На грани ролей

      Рассветное утро в Ромашковой Долине выдалось беспокойно-любопытным. Еле птицы начали своё будничное пение, как у главной сцены собралась какая-то шумиха. Группа из десяти человек что-то бурно обсуждала, разбудив своим говором близстоящие домики.       Выглянув в окно Совунья обернулась в свою любимую шаль, и выйдя на крыльцо, проговорила громким голосом в сторону толпы: — Побойтесь Бога, вы чего так шумите?! Время пять утра, вы бы ещё раньше начали орать, — женщина прищурилась. — А вы собственно кто, и что вам здесь нужно? — На её возмущённый крик стоящие люди обернулись, некоторые из них перешёптывались в сторонке. Слово из всей этой незнакомой компании взял на себя пухлый мужичок в странной шляпе. — Простите нас за шум, уважаемая, меня зовут Геннадий, я режиссёр, это Яков — продюсер, а это, — он показал рукой на остальных. — наша съёмочная команда. Мы ищем актёров для нашего нового сериала. — Совунья с недоверием посмотрела на них. — Приятно познакомиться. — Яков чуть поклонился, приветствуя жителей долины. — Хо-хо, ну ищите дальше, чего так шуметь? Да и к тому же все спят, вы бы лучше днём искали, у вас так больше шансов.       Из соседнего домика вышел Кар-Карыч в пижаме. Даже не переоделся, уж больно интересно стало, из-за чего так много шума. — Господа, что за непозволительно ранние беседы у вас тут? — А они актёров тут ищут, вот и расшумелись! — ответила ему женщина с соседнего крыльца. — Актёров? — в недоумении спросил Карыч. И снова слово схватил режиссёр, сделав несколько шагов в сторону мужчины. — Да, позвольте представиться, Геннадий, это Яков — продюсер, — он показал рукой на стоящего рядом мужчину в коричневом костюме. — я режиссёр данной съёмочной группы. Мы вашей даме уже всё объяснили. — С чего это она моя дама? Точнее, с чего вы это решили? — А чё это я не твоя дама? — Совунья сложила руки на груди, повернувшись в сторону мужчины. Завязался спор. Режиссёр уже сто раз пожалел, что так выразился, потому что ругань двух взрослых людей длилась около часа, из-за чего проснулись все остальные.       Крош пришёл, чуть ли не волоча за собой сонного Ёжика, который плёлся за ним, поправляя спадающие очки. Нюша вышла в пижамных штанах в сердечко, и тоненькой маечке на лямках, обнимая себя за плечи, от прохладного утра. Рядом с ней появился и Лосяш, любезно накинувший ей на плечи свой пиджак, и с неким интересом рассматривая компанию. — Совунья, что за спор с утра пораньше? Снова с Кар-Карычем из-за банки варенья поругались? — Нюша зевнула, прикрывая рот рукой, глаза слипались, ужасно хотелось спать, но не успев продолжить, её перебил мужичок, который буквально вцепился ей в плечи, оставляя покрасневшие отметины от ладоней, заставляя вздрогнуть, и выпучить глаза. И холод её уже не так сильно волновал. — Просто прелестно… Замечательно... — он выдыхал каждое слово с неимоверным трудом, захлёбываясь в собственном упоении. — как Ваше имя, дорогуша? — Н..Нюша — еле выдала девушка, наблюдая за тем, как мужчина в странной шляпе, оранжевого цвета, с черным бэндом, ходит вокруг неё, осматривая как древнегреческую статую Афродиты, сделанную из неприлично дорогущего мрамора, с золотистыми нитями. — Нюша, Нюшенька, вы просто великолепны. Господь над вами явно постарался, да и матушка с папенькой не отставали. Вы вызываете у меня бурный восторг, Господи, какие изящные ручки, а этот румянец, ммм, словно клубничный крем на пропитанном сгущённым молоком бисквите. — Лосяш поморщился от сказанных слов. Он не спорил, они звучали красиво, вкусно, но слишком вызывающе, отвратительно сексуально, до тошноты в горле, до скрипучести в брюках такого противного серого цвета, надетых на режиссёре. — Нюшенька, как вы относитесь к искусству? Знакомы ли с ним? — режиссёр сложил руки на груди, стоя перед девушкой, и смотрел на неё таким серьёзным взглядом, будто сейчас от её ответа зависела судьба человечества. Сама Нюша не из робкого десятка, понимала, что отвечать нужно резко, самокритично, в угоду себе, и никому другому. Она должна показать, чего она стоит. — Я к нему отношусь. — она демонстративно отвернула голову, желая сказать, что его слова её обидели. Как такой человек не заметил горящий огонёк в её глазах? Её рвение ко всему светлому, что начинается на ис и заканчивается кусством. Она жила этим. Собирала макулатуру дома, по сотни раз в журнале перечитывая главу «Актёрское мастерство». Репетировала перед зеркалом, зазубривая разные виды эмоций, проговаривала фразы из популярных фильмов, примеряя на себя роль героини. — Замечательно! Просто великолепно! Это именно то, что нам нужно. Разрешите предложить Вам главную роль в нашем новом сериале, который разорвёт все экраны телеканалов от популярности. Сериал называется «Забытая мелодия сердца». — он махнул рукой, словно создал название в воздухе. Нюше казалось, что всё это был сон. Реалистичный до головокружения, до пульсации в ушах, до холодного пота, пропитывающего ночную сорочку. Её пригласили сыграть роль. Она станет актрисой. Возможно моделью, она не исключала этот вариант, а может актрисой-моделью. Шоу-бизнесу ведь нужны симпатичные таланты, кто как не Нюша сможет оправдать их ожидания? — Д..да, я согласна. БОЖЕ, Я СОГЛАСНА! Я СТАНУ АКТРИСОЙ! — Нюша принялась прыгать на месте, заставляя пиджак слететь с её плеч, падая в руки законному владельцу, стоящему рядом. Нюша так громко кричала, что у половины съёмочной группы заложило уши. Они были вынуждены что-то придумать, чтобы новоиспечённая актриса сбавила тон хотя бы на несколько децибел.       Пришлось просить Кроша и Ёжика схватить её, чтобы та остановилась. Они вцепились ей в руки в двух сторон, пытаясь удержать на месте. Волосы девушки растрепались, выбились из привычной красной косы, щёчки, да и пол лица стали свёколками, пухлые губки приоткрылись, и запускали в лёгкие воздух, иногда розовый язычок проходился по ним, напитывая слюной и влагой. Лосяш чётко поймал взгляд режиссёра на губах Нюши, и нахмурился, сжимая в левой руке пиджак. — Но для сериала нам нужны ещё актёры. — режиссёр провёл взглядом по нескольким людям, остановив взгляд на Бараше, который только что подошёл, и расспрашивал, почему здесь так шумно. — Месье, как ваше имя? — Бараш оглядывался, словно искал, того, кого спрашивали, но позади было пусто, а рядом стоящие люди смотрели именно на него. — М..меня? — блеющим голосом спросил он. — Да, да, именно вы. — мужчина кивнул, приложив руку к подбородку, делая задумчивый вид. — Бараш.. — Очень приятно, вы будете играть ярого поклонника Нюши. Безответно влюблённого юношу, грезящего по очаровательной особе. — Ну, у нас примерно так и в жизни. А в смысле играть? — спросил парень, на что Нюша очень быстро протараторила, что начинаются съёмки сериала. — Замечательно, значит Вам будет легче войти в роль, я бы даже сказал прожить. Ведь судьба безответной любви всегда так трагична. — он театрально, со шлепком приложил тыльную сторону руки ко лбу, закрывая глаза, и делая обезображено печальное лицо. — Я..я ещё стихи пишу. — неуверенно проговорил парень. — Прекрасно! Просто превосходно! Обязательно включим это в наш сюжет. А пока мы можем поговорить о нюансах. — мужчина приобнял по отцовски парня за плечи, и начал идти с ним куда-то в сторону озера. Постепенно голоса утихали. Вся съёмочная группа выдохнула с тяжестью. — Его сейчас опять унесёт в сторону Станиславского и пива. Мы и к вечеру не начнём. — проговорила одна из девушек, присаживаясь на пенёк. — Да ладно тебе, Мия, у нас хотя бы будет время на себя. С этими съёмками я уже забыл, какого это отдыхать. — парень потянулся, разминая спину и руки. Были слышны хруст позвонков, и суставов на пальцах.       Совунья вернулась в дом, с неодобрением оборачиваясь на компанию новых знакомых, если их можно так назвать. Карыч последовал её примеру, оставив возбуждённую Нюшу на попечительство Лосяша, Кроша и Ёжика. — Ну что, тебя можно поздравить? Ты теперь актриса у нас. — задиристо сказал Крош, немного ухмыляясь, Ёжик подхватил: — Да, Нюша, поздравляем тебя. Теперь ты действительно звезда. — А я вам что говорила? А вы всё «сказки да сказки». Будете теперь локти кусать, когда на экранах появлюсь я. Звезда, актриса, красавица. — Нюша шуточно начала позировать, показывая весь свой модельно-актёрский талант. Крош и Ёжик с имитировали папарацци, жаждущие её фотографий. Лосяш стоял в стороне, наблюдая за баловством подростков. Вся эта ситуация казалась ему странной. Какая-то съёмочная группа, во главе с продюсером и странным режиссёром с утра пораньше приезжают в Ромашковую Долину для съёмки сериала. Выбирают Нюшу на главную роль, без проб, просто за хорошую внешность. Неужели это настолько дерьмовый сериал, где даже актёрские способности не нужны? Или они приехали вовсе не из-за сериала? Тогда зачем? Столько вопросов крутилось в голове Лосяша, что тот не сразу заметил, как его зовёт одна из девушек. — Вы, если хотите, можете присутствовать на репетициях и подготовках. Навряд-ли у вас тут часто кино снимают. А так хоть посмотрите какого оно. — А? Да, да спасибо, я приду. — проговорил мужчина, всё ещё где-то витая в мыслях. Девушка посмотрела на него с недоумением, подумав:       Ну и странный он, надеюсь не сорвёт репетицию.       Постепенно люди начали расходиться. Команда ставила палатки для ночёвки, и подготавливала оборудование для съёмок. Спать уже никому не хотелось, поэтому двое мужчин решили провести время у Совуньи, и обсудить новых гостей. — Совунья, что ты думаешь на их счёт? — спросил Карыч, делая небольшой глоток только что заваренного чая, ложкой черпал стоящее посередине стола малиновое варенье. — А что я думаю? Странные они. Приехали, расшумелись, всех перебудили. Сериал они снимают. Хо-хо, ну и снимайте тихо, чего так шуметь на всю окраину? — А насчёт Нюши? — подал голос Лосяш. Совунья взглянула на него, то ли с сочувствием, то ли с непониманием. Хотя, всё она понимала, только не хотела ему говорить. Но и не сказать не могла, он переживает, это видно не вооружённым взглядом. Не скажет она, он сам узнает, а это будет ещё хуже. — Нюша, Нюша.. Как бы девочка в плохую компанию не попала. С этими режиссёрами не знаешь, чего добьёшься. Популярности или передоза. — женщина сделала большой глоток чая, не обращая внимания на его температуру. Все трое замолчали, представляя наихудшие развития событий, но быстро отмахивались от них. Не верили, что такое вообще возможно. Или не хотели верить. Гробовую, давящую тишину нарушил Лосяш: — Меня позвали посмотреть как проходят репетиции. — он перемешивал уже растворившийся сахар в кружке, переваривая сказанное. Ни о чём не хотелось думать, в голову лезли только неприятные мысли, от которых ком в горле застревал, и даже чай не проталкивал его. Плечи стали свинцовыми, опустились, словно под гидравлическим прессом, глаза были направлены только в фарфоровую чашку с подостывшим чаем, где свободно бултыхалась маленькая ложка. Совунья накрыла своей ладонью его, заглядывая в опустившийся взгляд. — Сходи, сходи дорогой. Пригляди за нашей Нюшей. У них непонятно, что на уме. — мужчина взглянул на обеспокоенную женщину, державшую его за руку. — Я схожу, — он поднял взгляд на Совунью. — надеюсь, мы все ошибаемся.