Блики в витражах

- Советница… Гласк? Камилла Феррос очнулась после продолжительных процедур по очистке крови, но мир вокруг словно продолжал ее бредовые ведения. Привычное положение вещей сменилось хаосом. Баланс сил в системе, которую она поддерживала, рухнул. Гласк избежала уз Ноксуса, она стала советницей без их помощи, убедив Кейтлин использовать право подмены. Она вынудила Пилтовер взять крупный займ для своего проекта, куда отнюдь не случайно включила лабораторию Талиса. Наконец-то добравшись до Джейса, она взялась за него и взялась крепко. Джейс утверждал, что держит все под контролем, но то, что в его лаборатории уже появились первые работники, отработавшие в «Гласк индастриз», говорило об обратном.   Итак, Заун до сих пор задыхается, все производства прекращены; Пилтовер в долгах перед Ноксусом; Ургот с его проповедями скрывается где-то в Зауне; ионийские кланы обнаглели настолько, что демонстративно убили ноксианских делегатов на главном торжестве сезона. - Добро пожаловать домой, Камилла, - проворчала женщина, откладывая газету на простыню своей койки, туда, где находились бы бедра, если бы Джейс соблаговолил их установить. Джейс до сих пор не установил ей протезы ног, причем не только сами лезвия, а полный комплект. Талис держал ее в своей лаборатории, словно пленницу, не позволяя встать.   Ее хекстековое сердце творило чудеса, с лучшим медицинским оборудованием и регенеративами последнего поколения ее кости почти полностью срослись, кожа восстановилась, а на лицо нарастили новые пластины. По утрам она все еще ощущала слабость, когда она пробовала подтянуть себя на турнике, руки словно заедало от боли, однако все это мелочи. Даже волосы начали отрастать с прежней густотой. Камилла уже замечала в зеркале между длинных прядей новые пушащиеся волоски и подумывала о стрижке. Она не собиралась выглядеть нелепо, когда вернется к делам, а вернуться она собиралась как можно скорее: то, что могли осветить газеты, уже выглядело как катастрофа, но ведь есть еще и теневой мир. То, как теперь обстоят дела там, можно выяснить только лично. Впрочем, на хорошие новости Камилла не надеялась. - Ты не слишком-то отличаешься от Ургота, - заметила Камилла, когда Джейс как-то выкроил время и лично принес ей безвкусный, но крайне питательный обед. Пока она ела со специально сооруженного столика на колесах, Джейс сидел на ее кровати с кружкой кофе и наблюдал за ней с любящим видом коновода, чья лучшая лошадь идет на поправку. - Хочется верить, что все же отличаюсь, - с улыбкой заметил Джейс. С каждым днем Камилла становится все раздражительнее, и это отличный знак: ее силы прибывают. Он испытывал вину за то, что вынужден был удерживать ее беспомощной калекой, но в нем не осталось ни капли веры в ее благоразумие: как только Камилла встанет, она забудет про еду, сон и необходимые процедуры, тогда хрупкие только-только отлаженные системы не выдержат обрушившейся на них нагрузки. У Камиллы была своя зона ответственности, у Джейса – своя. И каждый из них стремился делать ее как надо.   - Вчера прошло очередное собрание, - сказал он, отпивая из своей чашки. Когда Камилла обратила к нему внимательных взгляд хекстековых глаз, он стал рассказывать. Ноксусу предоставили официальную версию расследования, - со стрелками, - и они согласились ждать еще какое-то время, пока в Пилтовере будут искать убийц. После того, как миротворцы обнаружили связь между цветами и поджигателями, всем стало ясно, что работали ионийцы, нарастившие связи в Зауне. Виновных искали в первую очередь там. И независимо от того, найдут их или нет, с ионийскими кланами пора было кончать. Начались чистки и депортации. - Вы напрасно взбаламутили воду, - проговорила Камилла, выслушав его рассказ. – Убийц нужно было искать в тишине, а вы объявили их в розыск. Виновные давно покинули город, вам их не поймать, нужно раздобыть козла отпущения, но и его надо выбирать с умом. Кто теперь шериф Зауна? - Это место занял заместитель Тоддса, насколько мне известно, - ответил Джейс. – Не помню его фамилии. - Шон, - кивнула Камилла. Судя по недовольному выражению ее лица, выбор ее не устраивал. – Ему с кланами не справиться, тем более сейчас, когда они вашими стараниями во всеоружии. Обед закончился и Джейсу пора было возвращаться к делам в лаборатории. Он велел Камилле лечь спать, - она его распоряжение проигнорировала, - и прошел в свой кабинет, чтобы переодеться для работы в кузне. Там его заставил остановиться у самой двери знакомый звук. Стук каблука. Удар трости. Шарканье. Джейс не слышал этих шагов уже годы, и они отозвались в его теле словно хекстековый разряд. Не веря самому себе, он открыл дверь и увидел в свете полуденного солнца высокую фигуру, опирающуюся на трость. Левая нога оплетена металлическим экзоскелетом, соединенным с поддерживающим спину корсетом. Джейс замер. Кейтлин, услышав звук открывающейся двери, обернулась к нему, и он выдохнул, увидев ее лицо. Показалось.   В последний раз Виктор писал ему несколько лет назад, он сообщал, что исследует возникшие аномалии у разлома земли между Шуримой и Ишталем. Должно быть, он все еще там, поглощен работой. Глупо было надеяться, что он вернулся. - Я уже думала, что придется бегать за тобой по всей лаборатории, - с усмешкой заметила Кейт, глядя на растерянное и как будто разочарованное лицо старого друга. – Что с лицом, Джейс? Я выгляжу не так уж плохо. Неуклюже переставив трость, она пошла ему на встречу, и Джейс, опомнившись, ускорил шаг. Он хотел помочь ей сесть, но Кейтлин отмахнулась от его протянутой руки. Она очнулась по-настоящему около месяца назад и с тех пор ее душило бездействие. Боли в спине больше не могли удержать ее в больнице, она нужна была своему проекту, и потому согласилась на самые простые, но быстрые в изготовлении технологии, лишь бы врачи позволили ей ходить несмотря на незажившие переломы. - Мне написала Камилла. Хочет меня видеть, - рассказала она после того, как они поделились новостями. – Проводишь меня к ней? Как бы Джейс ни хотел, удерживать Феррос от мира насильно он не имел права. Он кивнул. - Как идут дела на стройке? – спросил он по дороге. - Паршиво, - ответила девушка, чуть приподнимаясь при очередном шаге через трость. – Кое-кто решил воспользоваться моим отсутствием и присосался к бюджету. Если не найду его и не вытряхну все до медяка, придется урезать людям часы работы. Мы и так почти единственные, кто дает им возможность прокормить семьи и одолжить денег безработным соседям, так что… За многозначительной паузой в конце фразы скрывалась незавидная участь проворовавшегося управляющего. Неожиданное появление Кейтлин настораживало Джейса – раньше она никогда не навещала Камиллу, так с чего вдруг пришла к ней теперь, когда с трудом ходит? Они что-то задумали. Он решил отложить работу, чтобы лично присутствовать при разговоре двух женщин, но при нем о делах они говорить не стали. Они обсуждали общих знакомых, семьи и прочую ерунду, которая волнует дам из высоких домов. В конце концов Джейса вызвали в кузню, и ему пришлось уйти, так что кончилось все предсказуемо: его почти сразу вызвали на пост охраны.  Спустившись в рабочей робе с фартуком, он обнаружил Камиллу, сидящую в кресле-каталке. Она держала в руках трость Кейтлин, а сам девушка как раз пыталась увезти шпионку из университета, прихрамывая и опираясь на кресло. - Это что, побег? – возмущенно спросил Джейс. Он был недоволен, но сцена вышла настолько нелепой, что он едва удерживался от улыбки: две застигнутые с поличным женщины выглядели как беглые пациенты госпиталя, отправившиеся в город за бутылкой бренди и пойманные на выходе. Судя по раздраженному виду обеих, они были очень злы на то, что им не удалось провернуть свой трюк незаметно. - Я собиралась отвезти Камиллу к парикмахеру, - сообщила Кейтлин. – У тебя какие-то проблемы, Джейс? – она кивнула на сторожевых псов в университетской форме, преградивших им путь. Ни символика дома Кирамманов, ни то, что Камилла свободный человек и вольна покидать университет, когда захочет, их не волновало. - К парикмахеру, значит? – Джейс недоверчиво склонил голову, складывая руки на груди. Он ни на секунду в это не поверил. – Камилла, ты остаешься здесь. Ты нездорова. - Ты не мой хозяин, я имею право на стрижку, - ответила женщина, старавшаяся выглядеть гордо и независимо даже в старом свитере и с пледом, скрывающим нижнюю часть ее туловища. – А достойный специалист с нужными инструментами, боюсь, не пройдет твою систему безопасности, - едко вставила она. Джейс нахмурился, - этот выпад с намеком на историю с Гласк ему не понравился. Тем не менее удерживать Камиллу силой он не мог, и раз она нашла себе сообщника, ему пришлось отпустить ее. Он сдержал порыв попросить Кейтлин вернуть шпионку в защищенную лабораторию до восьми вечера. Когда Кейт все же выкатила Камиллу на улицу, женщина прищурила глаза от яркого света и глубокого вдохнула воздух родного города. Она впервые оказалась на свободе с тех пор, как вернулась в Пилтовер, все это время она даже не видела солнца. Там, в подземелье, были моменты, когда она уже не надеялась снова почувствовать этот запах и свет на своем лице. Увидеть величественную архитектуру столицы Прогресса. Но вот она здесь. Она выжила. Легкие от этого слишком глубокого вдоха неприятно резануло и в горле запершило, но это мелочи. - Ты не против немного пройтись перед тем, как мы отправимся? – попросила она Кейтлин, и по ее тону было ясно, что эта небольшая прогулка значит для нее куда больше, чем можно подумать.   - Конечно. Кейт сделала жест ожидающей их повозке, чтобы экипаж следовал за ними. Он будет нагонять их на поворотах, чтобы они могли сесть в него, как только будут готовы. Какое-то время женщины шли молча. Они не виделись с самого взрыва, и Кейт знала, что у Камиллы есть вопросы. - Сколько? – спросила агент Феррос спустя время. Кейтлин назвала сумму. Камилла едва слышно выдохнула сквозь ноздри из мягкого, но прочного материала, на ощупь едва отличимого от кожи. Ее механические глаза, мерцающие хекстеком, недовольно прищурились, темные брови сомкнулись. - Стоило просить больше, - сказала она. – Место советницы не должно было достаться ей за бесценок! - Серафина показала людям ребенка-калеку, которого я сделала сиротой, если помнишь, - спокойно ответила Кейтлин. – У меня не было времени, в совете меня бы не оставили. Гласк знала, что ее деньги – мой последний шанс удержать проект. - А твое место – ее шанс не запереть саму себя в красной долговой яме, - проговорила Камилла, проводив взглядом узор кованного заборчика над бордюрами. Она знала, что для них обеих другого выхода не было, и тем не менее ее грызли мысли о том, что все произошло без ее участия, а значит не идеально. Они с Кейтлин прошлись по бульвару и вышли на одну из тех приятных Пилтоверских улиц, где почти не ощущаешь городской суеты. Кейт приноровилась идти, опираясь на коляску, она старалась занимать себя мыслями о стройке и смотрела по сторонам, чтобы не думать о боли, которую причинял ей каждый шаг. И вдруг на глаза ей попалась чудесная витрина цветочного магазина. Карликовое деревце розовой магнолии в расписанном прямоугольном поддоне стояла на фоне композиции из голубых шелковых тканей с узором облаков и гор. Кейтлин замедлила шаг, увидев его. Камилла мгновенно вспомнила снимки усыпанного цветами зала, которые ей доставили следователи, и на несколько секунд дерево магнолии полностью захватило мысли обеих. Кейт остановил коляску напротив витрины. - Я зайду, - сообщила она, забирая у Камиллы костыль и отступая к двери. – Никуда не убегай. Стальная тень презрительно фыркнула этой невероятно остроумной шутке. Она взялась за ручки на колесах и в несколько приемов развернула коляску лицом к витрине, чтобы приглядеться к цветам. Камилла была уверена, что Кейт отправилась в лавку узнать, не известно ли им, кто из поставщиков мог доставить в Пилтовер несколько тонн цветов. Ничто на свете не заставит эту девчонку прекратить играть в следователя.   - Что ты там делала? – спросила она, когда через несколько минут девушка вернулась. Вопрос прозвучал так, будто Кейт была пятилеткой, которая тайком клянчила у добросердечной бабушки конфеты. - Хочу освежить интерьер, - ответила Кейтлин, сделав вид, что не заметила этот тон. Она передала костыль Камилле и взялась за ручки коляски, покатив ее дальше.   - Ну разумеется, - сухо ответила Феррос, ни на миг в это не поверив. Уходя, Кейт обернулась к витрине. Продавщица вышла туда, чтобы унести дерево и поставить вместо него букет. Девушка с удовлетворением отвернулась. - Я готова ехать, - сообщила ей Камилла.