Разобьемся

      После разговора Эндрю пошел к себе в комнату. Улёгся в постели, начал думать обо всем этом. О Ниле. Который не съезжает по какой-то непонятной Эндрю причине. Да, объяснения были, но они не подходили. Пазл не складывался. А некоторые детали он и не рассматривал. Считал, что они тоже не подойдут. Он думал о прошлом. О жестах, которые подавал Нилу. Все его мысли просто летали вокруг Нила. И вокруг всего этого. Но конечного результата он не получил.

***

      Пролежав так около 15 минут, Эндрю встал и пошел есть. Ну как есть. Он просто достал банку мороженного. Проходя по гостиной, Нил его окликнул.       — Эндрю.       Он обернулся.       — М?       — Может посмотрим фильм? Я нашел какой-то новый. Что скажешь?       Эндрю секунду подумал и сел рядом с ним, скрестив ноги по турецки.       — Что за фильм?       — «Битва титанов»       Эндрю слышал об этом фильме, но не смотрел и не интересовался.       Они включили фильм. Эндрю сидел, прижав коленки к себе и обняв их руками. Периодически он бросал взгляды на Нила. Иногда задерживался на глазах, на волосах, на его профиле и каждый раз отдергивал себя, отводя взгляд вообще в другую сторону. Иногда в экран телевизора.       В какой-то момент и Нил начал смотреть на него в ответ. Около минуты они молча наблюдали друг за другом. Эндрю не мог отвести глаз от него. Хоть и старался. Но удивительным было не то, что они просто пялились друг на друга в открытую, а то, что Нил улыбался, смотря на него. И глаза, холодные и яркие, будто стали таять. Плавились и олицотворяли тепло, безопасность и доверие.       Почему Нил так смотрит на него. Так не должно быть. Ведь так? Он не интересен Нилу. Точка.       — Долго будем друг на друга смотреть? — спросил Нил, чуть сильнее улыбаясь.       — Ты сам не прекращаешь, — констатировал Эндрю, но не отвернулся.       — А я должен?       — На твое усмотрение.       — Тогда не буду.       — Прекрати стоить из себя «это».       Этот взгляд не для Эндрю. Это лицемерно. Нил не может смотреть на него влюбленно, тепло и безопасно. Нил холоден по отношению к Эндрю, а смотрит так, будто нет. Это полный бред.       Нил лишь усмехнулся       — «Это» это что?       — это то, что не должно касаться меня. Смотри так на тех, кто тебе ближе, чем я.       — Таких нет.       — Поищи.       — Зачем? Меня вполне устраивает, что ты всегда был ближе, чем остальные.       Почему это звучит как правда? не вяжется с реальностью. Будь это так, наверное тот был бы с Эндрю, а не с Мэттом или Дэн. Но он выбрал их. Либо Эндрю чего-то не понимает, либо Нил врет. Что более вероятно.       — Не ври.       — Я не вру. Тебе в особенности.       Ему не нравится это.       — Прекрати.       Нил вздохнул и отвернул взгляд на экран. А Эндрю так и смотрел на него как кот, загнанный в угол. Это слишком… Слишком. Нил не может говорить так.       — Ты сделал свой выбор. Так почему пытаешься его поменять?       — Потому что теперь не боюсь правды.       — Мне она уже не нужна. Была нужна тогда, когда ты отказался от нее. Поздно.       И он ушел. Он не мог больше там находиться.

***

      Эндрю сидел у себя в комнате. Собирался на смену. Ему нужно быть там через час. Он уже заебался.       Выйдя из комнаты, Миньярд увидел Нила, сидящего на диване, прижав ноги к груди и обняв их руками. Он смотрел на Эндрю как-то печально. Он не мог понять точно, обиженно или грустно. Но Эндрю проигнорировал этот взгляд и вышел из дома, захватив с кухни яблоко.       Приехав в клуб, Эндрю вместе с Роландом начал распаковывать все виды жидкостей, что им привезли. Он и так хотел прыгнуть в петлю, а теперь Эндрю еще сильнее жаждет это сделать, ведь обычно, занимаясь этим, он думал. А думать после разговоры с Нилом равносильно вскрытию вен.       — О Ниле думаешь? — спросил Роланд, не смотря на Эндрю.       ‎— С чего взял? ‎       ‎— Брось, Эндрю, я тебя не первый год знаю. И о том, как ты по Нилу сохнешь тоже не первый день осведомлен, — он усмехнулся. А Эндрю бросил на него испепеляющий взгляд, говорящий, что если он еще раз что-то такое выкинет, то ему придётся доставать минимум 3 ножа из горла. ‎       ‎— Закройся.       ‎Он не сохнет по Нилу. Его просто влечет к нему во все возможных смыслах, да и всего-то.       — Я знаю что прав. Так что произошло?       — Он говорит какую-то хрень.       — В который раз?       — Во множественный. Все.       Он не будет разговаривать с Роландом о Ниле. На сегодня Роланду хватит этой информации о нем.       — Эх, романтика.       — Щас эта романтика окажется у тебя в горле с острием на конце. Ты понял?       — Да ладно тебе. Успокойся.       — Тогда отьебись.