Страшные истории больницы "Сэцзи"

Автор записи: Ян Фэй (медсестра упомянутой больницы в 2004–2005 годах) Раньше, когда я только начинала здесь работать, старые медсестры говорили мне, что в больнице есть подобная книга для записей, но я не ожидала, что она действительно существует. И вот мне её даже передали сегодня. А ещё я не знаю, что я должна написать. Не знаю, если честно, чего ждёт от меня главный врач. Всем и так известно, что у меня был конфликт с Дан Юнь, так что верить тому, что я здесь пишу, или нет — решать вам. Я слышала сплетни о том, что в этой больнице обитают привидения, и люди видели здесь всякое. Старшие медсестры говорили, что раньше местные привидения были довольно серьезными, и вся эта чертовщина однажды привела к настоящей катастрофе, но после смерти той «старой ведьмы» они совсем перестали показываться. Что касается того, кто эта «старая ведьма», я понятия не имею. Не так уж много медсестер решили после этого продолжить работу в больнице. Все говорят, что до этого была другая книга с записями о загадочных случаях, но никто не знает, что в ней было на самом деле. Медсестрам любопытно, конечно, но никто из них так и не осмелился заглянуть в старую книгу. Итак, чтобы начать свою собственную запись, мне нужно сначала рассказать о Дан Юнь. Признаю, конфликт между мной и Дан Юнь начался из-за моего Сяо Вана. Мой Сяо Ван ответил взаимностью мне, а не ей, поэтому, если Дан Юнь меня из-за этого ненавидит, я не могу её винить. Я начала встречаться с Сяо Ваном задолго до произошедшего с ней, и он никогда не подавал ей никаких двусмысленных сигналов. Впрочем, эта женщина, Дан Юнь… как бы это сказать? Она была слишком легкомысленна. Только подумайте — не прошло и недели после того, как Сяо Ван решительно отказал ей, как она уже бегала по больнице, рассказывая всем подряд о том, что ей очень уж понравился пациент, поступивший в больницу несколько дней назад. Мы, медсестры, не можем вести себя подобным образом с пациентами, но она прибегает в его отделение всякий раз, когда у нее есть свободное время, и даже ходит туда ночью, устраивая скандалы. Кажется, я слышала, что этому пациенту несколько дней назад сделали операцию и определили его в палату на третьем этаже стационарного отделения. Дан Юнь же изначально отвечала за четвертый этаж, но однажды она подменила кого-то в ночную смену, а позже подала заявление о переводе на третий этаж и после этого работала только в ночные смены. А через несколько дней начали распространяться слухи о её флирте с каким-то пациентом-мужчиной и о том, что она постоянно посещает его отделение по ночам. Отчасти в этом виновата она сама, поскольку была очень болтливой и любила похвастаться. Я уверена, что слухи эти основаны именно на том, что она сама же и рассказала. Я слышала, что этот её пациент был высоким и красивым парнем. Когда у неё появлялось свободное время, она начинала хвастаться тем, какой у этого человека замечательный характер и какой он добрый. Думаю, она снова заблуждалась. Подумайте сами, как такой хороший мужчина мог бы ответить ей взаимностью? Когда другие спрашивали её, чем болен её пациент или как долго он будет находиться в больнице, она вообще не могла ответить! Когда другие хотели узнать его имя, чтобы тихонько проверить медицинские записи, она уклонялась от ответа и никому его не называла. Даже когда её спросили о палате, в которой он находится, она лишь ответила, что это палата в самом конце коридора на третьем этаже. Несколько медсестер пошли туда, чтобы посмотреть, но не нашли там ни одного пациента-мужчину. Оглядываясь назад, я понимаю, что она, должно быть, выдумала эту историю, чтобы разозлить меня или моего Сяо Вана. Затем, совсем недавно, за два дня до исчезновения Дан Юнь, я случайно встретила её в главном здании. В тот день по какой-то причине у нас отсутствовала копия медицинской карты пациентки из палаты № 205. Я пошла в хирургическое отделение, чтобы разузнать об этом, и по случайному совпадению, увидела там Дан Юнь, разговаривающую с доктором Лу. Я, конечно, поспешила прочь, но лифт задержался. К тому моменту она уже закончила разговор с доктором Лу и тоже направлялась к лифту. Еще до того, как она подошла ко мне, меня окутал сильный аромат её духов. Нам двоим было немного неловко стоять там и ждать лифт. Не знаю, когда она начала пользоваться такими стойкими духами, но их запах просто бил мне в нос. Мне очень хотелось развернуться и спуститься по лестнице, но лифт вдруг открылся с характерным «дзинь», поэтому у меня не осталось другого выбора, кроме как смириться и войти вместе с ней. В лифте нас было всего двое. Атмосфера и так была крайне напряженной, а когда лифт ни с того ни с сего начал вести себя странно, стало еще хуже. Я нажала кнопку первого этажа, но лифт продолжал подниматься! Я смотрела вниз и совсем не хотела с ней разговаривать. Дверь лифта открылась с тихим щелчком. Я опустила голову и немного подождала, но никакого движения не было, поэтому я наконец подняла взгляд и увидела, что… мы на шестом этаже? Перед дверями лифта никого не было. На самом деле, весь 6-й этаж был тих и пуст. Я быстро несколько раз подряд нажала кнопку первого этажа, и только тогда двери лифта закрылись, и мы медленно поехали вниз. И тогда она вдруг заговорила со мной. — В прошлый раз со мной случилось то же самое. Я нажала кнопку, чтобы спуститься, но лифт поднялся на шестой этаж, а когда двери открылись, там никого не было, — её голос был хриплым и усталым. — Не кажется ли тебе это жутким? Меня это раздражало, поэтому я ответила ей: — Что тут такого странного? Просто кто-то нажал на кнопку лифта, а в итоге пошёл по лестнице. Зачем мне было спорить с ней о маршруте лифта? Как только он подъехал к первому этажу, я тут же быстрыми шагами бросилась обратно в стационар. Мне даже показалось, что этот неприятный аромат её духов ещё долго оставался на мне. Это была моя первая встреча с ней. Тогда я ничего плохого не почувствовала. Я запомнила только, что она выглядела довольно уставшей и на ней был сильный аромат духов, пахнущих смесью флоридской воды и кунжутного масла. Мне потребовалось два дня, прежде чем я наконец поняла, что что-то не так. В ту ночь я дежурила в ночную смену, была почти полночь. Пациент из палаты 201, вторая койка, поссорился со своими родственниками, и из-за шума пациент на соседней койке не мог уснуть. Сяо Ван помогал уладить конфликт, пока я поднялась на третий этаж, чтобы позвать старшую медсестру. Обычно, когда больница переполнена, в коридоре на третьем этаже стоят несколько коек с подвесными капельницами, но сейчас там было совершенно пусто. Приближалась полночь, и передо мной предстал лишь пустой коридор, в котором дул холодный ветер. Стены были обветшалыми, местами облупившимися, либо покрытыми серыми пятнами. Я как раз размышляла о том, кто, интересно, сегодня ночью отвечает за палаты на третьем этаже, когда увидела вдалеке бледную размытую фигуру, бесшумно идущую по коридору. Прежде чем я успела разглядеть её лицо, в мой нос ударил запах флоридской воды и кунжутного масла. Боже, какая удача, это была Дан Юнь! Я чуть с ума не сошла от страха… Когда она подошла достаточно близко, чтобы можно было её рассмотреть, я встревожилась. Я не видела её всего два дня, но она, кажется, очень похудела. В тусклом свете коридора её кожа выглядела болезненной, а глубокие тени на её белой форме медсестры создавали впечатление, будто она погружена в траур. — Почему ты здесь? — спросила она меня хриплым шёпотом. В коридоре было так тихо, словно он спал, но когда она заговорила, атмосфера вокруг словно оживилась. — С койкой номер два опять что-то не так. Я ходила за старшей медсестрой, — небрежно ответила я ей. В любом случае, я собиралась лечь спать в два или в три часа, и все равно пробуду здесь с ней недолго. Она пристально посмотрела на меня, затем прикоснулась к своему лицу и вдруг спросила: — Как думаешь, я сегодня хорошо выгляжу? — Что?! Я ошеломленно уставилась на нее и увидела лишь густые темные круги под глазами, бледную, как у привидения, кожу и посиневшие губы. — Я пока не очень хорошо умею краситься… — Увидев, как я на неё смотрю, она смущенно отвернула лицо: — Я учусь. Оказалось, она говорила о макияже. Но зачем вообще краситься в такое позднее время? Даже аромат её духов был настолько сильным, что вызывал отвращение. Я отказалась отвечать, игнорируя то, как грустно она опустила голову и ещё некоторое время продолжала трогать своё лицо. Внезапно она резко подняла взгляд и воскликнула: — Он меня зовёт! Я невольно обернулась. Звонок не звенел, и я не увидела, чтобы загорался свет в палате, поэтому я просто повернулась к ней и странно посмотрела на неё. Она приложила палец к губам: — Тише, позволь мне рассказать тебе секрет. Он в палате, номер которой нельзя разглашать. — Что? Она вдруг улыбнулась: — В тот день я стояла напротив главного здания и вдруг увидела его в окне. Он улыбался мне, знаешь. Это было как солнце весной. Он тоже согревает людей. Прежде чем я успела ей ответить, она бесшумно повернулась лицом к коридору третьего этажа. Что это за палата, номер которой нельзя назвать? Что за «он»? Смешно! Эта женщина что, с ума сошла?! А потом она ушла с полуулыбкой, но несколько бесстрастным выражением лица, словно предавалась воспоминаниям. Я не слышала её шагов, пока она шла по коридору. Казалось, её тело парило в воздухе. Тук-тук. Вдали раздался стук в дверь, но разговоров не было слышно. Я вытянула шею, чтобы посмотреть. В самом конце коридора снова белела её размытая фигура. Она протянула руку, толкнула дверь, и вошла внутрь. Дверь, должно быть, закрывалась довольно тихо, поэтому я и не услышала никаких звуков. Увидев, как она вошла в палату, я почувствовала облегчение и прилегла на пустующую койку в коридоре, ожидая новостей от старшей медсестры. Лежа на животе, я почувствовала сонливость и лёгкое головокружение. В тот самый момент, когда я уже была в полудремоте, я вдруг снова почувствовала аромат чего-то душистого, но резкого. Из-за сонливости мой уставший мозг работал не в полную силу, но подсознательно я подумала… это же Дан Юнь, верно? Аромат ещё некоторое время витал в воздухе, но я не слышала её голоса. Я так хотела спать, что не могла открыть глаза или поднять голову. Я не уверена, разговаривала ли я с ней тогда, но смутно помню, что, кажется, спросила её: — Дан Юнь, старшая медсестра уже вернулась? Она мне не ответила. Я лишь почувствовала что-то холодное, почти совсем ледяное, что поддерживало мою голову. Оно было таким холодным, но в то же время таким мягким… В тот момент я была слишком сонной и думала только о том, что это, вероятно, женская рука, что Дан Юнь осторожно поглаживает меня по голове. Затем я почувствовала, как что-то легонько пощекотало кожу на моём лице… Возле моего уха послышались тихие булькающие звуки, словно кто-то хотел заговорить, но его слова застряли в горле. Звук был прерывистым. Звук был тихим. Возможно, всё это только почудилось мне, потому что я тогда была слишком сонной… Я неосознанно схватилась за ту штуку, которая щекотала меня, схватилась очень сильно. И тут меня разбудил внезапный испуг. Когда я проснулась, первой моей реакцией было поискать Дан Юнь, но я нигде её не увидела. Я подумала, что она уже ушла, но когда я взглянула на то, что только что схватила, о боже, это было такое пугающее зрелище, что я чуть не закричала! Я держала в руке пучок волос. Они были глубокого тёмного цвета, как чёрное дерево. Корни их, которые были крепко переплетены, выглядели настолько сухими, что казались совершенно мёртвыми. И самое страшное заключалось в том, что от волос исходил сильный запах флоридской воды и кунжутного масла. Я так испугалась, что быстро выбросила волосы в мусорное ведро и потом долго терла руки. Я тут же отправилась искать Дан Юнь. Я предположила, что она должна быть всё ещё в комнате в конце коридора. Поскольку в тот момент я не заметила ничего подозрительного (меня просто удивили волосы, зажатые в руке), поэтому я всё же смогла набраться смелости осмотреться. В коридоре по-прежнему никого не было, стояла мучительная тишина. Я даже не слышала храпа пациентов. Не знаю, был ли это какой-то психологический эффект или что-то ещё, но я постоянно чувствовала этот неприятный запах духов. Он был словно туман, который сбивал с толку мои глаза и голову, всё вокруг казалось размытым, и я не могла ясно мыслить. В конце концов, я дошла до конца коридора и поняла, в чем проблема. Комната находилась на самом деле дальше от поста медсестры, чем я ожидала. Более того, в конце коридора оказалась палата № 314. А в палате № 314 находились лишь две престарелые пациентки, и я была в этом уверена, потому что они были подругами моей тети и хотели попасть в одну и ту же палату. Таким образом, пациентов мужского пола там не было. Я попыталась вспомнить еще раз. Конечно! Место, где она толкнула дверь, кажется, находилось немного дальше, чем палата 314! Я сделала еще несколько шагов вперед, но комната 314 оказалась последней в этом коридоре. Пройдя 314-ю, я увидела лишь пустые стены. Я осторожно прикоснулась к стене и смутно вспомнила тот похожий на сон эпизод. Почему она поддерживала мою голову рукой, почему её волосы касались моего лица? В какой же странной позе ей нужно было находиться, чтобы это сделать? В тот момент я была озадачена и некоторое время испытывала настоящее беспокойство. Неужели Дан Юнь действительно была не в себе? Мне лучше поскорее вернуться и найти старшую медсестру! На следующий день я специально сходила в палату 314, чтобы расспросить там о том, что случилось прошлой ночью. Обе женщины подтвердили, что хорошо выспались, и ночью никто из медсестер к ним не приходил. Более того, я везде искала Дан Юнь, но так и не смогла ее найти. Вот и вся история. Я пишу так много впервые. Не знаю, можно ли вообще так писать? Кроме того, я работаю здесь не так давно, поэтому не уверена в произошедшем. Старшая медсестра сказала мне не задавать лишних вопросов и не бегать по больнице по ночам. График работы персонала на третьем этаже стационарного отделения всегда составлялся особенно тщательно. Если подумать, я и сама работала на всех остальных этажах, но на третьем обычно дежурила только старшая медсестра. За исключением той ночи, меня никогда не включали в график дежурств здесь. Но неужели на третьем этаже действительно существовала палата, номер которой нельзя разглашать? Зачем такая секретность? Что касается Дан Юнь, почему никто не видел её последние два дня? Я за неё не волнуюсь, конечно, но мне неловко, что я схватила её за волосы в тот день.

3 декабря 2005 г.

Сестра Дан Юнь больше не появлялась. Больница провела расследование инцидента, произошедшего той ночью среди пациентов и персонала третьего этажа, но никакой существенной информации получено не было, поэтому расследование было прекращено.