Реквием дождя

Лена проснулась от света. Он пробивался сквозь щель в шторах, ложился золотой полосой на пол, на кровать, на её лицо. Она прикрыла глаза ладонью и улыбнулась. Вчерашний вечер всё ещё был внутри — тёплым комком в груди. Она потянулась, встала, подошла к окну. Степь за стеклом была всё такой же — выжженная, бескрайняя, пустая. Но сегодня она казалась не враждебной, а просто... тихой. В дверь постучали. — Да? Дверь приоткрылась, и в проёме появилась голова Алексея. Взъерошенный, с кружкой в руке. — Кофе? — Ты меня балуешь. — Это единственное, что я умею делать хорошо, — сказал он. — Кроме починки насосов. Она взяла кружку. Их пальцы соприкоснулись. Лена задержала дыхание. — Спасибо. — Не за что. Он постоял ещё секунду, улыбнулся и исчез за дверью. Лена сделала глоток. Кофе был в меру горячим, в меру горьким, в меру сладким. Идеально. «Он знает, как я люблю», — подумала она. И от этой мысли стало ещё теплее. За завтраком Сергей разложил на столе карты, графики и распечатки. — Итак, — сказал он, обводя карандашом круг на карте. — У нас есть две недели. Через четырнадцать дней — следующий сейсмический всплеск. Мы должны быть готовы. — Что именно мы ищем? — спросил Игорь, помешивая чай. — Я не знаю, — честно ответил Сергей. — Но станция регистрирует что-то под нами. На глубине примерно ста метров. Это может быть пустота. Может быть водоносный слой. Может быть что-то ещё. — Что-то ещё? — переспросил Дима. — Геологическая аномалия. Или техногенный объект. За столом повисла тишина. — Техногенный? — переспросила Лена. — Ты хочешь сказать, что под нами может быть что-то построенное? — Не обязательно построенное. Пробурённое. Проложенное. Засыпанное. — Сергей пожал плечами. — В этих местах в советское время было много секретных объектов. Геологическая разведка, военные базы, испытательные полигоны. — И про это никто не знает? — спросил Алексей. — Знают, — сказал Сергей. — Но не рассказывают. Он убрал карандаш и посмотрел на команду. — Мы спускаемся завтра. Первый раз — рекогносцировка. Оценим состояние шахты, возьмём пробы воздуха, установим базовые датчики. Через неделю — второй спуск, с полным оборудованием. В день всплеска — третий, основной. — Три спуска? — уточнил Дима. — Три. Если всё пойдёт по плану. — А если не пойдёт? — спросила Лена. Сергей посмотрел на неё долгим взглядом. — Тогда будем импровизировать.

***

На следующее утро они собрались у входа в шахту. Солнце только вставало, степь была серой и холодной. Лена натянула куртку плотнее и поправила каску. — Все готовы? — спросил Сергей. — Готовы, — ответили хором. Спуск был неглубоким — всего метров тридцать. Шахта уходила вниз почти вертикально, но на каждом уровне были горизонтальные штреки — узкие, низкие, с бетонными сводами. Сергей шёл первым. За ним — Игорь с фонарём. Потом Лена. За ней — Алексей. Дима замыкал. Внутри было сыро и тихо. Воздух пах пылью и ржавчиной. С потолка иногда капало. — Здесь есть вода, — сказал Алексей, проводя рукой по стене. — Конденсат. Но неглубоко. — Это хорошо? — спросила Лена. — Это значит, что где-то ниже есть водоносный слой. И он активен. Они прошли три уровня. Сергей ставил метки на стенах, Игорь замерял температуру и влажность, Дима фотографировал. На третьем уровне штрек расширялся. Потолок уходил вверх, стены расходились в стороны. Впереди было темно. — Это уже не шахта, — сказал Сергей. — Это что-то другое. — Пещера? — предположил Дима. — Искусственная, — сказал Сергей. — Смотрите. Он направил фонарь на стену. На бетоне были видны следы инструментов — ровные, аккуратные, явно не природные. — Кто-то это строил, — сказала Лена. — Да, — сказал Сергей. — И не так давно. Они прошли ещё метров двадцать. Впереди показалась металлическая дверь — массивная, ржавая, с табличкой. Сергей подошёл, протёр табличку рукой. Надпись была выбита на латыни и на русском: «Aqua Vitalis. Станция наблюдения. 1978» — Aqua Vitalis, — прочитал Алексей. — Живая вода. — Ладно, — сказал Сергей. — На сегодня хватит. Возвращаемся. Он сфотографировал дверь, развернулся и пошёл обратно. Лена задержалась на секунду. Посмотрела на дверь, на табличку, на ржавые петли. «Живая вода», — подумала она. И почему-то по спине пробежал холодок.

***

После первого спуска жизнь вошла в ритм. Каждое утро — работа. Разбор данных, подготовка оборудования, проверка приборов. Сергей сидел с графиками до поздней ночи. Игорь и Дима таскали кабели, настраивали связь, чинили генератор. А Лена и Алексей работали рядом. Они не говорили о том поцелуе на крыльце. Но он висел в воздухе — между взглядами, случайными прикосновениями, долгими паузами в разговоре. Лена боялась. Не его. Не себя. А того, что будет дальше. Три года расстояния приучили её к осторожности. Она привыкла контролировать чувства, держать их на расстоянии вытянутой руки. Алексей чувствовал это. И не давил. Он просто был рядом.

***

На пятый день подготовки Сергей объявил выходной. — Мы выдохлись, — сказал он. — Завтра работаем, сегодня — отдыхаем. Вечером они собрались в общей комнате. Игорь нашёл в своих запасах бутылку коньяка — припрятал ещё в Москве, на всякий случай. Дима достал гитару — оказывается, он умел играть. — Удивил, — сказал Сергей. — Я много чего умею, — усмехнулся Дима. — Просто не показываю. Он взял аккорд. Простой, грустный. — Что играешь? — спросила Лена. — «Вечерний звон», — сказал Дима. — Бабушка учила. Он заиграл. Мелодия поплыла по комнате — тихая, старая, немного печальная. Лена сидела на полу, прислонившись спиной к дивану. Алексей — рядом. Между ними было сантиметров десять. Сергей разлил коньяк по кружкам. — За что пьём? — спросил Игорь. — За то, чтобы всё получилось, — сказал Сергей. — За живую воду, — добавил Алексей. — За нас, — сказала Лена. Они чокнулись. Коньяк обжёг горло и разлился теплом по груди. — Расскажи что-нибудь, — попросила Лена, глядя на Алексея. — Что именно? — Что угодно. Ты же умеешь рассказывать. Алексей задумался. — Знаете историю про колодец в пустыне? — Нет, — сказал Дима, перестав играть. — Расскажи. — В одной африканской деревне пересох колодец, — начал Алексей. — Люди шли три дня до ближайшего источника. Старейшина сказал: «Нам нужен тот, кто слышит воду». И они нашли мальчика. Он ложился на землю и говорил, где копать. И всегда оказывался прав. — Как он это делал? — спросил Игорь. — Он слушал, — сказал Алексей. — Прижимался ухом к земле и слушал. Говорил, что вода поёт. У каждого источника — своя песня. — Красиво, — сказала Лена. — Это правда, — сказал Алексей. — Вода действительно звучит. Под землёй она движется, течёт, капает, журчит. Если прислушаться — можно услышать. — А ты слышал? — спросила Лена. Алексей посмотрел на неё. — Слышал. Один раз. В Сахаре. Я лежал на песке ночью и слушал. Где-то глубоко подо мной текла река. Она пела. — О чём? — спросила Лена. — О том, что она ждала тысячи лет, — сказал Алексей. — Чтобы кто-то её услышал. Они замолчали. Дима снова взял аккорд. Мелодия была другой — светлой, почти весёлой. — А ты не рассказывал, — тихо сказала Лена. — Не было случая, — сказал Алексей. — А сейчас? — Сейчас — есть. Она улыбнулась и отвела взгляд. Когда все разошлись — Сергей уткнулся в графики, Игорь и Дима ушли курить на крыльцо, — Лена и Алексей остались вдвоём. Она стояла у окна и смотрела на звёзды. — Красиво, — сказала она. — Да, — сказал он. Но смотрел на неё. — Лёш. — М? — Почему ты не спросишь? — О чём? — О том вечере. На крыльце. Алексей подошёл ближе. Встал рядом. Тоже посмотрел в окно. — Я жду, — сказал он. — Чего? — Когда ты сама захочешь сказать. Она повернулась к нему. — А если я не скажу? — Значит, не время. Она долго смотрела на него. В полумраке его лицо казалось старше, серьёзнее. Но глаза были теми же — тёплыми, внимательными, без давления. — Я боюсь, — сказала она. — Я знаю. — Я не знаю, что будет после экспедиции. — Я тоже не знаю. — А если мы вернёмся в Москву и всё исчезнет? Алексей взял её за руку. — Не исчезнет, — сказал он. — Потому что это не здесь. Это не в экспедиции. Это во мне. И в тебе. Она сжала его пальцы. — Ты слишком хороший, — сказала она. — Я просто терпеливый, — сказал он. — И умею ждать. Они стояли у окна, держась за руки, и смотрели на звёзды. Никто не говорил. Но это было не нужно.

***

Следующие дни пролетели быстро. Сергей расшифровал данные со станции и подтвердил: всплеск ожидается ровно через тринадцать дней. Плюс-минус несколько часов. — У нас есть окно, — сказал он. — Шесть часов. Если мы не успеем — придётся ждать ещё пять лет. — Пять лет? — переспросил Дима. — Да. Цикл — ровно пять лет. Следующий всплеск — в 2037 году. — У нас нет пяти лет, — сказала Лена. — У нас есть шесть часов. — Именно, — сказал Сергей. Они готовились. Кабели, датчики, пробирки, гермомешки, запасные аккумуляторы, фонари, аптечка, рации, страховочные тросы. Список был длинным. Проверка — дважды. Алексей лично проверил каждый узел на оборудовании. Игорь протестировал связь на всех трёх уровнях. Дима пересчитал запасы воды и еды. — Мы готовы, — сказал Сергей вечером двенадцатого дня. — Завтра — спуск. Накануне всплеска никто не мог уснуть. Они снова собрались в общей комнате. Коньяк закончился, но Игорь нашёл банку сгущёнки и пачку печенья. Дима снова взял гитару. — Давайте без грусти, — сказал Сергей. — Завтра важный день. Надо выспаться. — Не выспимся, — сказал Игорь. — Я уже знаю. — Тогда хотя бы посидим, — сказала Лена. Они сидели на полу, на стульях, на подоконнике. Сгущёнка была приторно-сладкой, печенье — сухим, но чай — горячим. — А что мы будем делать, если найдём там что-то? — спросил Дима. — Зависит от того, что найдём, — сказал Сергей. — А если это вход в подземный мир? — усмехнулся Игорь. — Тогда возьмём у местных жителей автограф, — сказал Алексей. Все засмеялись. — А если серьёзно? — спросила Лена. — Что ты надеешься найти? Сергей задумался. — Я надеюсь найти ответ, — сказал он. — На вопрос, который задают себе все климатологи. Почему климат меняется быстрее, чем предсказывают модели? Что мы упускаем? — И ты думаешь, ответ — под землёй? — Я думаю, ответ — в воде, — сказал Сергей. — В той воде, которую мы не видим. — Aqua Vitalis, — сказала Лена. — Именно, — сказал Сергей. — Живая вода. Они замолчали. Дима тихо заиграл что-то спокойное, почти колыбельное. — Спасибо вам, — сказала Лена. — За то, что вы здесь. — А куда мы денемся? — усмехнулся Игорь. — Тут на сотню километров никого. — Я не про то, — сказала Лена. — Я про то, что мы — команда. Настоящая. — Это да, — сказал Сергей. — Тут без вариантов. Алексей посмотрел на Лену. Она поймала его взгляд и улыбнулась. — Завтра будет важный день, — сказала она. — Да, — сказал он. — Но он будет. И мы будем. Она кивнула. И впервые за долгое время почувствовала, что не боится. Они встали в шесть утра. Солнце только поднималось, степь была серой и холодной. Лена натянула термобельё, рабочую куртку, каску. Проверила рацию, фонарь, запасной блок питания. Алексей ждал её у выхода. — Готова? — Готова. — Тогда пошли. Они вышли на улицу. Сергей уже стоял у входа в шахту, проверяя страховочные тросы. Игорь и Дима тащили ящики с оборудованием. — Всем доброе утро, — сказал Сергей. — Проверка связи. — Первый — слышу, — сказал Игорь. — Второй — слышу, — сказал Дима. — Третий — слышу, — сказал Алексей. — Четвёртый — слышу, — сказала Лена. — Пятый — слышу, — сказал Сергей. — Связь есть. Оборудование — по списку. Вода — два литра на человека. Еда — сухой паёк на сутки. Аптечка — есть. Фонари — есть. Запасные батареи — есть. Он обвёл всех взглядом. — Идём на три уровня вниз. Устанавливаем датчики на каждом уровне. На третьем — основная станция. Работаем слаженно, без героизма. Если что-то идёт не так — сразу наверх. Вопросы? — Нет, — сказали все. — Тогда — пошли. Сергей первым шагнул в темноту. Лена сделала глубокий вдох и шагнула следом. За ней — Алексей. Дверь шахты закрылась, отрезая их от утреннего света. Шахта встретила их тишиной и холодом. Фонари выхватывали из темноты бетонные стены, ржавые скобы, мокрые пятна на потолке. Воздух был плотным, влажным, пах землёй и металлом. — Первый уровень, — сказал Сергей. — Ставим датчики здесь. Игорь и Дима принялись за работу. Лена помогала разматывать кабели. Алексей проверял крепления. — Влажность — восемьдесят семь процентов, — сказал он, глядя на прибор. — Высокая. — Это нормально для шахты? — спросила Лена. — Для заброшенной — да. Но для такой глубины — многовато. — Что это значит? — Что где-то рядом есть вода. Много воды. Они двинулись дальше. Второй уровень был уже. Стены сходились, потолок опускался. Приходилось идти пригнувшись. — Здесь душно, — сказал Дима. — Терпи, — сказал Сергей. Они установили датчики на втором уровне и пошли на третий. Третий уровень — тот самый, с металлической дверью. Сергей подошёл к ней, провёл рукой по ржавому металлу. — Сегодня мы её откроем, — сказал он. — Ты уверен? — спросила Лена. — Нет, — сказал Сергей. — Но другого шанса у нас не будет. Он достал из рюкзака ломик и вставил его в щель между дверью и косяком. — Отойдите. Все отошли на пару шагов. Сергей нажал. Металл заскрипел, застонал, но поддался. Дверь открылась с тяжёлым вздохом. Из проёма пахнуло холодом. И водой. Сергей направил фонарь внутрь. — Ого, — сказал он. — Что там? — спросила Лена. — Заходите. Сами увидите. Они вошли внутрь.