Пуля, которая ждала двадцать лет

Врачи сказали: инфаркт. Обширный. Состояние критическое. Если переживёт трое суток — будет жить. Адиль примчался через час. В коридоре его встретили двое молодых мужчин и девушка. — Вы Адиль? — спросил коренастый, с тяжёлым взглядом. — Я Оруч. Это Исо, мой брат. А это Элени. Ваша дочь. Адиль посмотрел на Элени. Родинка над губой. Его родинка. Его матери. Его деда. — Дочь, — выдохнул он. — Здравствуйте, — сказала Элени, и голос её дрогнул. — Я... я долго вас искала. Адиль шагнул к ней и обнял — крепко, до хруста. Они стояли так долго, и никто не решался их потревожить. Потом Адиль вошёл в палату. Эсме лежала бледная, с трубками в венах, но глаза её были открыты. — Ты пришёл, — прошептала она. — Я пришёл. И больше не уйду. Она улыбнулась — слабо, едва заметно. — У нас дочь, Адиль. Элени. Она жива. Я видела её. — Знаю. Она красавица. Вся в тебя. Они проговорили всю ночь. Эсме то засыпала, то просыпалась, но каждый раз, открывая глаза, видела Адиля рядом — и улыбалась. Под утро она сказала: — Я счастлива. Впервые за двадцать лет. Странно, да? Лежу в больнице, а чувствую себя счастливой. — Мы ещё будем счастливы, — ответил Адиль. — Долго. Вместе. Ты, я, Элени. Мальчики. Фадиме. Вся наша семья. — Семья, — повторила Эсме. — У меня есть семья. Она закрыла глаза и уснула с улыбкой. Адиль держал её за руку и смотрел, как за окном поднимается солнце. Он не знал, что это их последний рассвет.