Аромат лимона

Джейн послушно уселась на кровати Джой, потому что та отказалась вставать, и подвинула пострадавшее плечо поближе. Джой пыталась не смотреть на звезду, пока сосредоточенно снимала с неё бинты и клеила водонепроницаемые пластыри. Тренажёр невозмутимо смотрел в небо, спрятанный под складками одеяла, заставляя короля клана чувствовать жуткий стыд и нервозность. — Почему ты просишь меня? — прохрипела она, севшим голосом. — Есть же медсестры... — Мне нельзя снимать бинты, я своевольничаю, — отмахнулась Джейн. — Когда твоя кровь будет во мне, она же исцелит мои раны?.. — Наверное, — пожала плечами Джой, умоляя вселенную, чтобы Джейн надоело болтать, и она ушла в ванную. — Сильно спину натёрло? — как ни в чем не бывало спросила звезда, развернувшись к королю спиной. — Я чувствую ссадины. Джой пробежала глазами по спине Джейн и подумала, что она и правда очень похожа на сладкого мальчика. «Груди нет, волосы короткие, рост высокий, — уныло подумала она. — Вообще не в моём вкусе же! Но почему?..» А потом Джейн повернулась лицом и до Джой дошло, что дело было именно в нём. «Ага, просто такое лицо ни одна другая девка сделать не может, — догадалась она. — Слишком долго была фригидной, чтобы контроллировать свои эмоции... Или слишком миленькая...» Потом она осознала, что считает Джейн миленькой и ей стало совсем дурно. До этого момента она в упор не воспринимала её как девушку. В голове у Джой было чёткое разделение всех женщин на женственных девушек, которые заслуживали её внимания, и на не женственных, которые могли быть только её соперницами. И Джейн была где-то среди её врагов ещё со времён, когда Джой узнала, что ей нравится Крис. Но тогда звезда интересовалась только музыкой, была скромная, меланхоличная и фригидная, а толпы фанаток, которые таскались за ней по пятам, вводили её в ещё большую депрессию. А теперь Джейн изменилась, и её пустая комфортная аура наполнилась той самой горячей энергией, которой не хватало ей всю жизнь. Наконец звезда отправилась в душевую, а Джой попыталась снять с себя тренажёр, но он не реагировал на кнопку отключения. Джой решила, что ей не нужен мужской половой орган, если он так своевольно реагирует на всех подрят, и приносит только душевные страдания. Намучившись, она выглянула за дверь, где скучали медсестры, приставленные к обслуживанию короля клана. — Можете свалить в туман? — прорычала Джой в их сторону. — Лилиан приказала не покидать пост, — вздохнула одна из них. — Ладно... Тогда можете вздрочнуть мне? — процедила сквозь зубы король. — Что?! Нет! Это не входит в наши обязанности! — возмутились девушки. — Тогда уведите девочку из этой палаты, если она там, — приказала Джой, ткнув пальцем в сторону соседней двери. — Если вы не можете, то этим займётся моя будущая роженица! Потом она вернулась в палату и хмуро уставилась на ширинку своих брюк. «Никакого члена! — решила она. — Если он будет вставать на Джейн, бабы точно не будут меня слушаться...» *** Селеста помогла, но на этот раз понадобилось больше десяти минут. — Ого, ты так быстро адаптировалась? — удивилась она, когда закончила ублажать короля клана. — Может попробуем настоящий секс? Получив неимоверное удовольствие, Джой с радостью согласилась, но на этот раз возникла другая проблема. Тренажёр не хотел подниматься. — Не переживай, у парней тоже такое бывает, — сочувствующе сказала Селеста. — Давай включим «режим бога»? Джой хмуро смотрела на искусственный орган, и думала о том, что она точно не хочет себе такое «счастье». А ещё её страшила мысль, что она и вправду стала геем. «Что если меня теперь только сладкие мальчики возбуждают?!» — панически подумала она. Но просмотр фотографий любимой жены поправил дело, и она с облегчением выдохнула. Потратив на развлечения с Нимфой несколько часов, испробовав все возможные позы, которые раньше были недоступны, Джой рухнула на кровать, получив защемление поясничного нерва. — Через десять минут пройдёт, — рассмеялась Селеста, принявшись делать ей массаж. — Ну что ж, вполне неплохо, для первого раза! Ты быстро учишься, Джой! — Меня разрывает от противоречий, — несчастно пожаловалась король клана. — С одной стороны, чувствовать этой штукой — просто сказка, а с другой, с настоящим органом много проблем... — Ага, ещё и совать во всех подрят не получится, — усмехнулась Селеста. — Придётся использовать защиту, чтобы не превратить весь свой клан в рожениц. Джой тяжело вздохнула, на мгновение пожалев, что искусственный орган никак не мог прицепиться к её тестикулам, и освободить её от выматывающих откачиваний генетического материала. — Это правда, что король может любую Нимфу превратить в роженицу? — спросила она. — Насколько я знаю, у рабочих Нимф отключена функция произведения потомства. — Не отключена, а заморожена, — поправила её Селеста. — Изначально Нимфы рождаются универсальными, тогда у них эта функция работает периодами, как у людей. У рожениц эта функция активна на полную, поэтому они могут производить потомство практически постоянно, вычитая время на восстановление после родов. Поэтому самцы должны их оберегать и заряжать. А у рабочих заморожена в активном состоянии. Разморозить её может только король, заложив заряд энергии. Ну и королева, поменяв роль Нимфы в клане. — Было ошибкой заморозить всех своих Нимф, — уныло протянула Джой. — Так они хотя бы раз в месяц сами бы на меня бросались... — Что сделано, то сделано, Джой. Нет смысла теперь сокрушаться об этом, — сочувствующе сказала Селеста. — Может ты сможешь их уговорить? Меня же уговорила... Джой печально покачала головой. — Они уже нарожались, — вздохнула она. — Больше не хотят страдать... — Я слышала, что роженицы не страдают, — ухмыльнулась Селеста. — У них меняется форма таза и лобковая хрящевая связка становятся крайне эластичной. Но лучше этот вопрос с настоящей роженицей обсудить. Джой задумчиво нахмурилась. Она подумала о Моне, и вспомнив странный шрам, вдруг заинтересовалась его происхождением. — А у рожениц могут оставаться шрамы после родов? — спросила она у Селесты. — Ну, как правило, парни их сразу лечат, — задумчиво произнесла Нимфа. — Может быть, только если лечения не было?.. *** Джой шла в палату к Моне, слабо надеясь на то, что она ещё не отошла ко сну. На её удачу, дверь палаты была закрыта неплотно, и сквозь щель пробивался свет, горящий в комнате. Когда она подошла, и собиралась постучать, то услышала голоса и замерла, прислушавшись. В палате был кто-то чужой, и её пробил холодный пот, когда она услышала знакомую интонацию в голосе. — Может... Ты дома меня осмотришь? — слабо спросил голос Моны. — Это быстро, не ной, — ответил равнодушный голос. — Чëрт... Какой стыд... Потом раздалось шуршание, и Джой в трансе толкнула дверь. Мона сидела на кровати, согнув ноги в коленях, и широко раздвинув их в стороны. А её причинное место увлечённо рассматривал какой-то врач в белом халате, и странных механических очках на глазах. Увидев Джой, Мона автоматически сдвинула ноги, но врач резко перехватила её конечности, и остановила схлопывающуюся ловушку сильными руками. — Хорошая работа, король клана, — ухмыльнулась врач, убрав лицо от промежности и повернув голову в сторону опешившей Джой. — Даже рубцов не осталось. У Джой сердце зашлось в бешеном ритме от ужаса, когда врач подняла очки на лоб и воззрилась на неё серыми ледяными глазами. — Химик! — вырвалось у неё. Кира, самодовольно улыбаясь, пересела на стул для посетителей, и закинув ноги в кроссовках на изножье кровати, достала пачку сигарет и предложила всем присутствующим. Сконфуженная Мона надела больничные штаны на место, и выхватив из пачки сигарету, отбежала к окну, чтобы его открыть. — Закрой дверь, и садись, — приказала Химик Джой, кивнув на свободный стул. — Ты же не просто так пришла к Моне, наверное, у тебя есть вопросы. Джой нехотя послушалась, и взяв сигарету, прикурила и уставилась на Химика. Кира была одета в свою обычную одежду — серую футболку, рваные джинсы, белый халат и гогглы, и стала больше похожа на девушку. Голос тоже стал более женским, но остальное осталось прежним. Пока Джой пыталась вспомнить, что хотела спросить, Химик сама начала разговор с Моной. — Нужно перевезти оставшуюся дурь в город с резервной лаборатории, — сказала она, потеряв интерес к Джой. — Твоя машина в ужасном состоянии, нам нужна другая... — Ладно, поехали завтра, купим, — кивнула Мона, самозабвенно пуская дым в окно. — Благодаря прекрасному королю клана, наши Нимфы в порядке и завтра вернутся домой, — хмыкнула Химик, бросив взгляд на Джой. — Вы что, знакомы? — выдавила поражённая Джой. — Ага, Мона — моя главная игрушка! — Я тебе не игрушка! — огрызнулась Мона, злобно зыркнув из-под бровей на Химика. — Ладно, ты моя вторая и четвёртая ошибка! Так лучше? — Нет! — Жаль, быть ошибкой гораздо престижнее, чем игрушкой, — усмехнулась Кира. — Завались! Джой хмуро следила за взаимоотношениями странного Химика и необычной роженицы, и мучилась противоречивыми чувствами. Ей одновременно хотелось уйти и лечь спать, чего не следовало делать, и задать вопросы, крутящиеся в голове. Её терзания разделяла Джейн, которая на ночь глядя решила навестить свою девушку, и ввалилась в палату, едва не споткнувшись о стул Джой. — Кира! — радостно воскликнула она, увидев Химика. — Спасибо за дурь! — Тебе явно лучше, чем сегодня утром, — усмехнулась Кира. — Это был новый образец хим-крови, чуть покрепче. Как ощущения? — Даже спать не хочется! — Дай послушаю ухо, — хмыкнула Химик, протянув руку и дотронувшись до мочки уха звезды. Через пару минут она удовлетворённо кивнула, и снова откинулась на спинку стула. — Можно выводить в оборот, — довольно сообщила она. Потом Джейн ушла к окну, миловаться с Моной, а Химик с интересом за ними наблюдала. Джой совсем растерялась и потребовала ещё одну сигарету. — Где вы все перезнакомились? — хмуро спросила она, прикурив. — В Последней Пристани, —хмыкнула Кира. — Джейн тебе не рассказала? — Не было времени. — Значит расскажет потом, — сказала Химик тоже закурив. — Эта секс-террористка весь город перетрахала, даже до моей девки добралась. — Чего?! Мона — твоя девушка?! — Нет, до другой... — Откуда у тебя девушка вообще?! Ты ужасный человек! — хмуро выплюнула Джой. — Джейн так не считает, — ухмыльнулась Кира. — Она меня не боится, в отличие от тебя. Даже напугать не получилось. — Напугать?! Ты хотела подложить её под незнакомого парня! — Ну так ей же не в первые! — Это насилие! — А что, это плохо? — усмехнулась Химик. Джой потеряла дар речи, и не нашлась что возразить. — Я надругалась над девушкой, чтобы напугать и оттолкнуть, а она вытащила меня из тюрьмы, — задумчиво сказала Кира. —Джейн завалила Мону против её воли, но в итоге... Любовный эликсир давно перестал действовать, а они всё отлипнуть не могут друг от друга. У каждого человека свой уровень дозволенного. И нельзя грести всех под одну гребенку. Иногда шок от происходящего может запустить в организме те чувства, которые дремали всю жизнь. Джой передёрнуло от услышанного. «Я что, гей с рождения?!» — ужаснулась она, но потом попыталась отогнать дурные мысли. Она до сих пор терялась в догадках, пытаясь понять кто она есть. Если её тяга к девушкам была продиктована работой тестикул, то значило, что она — мужчина-натурал? Или все-таки просто лесбиянка? Или она мужчина — гей?! «Или я лесбиянка-гей?! — в конец растерялась Джой. — Хорошо, что Джейн не парень... А то я была бы просто... Натуралкой?!» — О чем ты думаешь? — усмехнулась Химик. — Лицо какое-то тупое... Джой потрясла головой и обратила внимание на Химика. — Откуда у Моны шрам? — наконец спросила она. — Она же роженица? У неё есть дети? — Нет, у неё нет детей, — вздохнула Кира. — А шрам это последствие моей второй ошибки. Но благодаря этой ошибке, мы узнали, что у неё генетическая мутация. — Какая? — Мона неудачная роженица. Она рожает уродов... — Чего?! На изумленное восклицание Джой обернулась парочка у окна. — Мона, не хочешь рассказать нашу историю страждущим? — ухмыльнулась Химик. — Твоя новоявленная любовь должна знать кое-что о тебе, не думаешь? Мона замерла, взволнованно глядя перед собой, а потом подняла взгляд на Джейн. — Не думаю, — бросила она, отвернувшись. — Завтра всё будет по-старому! — Чего?! — возмутилась Джейн. — Я пришла сказать, что мой брак оказался недействительным, и предложить тебе пожениться! Мона занервничала сильнее и сбегав к Химику, схватила еще одну сигарету. — А где цветы? — буркнула она, запрыгнув на подоконник и отвернувшись к проему окна. — Ты же их не любишь... — Можно же живые подарить. — Я тебе целую оранжерею подарю, если согласишься! — И охранников? — Хоть армию! — А машину мне можно будет водить? — Целый автобус! Огромная машина! Как ты любишь! — Роженицам нельзя водить, у них слабая реакция! — отрезала Джой. — Тебе одной аварии мало?! Мона посмурнела, и бросив обиженный взгляд на Джой, высунула ноги в окно и села, повернувшись ко всем спиной. — Заткнись, Джой! — разозлилась Джейн, гневно взглянув на неё. — Мона отличный водитель! Просто она была расстроена! От этого никто не застрахован! — Роженицы должны сидеть дома и рожать детей! — Сама сиди дома и рожай детей, — рявкнула Джейн. — Если так хочешь! А моя Мона будет делать то, что ей захочется! Джой тоже посмурнела и хмуро посмотрела на рок-звезду, которая явно была настроена враждебно. — Опять сретесь, — вздохнула Химик. — А ну потрахайтесь, срочно! — Не совершай мою ошибку, — процедила сквозь зубы Джой. — Посадишь на шею — пожалеешь потом... — У тебя двести двадцать женщин, Джой! — возмутилась звезда. — А у меня одна! И я её люблю! Унесу как-нибудь на своей шее! А Джой подумала, что у неё тоже всего одна любимая девушка, и остальные две сотни она себе не просила. Но не сможет существовать без них, потому что энергии слишком много, и её должен кто-то потреблять. Мона впечатлилась яростным настроем своей любимой звезды и выбросив сигарету, сползла с подоконника. — Ладно, Кира, — сказала она, обратившись к Химику. — Можешь рассказать... Она взяла Джейн за руку и усадив на кровать, забралась к ней на колени, приготовившись слушать, и сказала: — А ты, послушай, а потом решишь... Нужна я тебе такая, или нет...