Точка невозврата

Вернувшись вечером домой с работы, он нарочно сразу прошёл к себе в комнату, ни с кем не встретившись и не поздоровавшись. Ему нужно было хоть немного собраться с силами, чтобы спуститься на ужин с идеально подогнанной маской «я не в курсе». Он стоял перед зеркалом и пытался отрепетировать, как должен реагировать и что говорить, тогда как в голове неизбежно будут мелькать («Да они и не останавливались!..» — с какой-то внутренней обречённостью отметил Драко) отрывки из увиденного им в обед. В зеркале на него смотрел идеальный чистокровный маг. Тщательно уложенные платиновые волосы, безупречно отутюженная рубашка, прямая спина. Но Драко видел, как в глубине его собственных серых глаз плещется лихорадочный, почти безумный блеск. Стоило ему моргнуть, и вместо своего отражения он видел бледное бедро Северуса на тёмном полированном дубе. Драко судорожно выдохнул, вцепившись пальцами в край раковины. Кожа на костяшках побелела. — Спокойно, — прошептал он собственному отражению, пытаясь унять дрожь. — Ты просто спустишься к ужину. Ты просто устал в Министерстве. Когда часы пробили ровно семь, он заставил себя оторваться от зеркала и спуститься вниз. Каждый шаг по мраморной лестнице отзывался в ушах глухим стуком сердца. В столовой уже пахло запечённой дичью и дорогим вином. Отец сидел во главе стола, как всегда величественный, в безукоризненном тёмно-зелёном камзоле. На его лице не было ни тени усталости или… чего-то ещё. Справа от него, сохраняя привычную дистанцию, сидел Северус. Чёрный глухой сюртук Снейпа был застёгнут на все пуговицы под самое горло, словно защитный панцирь. «И эти руки… эти самые пальцы, которые сейчас изящно держат бокал, ещё пять часов назад сжимали…» — мысль оборвалась, обжигая Драко изнутри стыдным, горячим приливом крови к лицу. — Ты опоздал, Драко, — холодный, размеренный голос Люциуса разрезал тишину. Отец даже не поднял глаз от тарелки. — В Министерстве появились дела важнее семейных традиций? Северус сидел неподвижно, но Драко кожей почувствовал, как тяжёлый, проницательный взгляд чёрных глаз скользнул по его лицу, задерживаясь на слишком плотно сжатых губах и чуть порозовевших щеках. Драко сглотнул вставший в горле ком, отодвинул резной стул и сел напротив крёстного. — Извини, отец. Бумажная волокита, — Драко постарался, чтобы голос звучал ровно, но в нём всё равно проскользнула едва заметная хрипота. Он взял нож и вилку, но руки едва слушались. — Пришлось задержаться у министра. — Твои мышцы слишком напряжены, Драко, — негромко, своим бархатным, вкрадчивым тоном произнёс Снейп. Он слегка наклонил голову, и прядь чёрных волос упала на лицо. — И ты шумно дышишь. В Министерстве разучились держать лицо? Этот голос, который Драко раньше воспринимал как строгую поддержку, теперь подействовал на него как электрический разряд. Драко поднял глаза и встретился со Снейпом взглядом. Внутри всё перевернулось. Он смотрел на строгие, тонкие губы крёстного и против своей воли вспоминал тот сдавленный, хриплый стон, который они издавали в тишине кабинета. Мир вокруг снова начал медленно выворачиваться наизнанку.