Дитя Демона

Фёдор заметил, что снова оказался в до боли знакомой обстановке. Как же он мог так просчитаться? Даже когда Достоевский был лишён собственных воспоминаний и обрел свободу, его враги все же смогли вычислить его и использовали заветную книгу как приманку, чтобы вернуть своего раба. И сейчас Фёдор понимал, что он действительно обречён. Подняв глаза, Достоевский увидел, что подле него сидит тот самый мальчик лет шестнадцати, которого он погубил год назад своей способностью. — Карма, что..,- начал было он. — Лучше не сопротивляйся,- перебил его тот и быстрыми ловкими пальцами надел ему на шею ошейник раба, который Фёдор проносил все свои юные годы. - Тебе следовало согласиться стать рабом Эйса тогда. Но прошлого не ворошить, так что просто следуй за мной. Ты знаешь, к чему приведёт сопротивление, поэтому не советую тебе этого делать. — Я и не планировал,- Достоевский тяжело вздохнул и поднялся на ноги.- Карма, я прошу тебя... Умоляю... Помоги мне... — Боюсь, что это не в моих силах,- отрицательно покачал головой тот.- Прости, но я обычный грешник, который попал в Ад после смерти, я правда ничем не могу тебе помочь. Если бы только ты не был собственностью самого Владыки... Прости, мне правда очень жаль. Вскоре навстречу им вышел ни кто иной, как повелитель всех демонов и грешников, Мефистофель. Заметив Достоевского, владыка Ада злобно усмехнулся. — Вот ты и вернулся,- сказал демон, сильно сжав его руку.- Все эти годы ты не повиновался мне и даже попытался сбежать, и теперь ты наверняка знаешь, что будет с тобой теперь. — Нет, прошу, не надо! - Фёдор пытался вырваться, но безуспешно.- Не делайте этого! Только не снова... — Молчать, жалкий раб,- ударом ноги Мефистофель повалил его на землю и начал избивать его орудиями для пыток, которые всегда имел при себе, нанося ему очень глубокие ранения. Фёдор стонал от невыносимой боли, периодически выкашливая кровь. Достоевский чувствовал, что теряет сознание, и уже безразличным, но полным отчаяния взглядом на остальных стоявших совсем близко демонов, не ожидая более поддержки с их стороны. Становилось трудно дышать и Фёдор понимал, что для него всё кончено. Сейчас его изобьют почти до смерти, а спустя некоторое время продолжат пытку над ним. Скорее всего, он погибнет, ведь будучи слабым физически, ему никогда не удастся вырваться отсюда... — Не позволю! - Эйс, до этого молча стоявший в рядах демонов, бросился к нему, и, моментально подхватив Достоевского на руки, вновь опустился на землю. Фёдор был более не в силах держаться и окончательно лишился чувств. Открыв глаза, Достоевский заметил, что он находится в совершенно незнакомом ему месте. Эйс молча сидел подле него, прикладывая лёд к его самым глубоким ранам. Заметив, что Фёдор пришёл в себя, он с облегчением выдохнул. — Слава Богу, живой,- сказал Эйс, и, коснувшись пальцами его шеи, лёгким нажатием избавил Достоевского от ошейника.- Так-то лучше, а то рабская повинность тебе совсем не к лицу. Не беспокойся, рядом со мной ты в безопасности. Это место – мой дом, здесь нас не найдут, будь уверен. Когда ты снова сможешь ходить, то мы обязательно найдём Дазая, ведь только ему по силам помочь нам вновь подняться на поверхность. — Как... Дазай здесь.?.- слабым голосом спросил Фёдор.- Но как он попал сюда? — Похоже, он последовал за тобой,- ответил Эйс и лёгким движением руки заставил его вновь закрыть глаза.- Но тебя это не должно волновать. Тебе нужно отдохнуть. И прости за тот случай, который произошёл там, на поверхности. Ведь я, как и ты, тоже утратил часть своих воспоминаний после того, как ты попросил меня помочь тебе извлечь часть воспоминаний, связанных с твоим прошлым, помнишь? — Спасибо, что спас меня снова,- едва слышно сказал Фёдор.- Я очень благодарен тебе, Эйс-кун. — Тише,- слегка улыбнувшись, Эйс осторожно смахнул слёзы с его лица.- Ты много страдал, тебе правда нужно восстановить силы. Не беспокойся ни о чём, я всегда смогу защитить тебя, будь уверен. Всё, отдыхай... По его словам Фёдор понял, что Эйсу действительно можно доверять, а потому он решил всё же последовать его совету, и, повернувшись на бок, позволил себе на довольно долгое время окончательно забыться...