Звери спрятались в кусты...

      Мы бежали несмотря на усталость, несмотря на препятствия на пути в виде веток и плохой видимости. Бежали на адреналине, страхе, не в силах остановиться. В голове не было ничего, кроме зловещего голоса незнакомки, читающей строки стишка. Было страшно, очень страшно. Сердце колотилось, пот лил ручьём. Дыхания не хватало, горло жгло от судорожных вдохов и выдохов. Не ощущалось ничего, кроме ветра в лицо. Тёмный лес, заволакивающий глубже в свои цепкие руки. Куда мы бежим? И что же мы делаем?            Я остановился. Сначала я просто не мог больше двигаться. Колени подгибались, лёгкие горели, а сердце отбивало бешеный ритм. И только когда боль в теле немного отступила, в голову пришла мысль: а стоило ли оно того? Мне всё показалось таким бессмысленным, таким странным. Всё тело пробило дрожью от усталости, сердце отдавалось гулом в ушах. Я дышал, обжигаясь об воздух, закашливаясь, будто бы желая выкашлять свои лёгкие. Ира сразу же заметила это и обеспокоено посмотрела на меня. - Что с тобой?            Я молчал. Пытался собрать хоть как-то мысли в голове, но получалось плохо. - Знаешь, иногда мне кажется, что мы действительно потратили время на полную ерунду. Нам стоило заняться чем-то другим. Чем-то полезным. – это всё, что я смог выдавить из себя.            Деревья шуршали своей листвой. Казалось, будто они склоняются к нам, пытаясь подслушать наш разговор. Впитывали каждый звук, который мы издавали, и эхом разносили его по всему лесу, донося до главного адресата – Миры. Мне всё время казалось, что за нами кто-то следит. Были ли это она? Или же это всё моя паранойя?            Конечно же я не верил своим словам. Точнее, мне было трудно в это поверить. Мои слова и выводы противоречили моим же убеждениям и интересам. Но стоило ли наше увлечение таких результатов? Определённо нет. Мы каждый раз были близки если не к смерти, то точно к опасности. Мы могли потеряться, пораниться, наткнуться не на тех людей. Всегда.       В голове пронеслись фрагменты нашей первой прогулки. Такие невинные, совсем безобидные, безопасные. Мы ходили на край посёлка, проверяли заброшенные дома, недостроенные здания.       Я вспомнил, как мы впервые познакомились. С Колей, Ирой и Аней, Никитой. Случайно встречались в разных местах, пока я бродил и исследовал местность. И каждое знакомство начиналось одинаково. «Что ты делаешь? А зачем? Неужели? А можно с тобой?».

***

      Забрёл как-то в старый район, где почти никто не жил. Пытался сократить путь, но не получилось – по итогу сделал большой крюк, как выяснится позже. Очень сильно ругался и не мог понять, лучше стоит пойти назад или дойти до конца улицы и там уже свернуть куда-нибудь?       Заметил сидящего на обочине ребёнка, который усердно рылся в гравийке. - Эй, ты чего тут? Не боишься, что машина может наехать на тебя?       Он равнодушно посмотрел на меня и ничего не ответил, продолжая своё дело. Оглядев его с ног до головы, я предположил, что он может быть вообще бездомным, потому что был грязным, вонючим и в порванной старой одежде. Посмотрев на его рисунки, я увидел нечто милое: он рисовал цветы, солнце и животных. Нет, не как рисуют профессиональные художники, а просто, как умеют дети. У него определённо точно был талант к рисованию.       Не знаю, почему я не прошёл тогда мимо. Что-то привлекло меня в нём, либо я его просто пожалел. - Я сейчас иду смотреть кое-что интересное, не хочешь со мной?       Он молча встал, посмотрел на меня и кивнул. Когда я попытался взять его за руку, он закричал и оттолкнул меня. - Прости, тебе не нравится, когда тебя трогают? Хорошо, я не буду.       Он отошёл от меня на пару шагов назад. Мне показалось, что он передумал идти вместе со мной, может обиделся или разозлился. Но нет, он шёл за мной. - Слушай, а как пройти до …?       Он сам не знал, поэтому мы вместе блуждали по пустым улицам, пока не вышли туда, куда нам нужно было. В тот день я привёл его домой и показал матери.

***

      Помню как-то рылся в одном заброшенном доме. Проверял, действительно ли там есть призраки, как рассказывали местные, или же просто что-то создавало иллюзию этого. Однокомнатный просевший в землю дом весь пропах изнутри и снаружи плесенью. Половицы скрипели от каждого шага, вот-вот намереваясь сломаться под тобой. Я расчихался от пыли, когда за моей спиной раздался незнакомый голос. - Что ты тут забыл? – я чуть богу душу не отдал в моменте, испуганно обернулся и увидел перед собой беловолосую девушку, а за ней – ещё, немного младше. Они с любопытством смотрели на меня и ждали ответа. – Что-то плохое, да? Вон как побледнел!       Девочки в летних платьицах нежных цветов. Таких девчачьих, будто бы сошедших с обложки модного женского журнала. В волосах вплетены розовые ленточки, что очень по-разному смотрится как у блондинки, так и у темноволосой. «Светленькой идёт больше этот цвет» мельком подумал, а затем отдёрнул себя. - Или клад ищет. - Нет, призраков. - Чего? – Аня ухмыльнулась, не веря моим словам.  - Проверяю, если ли тут призраки. – я быстро постарался вернуться к своему осмотру, уже мысленно ставя в голове галочку, что слухи оказались неправдой. Наверное, просто девочки часто тут бывают, как и сейчас, вот и местные подумали, что что-то не то творится.       Меня отвлекал запах приторных духов, которые, казалось, вылили почти весь на себя девочки. Или только одна из них? Сильный запах ванили, каких-то ягод и ещё чего-то приторного цветочного, от чего мне стало немного плохо, почти как от обилия пыли кругом. - Ты о тех слухах? – неуверенно спросила Ира, выступая немного вперёд. Я лишь кивнул. – А можно с тобой? – её глаза загорелись интересом. – Я могу кое-чем помочь. Меня бабушка научила. - Она у нас любительница мистики. Действительно может помочь. – отстранённо добавила её подруга. Пожав плечами, ответил согласием.       Они трещали обо всём и одновременно ни о чём весь оставшийся день. Даже если призраки в том доме действительно были, скорее всего, они решили тогда не показываться, боясь шумных девчонок. Мы в тот же день обменялись адресами, и они просили звать их, как только понадобиться компания для исследования. Ира была очень рада обзавестись новыми знакомыми, а вот Аня делала вид, что ей нет никакого дела, и что она вовсе против.       Но в следующую нашу встречу именно она больше остальных расспрашивала у меня о новом месте и историях.

***

- Эй! Ты чего тут делаешь? – с усмешкой спросил патлатый парень, подходя ко мне, возящемуся в песке. От него за километр разило дорогим мужским одеколоном, который щипал глаза. - Ищу кое-что. – старался не закашляться. Глаза заслезились, но я смотрел вниз, так что он не видел моего взгляда. - И что же? - Монеты. – услышав мой ответ, парень рассмеялся. Сначала взвизгнул, подобно свинье, потом превратился в чайку. - Тебе что, пять? Или ты заначку свою ищешь? - Ты не понял. Я слухи проверяю. Говорят, тут всякие побрякушки находят, в том числе монеты. - И часто ты таким занимаешься? – его насмешки быстро сменились интересом. – Если монеты реально есть, я сам не против тебе помочь. У нас тут в доме культуры автоматы игровые временно завезли, можно туда их сплавить. - Постоянно. – проигнорировал его объяснения куда бы он сам потратил монеты. Не то чтобы я был лучше – сам собирался спустить их либо на игры, либо на уличные бои. - Интересно. А ты слышал про …       Мы провели несколько часов, вместе болтая о разных бредовых историях округи, а также роясь в песке, пытаясь найти что-нибудь интересное. Кроме склянок мы ничего так и не нашли, что потом усердно припоминал мне колкими шутками Никита. Позже мы стали видеться всё чаще, в разных местах, и по итогу обменялись контактами. - Как будет что-нибудь интересное, обязательно пиши мне! Всегда на связи.       Тогда он мне показался забавным, но слишком раздражающим. Постоянно рассказывал истории о том, как тусовался с другими ребятами, много обсуждал девчонок и их «прелести», которые на тот момент среди его сверстниц только-только начинали формироваться. Он постоянно пытался казаться крутым и умнее всех, но я его быстро осаживал, давая понять, что выпендриваться ему совершенно нечем.

***

      Почему-то всех очень интересовали походы, разгадывание загадок, секретов. И все относились к этому серьёзно, с большой ответственностью. И к чему это нас всех привело? К тому, что мы сейчас сломя голову несёмся по лесу, убегая от бешенной девушки и её собаки? А что с другими?       Коля. Я помню его ещё совсем мальчиком. Грубым, неразговорчивым, постоянно грязным и растрёпанным. И каким он стал. И теперь, мне казалось, что он снова становится таким же – диким. В этом месте Коля всё больше напоминал мне себя при нашей первой встрече. Такой же отстранённый, молчаливый, нетактильный. В нём пропала та жизнерадостность, дружелюбие, которые появились из-за дружбы со мной и остальными. Казалось, что он вернулся к своему первоначальному состоянию потерянного и брошенного ребёнка.  Мне не нравилось, как общение с Мирой влияло на него. И мне не нравилась она сама. Кто знает, что она ещё могла сделать?       Неужели она что-то сделала с Аней и Никитой? Вспоминая их припадки гнева, я не удивлюсь, если всё это было сделано с её подачи. Мы можем, вроде как, слышать её голос в голове. И она сама страдает перепадами настроения. «А что, если она может вселяться в других?». Меня будто прошибло током и я дёрнулся. Я вдыхал и выдыхал обжигающий воздух ртом и носом, и не мог всё никак восполнить недостаток кислорода. Было влажно. В воздухе, во всём теле. Я ощущал себя большой ходячей жижей, которую можно спокойно выжимать. Губка из боли, крови и пота. Определённо вонючая и неприятная, грязная. - Не говори так, Саша! Никто же не знал, что по итогу это приведет к этому. Нам ведь было хорошо и весело, и мы не делали ничего плохого. – Ира наконец-то смогла прервать затянувшееся молчание. Её голос дрожал, как и сама она. На глазах снова выступили слёзы. Бедный маленький крольчонок.            Она подошла ближе. Я слабо улыбнулся. Она разозлилась. Затем внезапно ударила меня со всей силы по лицу, оставляя после себя жжение на щеке. Я оступился и повалился на землю от неожиданности. «Сильный удар». - Мы исследовали мир и жизнь, да? Именно! – она еле сдерживалась чтобы не закричать. Прижала руку, которой ударила, к груди. Ей тоже было больно от этого. А ещё, наверное, я задел её чувства. - Ты права… - у меня не было сил спорить с ней дальше. Мне не стоило было такое говорить.            Она помогла мне прийти в себя. Отпустить панику, спутанность в мыслях. Но я очень напугал её. За сегодня несколько раз уж точно. Устало потёр грязной ладонью лоб, растирая что-то неизвестное по нему. Ира подошла и недовольно начала оттирать с моего лица грязь, вновь оторвав остатки платья. - Ты так совсем голая останешься. - Замолчи! Ты тоже!            Она усердно тёрла мою кожу тонкой тканью. Серой, уже вовсе не белой. И я видел, как она постепенно окрашивалась в коричневый. «Красивое было платье». Мы повалились на землю от усталости.  Я не понимал, как умудрился пробежать так много и при этом не убиться окончательно, со своей-то ногой. По итогу оказалось, что я её просто не чувствовал всё это время. Раны открылись, все повязки почернели от обилия крови. Пахло гнилью, кожей и чем-то ещё неприятным, я не мог разобрать чем. А боль стала настолько сильной, что я уже не мог её чувствовать, она притупилась в какой-то момент. Но стоило было остановиться, немного отдохнуть, как волнами ощущения начали накатывать, вместе со слабостью, усталостью.       Старался не взвыть от наплывающей боли. Ира тяжело дышала рядом, то и дело временами кряхтя и откашливаясь. Потом резко притихла. - Что же делать? Куда же дальше идти? – вопросы будто бы предназначались вовсе не мне, а только ей. Она судорожно оглядывалась по сторонам, пытаясь что-то отыскать. Я слабо наблюдал за ней, не понимая, что действительно нам стоит делать дальше. - Ира… - тихонько позвал, но она долго не обращала на меня внимания, то ли не слышала, то ли слишком была погружена в свои панические действия и мысли. В глазах забегали мушки. Возможно, из-за обилия крови, которую я потерял за последнее время. Много ли? - Боже, Саша! – когда она обратила наконец своё внимание на меня, то громко вскрикнула и бросилась ко мне. – Раны! Их нужно срочно обработать! Боже мой! Что же делать? Что же делать?            Она принялась аккуратно снимать повязки, но делала это неуверенно, сомневаясь, стоит ли делать вообще. Я лишь лежал, не в силах что-либо сказать или сделать. - Нужно срочно обработать твою рану. И как можно скорее, иначе ты умрешь. Боже мой…       Я видел, как паника захватывала ее все больше и большеx, но при этом она старалась держаться и помочь мне. Я был искренне благодарен ей за это, но как-то поспособствовать не мог. Только слабо поймал её руку и немного сжал в своей. - Сиди здесь, я сейчас!       Она вырвалась, быстро уходя. Я пытался ухватить её за руку, но не успел. Она куда-то ушла ненадолго, но в моменте казалось, что прошло несколько часов. Вернулась с какой-то травой в руках, корой и мхом. Это я понял по звукам и запахам. Смотреть было тяжело, поэтому я прикрыл глаза. Напряжение всё ещё ощущалось в теле, приходилось фокусироваться на других ощущениях, чтобы вовремя почувствовать опасность. - Зачем тебе это? – я не узнал свой голос, настолько хрипло он прозвучал. Будто бы я всю свою жизнь курил не переставая. Я еле как приоткрыл глаза, пытаясь сфокусироваться на ней. - Это для первой помощи. - Ты серьёзно? – я слабо усмехнулся. Я слышал, что в лесу можно найти некоторые травы, которые на первое время помогут обработать раны, но разве это может как-то изменить нашу ситуацию? - Не смейся, это лучше, чем совсем ничего. Не тебе тем более сейчас решать. – она звучала строго и убедительно. Я не сказал больше ничего против, подставляясь под её махинации.            В глазах темнело. Было тяжело сдерживаться и не закрывать глаза, погружаясь во тьму. Я и так потерял слишком много времени, проведя во сне, и слишком много пропустил, пока находился без сознания. Например, потерял Никиту и вещи вместе с ним. Медикаментов с нами всё равно не было, но была еда. - У тебя не найдётся там ничего пожевать? – спросил еле слышно, но Ира лишь отрицательно покачала головой. Я снова заставил себя открыть глаза. Сначала даже и не понял получилось ли у меня. Было темно. Но постепенно что-то рассеивалось, и получалось увидеть слабые очертания. - Я бы не стала ничего есть в этой лесу, мало ли. - А обрабатывать раны, значит, можно? - Саша! – она вспыхнула, подскакивая со своего места, мох полетел из её рук на землю. – Я пытаюсь тебе помочь, а ты ещё паясничаешь! Если тебе так угодно, хорошо! Пусть твои раны гниют, пусть будет заражение крови! Пусть… - она не закончила. На её глазах появились слёзы. Она поджала нижнюю губу, сдерживаясь и лишь немного еле слышно всхлипывая.            Меня снова укололо это знакомое до боли чувство вины. Это всё усталость. Я оправдывал всё ею. Усталость и голод. И страх. - Прости… я больше не буду. - Так-то лучше! Сиди смирно!            Я полностью отдался Ире, позволяя делать с собой всё, что только придёт ей в голову. Мы сидели возле какого-то дерева, прямо на холодной земле и немного влажной траве, я откинул голову на ствол, отдаваясь ощущениям. Сильно пахло мокрой травой, землёй, а ещё чем-то химическим, неизвестным. Я задержал дыхание, чувствуя, как в носу неприятно щиплет. Гадкий запах будто проникал в лёгкие, оставляя неприятный осадок на языке. Что это было? То ли бензин, то ли смесь спирта с чем-то противным. От этого мутило. Я приготовился к тому, что меня может стошнить. В голове всплыли картинки, как что-то неизвестное ползло ко мне и как выпрыгнуло из дерева. Из-за всего я даже и не вспомнил об этом, было не до этого. А сейчас немного появилось время подумать. - Ир, – коротко позвал и сразу же получил мычание в ответ. – а ты не видела никаких странных жиж химозных? На деревьях там, на земле? - Не знаю. Мне было не до этого. - Зря… - меня не порадовал её ответ, а ещё больше обеспокоил тот факт, что только я мог их видеть. Уже второй человек говорит мне, что ничего не было. Но почему я это ощущаю? И почему только я всё это вижу? - А что? Ты что-то видел? – я не видел её лица, но по голосу и характерному шороху платья понял, она немного наклонилась вперёд, с интересом смотря на меня, но мне было безумно лень смотреть на неё. - Не знаю, реально ли то, что я видел или мне просто показалось. – она бинтовала мою руку, я лишь ощущал холод, пробирающий до мурашек и неприятное покалывание или жжение, разобрать было трудно. Послышался разрыв ткани – то, чем она решила заменить окровавленные бинты. – Ты снова рвёшь одежду на себе? - Это сейчас не важно. Расскажи дальше. - Так вот… Видел странные жидкости, как ты понимаешь, на земле и на деревьях. Вонючие такие, будто бензин разлили или что-то другое, химическое. – сделал длинную паузу, пока Ира разбинтовывала ногу. Запах гнили усиливался. Неужели от моего тела? К горлу продолжала подступать тошнота, но я сдержался, стараясь не думать ни о чём таком. В этом лесу всё-таки такой запах могло источать что угодно. - Знаешь, может, это от них люди галлюцинации видят? И всё, что с нами происходит – просто бред? - Мне так не кажется, Саша… - Сама посуди. Стоит лес, вблизи тюрьмы, психушки и живых посёлков. И творится здесь черти что - всякие монстры гуляют непонятные, девушка одна живёт, люди то с ума сходят, то пропадают. Ну разве это может остаться незамеченным? - Разве же оно не привлекло внимание? Нас, например? - Ты не понимаешь, я о другом. О власти, органах там. Разве их не могло не заинтересовать это?            Ира промолчала. И этим молчанием всё было сказано. Конечно же нет. Даже если здесь что-то и происходит странное, легко было свалить на психов, которые нет-нет да могли сбегать, или зэков. А может, этот лес кому-то принадлежит, кому-то влиятельному, и лишний раз шумиху поднимать не хотели. Мы замолчали. Ира молча обрабатывала мне ногу, аккуратно прикладывая что-то мягкое и волокнистое к ранам, а я временами дёргался от непривычных ощущений. Затем нежно поглаживала, замотав рану. А я думал о том, почему полиция не обращала никакого внимания на всё происходящее здесь. Действительно ли не знали? Или их бездействие купили? - Вот и готово. – озвучила свои действия, а после села рядом, также откидывая голову назад. Я ощутил сладкий аромат её парфюма. Лилия. В её духе. Такой же невинный и очаровательный цветок, как и она. Расслабившись, в унисон пропели наши желудки, громко, настойчиво. Я аж дёрнулся от неожиданности и того, как сильно скрутило живот, казалось, что-то будто бы намеревалось вылезти наружу. Не только рвота. – Поесть бы. – грустно сказала Ира, а после тихонько всхлипнула. Плакала ли она или просто расстроенно издала этот всхлип я не знал, но за ним дальше ничего не последовало.            Слушая тишину, шелест ветвей и листвы, мы так просидели какое-то время. Очевидно, не слишком долгое, так как обещанный лай собаки не раздавался, оповещая о прошедшем получасе или часе, но мне казалось, что прошла вечность. Ранам стало немного получше, они слегка онемели. Не знаю, чем Ира подшаманила, но сработало неплохо. Даже, казалось, что голова прояснилась. А может дело было в том, что я сдался и позволил себе немного отдохнуть, перевести дыхание. - Надо идти. – вяло сказал, но сам не двинулся. Ира тоже не двигалась. – Ты там жива? – спросил, спустя пару минут. В ответ она лаконично угукнула. – Сознание не теряешь? - Нет, просто сил нет, кушать хочется. - Согласен.            С трудом заставил себя открыть глаза. Надо найти ребят, но прежде всего еду. Хоть какую-нибудь. Есть в этом лесу было опасно, но базовые потребности вынуждали – либо смерть от отравления, либо смерть от убийства, либо от холода или голода. Голодная смерть показалась мне намного мучительнее, по крайней мере она говорила о том, что мы даже не пытались что-либо сделать. А с остальным можно попытаться побороться, какие-то шансы на выживание были. - Пошли. – начал вставать, но сил ни в ногах, ни в руках не было. Вяло перекатился на живот, а после также вяло встал на локти, на колени и попытался подняться. Ира встала, держась за ствол дерева.            Она соорудила себе подобие какого-то топа или просто лифчика, а остатки верхней части платья ушли мне на бинты. И откуда столько ткани в таком маленьком и, казалось, лёгком летнем платье? Это лучше, чем ничего. Она вяло и медленно подошла ко мне, помогая встать. - Спасибо. – я опёрся на её плечо, но сразу постарался встать ровно, что было тяжело. – И за первую помощь тоже. Я твой должник. - Рассчитаешься потом. – она улыбнулась. От этого стало легче. Раз силы улыбаться ещё оставались, значит не всё так плохо. У меня же силы были на исходе. - Надо найти что-нибудь пожевать. Есть идеи? - Ты уверен, что нам всё-таки стоит есть что-то здесь? – она умоляюще посмотрела на меня, но её желудок отозвался согласием. Её щёки в смущении зарумянились, она прикусила нижнюю губу. - Тут полно ягод и грибов разных, но я в них совсем не разбираюсь. - Сомневаюсь в том, что они не ядовитые. – Ира пожала плечами и тупо уставилась на меня, ожидая ответа. Она была вся чумазая, растрёпанная, но при этом сохраняла своё очарование. Истинные красавицы даже в таких условиях остаются красавицами. Её желудок снова громко заурчал, на этот раз настойчиво, она даже слегка дёрнулась.  – Ну, делать нечего, организм требует, что-нибудь придумаем.            Мы начали шарить по лесу, осматривая каждый куст. Нашли парочку грибов более-менее похожих на знакомых нам лисичек, белый гриб и маслят. Ещё нашли немного земляники. Ягоды сразу же пошли в расход, а вот грибы нужно было для начала немного поджарить, чтобы уж наверняка. Попытались вернуться на «наше» место у дерева, там уже вспомнить как разводить огонь, если под рукой ни спичек, ни зажигалки.            Вероятность того, что при такой влаге что-то да будет гореть была очень низкой, но мы не отчаивались. Пока Ира усердно оттирала грибы, я постарался развести огонь на коре, используя рядом лежащие палочки и другую мелкую кору. Использовал старый метод – активно тереть палки друг о друга, вдруг что-то да получится. Спустя минут пятнадцать безрезультатных попыток и стёртых почти в кровь рук, у нас всё-таки получилось добыть маленький огонёк, который намеревался потухнуть в любой момент.            Насадив грибы на тоненькую палочку, я прокручивал их, намереваясь поджарить до черноты, чтобы уж наверняка. «В желудке всё переварится» - успокаивал Иру, когда та начала переживать за сохранность нашего ужина. Запахло жаренными грибами, и в голове сразу же всплыли картинки. Домашний стол, солёные огурцы, картошка в мундирах, соль, свежий чёрный хлеб. Просто сказка. С грибочками, со сметаной, с квасом. У меня не на шутку разыгрался аппетит, а слюни буквально потекли ручьём. Ира тоже жадно сглотнула, принимая от меня первую готовую порцию грибов на палочке. Их было у нас немного, всего шесть штук, по три на каждого. Многие пришлось выкинуть по итогу, потому что оказались гнилыми или с живностью внутри.            Откусив первый гриб своей порции, я ощутил на языке сначала неприятный привкус гари, но затем разлился тёплый грибной сок, заставляющий душой взлететь на небеса. Казалось, что лучше блюда на свете нет, и больше мне ничего для счастья и не нужно было. Съел всё махом, даже не понял как, но с каким удовольствием. Ира тоже не сильно растягивала трапезу, съела всё за пару укусов. И как сразу же порозовели её щёки! Какая блаженная улыбка появилась на лице. Она была очень довольна.            Немного появились силы. Этого было, конечно же, мало, но на первое время сойдёт. Времени было мало, а что-нибудь ещё съестное найти было трудно – становилось всё темнее. Наверное, время близилось к девяти вечера, а может быть даже к десяти. Это значило, что на поиски друзей осталось не так много времени, и что будет после полуночи проверять совсем не хотелось.            Спустя несколько минут послышался громкий лай собаки. Мы с Ирой замерли на мгновение, а потом, убедившись, что рядом никого нет, кроме нас и этой зловещей тишины леса, направились дальше, не зная куда. - Тебе не кажется это забавным, что собака может в чётко назначенное время сама полаять? Да ещё и так громко, что на весь лес слышно. - Мне кажется, что она просто команды выполняет. Наверное, Мира с ней ходит. И может что с акустикой сделала, не знаю что. – пожал плечами. – Может, у неё здесь везде колонки стоят, да мы не в курсе. – Я демонстративно начал оглядывать деревья. – Вон листва смотри какая хорошая, и деревья плотно друг к другу растут, вполне легко спрятать что-нибудь такое. – Ира согласилась со мной коротким «понятно».            Наш путь был чист, что было ещё более подозрительным. Никаких тебе странностей, никакой тебе нечисти. Может, всё-таки показалось? От голода, усталости и жары. Теперь это будет для меня вечной дилеммой, которой хотелось разгадать, но как – понятия не имею. - Баб Галя не переживает сейчас, как думаешь? - Наверное, потеряла нас немного. – Ира заметно побледнела и сильно погрустнела в выражении, видимо представив беспокойство старушки. – Но она знает, что я ушла на весь день. Только когда вернусь… - её голос стал тише. – Точно потеряет. Испугается сильно, а ей переживать нельзя… - Меня мама точно отчитает утром. – я старался перевести тему в шуточное русло. Говорить о том «завтра», которого для нас может и не быть. Развеселить, отвлечь, а в то же время подумать о том, что мы будем делать, когда всё-таки выберемся отсюда. Почему-то мне казалось, что это возможно. Ну не может всё быть настолько ужасно в нашем положении, правда? – Будет опять говорит какой я помешанный на этих страшилках, что мне за ум взяться надо, готовиться к выпускному, поступлению. - Понимаю, мне такое тоже часто говорят, – темноволосая заметно повеселела, немного хихикая. – Постоянно говорят, что я должна бросить своё увлечение эзотерикой, карты и всё подобное, одна бабушка поддерживает. «Ты их не слушай, вот как порчу снять надо будет - сразу к тебе прибегут! А если донимать кто будет, так ты сама порчу нашли!». - В духе баб Гали. - Ага! – мы рассмеялись, вспоминая, как всегда забавно и по-доброму выражалась эта добрая пожилая женщина. Как же её сейчас не хватало. И как же не хватало её стряпни.            После бесцельного хождения прямо, было принято решение отыскать что-то, похожее на воду. Когда мы только осматривали карту перед походом, я заметил, что в центре леса есть небольшое озеро. Вспомнив об этом, мы решили попытаться найти его, всё-таки, мы уже далеко зашли, а нахождение его поможет нам сориентироваться в нашем местоположении. Дальше будет проще.            Мы свернули налево, почему-то это показалось верным решением. Видимость не особо стала лучше, как и не было никакого разнообразия в пейзаже. Те же деревья, те же кусты, те же грибы, те же ягоды. И те же странности. - Опять кости. – лениво заметила Ира, уже совершенно не пугаясь их. Будто бы это нормально. Возможно, она просто начала считать их «особенностями архитектуры», если так можно выразиться. - Ага. Их тут много. - Как думаешь, это Мира их расставляет везде? - Возможно. Но откуда у неё столько разных останков?            Пока мы шли, у нас появлялось много вопросов, которые мы обсуждали и развивали, чтобы не замыкаться в себе, в своих тревогах и страхах. Это помогало также убить время. - Может, ей кто-то приносит их? Или она просто находит? - Слушай, а что, если власти действительно знают о ней и о том, что тут происходит? Что, если это всё – сговор? Сюда приводят неугодных людей, доводят их до сумасшествия, а может даже и убивают… И эти кости – их? - Или же приносят из тюрьмы или психушки. Какие ещё мысли? – я усмехнулся. - Уже какой-то бред в голову лезет. – она улыбнулась в ответ.  – Стой… - я резко остановился, прислушиваясь. Ира тоже замерла. Помимо завывания ветра, послышалось ещё что-то незнакомое. Что-то, чего раньше не было.            Мы напряглись. Сразу же спрятались за большое дерево, надеясь, что неизвестное не выйдет прямо на нас. - Гх… Гх… - слышались снова гортанные звуки.            «Невеста в чёрном? Или что-то другое?». Аккуратно выглянул из-за дерева, пытаясь рассмотреть, кто же встретился нам на пути на этот раз. Я был прав. Это было то же создание в чёрном. Оно медленно шествовало в другую сторону от нас. Если бы мы не спрятались и шли дальше, то ещё бы чуть-чуть и наткнулись бы прямо на это.            Чёрное создание рычало, озираясь по сторонам. Всё ещё что-то искало, усердно. Затем внезапно замерло и посмотрело в нашу сторону. Я не успел вовремя скрыться, поэтому схватил Иру за руку и побежал в другую сторону от существа. - Бежим! – отчаянно крикнул, слыша, как завизжала Ира, и как за нами начали доноситься быстрый топот, ломающий на своём пути ветки, кусты.            Оно неслось и рычало. А я старался бежать изо всех сил, что у меня были и которых уже не было вовсе. Нога ужасно ныла, но я не обращал на неё внимания. Думал только о том, чтобы поскорее оторваться, где бы спрятаться и лишь бы сейчас не упасть и не потерять девушку. Мысленно начал молиться то ли Богу, то ли ещё каким существам, которые могли бы нам помочь. «Только бы выжить» - звучало заезженной пластинкой в голове.            Я старался не смотреть назад, только вперёд, активно рассчитывая дальнейшие действия и маневрируя между деревьями. Оставалось ориентироваться только на звуки сзади. Ира истерично рыдала, но продолжала крепко держать меня за руку и старалась не отставать. Существо временами издавало гортанный вой, что заставляло кровь стыть в жилах. Если мы попадёмся ему, то точно умрём.            Топ, топ, топ. Бум, бум, бух. Треск. Рык. Хнык, хнык. Вой. Ту-дум, ту-дум. Смесь из звуков, которые эхом раздавались у меня в голове, смесь всего того, что могло в любой момент свести меня с ума. «Ни за что не останавливайся. Беги. Беги изо всех сил».            Позади нас что-то упало. Раздался протяжный вой. Я надеялся, что это существо снесло что-то на своём пути и его придавило, но не останавливался проверить. Даже если оно замедлилось, у нас есть возможность оторваться и спрятаться.            Резко свернул направо, прячась за мощное многовековое дерево, которое разрослось так, будто успело поглотить собой ещё парочку других деревьев. Большие корни впивались в землю, а также распространялись по ней, протягиваясь большой магистралью к другим деревьям. Здесь важно было быть осторожными, чтобы не споткнуться. Вероятность сломать себе что-то, подвернуть или разбить была велика. И не хотелось запутаться в этой сложной деревянной схеме. - Сюда! – крикнула мне темноволосая, показывая на обилие кустов, растущих по левую сторону чуть дальше от дерева. Я лишь шикнул на неё, когда в дали за спиной послышался протяжный вой существа.            Сжал её руку покрепче и со всего маху нырнул в кусты, утягивая её за собой. Мелкие ветки расцарапали лицо, плечи, спину, руки. Было неприятно, но сейчас было совсем не до этого. Как только мы забрались поглубже в это кустовое спасение, я прижал Иру к себе покрепче и закрыл ей рот своей рукой. Её слёзы текли ручьём, она обмякла в моих руках, как только поняла, что можно немного расслабиться и успокоиться в моих объятиях. Я же продолжал слушать. Вслушиваться в каждый мелкий шорох, пытаясь услышать сигнал того, что опасность миновала, что пока ещё наша смерть не пришла за нами и дала отсрочку.            По другую сторону от нас слышался рёв и рычание. Существо то приближалось, то отдалялось от нас. «Всё-таки потеряло». Как только всё утихло, я тяжело выдохнул, отпуская Иру. Она не могла перестать всхлипывать, тряслась и не могла выровнять дыхание. Я продолжал обнимать её за плечи, притягивая ближе и пытаясь успокоить. - Всё хорошо, оно ушло. Я рядом… - проговаривал, будто мантру. - Хочу домой… Хочу к маме… - шептала в беспамятстве, будто бы и вовсе не слыша меня. - Мы скоро вернёмся домой. Найдём всех и вернёмся домой.            Она начала постепенно успокаиваться, окончательно обмокая у меня в руках. Её дыхание выровнялось и стало редким. Взглянув на её лицо, я понял, что она потеряла сознание, либо уснула от сильной усталости и стресса. «Что ж, пусть отдохнёт. Тут нас вряд ли кто-то найдёт. Я надеюсь».            В отличие от меня девушка вовсе не отдыхала всё это время: то шла, то бежала от странностей, то находилась в стрессе рядом с сумасшедшей и постоянно переживала за других. Хоть время и поджимало, я хотел дать ей возможность перезагрузиться, отдохнуть. Даже если это будет всего полчаса.            Я поудобнее устроился и уложил её так, чтобы ей самой было комфортно. Её голова лежала у меня на груди, почти упираясь в шею, одной рукой обнял её за плечи, а другой обвил её талию, прижимая ближе. Она лежала у меня на руках, будто маленький ребёнок, заснувший в объятиях матери. Я тоже решил ненадолго прикрыть глаза, но не с целью заснуть. Я прислушивался к округе.            За всё время я ни разу не услышал птиц, даже воронов, которые обитают в подобных местах, как старое клише. Только завывания холодного ветра, несущего с собой запах тины и гнили. Шелест листвы, который создаёт иллюзию ливня. В обычные летние дни мне нравится этот шум, он успокаивает и помогает сосредоточиться. Но сейчас оно сводило постепенно с ума. Как и всё здесь. Мне точно нужна будет помощь специалиста после этой прогулки, хоть я в них и не верю вовсе. Как и всем остальным. В траве стрекотали кузнечики, где-то вдали квакали лягушки.            «Мы близко к воде» - сделал вывод, когда снова ощутил запах тины, а также настойчивое кваканье лягушек. Стало холоднее, но в то же время свежо. Кожа покрылась гусиной кожей, и я покрепче прижал Иру к себе, греясь об её тепло и грея её. - Кто-то плачет. – шёпотом сказала темноволосая, просыпаясь. - Как себя чувствуешь?            Она сонно и устало оглядела меня и по сторонам, будто бы не понимая, где мы находимся. Затем медленно встала, вырываясь из моих объятий. - Кто-то плачет, надо пойти проверить. - Подожди!            Я взял её за руку, останавливая. Она с вопросом посмотрела сначала на мою руку, затем на меня. - Мы не знаем, кто это может быть. Это ведь может быть и Мира, и те странные существа. – её взгляд сменился с вопросительного на понимающий. Она задумалась. – Это может быть ловушка. - И это могут быть наши друзья. – она вырвала свою руку. – Нам нужно проверить. - Ответить мне было больше нечего. Самому было интересно откуда источник этого плача, который я начал слышать только после замечания подруги. Ира была вялой, но в то же время выглядела погружённой в транс. Может, Мира имеет влияние и на её сны? А может, любой, кто заснёт в этом лесу, увидит её? Я снова взял Иру за руку. - Хорошо, но держись меня. – она кивнула. Я покрепче сжал её руку, переплетая наши пальцы. – Идём.            Мы начали осторожно пробирались через кусты, стараясь не сломать ветки и не пораниться. Они росли плотной острой цепью, будто забор, не пропускающий через себя никого. Повеяло застоявшейся водой. Возможно, мы наконец-то нашли то озеро, которое искали. И, возможно, нас могли ожидать неприятности.            Кто-то активно пробегал под нашими ногами, то ли те самые кузнечики, то ли другие насекомые, я не обращал внимания. Ира временами останавливалась, извиняясь перед неизвестным созданием за то, что чуть не задавила его. Я лишь молча наблюдал за этим, затем вёл дальше. - Аня! – шёпотом сказала Ира, замирая на месте.            Я посмотрел в ту сторону, куда смотрела она оцепеневшим удивлённым взглядом. И действительно, это была она. Светловолосая горько плакала, сидя на коленях. Она сидела к нам спиной, так что я не мог точно разобрать что с ней. Её волосы были распущены, растрёпаны и перепачканы. Она вся была мокрая, и дрожала, то ли от истерики, то ли от холода. Быстро оглядев не только её, но и местность поблизости с ней, я сказал Ире короткое «пошли», и мы начали выбираться из кустов, уже активнее, чем до этого, без всякой осторожности. Аня сидела, не двигаясь, словно кукла. Только грудь сотрясалась в рваном ритме, будто она пыталась подстроиться под чужое дыхание. Почему? - Аня! – почти со слезами на глазах крикнула девушка, бросаясь к подруге с объятиями.            Но та не была рада её приходу. Она закричала и оттолкнула темноволосую, отползая в сторону. - Не трогай меня! – взревела, оглушая всех присутствующих внезапным воплем. Я рефлекторно прикрыл уши, а после бросился к ним, пытаясь успокоить. - Не нужно кричать! Всё нормально, это мы, Саша и Ира. Аня, успокойся. – я пытался подойти к ней, прикоснуться и успокоить, но она брыкалась и всячески отбивалась.            Я посмотрел на её лицо и ужаснулся – из глаз шла кровь, а сами глазницы были пусты. Она кричала и рыдала кровью, отползая дальше, но стараясь не приближаться к воде. Всё её платье спереди было залито кровью, колени содраны, ноги босы. Волосы были распущены, растрёпаны и также частично измазаны кровью. - Оставьте меня! Уйдите! Помогите! – кричала, почти срывая голос.            Ира зарыдала, бросаясь к подруге на шею, не обращая никакого внимания на её крики и попытки вырваться. Что-то кричала в ответ, но было трудно разобрать. Я решил осмотреться, пытаясь понять, что же произошло.            К горлу подступила тошнота, которую я не смог больше сдерживать. Я согнулся, выплёвывая остатки желудочного сока. Горло жгло, в носу неприятно першило. Постарался отползти в сторону, чтобы не упасть прямо в свою же лужу. Снова ощутил жар по всему телу. Холодный пот пробил меня насквозь, заставляя поёжиться от прохлады. Мне жутко хотелось помыться. И я знал, что мне стоит сделать.            Я направился к воде, от которой так отчаянно отползала Аня. И чей-то голос звал меня туда.