Изнанка лжи и правда судьбы

Привычная надписи вновь засветилась на экране: долг столпа часть 2. Но уже никто не встречал ее радостными криками о продолжении, это было тяжелое и давящее молчание зала. — вы расплатились по счетам, ведь мое имя Гютаро… — хрипло сказал демон увернувшись от выпада Камадо. — это будет очень тяжеллая битва… — прошептал Гию. — Дыхание Солнца. Вальс — безэмоционально прошептал Камадо кинувшись на демона. Вертикальный разрез почти достал демона как тот отклонился назад тем самым увернувшись. — парень а ты силен… но боюсь против яда сила не поможет — пугающе проговорил демон. *Яд? * осознание ситуации ударило с новой мощью. — если яд то дела плохи — протораторила Кочо, нервно постукивая пальцем. — Камадо не отвлекайся! — выкрикнул Узуй второй раз снося голову Даки. — Узуй она так не умрет! — невыдержил и заорал Шиназугава. — ладно неважно… — прошептал Танжиро двинувшись вперед на Гютаро. — как яд может быть неважен? — заорал Санеми. — Дыхание солнца радуга паргелия… — легко прошептал Камадо пропустив серпы через свой силуэт и появившийся за демоном. Клинок и серпы с бесконечными волноми кровью слились в смертельный танец. — это так завораживает, но так пугает… — прошептал Муичиро. На крышу с грохотом ворвались Иноске и Зеницу, с ходу разрубая пояса Даки. — Пацаны, не лезьте к брату, он вам не по зубам! — рявкнул Узуй, перехватывая цепь своих гигантских клинков. — Помогите с девкой! Нам нужно снести им головы одновременно! — Тенген безупречно свалил все на новичков. Гютаро не собирался давать им шанс. Демон двигался с безумной скоростью, его серпы чертили в воздухе дуги из ядовитой крови. Узуй принял удар на себя. Взрывные шашки детонировали одна за другой, разрушая остатки крыши, металл сталкивался с костью с оглушительным скрежетом. Тенгена раняли занеся яд в тело… Узуй дрался на пределе возможностей, его техника Дыхания Звука создавала настоящую симфонию разрушения, но устойчивость к ядам ломалась к каждой новой раной. *Чёрт, я теряю скорость! * — мысленно выругался Тенген, когда серп Гютаро едва не снёс ему левое ухо. Танжиро видел, что Узуй сдаёт… Он не выдерживает… Узуй использовал козырь он взял двойные клинки за самый конец лезвия, но все еще держа их и чуть не попал в шею луны. Сейчас он был уязвим… Камадо пошел на пролом, он получил рану на левой руке, но помог Тенгену уйти из-под атаки. Гютаро ударил с новой силой в то време как Танжиро терял равновесие. — планы меняются мы не справимся! — воскликнул Зеницу слетая в стену. — Камадо помоги им! — с уверенностью выкрикнул Узуй. — ладно… — прошептал Танжиро бросившись на Даки. Две минуты… — так мне кажется или случится что то не хорошое? — прошипел Обанай. Танжиро отсек шею Даки и кинул ее Иноски. Тот без слов начал удаляться прочь. Как его сердце пронзил ядовитый серп. Зал замер, они сидели в безмолвном крике… Танжиро больше не слышал удары мечей, а это… Камера замерла на Узуе лежащим в своей же крови, без кисти с огромными фиолетовыми пятнами… — УЗУЙ! — в один голос вскрикнули в зале Ренгоку и Мицури. — ТАНЖИРО, БЕРЕГИСЬ! — истошно завопил на экране Зеницу. Вспышка Первого стиля Дыхания Грома и Агуцума на чистом инстинкте врезался в Камадо, отчаянно отталкивая его в сторону. Он выжил… Дыхание Танжиро равно давило грудь, пытаясь подняться он случайно оперся на руку с перчаткой и упал назад к земле на которую было пролито очень много крови… Ели как он поднялся на колени ища клинок, который отлетел при падении. Как пояс почти в плотную подлетел к его шеи. — это конец? Они проиграли? — не веря прошептала Мицури. — а ты везунчик… — протянул Гютаро подходя к Камадо и садясь на корточки. — яд должен будет убить тебя, но мне так нравится твоя беспомощность… — проговорил он. — блондинчик корчиться под обломками, у кабана проткнуть сердце, а у того столпа яд остановил сердце… — воскликнул Гютаро приподняв лицо Камадо за подбородок. — Больно? Да? От собственной слабости… — прошептал он. — ты же столп? Так почему ты защищаешь кладбище? — насмехаясь спросил демон, а пояс у шеи не давал Камадо сделать никаких резких движений. — он хочет уничтожить психологически — заключил Химиджима. — ты да меч держать не можешь… — сказал Гютаро. — что он имеет в виду? — ошеломленно спросила Мицури. Гютаро молча протянул за руку с перчаткой заставив Камадо зажмуриться от боли. Но дальше резко зафиксировал лицо в одном положение отодвинув челку красноволосого. Зал замолчал в едином удивление… Через правый глаз тянулись три уродливых следа от когтей, а сам глаз был кукольно розовым… Также было странное алое пятно… — Танжиро-кун это же не от той битвы… — прикрыв рот руками прошептала Канроджи. — мне больше интересно что у тебя с рукой… — зловеще улыбаясь Кочо встала со своего места подойдя к Танжиро. — я… — начал Камадо, но экран спас его. — ты им не видешь? Да как такой как ты вообще стал столпом? — продолжил свою тираду Гютаро. Без слов Камадо отклонил голову назад воткнув нож с ядом глицинии в пояс. А Кочо вновь черикнула в блокнот. Оказалось что клинок Танжиро отлетел совсем недалеко, он кинулся к нему обвадя местность холодным взглядом. Заметив Зеницу под обломками он бросился к нему… — только не говори что ты скажешь ему бежать… — прошептал Узуй. Рассечя обломки он резким движением схватил Зеницу тяня на себя, тем самым уходя из-под атаки. Они повалились за полуразрушенную стену. Зеницу тяжело дышал. Его нога однозначно была сломана — Агацума Зеницу, шансов на выживание практически ноль. Я отравлен. Узуй и Иноске мертвы, либо при смерти. Так что лучше… если выживешь хотя бы ты. Я задержу его, а ты уходи… — голос звучал слишком спокойно для человека который пишет себе приговор. — выжить уже значит победить… — теплая и возможно последния улыбка показалась на лице Танжиро. Гробовая тишина, а потом отчайные крики зрителей. — Камадо, дурак, что ты такое говоришь?! — со слезами на глазах выкрикнула Мицури. Но на экране Зеницу вдруг резко перехватил Танжиро за воротник, и в его глазах вспыхнула отчаянная, но дикая решимость. — Стой! — из последних сил прохрипел блондин, кашляя кровью. — Там… в моем кармане… есть яд! Его мне дала Канао перед миссией! На всякий случай! — Танжиро замер. В зале Шинобу Кочо резко вскинула голову, её глаза округлились от шока, а ручка замерла над блокнотом. — яд Канао? — прошептала Шинобу и на её лице впервые за долгое время появилась безумная улыбка гордости. — Вот это поворот! — шумно выдохнул Санеми, у которого от напряжения едва вены на лбу не лопнули. — Слышишь, пацан, коли его ядом и разнеси эту костлявую тварь в щепки! — воскликнул он. Танжиро мгновенно среагировал. Но Гютаро уже приближался, его шаги по битому кирпичу звучали как смертный приговор, а серпы зловеще сверкали в темноте. — О-о-о, секретики? — гадко протянул демон найдя их укрытием. *А что если яд сможет нейтрализовать яд? * Спросил Танжиро сам себя. — стоп что ты задумал? — прошептал Томиока. — Кочо насколько глициния опасна для человека?! — воскликнул Томиока взлетев с кресла. Кочо замерла… она полностью осознала план Камадо если теоретически то глициния должна реагировать на демонические клетки уничтожая их, но человеческие? — если будет слишком большая доза то все закончится очень плохо… — если слышно ответила она. А Томиока безмолвном упал на кресло уставившись в экран. — была не была… — прошептал Танжиро вводе яд в предплечье и вновь уводя Зеницу из-под удара. Он отхаркнул кровью, тело дрогнуло реагируя на яд. Времени не было, но голова раскалывалась, а равновесие и вовсе почти пропала. Еще пару минут и должно подействовать… Пояса Даки резко перекрыли пути отступления, а серп Гютаро почти пронзил голову Камадо… Экран потух и белыми буквами высветилась надпись " Конец серии следующая серия: Рассвет » — это полное безумие… — прошептал Обанай. В зале уже который раз повисла тишина. Никто не решался даже вздохнуть. Камадо на экране ввёл себе почти смертельную дозу глицинии, И лишь название следующей серии «Рассвет» давало призрачнуюбнадежду. Вопрос был лишь в одном: кто доживёт до этого рассвета? — Ввести концентрат глицинии прямо в вену… — Шинобу медленно опустила руки, но её пальцы мелко дрожали. — Камадо-кун, ты хоть понимаешь, на что себя обрёк? Даже если твоя безумная теория сработает и яд глицинии уничтожит демоническую кровь, яд во время боя будет выжигать изнутри… — в ужасе прошептала Кочо. — на самом деле у меня есть небольшая устойчивость к яду… — тихо начал Камадо. — так что эффект будет слабее — уже более уверенно закончил он. — Какое же невероятное везение… — хрипло выдохнул Узуй, нарушая тишину. Хотя сам сидел бледный как полотно смотря на свою левую руку. — Если бы девчонка Канао на всякий случай не впихнула этому плаксе яд перед миссией, они бы все там и легли. Случайность, которая спасла им жизнь. Но цена… — он замолчал переведя все еще беспокойный взгляд на Танжиро. — Он выигрывает время! — Ренгоку резко выдохнул, сжав кулаки. Его всегда громкий голос сейчас звучал надломленно. — Камадо совершил тактический маневр на грани самоубийства, чтобы защитить учеников! Он держит их жизни на своих плечах! Юный Камадо… ты не должен там погибнуть! — прокричал Кёджуро. — Да плевать на цену! У него либо сердце встанет от яда этой твари, либо он выжжет её к чёртовой матери этой глицинией! — Санеми Шиназугава с силой ударил кулаком по подлокотнику кресла, едва не разломив дерево в щепки. — Нам нужно смотреть дальше, — подал голос Гёмей Химиджима, и крупные слезы покатились по его щекам. — Камадо поставил на кон всё. Мы обязаны увидеть исход этой битвы. — Ояката-сама мягко поднял руку, призывая Столпов к порядку. Его спокойный, но печальный голос мгновенно утихомирил назревающую бурю эмоций. — Дети мои, битва в Квартале Красных Фонарей подошла к своей кульминации. Мы увидели стойкость наших ребят. Давайте доверимся экрану. Включайте следующую серию… — мягко проговорил глава. Лишь Гию молча смотрел со скрытым глубоко беспокойство пытаясь понять что на самом деле сейчас чувствует Камадо смотря сквозь его улыбку. Для Кочо было слишком понятно что Камадо прячет шрамы прошлого…