Букашка в мире Богов

      Дорога до аэропорта не отняла много времени. Это время съели документы, призванные обеспечить мне полет до Египта. Довольно сложно улететь в другую страну, будучи почти пятнадцатилетним подростком без сопровождения. Но зелень, угрозы и криминальные элементы решают эту проблему, хоть и очень хлопотно.       В терминале я благодарил всех известных богов за то, что по-настоящему глобального интернета здесь не существовало, иначе плакала бы моя маленькая поездочка, как и моя анонимность. В самом самолете пришлось все-таки снять свое пончо, чтобы не раздражать людей почем зря. Путь был неблизкий и я решил посмотреть наконец, что же за книгу я купил.       На вид обыкновенная, не очень толстая записная книжка. Внутри аккуратные строки на чистом современном английском, лишь иногда разбавляемые иероглифами вначале и практически полностью из них состоящие в конце.       Повертев головой, я убедился, что остальные пассажиры спят и погрузился в чтение. Начиналась книга с предисловия, что это является переводом –переложением древней египетской книги «воины Солнца», затем только начиналась книга. И прямо со старта она начала удивлять. Первым делом были описаны души человека, причем немного отличаясь от современных трактовок, созданных египтологами, как я узнал позже. Первая часть — Ба — описывалась как жизненная сила, человека, а также сосредоточение его чувств, мыслей и желаний. При смерти Ба покидает тело и присоединяется к Ка в загробном мире. Вторая часть — Ка — же переводилось автором как «двойник», отражением человека в сверхъестественном, потустороннем мире. Ничего не напоминает? Дальше было имя, Рен. Между прочим, египтяне придавали большое значение имени, отчего уничтожение имени приравнивалось к проклятию. Когда имя полностью забывали, Рен уничтожался, и человека больше ничто не держало в мире живых. И наконец Шу — тень. Не та тень от солнца, а метафорическая, та тень, что отбрасывает человек на мир. Практически, в книге написано, что власть является частью души.       Также была надпись что изложенное дальше доступно только для людей с сильной Шу. Видимо, под Шу подразумевался магический дар. А после начиналась натуральная теория магии. Символы, их значение, комбинации, ритуалы, в общем все то не слишком много, что практиковалось в древнем Египте. Я хоть и прочитал с большим интересом, но как показала немедленная практика, мой Шу маловат, а начертанные на салфетке иероглифы так и оставались просто иероглифами. Расстроившись, я откинул книгу на столик самолета — такого облома я еще не испытывал.       Но тут я заметил, что на внутренней стороне форзаца последней страницы, что открылась при приземлении на столик, есть довольно специфической формы углубление. Рука немедленно потянулась к тубусу со стрелой. Еще раз оглядевшись, я открыл тубус и извлек стрелу. Углубление было точно по форме наконечника. Распираемый любопытством я аккуратно оторвал наконечник и приложил его к углублению. Внезапно раздалась вспышка мягкого золотого сияния и книга на глазах увеличилась в объемах. Я вытащил наконечник и все вернулось в прежнее состояние. Вставив наконечник обратно, я углубился в чтение новых фрагментов.       Мне стала понятна любовь египтян к солнцу, ведь написанное представляло собою скорее летопись, начинающуюся с «прихода злого Бога, что плодил ночных демонов». Эти демоны «осушали тела людские от крови, жатву собирали неумерную с поселений, и лишь гнев Ра мог усмирить их», гнев Ра — надо полагать, солнечный свет. Похоже, Карс таки знал толк в развлечениях.       В общем люди долго терпели и молились, не помогало, пока однажды не «пал богов дар на землю египетскую, не оставили боги народ свой». Дар божий, как и братья славяне, распилили. Многие помирали от этого дара, пока жрецы не выплавили неизвестный металл из упавшего камня и не отлили из него стрелы. Резко появились выжившие, причем «Ка прибывал в телах их и благословение богов с ними было», назвавшие себя воинами Солнца, то бишь, Ра, и пошли истреблять вампиров. Как же дорого я бы дал, чтобы увидеть это.       В итоге, после «войн долгих с тварями ночными» воины солнца извели кровососов добрались до пиллармена и… ничего. Буквально, «Гнев Ра пал на него, и в камень он обратился, и не нашлось среди воинов Ра того, кто смог бы вред ему причинить. Тогда запечатали его в гробницу, стерев имя его, навеки прокляв. Поклялись воины нести дозор в гробнице этой, дабы не пробудилось никогда Зло вновь». Со временем появившийся орден пользовался большой славой, а та гробница стала их основным центром базирования. Также дальше было что-то вроде их религиозных практик, и, самое главное, местонахождение гробницы, куда «путь укажет лишь богов дар». Думаю, также нужна будет стрела.       За этим анализом исторических источников и пролетело оставшееся время до приземления. А через некоторое время я был и в Каире.

***

      Не знаю на что я надеялся. Что найду Дио? Ну хорошо, а дальше то что? Я не продумал. Так или иначе спустя долгие поиски я никого и ничего не нашел. Даже с учетом того, что владельцы стандов притягиваются друг к другу. По факту, эта поездка была спонтанным решением найти ту старуху. Возможно она давно мертва, возможно Дио Брандо так и лежит на дне морском, возможно его вообще никогда не было. Но так или иначе это стоило проверить. И я не нашел ни следа старухи или Дио. Мне же лучше, ведь как ни крути, Дио имел все шансы в случае победы над Джостарами захватить мир, и вот тогда бы мне пришлось бы очень несладко, зависеть от воли капризного вампира.       Никого не найдя, я испытал облегчение. И решил отправится на поиски той «загадочной» гробницы пиллармэна. Чисто на всякий случай, вдруг… Да кого я обманываю, это было просто жутко интересно. Так что я начал готовится к экспедиции, путь предстоял неблизкий. Первым делом я купил шляпу и пустынную одежду, потому что было отмечено место в пустыне. Нахождение транспорта до места и запаса провизии заняло еще какое-то время. Как ни странно, местные знали то место, что я искал, и называли его Дланью Сета, и вокруг витали мрачные легенды. Так что надо мной посмеялись что я туда направляюсь и потребовали деньги вперед. Условились на том, что они довезут меня до места, подождут сутки и уедут обратно, когда я помру. Путь был не близкий, по факту, он пролегал через половину Египта, и хорошо, что только конечный отрезок мне придется преодолеть по пустыне.       Полдень. Жара. Повсюду песок, и раскаленный солнцем воздух, поднимаясь от земли дрожит, превращая картину бескрайних дюн в волнующееся песчаное море. Караван бедуинов на верблюдах перебирается от оазиса к оазису, чтобы довезти янки до места его скорой гибели. Сам янки сидит на верблюде, одетый в ковбойскую шляпу, солнечные очки, шарф, пончо, а под ними угадывается белая роба, характерная для пустынников. Пустынная жара иссушает, но цель маршрута уже близко.

***

-Но почему именно сутки? — спрашиваю я. -Верблюдам надо отдохнуть перед обратной дорогой. — Отвечает араб с обветренным лицом.       Спешившись, я пошел к скальной гряде. Уже отсюда был виден присыпанный песком кратер. По краям кратера торча как пальцы, обветренные временем и песком нерукотворные каменные колонны. С другой стороны, соединяясь невысокой, в человеческий рост перемычкой со скальной грядой, торчит каменный пик. Достаточно широкий и высокий, чтобы иметь явно выраженную площадку и вырубленную кем-то каменную лестницу. К ней я и направился.       Подъем на примерно 5 этажную высоту не занял много времени. Лестница была вырезана по спирали вокруг скалы и внутри ее. Но это не была пещера, скорее каменные выступы просто играли роль больших, от метра до двух, перил, тогда как другая сторона не закрывала собой солнце. В конце подъема, в верхней части скалы была вырезана арка и открытая солнцу площадка., имеющая такие же сколы перил из сплошного камня. Гора огибала площадку, формируя арку и укрывая площадку от посторонних глаз со всех направлений, кроме сегмента, обращенного к кратеру и стороне, с которой мы пришли, но при этом, гора не нависала, а лишь возвышалась по бокам. Зрелище отсюда открывалось великолепное. Действительно, место было чрезвычайно красивое.       Камень, как я заметил еще и во время подъема, был неоднороден, в нем то и дело проглядывали темно-зеленые прожилки, однако в самой скальной гряде и перемычке, как я заметил, этих прожилок не было. Должно быть это материал того «дара богов», что упал здесь, тогда неудивительно, почему это место пользуется такой дурной славой у местных. Но больше всего таких прожилок было на невысокой, покрытой иероглифами, колонне, стоящей в центре площадки. На ней оказалась точно такая же выемка, что и в книге. Не мешкая, я вложил в нее наконечник стрелы.       Послышался оглушительный в тишине звук, похожий на шорох песка, и передо мной, на другой стороне от кратера, будто обретший материальность мираж, прямо на глазах, из воздуха, появлялся целый храмовый комплекс. Ряды колонн, начинающихся от обветренных на другой стороне скал. Большая, в пятнадцать метров высотой арка, по бокам имеющая еще более огромные трапециевидные монументы, на которых были изображены скарабеи и солнце. Ряды статуй. И наконец, позади, гигантская ступенчатая пирамида, но со странным крестообразным вырезом на верхней ступени. И все в идеально сохранившемся состоянии.       Полюбовавшись открывшимся видом, я пошел к пирамиде. По мере перемещения по главной аллее, взору открывались новые здания, ранее скрытые аркой. Так, например, явно жилые помещения, рядом там был, уверен, склад. И все абсолютно пустое, даже мусора нет. О назначении зданий я догадывался только по планировке. Но вот, я подошел к пирамиде. Она имела прямоугольный выступ со входом. Путь внутри был сделан по спирали вниз, вдоль коридоров были фрески с изображениями жизни воинов Ра. Все это освещала система бронзовых зеркал, передавая отраженный солнечный свет. По мере углубления, попадались различные помещения, а фрески повествовали о все более раннем периоде истории. Так, проходя мимо эпичной картины войны с вампирами, я понял, что скоро окончание пути. Одна из фресок меня заинтересовала — на ней был показан процесс обращения вампира. Человек надевает каменную маску, наносит кровь, и оттуда вылетает злой дух и забирается в человека. Интересная интерпретация. Еще меня заинтересовала фреска, изображающая изготовление стрел. Все было как я и представлял, но было одно отличие. Так жрец взял одну из стрел и пронеся ее, хм, судя по всему по всем храмам, перековал ее. Там изображена странная сцена, когда при перековке стрелы касается куча лучей с ладонями на концах, исходящих из иероглифа в круглой рамке. По итогу было дано изображение такой же стрелы, но желтого цвета, а в основной части наконечника был выкован жук. Но самой тревожащей была фреска, где изображалось, как вампиры захватили стрелу, и отнесли ее, судя по его размеру на рисунке, пиллармэну. На следующих фресках и вампиры использовали станды, но после, судя по масштабу, в затянувшемся генеральном сражении побеждены с первыми лучами солнца, а пиллармэн обратился в камень.       Окончанием сквозного спирального коридора стали массивные двустворчатые бронзовые ворота, ведущие, если чувство направления меня не обманывает, в центральную залу. По бокам коридора были вырезаны места для стражи. Они были тяжелы для человека, но [CHASING DEJA VU] справился. Ворота распахнулись, открывая вид на центральную залу. Она представляла собой квадратную комнату. По бокам были стоящие на расписанных иероглифами колоннах выносы, уходящие далеко вверх. В образовавшихся нишах были развешены… каменные маски и еще много непонятных мне вещей. В самом центре комнаты был алтарь, а прямо напротив входа, у другой стены была она. Перетащенная сюда колонна, а в ней застыл каменным изваянием мускулистый двухметровый человек. Эта часть стены не имела выступа, и на нее, как и на центр комнаты с алтарем, падал прямой солнечный свет. Свет струился из… гигантской шахты прямиком до небосвода. Стены шахты были покрыты отполированной бронзой, отражая свет внутрь себя. У центральной залы не было потолка. Должен признать, я прямо ахуел от приколов конструкции. И ведь, уверен, сделано так, что пока на небе есть солнце, на пиллармэна падает свет. А эти толстенные колонны? Уверен, стоит их повредить, и пирамида сложится сама в себя, надежно погребая очнувшееся древнее существо со всем его добром. Не заметить сходства между дизайном каменных масок и остальных предметов было нельзя. На месте египтян я бы конечно уничтожил бы все эти вещи, кроме пиллармена, они честно признались, что пытались. Но вспомнив фреску я понял причину, по которой они и не пытались — должно быть они верили, что, если это сделать, заключенное зло вырвется на волю. И расположение тюрьмы — гробницы в месте падения метеорита тоже стало понятно, ведь это же место снисхождения «дара богов», дома и стены помогают, да да.       Все же у комнаты не было потолка, и пол, в отличии от остальной пирамиды, естественно покрывал тонкий слой песка. Еще подозрительнее на котором, при прямом свете дня, смотрелись следы. Я обернулся и пошел по коридору назад смотря на пол, и нашел, что искал — на вековом слое пыли устилавшим полы помещений были отчетливо видны два типа следов, мне же принадлежал только один из них. Я вернулся в центральный зал и стал идти по следам. Тот неизвестный, что недавно проникал в пирамиду, на вскидку, не больше года назад, судя по следам успевшей осесть пыли на следах, если брать, что основной слой пыли тут оседает с того момента, как место было заброшено где-то тысячу лет назад, судя по последней записи в книге при конце Нового Царства. Некая личность Х походила по зале, проигнорировала секцию каменных масок и человека-из-колоны, но активно топталась возле остальных предметов, часть из которых отсутствовала.       Дела-а-а. Очень блин тревожащие дела. Серьезно, я боялся Бэтмена? Супермэна? Хн и Хун на них, это не угроза, а так, херня на криптонском масле. Этот человек-из-колонны, судя по всему также обладал стандом и я даже думать не хочу, каким именно. Хорошо он хоть был один, и был, судя по его лицу, не Карсом, а то я бы вообще на стенку полез. Бить его я не рискнул, даже днем. Хрен знает, какие сюрпризы мог приготовить этот парень, вдруг проснулся бы? Я сделал по-другому. У меня с собой была куча взрывчатки, я не думал, что раскопки будут столь легкими, так что я принялся за создание системы из растяжки возле пиллармэна, и заминировал каждую поддерживающую колонну. И это все еще не считая недавнего визита персоны Хэ, который меня напрягает еще больше, чем пиллармэн, пугая своей неизвестностью. Но теперь я был уверен хотя бы в том, что человек-из-колонны не выберется. Уходя, я, повинуясь прихоти, захватил каменную маску.       Напротив центральной камеры была развилка — в библиотеку и оружейную/сокровищницу. В библиотеке меня встретили стелажи отлично сохранившихся папирусов, часть из которых, даю руку на отсечение, была про использование магии. К сожалению, я не мастак в древнеегипетском и даже имеющийся с собой более-менее адекватный методичка-переводчик в виде моей честно купленной книги позволял мне только в общих чертах вникнуть в суть документа. Однако, и этого хватило, чтобы понять содержание свитка с папирусом, что был оставлен практически под ногами, на маленькой кафедре из дерева у входа в библиотеку. После долго перевода у меня получилось примерно следующее: «Я Хетеп, являюсь последним воином Солнца. За долгие годы наш орден пришел в упадок и от него остался один человек. Для исполнения долга по сдерживанию великого зла я употребил все влияние и скопленные богатства, чтобы обратится к благословленным богами дабы запечатать Долину Ра и сохранить ее от дыхания времени. Мой долг исполнен, но, если ты читаешь это, значит прошел Посвящение и находишься в библиотеке Храма Ра. Ты можешь возродить воинов Солнца, а можешь просто уйти, но ты должен позаботится о том, чтобы Зло не выбралось наружу. Исполни свой долг пред людьми.» Ох, Хетеп, я сделал все что можно, поверь мне. Мне и самому не хочется пробуждения этого пиллармэна.       Сокровищница и арсенал как я и ожидал после прочтения послания, были девственно пусты. Не очень то, блять, и хотелось. Я поежился и пошел на выход, с меня хватит на ближайшее время древних храмов. Уйдя и забрав с колонны наконечник стрелы, я мог наблюдать, как Долина Ра пропадает словно мираж в пустыне, оставляя за собой только песчаные барханы.       Я пошел к своему транспорту, и его владельцы были крайне удивлены, что я, оказывается, живой. Я сделал страшные глаза и сказал, что Сет своих не забирает. После этого я был уверен в целостности своего багажа, ведь мне даже вернули, в числе многих вещей, и потерявшуюся в начале пути миниатюрную спутниковую тарелку для подключения к местным спутникам, умоляя не скармливать их души Амонет. В ответ я как бы невзначай, играя бровями и укладывая обратно вещи, продемонстрировал им позолоченные весы. Честно не знаю, чем они мне так приглянулись, что я аж от каирского базара их тащил, но пригодились они сейчас шикарно. В конце концов, когда еще увидишь белых как мел пустынников? Вот так, в меру поразвлекавшись запугиванием суеверного населения, я присоединился к каравану, и мы пошли прочь отсюда к ближайшему городу. Всю обратную дорогу я думал только о том, как же хочется чая со льдом, ибо в пустыне, несмотря на принятые меры, все равно для меня было невыносимо жарко.       Долго ли коротко, но мы прибыли обратно в городок. Отсюда предстоял еще неблизкий путь до самого Каира, но, слава баблу, его уже можно преодолеть на машине. Распрощавшись с бедуинами и проверив, все ли мои вещи на месте, я пошел в городок. Первым моим желанием было найти какую-нибудь кафешку, обпиться чаем до полусмерти и поесть чего — нибудь отличающегося от вяленного мяса и сухарей. Так, идя по городу я заметил отлично подходящее кафе «Maxim». Заняв угловой столик, я заказал сэндвич с местной рыбой и холодный чай со льдом. Владелец понимающе усмехнулся и притащил целый кувшин чая — человек явно знал, чего хотят клиенты. Так, щедро расплатившись вперед и попросил разбудить меня вечером, если усну, я откинулся и начал поглощать прохладную влагу.