину лета у Поттера провёл, а ты мне тут про мой дом затираешь.       Лилит покачала головой, ядовито усмехнувшись.       — Совсем забыла, что по таким вопросам мне лучше обращаться к Регулусу, — увидев, как Сириус закатил глаза, продолжила. — Он то точно больше тебя знает.       — Завались, Шэл, пока я тебя не придушил.       Девушка рассмеялась в ответ, а потом вновь обвела взглядом всех, кто есть в доме.       — Знаешь, нам бы по-хорошему пройти в кабинет отца, — прошептала Лилит.       — И что ты задумала?       — Ты написал в письме про список, где я по-особенному отмечена. Луи сказал, что отец и твои родители сначала переговорились в кабинете, а потом уже пошли встречать гостей ну и всё в этом роде.       — У тебя везде глаза и уши, — усмехнулся Сириус.       — У-га-дал.       Маневрируя сквозь чужие тела и спины, двое поднялись на второй этаж особняка, где было не особо людно, но это и создавало определённые неудобства. У кабинета столпилось трое человек, на что Лилит уже мысленно их всех прокляла.       — Остынь, Шэл, я уже чувствую, как ты закипаешь, — Бродяга похлопал девушку по плечу.       — Самое время для шуток, Блэк, браво.       Простояв пару минут, трое наконец ушли.       — И года не прошло.       Лилит подошла к кабинету, и, достав палочку, взмахнула ею, отпирая замок. Затянув за собой в кабинет Блэка, девушка быстро закрыла дверь.       "— Всё слишком идеально идёт... — подумала та."       Подбежав к столу, та не увидела ничего нового. Всё те же стопки бумаг, чернила, печать. Лилит начала открывать ящики.       Первый. Ничего.       Второй. Тоже.       Третий. И снова нет.       — Твою ж мать! — Лилит ударила ногой по самому нижнему ящику.       — Может на полках? Или твой отец не глуп и спрятал то, что ты ищешь получше, — промолвил Сириус, проводя рукой по столу.       — Знала бы я, что ищу.. — Лилит начала перебирать документы. Отчёты, сделки, но не то, что ей надо было.       Голоса сзади сначала стали громче, но сейчас стихли. Лилит положила на место лист бумаги и обернувшись застыла.       — Не это ищешь, племянница?       Перед Лилит в дверном проёме оказался высокий мужчина с длинными русыми волосами. А в руках он держал свиток, запечатанный знакомой печатью Блэков.       — Дядя Эрит?..       Всё, что смогла промолвить девушка. Глаза налились не то страхом, не то гневом. А когда за его спиной показался её отец и Вальбурга Блэк, тогда Лилит поняла, что такое ком в горле от страха. Сириус сщурился, но тоже ничего сделать не мог. Слишком был наслышан о человеке, держащего в руке свиток. Головорез или убийца. Как его только не называли.       Лилит почувствовала, как тугой узел завязывается в животе, а в горле застревают слова.       — Не думал, что наша первая встреча будет такой... интересной.