Fourcrest Academy

16 августа, 1997

***

Вдох — лёгкие наполняет вязкий дым вишнёвых сигарет, слегка кружит голову. Выдох — мысли становятся чётче и плавнее, а суматоха отходит на второй план. — Ты бы бросила эту дрянь. Гермиона Грейнджер покосилась в мою сторону, не отрываясь от работы. — Ну уж нет, это медитация, Грейнджер. Я сделала ещё одну затяжку. — Курение убивает, — тонко прошипела она. — Всё равно умрём. Я лишь пожала плечами и вернулась к сумке. Точно, нужно было ещё уместить запас табака. Кто знает, что у них там вообще растёт. Всю весну и лето мы собирали травы, готовили зелья и настойки. Это занятие оказалось куда более изнурительным, чем легилименция. Каждый день Грейнджер вручала мне безумный список ингредиентов, а вечером мы принимались за работу. Родительский дом стал нашей лабораторией и убежищем. Всё равно он пустовал. Во время войны я помогла вывезти родителей за границу, стёрла им память, только вот незадача — шавки лорда нашли их и убили маму на глазах у отца. Я нашла его в лечебнице, бедный совсем свихнулся. Я думала, что смогу помочь, вылечить его, но сама едва не лишилась рассудка, когда увидела момент расправы. Ему было плохо от моих визитов, врачи сказали он даже был готов наложить на себя руки, так что я оставила все попытки вернуть то, что уже умерло. Мое горе было заперто далеко за стенами сознания, возвращаться куда было каждый раз слишком больно. Остались только мои воспоминания и этот дом, где приходится слышать эту гнусную тишину. Заклинания безразмерного расширения идеально скрывали наши баулы. Грейнджер собирала свою лабораторию, я везла ингредиенты, книги и ещё тысячу полезных мелочей. Мы отправляемся уже завтра, даже не представляя, что ждёт нас на другом конце пути. Нужно быть готовыми ко всему. Этой весной Гермиона появилась в моей комнате с весьма занятной историей. Какая-то старая школа открывает двери для обмена учениками в знак дружбы и добрых намерений. Восемь учеников нашего курса станут первокурсниками загадочной Форкрест Академии. Всё, что было известно наверняка — там совершенно другая природа магии, существует четыре факультета и на этом информация заканчивалась. Нас выбрали, чтобы собрать как можно больше сведений и при этом не выдать ничего важного о себе. После всего ужаса, который мы пережили, это звучало даже смешно. Они снова отправляют детей выполнять взрослую работу, рискуя их жизнями. Гермиону выбрали, конечно же, за знания. Она была ходячей библиотекой, должна была курировать нашу группу и следить, чтобы никто не натворил глупостей. Меня взяли благодаря мастерскому владению легилименцией и умению использовать невербальные заклинания. Такое действительно могло пригодиться.  Но вот остальные участники группы вызывали у меня смешанные чувства. Рон был превосходным бойцом даже без магии и отличным стратегом, но слишком тяжело уживался со всеми, кроме своих друзей. Энтони Хогштейн оказался моим напарником по факультету. Слишком правильный, слишком хороший парень, но в своём деле он был действительно силён. К семнадцати годам Энтони уже мог дать отпор взрослому волшебнику и даже превзойти его в бою. От Хаффлпаффа отправлялись Эрни Макмиллан и Сьюзен Боунс. Эрни преуспевал буквально во всём. Говорили, что когда ему только предложили участие, он согласился без единого сомнения и начал подготовку в тот же день. Сьюзен же удивила всех после войны. Она увлеклась изучением тёмной магии во благо. Об этом предпочитали не распространяться, но девушка даже сумела создать несколько новых проклятий. Надо будет обязательно поговорить с ней об этом. И самое интересное — в наш прекрасный отряд магглорождённых и полукровок включили двух слизеринцев. Пэнси Паркинсон и Драко Малфоя. Все знали, что оба были сильными волшебниками, но для меня этот выбор выглядел странным. Пэнси никогда особо не демонстрировала свои способности. Она предпочитала молчать и не обращала внимания ни на кого за пределами своего маленького чистокровного клуба. Драко же... Его оправдали и позволили доучиться. Он проходил бесконечные проверки под сывороткой правды, дал показания против Пожирателей смерти и, насколько я слышала, даже лишился палочки на время расследования. Вспомнив о палочке, я тихо положила в сумку свою старую любимую. После того случая с Малфоем я соврала родителям, что сломала её. Они без лишних вопросов дали деньги на новую. Новая палочка сидела в руке даже лучше. Твёрдое красное дерево, жила дракона внутри, идеальный баланс, но отказаться от старой я так и не смогла. Я ждала проверки авроров, наказания за содеянное, хоть каких-то последствий, но ничего не произошло. Уже к Рождеству стало ясно, что Драко никому ничего не рассказал и просто сделал вид, что меня не существует. Наверное, так было даже проще. Проще избегать его и не думать о том вечере. Иногда по ночам я упражнялась в окклюменции и снова возвращалась к тому воспоминанию, раз за разом причиняя себе ещё больше боли. А теперь нам всем предстояло провести целый год без связи с домом, в месте, о котором никто ничего не знает. — Встречаемся завтра вечером в лесу. — Так странно. Почему именно лес? Я сморщила нос. Никогда не любила туда ходить. Рядом всегда бродили какие-нибудь жуткие твари. — И как мы вообще туда попадём? Портключом? Гермиона лишь пожала плечами. Неужели даже у неё нет ответа? — Держи свой разум на замке сразу после прибытия. Если узнаешь что-то важное, будешь забирать информацию и стирать нам память о ней. — Думаешь, всё настолько серьёзно? Я тяжело вздохнула. — Может, это просто ещё один Хогвартс. — Не знаю. Я никому не верю. Она подняла взгляд и поджала губы. — Даже нашему Министерству. Мне не нравится вся эта секретность. Какое-то плохое предчувствие. В школе будет наследник престола. Нам стоит попробовать наладить с ним отношения, так будет проще узнать больше. — Можешь закрутить с ним роман,— я толкнула её локтем в бок и рассмеялась. — Брось. Рон и так едва пережил мой отказ, а тут вообще умрёт. Уголки её губ всё же поднялись. — А вот ты можешь попробовать. После того случая я отбросила все свои чувства и больше не думала о других парнях. Та детская влюблённость и то, как он отверг меня, оставили слишком глубокий след. Впускать кого-то нового в сердце казалось невыносимым. Хотя можно ведь и не впускать, если это ради дела. Да и если наследник окажется красивым, играть свою роль будет гораздо легче. — Я пойду. Хорошо отдохни. Гермиона легко закинула рюкзак на плечо. Забавно, что внутри она несла практически целый дом, а благодаря магии это выглядело сущим пустяком. — Хорошо. Ты тоже. До завтра. Мы не были подругами. Скорее напарницами, поэтому обошлись без тёплых объятий. Она ушла, оставив меня наедине с мыслями о завтрашнем дне. Рука сама потянулась за сигаретой, и я позволила себе раствориться в густом вишнёвом дыму.

***

Погода была настолько хорошей, что Запретный лес, кажется, даже не думал о приближающейся осени. Птицы напевали свои мелодии, листва деревьев приятно шелестела, успокаивая узел тревоги, который уже скручивал живот. Сухая упругая земля под ногами придавала шагам странную лёгкость. Я подошла ближе к поляне. Почти все уже были на месте — не хватало только меня и Гермионы с Роном. Совсем на неё не похоже, эта ведьма обычно была точнее часов. Прислонившись к дереву, я закрыла глаза и снова сосредоточилась на пении птиц. Иначе пришлось бы смотреть на Малфоя. Чёрт возьми, каким же он стал красивым. Этот придурок ещё больше вытянулся, плечи стали шире, волосы теперь лежали так, будто он тратил на укладку больше времени, чем Грейнджер, а взгляд... Этот взгляд до сих пор меня убивал. Он больше никогда не смотрел в мою сторону, но я всё равно замечала каждую мелочь. Как он смотрит, когда думает. Как прищуривается, когда злится. Как расслабляется, когда доволен собой. А его голос... Боги, когда он успел стать ТАКИМ? Драко что-то сказал Сьюзен, и та рассмеялась, ударив его кулаком в плечо. Его грудь дрогнула от смеха, а на щеках появились те самые ямочки. Вдруг он поднял голову и наши взгляды встретились. Он больше не улыбался. Нет, Малфой выглядел почти испуганным, будто только сейчас заметил, что я пришла. Я тут же отвернулась и услышала голос Гермионы, которая уже успела отчитать Уизли. Мерлин, она что, матерится? Не в силах удержаться, я прыснула в кулак и принялась поправлять шнурки на ботинках. Если она заметит моё злорадство, убьёт меня следующей. — Ты подставляешь нас всех! Чтобы это было в последний раз! Ох, Грейнджер сейчас закипит. — Мы просто опоздали, ничего же страшного, правда? — Рон умоляюще посмотрел на остальных в поисках поддержки. — Уизли, неудивительно, что она тебя бросила. Тебе до сих пор нужна мамочка. Я вскинула брови и посмотрела на Драко. Он прекрасно знал, как вывести рыжего из себя. — Завали, Малфой, а то сейчас снова станешь хорьком! — Да неужели? Эта нахальная усмешка закрутила что-то внизу живота, и мне пришлось отвернуться. — Придурки, — пробормотала я себе под нос, уверенная, что никто не услышит. — Хорошо, что никто из них не станет использовать Непростительные, да? Я резко обернулась. Пэнси Паркинсон стояла рядом, скрестив руки на груди. Сердце пропустило удар. Неужели она знает? — Да, но ведь существует куча других интересных проклятий, — я постаралась ответить как можно спокойнее, не выдавая волнения. — Например? В её глазах читался откровенный вызов и я перевела взгляд на парней. Они уже вовсю ругались и вытащили палочки, совсем как в детстве. Ну нет. Только не в первый день. «Экспеллиармус»  Секунда концентрации — и обе палочки по очереди вылетели из рук хозяев, никто даже ничего не понял. Парни ошарашенно уставились друг на друга, а потом Рон бросился вперёд с кулаками. Ну конечно. Он решил, что это проделки Малфоя. «Риктусемпра» Заклинание мгновенно остановило этот идиотский хаос. Они повалились на землю, не понимая, за что хвататься. Щекотно было везде. — А-а-ай! Прекрати! Не могу! О-о-ох! Рон визжал как девчонка. — Да это не я! Мерлин, пощадите! — Напомни никогда не становиться у тебя на пути. Пэнси звонко рассмеялась, хлопнула меня по плечу и направилась к ним. — Как же чудесно слышать такой прекрасный смех, — голос Макгонагалл мгновенно вернул всех к реальности. Она быстро приближалась по узкой лесной тропе, черкая краем мантии сухие ветки. Те с тихим хрустом ломались под её шагами, словно сама школа провожала нас в неизвестность. Сразу за ней шел высокий мужчина в черном костюме — слишком дорогом и слишком безупречном для человека, которому предстояло вести группу подростков через магический переход. — Рада, что все пришли вовремя, — Рон тут же взглянул на Гермиону и, кажется, сразу пожалел об этом, потому что она сейчас его точно проклянет. — Знакомьтесь, это мистер Гаррих Нокс, он проведет вас в академию и будет вашим куратором. Он оглядел каждого из нас очень пристально, будто отмечая каждую мелочь, и я тут же наложила Тергео на парней — они все были в пыли. Драко это заметил и покосился в нашу сторону, но сейчас это уже было не так важно. Этот Гаррих смотрел прямо на меня, не мигая. Не так, как смотрят на человека, скорее так рассматривают редкий артефакт, пытаясь понять, как он устроен внутри. По позвоночнику медленно пробежал холодок. Он увидел движение палочки? Я слегка повела плечами назад, пытаясь избавиться от напряжения, и уставилась на него в ответ. Уголок его губ дрогнул в едва заметной улыбке, после чего он достал из кармана черный мешочек. — Последнее напутствие, — Макгонагал улыбнулась ему, легко коснувшись его предплечья, а потом продолжила: — Вы все — гордость нашей школы, и каждый из вас по-своему особенный. Будьте уверены в себе, но не забывайте, что главная наша сила — в сплоченности. Берегите друг друга, что бы ни случилось, и помните, зачем вы там. Она быстро окинула взглядом каждого из нас, многозначительно задерживаясь на лицах, надеясь, что все уловили скрытый смысл этих слов. Конечно, она прекрасно понимала, что мы были далеки от идеальной команды. Половина присутствующих едва терпела друг друга, а некоторые и вовсе предпочли бы никогда больше не оказаться в одной комнате. Но там, куда нас отправляли, выбирать союзников уже не получится. — Очень хорошо, — медленно протянул этот мистер Нокс, а не Нотт, как я его уже мысленно окрестила. — Теперь встаньте в круг и возьмитесь за руки, нас уже ждут. «Держи свой разум на замке». Именно так, Гермиона, я и сделаю. Мужчина встал в центр круга и сунул руку в мешочек, откуда посыпалась сияющая пыльца. — Держитесь, детки. Это было все, что он сказал, прежде чем подкинул ее над головой. Пыльца вспыхнула ослепительным серебром. Мир резко дернулся, воздух исчез из легких, а меня будто схватили за позвоночник и с невероятной силой потянули вперед. Блестки летали повсюду, я чувствовала их во рту, в носу, на ресницах и коже. Странно, но земля под ногами не исчезла, я все еще ощущала под подошвами какую-то поверхность, только теперь она вибрировала и дрожала. Желудок крутило, как на карусели, а тело словно вращалось вместе с невидимым потоком. Слегка приоткрыв один глаз, я ахнула — мы будто летели между звездами, круг за кругом ускоряясь все сильнее, пока яркая вспышка не заставила меня снова зажмуриться. — Добро пожаловать в Форкрест Академию! — глубокий женский голос объявил о нашем прибытии. — Мы рады приветствовать наших гостей и просим вас присоединиться к другим вступникам. Она указала рукой на группу человек из тридцати. Негусто. Мы разомкнули руки и выстроились в линию перед ними, ожидая дальнейших указаний. Когда зрение наконец перестало расплываться, я поняла, что Хогвартс никогда не готовил нас к подобному. Здесь всё казалось слишком живым, слишком громким и слишком настоящим, будто мы попали не в другую школу, а в совершенно иной мир. Повсюду горели факелы, пламя которых вздымалось высоко над головами, но привлекли мое внимание вовсе не они. Некоторые ученики были полураздеты, совершенно не стесняясь демонстрировать фигуры и татуировки. На всех без исключения были маски, и они смотрели на нас с таким откровенным интересом, будто перед ними выставили редких животных. Я скользнула взглядом по парням и невольно усмехнулась. Недурно. Может, и не так уж сложно будет здесь «подружиться». Пэнси облизнула зубы и слегка улыбнулась, посмотрев на меня. Понимаю, подруга. Я тоже. Послышался удар барабана, за ним второй, и все начали напевать какую-то мелодию на незнакомом языке. Черт, они ведь даже не предупредили, что здесь может быть другой язык, а мы и сами не догадались об этом подумать. Хотя нет. Через несколько секунд я выдохнула — это была латынь. Вряд ли они разговаривают так в повседневной жизни. Плечи уже начали расслабляться, как вдруг женщина снова заговорила: — Incipiat distributio. — Сортирование? — мы с Гермионой переглянулись, и она тут же схватилась за галстук. — Точно. Факультеты. — Ignis! Aer! Aqua! Terra! Гул сильных голосов прокатился по площади. Ученики повторяли названия стихий, не переставая напевать ту странную мелодию. Звук барабана становился громче. Каждый удар следовал быстрее предыдущего, а песня постепенно начинала давить на нервы. — Natura sacerdotes suos eligat. Фраза повторялась снова и снова. Они все слуги природы? Стихий? Что вообще происходит? Мерлин, помоги. Человек в маске и мантии подошел к нам, взял Рона за руку и повел в центр, к алтарю, заставив лечь на холодный камень. Гермиона рядом заметно напряглась и вцепилась пальцами в рукав мантии, будто была готова в любой момент броситься его спасать. Конечно, вряд ли они собирались принести его в жертву, как ягненка, но атмосфера здесь была скорее пугающей, чем вдохновляющей, а стало еще хуже, когда Уизли вдруг начал медленно подниматься над алтарем и над площадью разнесся его испуганный вскрик. Женщина подняла руки и поверх монотонного пения толпы запела другие слова. Мне удалось разобрать лишь «Cor virtutis eius» — сердце его силы. Она протянула последнее слово, и над Роном вспыхнул яркий белый шар, который тут же сорвался вниз и утонул в его груди. Парень рухнул обратно на камень и ошарашенно уставился на нас, пытаясь понять, что только что произошло. Честно говоря, мы все выглядели не лучше. — Aer! Aer! — скандировали ученики вокруг, и женщина указала ему путь к группе парней в масках. По толпе прокатился восхищенный шепот, кто-то рядом нервно выругался, а я вдруг поняла, что здесь к этому распределению относятся куда серьезнее, чем мы к шляпе в Хогвартсе. Следом за Уизли пошел Драко. В отличие от Рона, он выглядел совершенно спокойным и повторил весь ритуал так, будто заранее знал, чего ожидать. Над ним вспыхнул синий шар. Вода.  Его тут же отправили к другим студентам. Гермионе, Энтони и Сьюзен достался огонь, Эрни и Пэнси ушли к Земле. Один за другим жрица забирала уже не только нас, но и остальных ребят, ожидавших распределения. Наконец татуированная рука протянулась ко мне. Я вложила свою ладонь в ее и на ватных ногах поплелась к алтарю. Камень оказался холодным и слегка вибрировал под спиной. Спустя мгновение я почувствовала, как отрываюсь от поверхности и зависаю в воздухе. Снова прозвучали слова про сердце силы, снова толпа затянула свою песню, и над моей головой вспыхнул синий шар. Я даже невольно усмехнулась. Что ж, хотя бы форму новую покупать не придется. Но улыбка быстро исчезла. Внутри разлилось странное чувство, совершенно не похожее на привычную магию. Не такое четкое и направленное, как заклинания, а огромное, всеобъемлющее, будто оно было повсюду одновременно и проходило сквозь меня так же легко, как воздух через легкие. Когда меня отпустили, я направилась к своей группе, где уже ждали те самые качки, которых успела заметить раньше. Один из них даже демонстративно напряг мышцы груди, отчего смех сам вырвался наружу. Мерлин. Кажется, этот год обещает быть крайне занимательным. Я заняла свое место среди студентов Воды и только тогда поняла, какую важную деталь совершенно упустила из виду. Все это время я думала о странной академии, о новой магии, о чужой культуре и неизвестном мире, который внезапно открылся перед нами. И совершенно забыла про Малфоя. Он тоже попал на Воду. Драко стоял всего в нескольких шагах от меня и смотрел с таким же мрачным осознанием, будто только сейчас понял ровно то же самое. Похоже, сбежать друг от друга в этом году у нас не получится. Когда последнего вступника отправили к Земле, снова послышался голос той самой женщины: — Теперь вы официально студенты Форкрест Академии! Используйте свои силы с мудростью и не забывайте о том, кто вы есть! Бал посвящения состоится завтра. Отправляйтесь в свои комнаты и внимательно слушайте указания наставников. Спокойной ночи! На последних словах старшекурсники переглянулись и легко рассмеялись. Что бы это ни значило, ночь определенно не собиралась быть спокойной.