За закрытой дверью

Кот Юры в полном не понимании, почему эти двое нагло захлопнули дверь в спальню прямо перед его мордой. Он не сильно этому расстраиваеться и оставив попытки шкрябать эту несчастную дверь, с протяжным «мя-а-у» разворачивается и исчезает в тишине квартиры. Два месяца назад Исаковский и представить не мог, что будет вот так лежать под Ильей и смотреть в его светло-карие глаза без привычного раздражения, а как то даже с нежностью За окном уже давно воцарилась глухая темнота, лишь фонарь с улицы и лампа на прикроватной тумбочке освещают комнату. Темновато, но Юре этого достаточно, что бы разглядеть наглую ухмылку и хитрый взгляд Илья наклонился ближе, едва коснувшись его носа своим —И не стыдно тебе со мной тут лобызаться, совсем не обращаешь внимание на нашего ребенка, горе-отец. Вон наша дочь в дверь щемилась, а у тебя ноль реакции —Не я же ее за дверь выставил Илья не видел его лица, но был уверен что тот закатил глаза —Я , вообще то, забочусь о ее психике Из груди вырвался сдавленный вздох, когда Юра почувствовал зубы на своей шее. Илья оставил на чувствительной коже дразнящий укус, наслаждаясь его реакцией. Но стоило Илье снова потянуться к его шее, как пальцы Юры тут же зарылись в его волосы и оттягули назад, не позволяя повторить попытку. —Позаботился бы лучше о моей шее —на губах Юры появилась ухмылка —Могу тебе подарить раскраску антистресс, что бы ты разрисовывал ее, вместо меня Илья состроил показательно грустное лицо и по смешному выпячил нижнюю губу, на что Юра хохотнул и дал ему легкий щелбан. Он уже хотел подколоть в ответ, но его заткнули неожиданным поцелуем. Его язык бесцеремонно проник в чужой рот, а прохладные руки переместились с блондинистых волос на мускулистые плечи. Легкий толчок и вот уже Исаковский нависает над ним, упираясь ладонями по обе стороны от его головы. Он ловит пораженный взгляд снизу вверх, его удивило то, что обычно бездеятельный Юра проявил инициативу и сейчас тянется за вторым, таким жк напористым поцелуем. Не разрывая его, он удобно утроился на бедрах Ильи, а тот в свою очередь положил руки на его талию и слегка сжал, оставляя на коже следы-полукруги от коротких ногтей. Нетерпеливые ладони пробрались под футболку Тихонова, вызывая мурашки такими долгожданными, но как назло почти невесомыми прикосновениями, которых критически нехватало. Хотелось чувствовать эти, уже не холодные, а нагретые теплом чужого тела, руки каждой частичкой своего тела, повсюду. Эти до боли родные руки, наконец таки решают избавить его от футболки, которая сейчас явно мешала и была ни к чему. Илья помогает снять ее с себя, отрываясь от чужих губ. Исаковский начинает покрывать его тело нежными поцелуями, спускаясь ими от судорожно вздымающийся груди, к животу. Конечно Юра, сидящий на бедрах Ильи, чувствует что у того уже давно встал. Он решает не мучить ни себя, ни своего парня и дать уже друг другу то, в чем они нуждаются. Поэтому его уже помятая футболка незамедлительно летит на кровать. Илья решает помочь ему, дрожащие от возбуждения руки тянутся к пуговице на его джинсах, растегивают молнию и наконец стягивает их. Тихонов снова оказался сверху. Его спортивные штаны уже отправились к остальной одежде, небрежно скомканой на краю кровати. Он смотрит на Юру сверху вниз и просто не может контролировать что говорит —Юрка, я так тебя люблю. Я никогда тебе не говорю о таком, но я ценю тебя, мне так хорошо рядом с тобой Его нос зарылся в русую макушку, вдыхая запах мятного шампуня —И я тебя люблю, придурок, но твою маму все равно больше —Юра! Давай не будем вспоминать мою маму когда я собираюсь залезть тебе в трусы —Я общаюсь с тобой только ради ее еды, так о чем нам с тобой говорить, как не о ней? Илья на это лишь закатил глаза и немного привстал, пальцами поддевая резинку боксеров и стаскивая их вниз. Он немного надавил на его колени, разводя из в стороны для удобства. Юра внимательно наблюдал за тем как он размазывает предэякулянт по всей длине, а когда он стал посасывать головку, с губ слетел удовлетворенный вздох. На этом Илья не остановился и вобрал его на половину, медленно набирая темп. Юра вскрикнул от неожиданности, когда указательный палец Ильи резко вошел в него. С закрытыми глазами он даже не заметил как Илья взял с полки смазку и разогрел ее между пальцев. Взгляд карих глаз будто спрашивал «ты в порядке?», на что он смог лишь кивнуть и зарыться пальцами в блондинистые волосы, прося не останавливаться. Когда в него вошел второй палец, Илья выпустил член со рта, выбив из Юры разочарованный стон, движения внутри продолжались, но он стал зацеловывать внутреннюю часть бедра —Господи, Илья, давай уже. Сколько можно, я уже готов Илье два раза повторять не надо, поэтому он аккуратно вытащил пальцы из Исаковского, быстро стянул свои боксерки и, о ура, приставил свой член ко входу, медленно погружаясь внутрь, он вошел совсем не глубоко, останавливаясь и давая время привыкнуть, Юра прикусил губу, подавляя стон. Илья наклонился к нему и чмокнул в макушку, поглаживая внутреннюю часть бедра. Юра обхватил его шею руками, притягивая ближе и прошептал на ухо, вызывая толпу мурашек —Двигайся уже, смелее. Что ты как впервый раз Когда Илье дали зеленый свет, он сделал пару пробных толчков, увидев что Юра не рассыпался, продолжил двигаться, медленно набирая темп. Длинные пальцы схватились за простыню и со всей силы сжались, когда Илья ускорился и входил уже почти полностью. Ловкие руки перехватили его кисти и зафиксировали на подушке, над его головой. Исаковский уже не сдерживал стоны, что лишь подначивало Илью. Юра резко притянул его в поцелуй и задрожал, сделав еще пару толчков Илья кончил следом. Придя в себя Тихонов вышел из него и упал рядом, раскрывая руки для объятий, Юра пристроился на его груди, слушая как успокаиваеться его дыхание и серцебиение, помимо этого было слышно как кошка на кухне хрустит кормом. Точно, кошка. Юра выпутался из крепких объятий, встал с кровати и открыл дверь, приглашая кошку к себе. Она без права отказать последовала в мягкую постель за хозяином и лягла между ними