Нормальным просьба не беспокоить

— Но мне не миновать гибели, имея таких могущественных врагов, — возразил д’Артаньян. — Во-первых, незнакомец из Менга, затем де Вард, которому я нанёс три удара шпагой, затем миледи, тайну которой я случайно раскрыл, и, наконец, кардинал, которому я помешал отомстить.

— А много ли их? Всего только четверо! — сказал Атос. — И нас ведь тоже четверо. Значит, выходит, один на одного… Чёрт возьми! Судя по тем знакам, какие подаёт Гримо, нам сейчас придётся иметь дело с гораздо большим количеством…

С ненавистью глянув на отвратительно свежий и потрясающе пахнущий сэндвич, Дин Винчестер отодвинул его подальше и со стоном распластался на деревянной столешнице. — Убейте меня кто-нибудь… — Я бы с удовольствием, да тут уже очередь из желающих, — участливо заверил его не менее отвратительно свежий Валентайн, задумчиво разглядывая пирожок с клубничным джемом. В отличие от сэндвича, выглядел тот довольно уныло. — Гад ты, Валентайн, — пробурчал Дин куда-то в стол. — А я предупреждал, — напомнил Иван противным тоном. — Ты самоуверенно заявил, что уж с мамой-то всегда договоришься. — Мог бы заодно предупредить, что беременные женщины — это особая категория граждан! Можно подумать, я с ними имею дело каждый день. Оторвавшись от телефона, Сэм Винчестер с сочувствием покосился на бледную с прозеленью физиономию брата: — Женщины вообще особая категория, знаешь ли. — Ага, это ты мне будешь рассказывать? — Ну, не я же ночевал на коврике под дверью спальни. — Ничего не помню, значит, не было! — старший вроде бы ожил, но тут же вновь уронил голову на нагретый солнцем стол. — Надо же, — удивлённо захлопал глазами младший. — И как кого-то едва не придушили чужим лифчиком, тоже не помнишь? — Да я понятия не имею, откуда он у меня взялся! — от возмущения Дин аж слегка пришёл в себя. — Я такое не ношу. Не мой фасон, знаешь ли. — Вот именно, — колко фыркнул Сэм. — И как кто-то нарезал круги по двору со спринтерской скоростью, видимо, не помнишь тоже, — с доброй улыбкой добавил Иван. Винчестер уныло поёрзал, невольно передёрнув плечами: — Кто ж знал, что она так умеет… — Командир, Динка — тёмная, она умеет много чего очень заковыристого, — издевательски пояснил Валентайн. — А одно из её любимых — заклятие на импотенцию. Можешь поинтересоваться у Санчеса, он пару раз испытал на себе. Командир, судорожно сглотнув, позеленел ещё больше и прохрипел: — А раньше ты не мог сказать?! — Так ты не спрашивал, — Валентайн всё же не стал рисковать и метким броском отправил пирожок в мусорку. Происходила сия занимательная беседа в Финиксе, а именно в скромном летнем ресторанчике близ центра. Ждали там некоего старинного приятеля, который, внезапно нарисовавшись даже не звонком, а по электронке, срочно потребовал встречи, и, так как в самом городе Винчестеры отродясь не бывали, Валентайн вызвался их туда доставить. Тем более, для двоих из данной троицы это явилось крайне удачным предлогом слинять из дома. Подальше от разгневанных дам. Н-да. Решили заодно и перекусить, но Винчестера-старшего Иван своей настоечкой поить не стал из принципа, ибо нефиг, посему выглядел тот, равно как чувствовал себя, мягко говоря, хреновато. Окинув окрестности задумчивым взором, Валентайн слегка нахмурился: через два стола от них, за спинами братцев, притулился крайне странный тип. Странность его заключалась в том, что вот уже минут десять он пытался строить глазки Ивану, многозначительно улыбаясь, подмигивая и кокетливо хлопая ресницами. Манипуляции сии Валентайн, естественно, оставлял безо всякого внимания, но сам факт начинал потихоньку бесить. А когда типус внезапно вскочил и, манерно виляя задницей, прямо как заправская шлюха, направился прямиком к их столу, Иван напрягся не на шутку. Прервав на полуслове очередной стон Дина на предмет несправедливости жизни вообще и его личной в частности, типус помахал всем ручкой и ласково пропел: — Ма-а-альчики, простите, что встреваю в вашу беседу. Я просто не мог больше сдерживать свой порыв. Как только я вас увидел, то сразу понял, что мы предназначены друг для друга! После чего нахально плюхнулся на лавку и потянул ручонку по столу к Валентайну. Братцы, уставившись на разворачивающуюся перед глазами драму совершенно офигевшими взорами, лишь молча хлопали глазами. Правда, смотрели на типуса странно. С удивлением смотрели, но безо всякого подозрения. В столешницу, прямо между растопыренными пальцами пускавшего слюни персонажа, с молниеносной скоростью вонзился здоровенный тесак. Да ловко так, едва-едва касаясь кожи. — Следующий удар будет по руке, — не дрогнув и мускулом на лице, честно предупредил Валентайн. У гражданина отпала челюсть. Натурально. Уставившись на Ивана вытаращенными глазами, он что-то невнятно пискнул и очень осторожно потянул руку назад. — Я пошутил, — с трудом выдавил он наконец. Братцы наблюдали с неподдельным интересом. — А я нет, — рывком выдернув тесак, Иван так же молниеносно спрятал его обратно под полу куртки. Слегка кашлянув, Дин, которого аж перестало мутить, с невыразимо счастливой физиономией изрёк: — Грек, знакомься, это Аарон. Аарон, это Грек. И таких шуток он не понимает в принципе. С трудом переведя дух, поименованный Аарон поморгал и, внезапно абсолютно нормальным голосом, констатировал: — Винчестер, какая же ты всё-таки злопамятная скотина. Привет, Сэм. — Я? С чего бы это? — удивлённо захлопав глазками, Дин радостно потянул к себе сэндвич. Валентайн, не меняя выражения физиономии, удовлетворённо выдал: — Зачёт, сынок. Старший злобно зарычал, младший с усмешкой подтвердил: — Один-один. Тем временем гражданин, несколько нервно постучав пальцами по столешнице, выдал: — Грек — погоняло, ты ж никакой на самом деле не грек. Скорее всего немец или скандинав. Однофигственно германец, короче. Но живёшь где-то в Восточной Европе. Женат недавно, а вот солдат давно. Кадровый? — Ты чего хотел, Шерлок? — прервал его умозаключения Дин. — А, да. Несколько демонстративно оглядевшись, Аарон с таинственным видом пригнулся и понизил голос: — Я тут мимо пробегал, потому и решил с вами как-нибудь пересечься, ибо очень нетелефонный разговор. Тут такое дело… Вернее, разговоры ходят. Поговаривают, что кое-кто кое-где не так давно умудрился завалить высшую сущность. Бессмертную. Приумолкнув, он пытливо вгляделся во всё ещё зеленоватую физиономию Дина, ответных эмоций там не уловил, задумчиво хмыкнул и продолжил: — Мои подопечные… ну, ты понимаешь, о ком я… этим очень заинтересовались. Теоретически, при убиении бессмертного высвобождается колоссальное количество силы, потому что физику, знаете ли, никто не отменял и закон сохранения энергии работает вне зависимости от того, хотят ли его применять. — И? — коротко отозвался Дин. — И… говорят… там был некромант. Этого некроманта они хотят себе. Вместе с полученной силой. — Кто говорит? — неожиданно свирепо прошипел Сэм. — Ну ты же знаешь, как это бывает! — рассказчик закатил глаза. — Слушок там, пара слов тут… все и никто в отдельности. Валентайн равнодушно пожал плечами: — Пусть хотят, нам-то что до этого. — Так это ещё не всё! — настороженно глянув в его сторону, шикнул странный типус. — Опять же, ходят слухи, будто всей этой ситуацией очень недоволен другой, такой же высший. Он называет себя «Бог». Вот прям с большой буквы. Я-то, естественно, не верю, но, сами понимаете, нет дыма без огня. Отрешённо покрутив в руках сэндвич, Дин вновь положил его в тарелку и спокойно кивнул: — Будем иметь в виду. Вопрос только, ты-то откуда это всё знаешь? — В том-то и дело, что не только я, чувак, — крайне мрачно возразил Аарон. — Честное слово, если б речь шла обо мне, я бы закопался поглубже и дышал через раз. Но то я… — Спасибо, дружище, — хмуро поблагодарив, Сэм поколебался и всё же порекомендовал: — Ты бы действительно пока закопался куда-нибудь. На всякий. — Понял. Лады, парни, увидимся, — со вздохом поднявшись, гражданин внезапно обратился к Валентайну: — Слушай, чувак, насчёт следующего удара это ж ты не всерьёз? С абсолютно каменной рожей тот лишь едва заметно шевельнул бровью. — Хотят они, суки… Ноги повыдёргиваю, если только посмотрят в её сторону! — злобно рыкнул Дин, раздражённо хлопнув ладонью по столу. — Что ж, — провожая приятеля внимательным взглядом, подытожил Сэм, — ещё на нас точат клыки сразу трое высших. Как мило. — Не паникуй, — угрюмо отозвался братан, — нас всё равно больше. Справимся. Меня другое волнует: как эта информация вообще просочилась?! — Так ты же сам говорил — крот. Теперь нет никаких сомнений. Выругавшись вполголоса, Дин покосился на брата: — Значит, будем действовать по классической схеме. — Деза? — Угу. — Какая? — Блин, Сэмми, у меня так башка трещит, что языком ворочать больно, а ты хочешь, чтоб я с ходу тебе выдал готовый план! — Насчёт Динки можешь не волноваться, — посоветовал Валентайн, — если что, за ней гильдия, а это вам не сборище доморощенных некромантов-недоучек. — Я там был, — угрюмо отозвался Винчестер, — и видел, что случилось. Всю силу принял её клинок, потому немедленно рассыпался в прах. — Жаль. Второй такой у меня вряд ли получится. Да и не из чего. — Да похрен! Почему они решили, что Дина впитала её в себя?! Сэм было пожал плечами, но тут же, прикрыв глаза, покачал головой: — Знаешь, старик, а ведь похоже она тебя опередила. Сообразил Дин не сразу, а когда до него дошло, неожиданно флегматично пообещал: — Точно выпорю. — Знать ничего не желаю про ваши ролевые игры, — хмыкнул Сэм. — Но, получается, она уже сделала всю работу, осталось только проследить направление утечки. Ай, молодца. Недобро глянув на брата, Дин буркнул: — Ладно, погнали отсюда. Я тебя даже пущу порулить. — Твоё великодушие, как обычно, прямо пропорционально величине твоего похмелья, — ехидно констатировал Сэм. — Я сейчас плохо воспринимаю столь сложные математические конструкции, — оповестил его Дин томным голосом усталой вдовствующей герцогини, стараясь не сильно громко хлопать дверью машины. Валентайн с ними возвращаться не захотел, заверив, что прекрасно доберётся до собственного дома сам, посему братцы решили маленько прокатиться просто так, подышать свежим бензиновым воздухом, так сказать. Задумчиво допивая кофе и разглядывая проносящийся мимо пейзаж, Дин внезапно поинтересовался у брата: — Слушай, ты, случаем, не в курсе, где можно раздобыть ещё хладного железа? Сэм бросил на него короткий, несколько удивлённый взгляд: — Грек ведь сказал, что не сможет повторить. — Он сказал — вряд ли, так что шанс всё-таки есть. — Не знаю, Дин. Может, проще найти что-то типа копья Михаила… — Сэмми, — негромко перебил его брат, — вот скажи, только честно: ты всерьёз полагаешь, что высшие сущности п…дили друг друга какими-то ковырялками, да ещё и в человеческих телах? Сэм озадаченно примолк. — Н-ну… Во всех легендах так говорится, — осторожно ответил он наконец. — Тем более, мы ведь сами такое видели, да и пользовались. Ангельские клинки, к примеру. — Ага, — меланхолично закивал Дин. — Только вот в чём закавыка: ангельским клинком можно убить, лишь когда ангел находится в теле носителя. А когда нет? — Я не понимаю, что ты хочешь сказать. — Что наши предки пытались описать то, что видели краем глаза и слышали краем уха теми терминами, которые были им близки и понятны. Ну, блин, вот представь, если бы сейчас люди стали свидетелями пьяной драки Михаила и его любимого братца, в их истинном обличье. — Скорее всего, начали бы рассказывать про замуту инопланетян с применением лазерно-позитронных пушек, — вздохнул Сэм, — хотя на самом деле это и близко не так. Понял. Получается, Иван создал совершенное оружие, способное убить бессмертную высшую сущность, причём в обеих ипостасях, буквально с нуля, даже не опираясь на какие-либо аналоги… — Респект и уважуха, ага, — невесело закивал Дин, с грустью разглядывая опустевший стаканчик из-под кофе. — Такие вот дела, братан. Все эти типа копья, мечи, клинки и прочая лабудень появились гораздо позже самих событий, когда эта ангельская свора начала пользоваться людьми как мясными костюмами. А если учесть, что половина из них никакие не служебные духи, а самые что ни на есть «енохианские ангелы», фактически уничтожить таким оружием их нельзя. Развеять на время там, лишить тела, опять же, на время… Помнишь, когда я убил Кастиила? Не было никакого сияния, он просто умер, и всё. — Потому что хладное железо по-настоящему лишило жизни, а не развеяло благодать, — продолжил Сэм несколько пришибленно. — Получается, со временем они вернутся. — Получается, так, — безрадостно пожал плечами Винчестер-старший. — Для настоящих ангелов их клинки — это смерть, а для енохианских лишь временное отсутствие. Для них смертельно только хладное железо. — Вот интересно, и почему тебе раньше это всё не пришло в голову?! — Я тебе лошадь, что ли, столько всего в ней держать?! Обменявшись возмущёнными взглядами, братцы-охотники демонстративно уставились на дорогу, стремительно летевшую под колёса «импалы». — В связи с этим слушок про то, что некий Бог крайне недоволен нашей удачной охотой на его любимую сестрёнку, меня очень напрягает, — вновь заговорил Сэм. — Ты уверял, что опутал его клятвами с ног до головы. Но выходит, он смог вернуться! — Я очень на это надеялся, — внезапно Дин расплылся в такой кровожадной ухмылочке, что его брату стало слегка не по себе. — Он смог оставить лазейку… то есть я сделал вид, что её не увидел. Короче, у меня должен был появиться повод и возможность с ним разделаться, а именно — сидхе нарушил клятву. До этого он был неуязвим, потому что я, в свою очередь, тоже клялся, а вот после… Сэмми, он сам себе приготовил ловушку и ухнул в неё с головой. — Знаешь, иногда я забываю, что почти всему в этой жизни научил меня ты, — помолчав, философски заметил Сэм. — А потом ты выдаёшь что-то вот этакое и я снова чувствую себя сопливым десятилетним пацаном. В ответ старший брат лишь молча отсалютовал ему пустым картонным стаканчиком.