Kiss Or Kill

Пегги Картер Прошла уже почти неделя, а я так и не добилась от Дотти ни слова. Мне даже жаль её. Разумеется, мне пришлось постоянно надевать на неё наручники, так что её запястья стали ещё более красными, чем прежде. Но, похоже, её это устраивало. И, за исключением того разговора на днях и парочки язвительных замечаний, Дотти всегда молчала. С того дня она перестала смотреть мне в глаза. Её небесно-голубые глаза постоянно смотрят по сторонам, избегая моего взгляда. Не знаю почему, но это начинает нервировать меня. Мы шли с ней через весь дом на обед, когда раздался настойчивый стук в дверь. Дотти улыбнулась, посмотрела прямо мне в глаза, а затем вывернулась из моей хватки и побежала к окну. Я догнала её и оттащила от штор прежде, чем она успела показаться гостям. Я схватила её за плечи и заставила посмотреть на меня. — Кто там? — спросила я, а моё сердце бешено застучало. — Твои друзья, — улыбнулась она. Я смотрела на неё, и на моём лице читалось непонимание. — Блондинчик и тот, у которого что-то с ногой, — намекнула она. — Чёрт, — прошептала я себе под нос, соображая, что же делать. Я позвала Джарвиса, и они вместе с Говардом примчались. В дверь снова постучали, и Джарвис открыл её. — Агент Томпсон, агент Соуза, — обратился Джарвис, — чем я могу вам помочь? Томпсон прислонился к дверному проёму, а Соуза стоял вплотную к двери, явно напряжённый. — Где Пегги? — поинтересовался Соуза. — Её не было на работе. Может, вы видели её? С ней всё в порядке? Джарвис закусил губу, прежде чем ответить. — Пегги… — произнёс он, обдумывая ответ. В этот момент Дотти попыталась что-то сказать, но я быстро закрыла ей рот. Она усмехнулась, заметив, что Томпсон настороженно заглянул в дом. — Что это было? — спросил он, потянувшись за пистолетом. — Это… — неуверенно начал Джарвис, потирая ухо. — Это была Пегги… Я в шоке уставилась на него. Он совершенно не умел врать. Он лишь пожал плечами. Я жестом попросила Говарда держать Дотти, что он и сделал. Я подошла к двери и непринуждённо опёрлась на неё. — Агент Томпсон, Дэниел, — поприветствовала я обоих. — В чём дело? — Дело в том, — начал Соуза, подходя ко мне, — что ты уже неделю не появляешься на работе. — Ах, это, — хмыкнула я, выигрывая время для ответа. — Я целую неделю пролежала в постели. Это какой-то кошмар, у меня был ужасный кашель. — Томпсон взглянул на меня, указывая на мою сломанную руку. Её совсем недавно вправила жена Джарвиса. — …и я как раз собиралась в магазин… за лекарствами. — А рука? — разведывал Соуза. — Упала с лестницы, — разочарованно ответила я. — Так это всё, или… — Ты в порядке, Пегги? — обеспокоенно спросил Соуза. — Ты ведёшь себя странно. Пока я была занята, Дотти ударила Говарда ногой в пах, обездвижив его. После этого она проскочила к входной двери и встала за моей спиной. Соуза и Томпсон тут же вытащили пистолеты и направили их на неё. — Она в порядке, — заявила Дотти. — Что она здесь делает? — с опаской спросил Томпсон. Дотти успела заговорить раньше меня. Она подошла к агентам, не сводившим с неё прицела. — Пегги помогла мне сбежать и держала меня здесь целую неделю… а вы двое даже не заметили! Вам определённо стоит поработать над своими детективными способностями, — фыркнула она, оттеснив Соузу к стене. Он посмотрел вниз и заметил серебряный наручник, свисающий на её запястье. Он быстро схватился за него, отчего Дотти сделала удивлённый вид. — Это правда, Пегги? — нахмурился Дэниел, молясь, чтобы я ответила: «нет». Но я не смогла солгать. Так что я просто промолчала, с сожалением глядя на него. Он печально взглянул на меня, затем, приставив пистолет к спине Дотти, повёл её к машине. Она обернулась в мою сторону и улыбнулась. Томпсон явно был сыт по горло всем этим. — Ты и твои хитроумные выходки, Картер, — сообщил он, доставая наручники. Я даже не сопротивлялась, пока он надевал их на запястья, — однажды ты должна была влипнуть в неприятности. Только вот не думал, что из-за этого. Он повёл меня к машине, и я обернулась на Джарвиса и Говарда, но Джарвис уже закрыл дверь. Он затолкал меня на заднее сиденье к Дотти, а сам сел на пассажирское. Соуза завёл машину, и мы отправились в СНР. — Знаете, — заговорила Дотти, наклонившись вперёд. Но Томпсон прервал её: — Никто не хочет слушать тебя, блондиночка. И тебя тоже, англичанка. Дотти притворно надула губы, откинулась на спинку сиденья и пробормотала: — Я, конечно, всё понимаю, но я ведь больше не блондинка. Дотти Андервуд Конечно, когда на пороге появились друзья-агенты Пегги, я обязана была воспользоваться этой возможностью. Я бы сбежала, а Пегги оказалась в тюрьме! Идеально. Два агента повели нас с Пегги в камеру, держа пистолеты у нас за спиной. Они расстегнули наручники, завели нас в камеру и захлопнули дверь. — Мы скоро вернёмся, — сказал блондинчик. Агенты вышли из комнаты, а я оглянулась на Пегги, которая уже сидела на скамейке, погружённая в раздумья. Я присела рядом c ней, улыбаясь. — Оу… что случилось, Пег? — произнесла я с издёвкой. Она взглянула на потолок и почти закричала, показывая даже больше эмоций, чем я ожидала. — Какого чёрта ты делаешь! — Она уронила голову, уставившись в пол. Я придвинулась к ней поближе и облокотилась на стену. — Пег, подумай хорошенько. Мы с тобой в камере, в которой едва ли уместится муравей. Значит, я убегу, а ты останешься здесь, потому что ты «хорошая». Или ты тоже попытаешься сбежать, но тогда я убью тебя. В любом случае я буду свободна, а ты исчезнешь из моей жизни… навсегда. Пегги вздохнула, а я довольно улыбнулась. Через пару минут вошёл хромоножка. Он разочарованно посмотрел на Пегги и тяжело вздохнул. — Что случилось, хромоножка? Твоя подружка предала тебя? — осведомилась я, одновременно дразня его и Пегги. Он достал наручники и ключи от камеры. Надев наручники, он вывел меня и закрыл дверь камеры. — Не переживай, — сказал он Пегги. — Тебя тоже допросят. — Дэниел, я… — только начала она, но Дэниел захлопнул дверь. Он привёл меня в комнату для допросов и пристегнул наручниками к столу, как это делала Пегги. Блондинчик уже был там, стоял в углу и не проявлял никаких эмоций. Он лишь наблюдал, как Дэниел-любимый-Пегги облокотился на стол. — Мне нужно знать, что именно вы делали с Пегги, — заявил Дэниел. — Ну, это просто, малыш Дэнни! Я завербовала её для Левиафана, — солгала я. Агенты переглянулись в замешательстве, после чего Дэниел снова обратился ко мне: — Пегги никогда бы на это не пошла. Она хорошая. — Не такая уж и хорошая, раз освободила меня за твоей спиной. — Я пристально смотрела на него, не отводя взгляда. — Кроме того, — продолжила я, — в Левиафане она получила настоящую работу. Вы, недоумки, видите в ней лишь секретаршу. Дэниел выглядел задетым. Но я бы не позволила ему добраться до Пегги. Пегги — моя. Я буду манипулировать ими любыми способами, мне нужна была только Пегги. Дэниел отвернулся, сдерживая слёзы, и к нам подошёл агент-блондинчик. — Не исключено, — обратился он к Дэниелу. — Пегги и правда действовала за нашей спиной вместе с Говардом. — Чтобы помочь нам, — возразил Дэниел. Я спокойно сидела и наблюдала за спором мальчиков. Мой план работал. В конце концов Дэниел отвёл меня обратно, в камеру к Пегги. Пегги вскочила с места, услышав, что мы входим. Она подбежала к решётке и начала что-то говорить, но Дэниел оборвал её. — Назад, — приказал он. Она послушно отошла. Он завёл меня в камеру и вышел. Никто не произнёс ни слова. В то время как на лицах Пегги и Дэниела читалось страдание, на моём лице появилась торжествующая улыбка. Как только Дэниел ушёл, Пегги сразу же набросилась на меня: — Что ты ему сказала? Мне было непонятно, злится она или в отчаянии. — Не надо устраивать истерик, Пегги. Я сказала им только правду. — Я улыбнулась Пегги и села на скамью, скрестив ноги и подняв глаза на красивую женщину. — И что же именно? — Только то, что ты работаешь на Левиафана. На лице Пегги появился ужас, и она не могла подобрать слов. — Не волнуйся, дорогая, у меня есть план. Пегги Картер Конечно, я была в отчаянии, как иначе? В глубине души я понимала, что во всём виновата я, но мне так хотелось свалить всё на агента Томпсона. Если бы тогда он позволил мне допросить Дотти, сейчас бы нас здесь не было. Я бы не похитила её, и они бы никогда не узнали. Но Дотти… подлая русская. Сказать, что я работаю на Левиафана? Как она могла так поступить? Зачем она это сделала? Я меряла шагами комнату, пока Дотти сидела и разглядывала ногти. Словно ничего такого не произошло. А Соуза даже не стал меня слушать. Я пыталась, но он не захотел. Бедный Дэниел. Я не могу даже представить, что он сейчас чувствует. — Если ты и дальше будешь так ходить, у тебя сломаются каблуки, — прокомментировала Дотти спустя примерно пятнадцать минут моего хождения. Но я не могла остановиться. Мысли стремительно лезли в голову, как никогда раньше. Как мне выбраться из этого? Пару часов спустя Дотти стояла в углу, а я лежала на скамье, подавленная. Постепенно веки отяжелели, и я провалилась в глубокий сон на холодной жёсткой скамье. Дотти Андервуд Я наблюдала за тем, как Пегги засыпает, стоя в углу тёмной камеры рядом с маленьким окошком, через которую даже мышь не пролезет. В отличие от Пегги, я не думала ни о чём. Я просто молча стояла. Но недолго. Внезапно в маленькое окошко неслышно влетел листок бумаги и плавно опустился на бетонный пол. Левиафан. Я быстро схватила листок и развернула его. И тут же прочла: «Задание».