Будни

На пятом курсе, когда всем было по шестнадцать, начали проявляться вторичные сущности. Для Хогвартса это стало почти катастрофой. Кто-то оказался альфой, кто-то бетой, кто-то омегой. Школу трясло от сплетен, драм, драк и внезапных “судьбоносных” связей. Подростки и без того были нестабильны, а тут природа решила добавить сверху гормональный апокалипсис. Гениальный план, ничего не скажешь. Но настоящий шок ждал всех, когда сущность проявилась у Драко Малфоя. Омега. Холодный, язвительный, высокомерный Малфой оказался омегой. Первые недели Хогвартс буквально жил этой новостью. Многие не верили. Некоторые откровенно насмехались. Кто-то, наоборот, начал смотреть на него с ещё большим интересом. Потому что Драко был… красив. Слишком красив. А после проявления сущности его природный запах стал только сильнее: дорогой парфюм, морозный воздух и что-то сладкое, почти пьянящее. Для многих альф это стало настоящим проклятием. Вокруг Малфоя внезапно начали крутиться почти все старшекурсники. Ему носили сладости, помогали с книгами, приглашали гулять, засыпали комплиментами и предложениями. Некоторые омеги тоже не отставали. В конце концов, Драко был наследником Малфоев, богатым, умным и до невозможности привлекательным. Сам Драко на всё это реагировал одинаково: с холодным раздражением. А иногда и откровенной угрозой. Потому что если кто-то пытался тронуть его без разрешения, то уже через минуту лежал лицом в стене под ледяным взглядом слизеринца. Но настоящий скандал случился спустя год. Шестой курс. Обычное утро в Хогвартсе. И внезапно в коридоре появился Драко Малфой с яркой меткой на шее. Метка принадлежности. Свежая. А рядом с ним шёл Гарри Поттер, крепко обнимающий его за талию так собственнически, что даже самые тупые люди в школе всё поняли сразу. Да-да. Тот самый Гарри Поттер. Золотой мальчик. Наследник рода Поттеров. Завидный жених. Доминантный альфа. И такой же избалованный и упрямый, как сам Драко. Весь Хогвартс тогда буквально замер. Потому что эти двое ненавидели друг друга с первого курса. Они спорили. Ругались. Подкалывали друг друга. Несколько раз чуть не подрались прямо посреди коридора. И никто, абсолютно никто не мог представить, что спустя несколько лет они появятся перед школой как пара. Причём настолько очевидно влюблённая, что смотреть иногда становилось неловко. Особенно когда Поттер начинал рычать на чужих альф рядом с Драко. А Драко, вместо привычного раздражения, только довольно усмехался и специально прижимался к нему ближе

***

О ревности Поттера в Хогвартсе знали все. Абсолютно все. Если какой-нибудь альфа задерживал взгляд на Драко дольше тридцати секунд, у Гарри начинали опасно темнеть глаза. А если кто-то пытался флиртовать открыто, то Рон обычно уже мысленно искал, кого придётся оттаскивать первым. И самое страшное было в том, что Гарри даже не пытался скрывать своё собственничество. Это был его омега. Только его. Все давно выучили границы. Все понимали, что трогать Малфоя без разрешения Поттера примерно так же безопасно, как гладить голодного дракона по морде. Но ученики по обмену из Дурмстранга об этом, к сожалению, не знали. В тот вечер Драко ждал Гарри у выхода из Хогвартса. Они собирались провести вечер вдвоём, а Гарри должен был обновить его временную метку. Без неё запах Драко становился слишком заметным для чужих альф, а Поттер после прошлого инцидента с каким-то хаффлпаффцем был готов лично объявить войну всей школе. Драко стоял у лестницы, рассеянно глядя себе под ноги и едва заметно улыбаясь своим мыслям. Он снова фантазировал. О доме. О кольце на пальце. О фамилии Поттер-Малфой. О том, как Гарри будет ворчать по утрам, а потом всё равно целовать его перед работой. Настолько задумался, что даже вздрогнул, когда рядом раздался низкий голос с явным акцентом: — Малфой, да? Драко поднял голову и сразу узнал стоящего перед ним человека. Виктор Крам. Известный ловец, бывший чемпион Дурмстранга и, к огромному раздражению половины Британии, ещё и очень привлекательный альфа. Прекрасно. Именно этого для спокойного вечера не хватало. — Крам, — вежливо кивнул Драко. Тот улыбнулся чуть уголком губ. — Ты тот самый омега Поттера? Вопрос прозвучал слишком прямо. Драко уже хотел съязвить, но сдержался. — А если и так? — Тогда я понимаю, почему он так смотрит на людей рядом с тобой. Драко неожиданно тихо фыркнул. Крам оказался на удивление приятным собеседником. Они обменялись парой фраз о Дурмстранге, квиддиче и погоде в Шотландии, пока Драко краем глаза не заметил знакомую фигуру вдалеке. Гарри. Идущего к ним. Очень быстро. О нет. Драко сразу выпрямился. — Ладно, Крам, мне пора. Меня ждут. Он уже хотел отойти, но Виктор вдруг мягко перехватил его руку. А потом наклонился и поцеловал тыльную сторону ладони. — Буду рад увидеть тебя снова, Драко. Может, сходишь со мной на свидание? Драко мгновенно вспыхнул до кончиков ушей и резко выдернул руку. — Я… у меня есть альфа. — Вижу, — спокойно усмехнулся Крам и наконец отпустил его. — Но предложение остаётся. После чего совершенно невозмутимо ушёл. Даже не замечая, что в нескольких метрах двое перепуганных гриффиндорцев мёртвой хваткой держат Гарри Поттера. — ПУСТИ МЕНЯ, РОН! — НЕТ! — Я ЕГО УБЬЮ! — Гарри, это международный спортсмен! — почти взвыла Гермиона, удерживая его за руку. — Ты не можешь использовать непростительные из-за поцелуя в руку! — МОГУ! — НЕ МОЖЕШЬ! А Драко стоял посреди этого хаоса с пылающим лицом и пониманием, что вечер у них будет очень, очень долгий.

***

Гарри сидел на диване в гостинице для магов, мрачно удерживая Драко на своих коленях. Рубашка омеги давно валялась где-то на полу, а его шея, плечи и ключицы уже были покрыты новыми следами. И Поттер явно не собирался останавливаться. Вот уже минут пятнадцать он методично целовал, кусал и оставлял засосы на коже Драко, будто действительно пытался стереть чужое прикосновение. Только вот сам Драко уже весь дрожал от переизбытка ощущений. — Любимый… прошу… хватит издеваться… — тихо захныкал он, пытаясь оттолкнуть Гарри от своей шеи. — Не я же виноват в этом… Но выбраться из крепких рук Поттера было почти невозможно. Гарри только сильнее прижал его к себе и снова уткнулся носом в его шею, явно проверяя запах. И нахмурился ещё больше. — От тебя всё ещё пахнет этим придурком. — Гарри! — Что Гарри? — наконец поднял на него взгляд Поттер. — Он целовал тебе руку, Драко. — Это был обычный жест вежливости! — Для альфы? Омеге? Который уже помечен другим альфой?! Драко устало закатил глаза. — Ты ведёшь себя ненормально. — Потому что я ревную. — К Краму?! — Ко всем. И ведь сказал это совершенно серьёзно. Гарри раздражённо провёл рукой по его талии и снова оставил укус у основания шеи. Драко тихо пискнул и уткнулся лбом ему в плечо. — Ты невозможный… — Зато ты мой. — Поттер, ты буквально каждый раз так реагируешь! Вспомни Диггори! Гарри сразу помрачнел ещё сильнее. — Не напоминай мне об этом хорьке в форме хаффлпаффца. — Он не хорёк. — Для меня все, кто флиртует с тобой, автоматически отвратительные. Драко не выдержал и тихо рассмеялся прямо ему в шею. — Боже… какой же ты собственник… — И кто в этом виноват? — пробормотал Гарри, целуя очередной след на его коже. — Ты вообще видел себя? — Это сейчас был комплимент? — Это сейчас была претензия к миру. Драко снова попытался вырваться, но Поттер тут же крепче обнял его за талию и недовольно уткнулся носом в его плечо. — Сиди спокойно. — Ты уже весь меня искусал! — Мало. — Гарри! — Я всё ещё злюсь. — На меня?! — На Крама. Потом на Диггори. Потом опять на Крама. Драко только обречённо вздохнул и расслабился в его руках. Потому что спорить с ревнивым Поттером было бесполезно Драко уже почти перестал сопротивляться и просто сидел у Гарри на коленях, уткнувшись носом ему в шею. Тёплые ладони Поттера лениво гладили его спину, иногда останавливаясь на талии. Тишина постепенно успокаивала. Только дыхание, треск камина и редкие поцелуи в плечо. — Мама опять прислала письмо, — тихо пробормотал Гарри спустя пару минут. — Мм? — Спрашивала, когда ты наконец согласишься официально переехать ко мне после выпуска. Драко тихо фыркнул. — Твоя мать уже считает меня своим ребёнком. — Потому что ты ей нравишься. — Это пугает. — А вот отец до сих пор иногда смотрит на меня так, будто хочет спросить: “Почему именно Малфой?” — Потому что ты без ума от меня. Гарри даже не стал спорить. Только коротко поцеловал его в висок. — Угу. Драко на секунду прикрыл глаза. Иногда это всё казалось слишком нереальным. Они. Вместе. Спокойно обсуждают будущее, пока ещё несколько лет назад готовы были друг другу глотки перегрызть. Подростки вообще странные существа. Сначала кидают друг в друга проклятия, потом выбирают кольца на свадьбу. — Кстати о переезде, — Гарри чуть сильнее сжал его талию. — Мы так и не решили дату. — Потому что ты хочешь летнюю свадьбу. — Потому что зимой ты опять заболеешь, будешь ворчать и кутаться в пледы. — Я не ворчу. Гарри выразительно посмотрел на него. — Драко, ты жалуешься даже на слишком холодный чай. — Потому что холодный чай отвратителен. — Вот. Видишь? Драко тихо цокнул языком, но всё равно улыбнулся. — Хорошо. Лето. — Август? — После твоего дня рождения. — Значит, ты уже всё продумал. Драко отвёл взгляд. Конечно продумал. Он вообще слишком часто думал об этом. О кольцах. О доме. О фамилии. О детях… На этой мысли он вдруг напрягся. Гарри сразу это почувствовал. — Малыш? Драко несколько секунд молчал. А потом тихо пробормотал: — Ты помнишь наш первый раз? Гарри неожиданно мягко улыбнулся. — Ты тогда чуть не выгнал меня из комнаты. — Потому что ты нервировал меня! — Ты кинул в меня подушкой. — Потому что ты смеялся! Гарри всё-таки не удержался и тихо засмеялся, вспоминая шестнадцатилетнего Драко, который одновременно хотел выглядеть идеально уверенным и при этом краснел от каждого прикосновения. Но улыбка медленно исчезла, когда он заметил тревогу в глазах омеги. — Что такое? Драко опустил взгляд на свои руки. — Тогда… я очень боялся. — Я знаю. — Нет, не этого. Он запнулся. — Я боялся беременности. Тишина стала тяжелее. Гарри сразу перестал улыбаться и осторожно взял его лицо в ладони. — Драко… — Я знаю, что это нормально. И что ты бы никогда меня не бросил. Но тогда мне было шестнадцать, и я… — он нервно усмехнулся. — Я вообще не понимал, что делать, если это правда случится. Гарри медленно погладил его щёку большим пальцем. — Я тоже боялся. Драко удивлённо поднял глаза. — Правда? — Конечно. Я тогда половину ночи читал книги по беременности омег. — Поттер… — И паниковал сильнее тебя. Теперь уже Драко тихо засмеялся. — Боже… ты серьёзно? — Рон потом неделю ржал с того, что нашёл у меня под кроватью пособие для молодых родителей. Драко окончательно уткнулся лбом ему в плечо, смеясь уже нормально. А Гарри просто крепче обнял его. — Эй, — тихо пробормотал он ему в волосы. — Даже если когда-нибудь это случится… мы справимся. Драко ничего не ответил. Только медленно переплёл их пальцы.

***

Утро следующего дня в гостиной Слизерина было подозрительно тихим. Несколько студентов сонно сидели у камина, кто-то читал газету, кто-то дописывал эссе, а кто-то просто страдал от существования ранних пар. Обычное состояние учеников Хогвартса. Великая школа магии, где половина подростков выглядит так, будто их подняли из могилы. Драко сидел на диване с чашкой чая в руках и выглядел… уставшим. Очень. Шарф скрывал шею почти полностью, но вот бледные пальцы, которыми он держал кружку, слегка дрожали. Панси молча наблюдала за ним уже минут пять. Потом со вздохом отложила журнал. — Поттер когда-нибудь тебя убьёт. Драко лениво поднял на неё глаза. — Доброе утро и тебе. — Нет, серьёзно. Ты видел себя в зеркале? — Видел. — И тебя это не пугает? — Это просто ревность. Панси выразительно посмотрела на его шарф. — Это покушение. Сидящий рядом Блейз тихо хмыкнул в чашку кофе. — Ставлю пять галлеонов, что Краму сегодня лучше не попадаться Поттеру на глаза. — Поздно, — устало пробормотал Драко. — Гарри уже с утра спрашивал у меня расписание дурмстрангцев. Тео Нотт чуть не подавился напитком. — Он собирается его убить. — Нет, — спокойно отпил чай Драко. — Только морально уничтожить. Панси наклонилась ближе и внезапно потянула его шарф вниз. — Панси. — О Мерлин… На шее Драко красовалась почти коллекция новых следов. Укусы. Засосы. И особенно заметная метка у ключицы. — Поттер больной, — вынесла вердикт Панси. — Я ему это тоже сказал. — И? — Он ответил: “зато ты мой”. На секунду в гостиной стало тихо. Потом Блейз драматично приложил руку к груди. — Как романтично. Меня сейчас стошнит. — Меня тоже, — кивнул Тео. Но Панси неожиданно улыбнулась. — Зато он тебя любит. Драко замер буквально на мгновение. А потом отвёл взгляд в сторону чашки. — Я знаю. Это прозвучало слишком тихо. И слишком тепло. Панси сразу всё поняла, но ничего не сказала. Вместо этого просто села рядом и поправила ему шарф обратно. — Ладно, будущая миссис Поттер, рассказывай. Вы уже решили дату свадьбы? Драко моментально поморщился. — Не называй меня так. — Но тебе понравилось. — Панси. — Значит понравилось. Блейз уже откровенно смеялся. — Представляю лицо Люциуса на свадьбе. — Представляю лицо Поттера, когда он увидит ценник за оформление поместья, — спокойно парировал Драко. — А фамилия какая будет? — с интересом спросил Тео. — Малфой-Поттер, — сразу ответил Драко. — Поттер-Малфой, — одновременно с ним прозвучал знакомый голос от входа. Все обернулись. Гарри стоял у прохода в гостиную Слизерина с крайне недовольным видом. И смотрел исключительно на Драко. Точнее… на его шею. — Ты снял шарф? — опасно спокойно спросил он. Панси тут же подняла руки. — Это была научная необходимость. Гарри тяжело вздохнул, подошёл к дивану и сразу собственнически положил ладонь на талию Драко. — Доброе утро, любимый. — Ты всё ещё злишься на Крама? — Я проснулся злым. — Это не ответ. — Это образ жизни.

***

До выпуска оставалось всего три месяца. Три месяца до свободы. До взрослой жизни. И, как оказалось, до настоящей катастрофы. Потому что в один совершенно обычный вечер Драко Малфой сидел на полу ванной комнаты, бледный как смерть, и смотрел на маленький магический тест. Который светился мягким золотым. Положительный. — …Поттер. Голос у него был настолько мёртвый, что Гарри чуть дверь не снёс, пока вбегал внутрь. — Что случилось?! Драко молча протянул ему тест. Несколько секунд Гарри просто смотрел. Моргал. Снова смотрел. А потом очень медленно сел рядом прямо на пол. — О. Очень содержательная реакция. Настоящий будущий отец года. Драко нервно засмеялся и тут же закрыл лицо руками. — Мерлин, мы идиоты… — Немного. — Гарри! — Я пытаюсь не паниковать! — А я, по-твоему, что делаю?! Они оба замолчали. Сидели рядом на холодном полу ванной и смотрели в стену. Потом Гарри вдруг осторожно взял его за руку. Очень осторожно. Будто Драко сейчас исчезнет. — Ты… как себя чувствуешь? Драко медленно выдохнул. — Страшно. — Мне тоже. И почему-то именно после этих слов стало немного легче. Через полчаса они уже сидели в спальне, пытаясь написать письма родителям. Получалось ужасно. — “Здравствуйте, мы случайно создали ребёнка”, — мрачно пробормотал Драко. — Не случайно, — автоматически поправил Гарри. — Поттер! — Что? Это был очень осознанный процесс. Драко швырнул в него подушкой. В итоге первое письмо отправили Поттерам. «Дорогие мама и папа. Надеюсь, вы сядете прежде, чем дочитаете это письмо. У нас с Драко всё хорошо. Очень хорошо, если быть честным. Даже слишком хорошо. В общем… Драко беременен. Срок маленький, и мы только сегодня узнали, но всё уже подтвердил колдомедик. Пожалуйста, не убивайте меня раньше времени. Мы знаем, что это неожиданно. И да, мы понимаем, насколько нам по-прежнему по восемнадцать лет. Но мы правда счастливы. И я люблю его. Очень. Ваш пока ещё живой сын, Гарри.» Драко перечитал письмо три раза. — Твоя мать после фразы “не убивайте меня раньше времени” точно решит, что это ты виноват. — Я и виноват. — Гарри! — Ну технически… — Поттер, я клянусь— Второе письмо писать было сложнее. Намного. Потому что адресовано оно было Малфоям. И атмосфера в комнате сразу стала тяжелее. Драко долго смотрел на чистый лист бумаги, прежде чем начать писать. Пальцы едва заметно дрожали. «Отец. Мама. Я понимаю, что эта новость может вас разочаровать. Но скрывать её дальше невозможно. Я беременен. Отец ребёнка — Гарри Поттер. Мы собираемся заключить магический брак после выпуска. Мне известно, что вы не одобряете ни наши отношения, ни сам факт этой беременности. Но это мой выбор. И моя семья. Надеюсь, со временем вы сможете принять это. Драко» Когда письмо исчезло вместе с совой, Драко долго молчал. Потом вдруг тихо пробормотал: — Отец меня убьёт. Гарри сразу притянул его к себе. — Не убьёт. — Ты не знаешь Люциуса. — Зато я знаю тебя. Драко уткнулся носом ему в плечо и закрыл глаза. — Мы правда справимся? Гарри осторожно положил ладонь ему на живот. Пока ещё совсем ничего не изменилось. Но внутри уже была их маленькая жизнь. — Конечно, — тихо ответил он. — Мы же Малфой и Поттер. Мы слишком упрямые, чтобы не справиться.