Папа, которого украли или Смена приоритетов

Следующий визит Кричер спланировал так же тщательно, как и предыдущий. Он точно знал: в этот четверг Анесси ушла в гости к подружке. А Фредди остался дома. Идеально. Кричер оделся с иголочки - тёмно-синяя рубашка, идеально выглаженные брюки, даже попытался завязать галстук. Получилось криво, но если не приглядываться - вполне прилично. В руках он нёс новый, ещё более роскошный букет: космеи, викария, нежные эустомы и, главное, несколько веточек розовой камелии - тех самых цветов, которые, по словам Анесси, Фредди любил больше всего. Кричер специально искал их два дня. Он стоял перед дверью с самой радостной, почти мальчишеской улыбкой и мысленно репетировал: «Сюрприз для Анесси... но чтобы и вам глаз радовался». Постучал. Дверь открылась почти сразу. На пороге стоял Фредди - уже более строгий, чем в прошлый раз. Рубашка застёгнута на все пуговицы, взгляд холодный, оценивающий. Он медленно осмотрел Кричера сверху вниз, потом перевёл глаза на букет... и замер. Розовая камелия в центре композиции была слишком заметной. Что-то неприятно кольнуло Фредди в груди. Нос чуть поморщился - едва заметно, но Кричер успел это поймать. Воспоминания, связанные с этим благородным цветком, явно были не из приятных.       — Оу, какой красивый, однако, букет, — произнёс Фредди с явным сарказмом, скрестив руки на груди. — Особенно розовая камелия. Такая редкая. Кричер просиял - искренне, по-детски радостно.       — А я постарался и нашёл ваши любимые! — выпалил он, не успев прикусить язык. В следующую секунду он понял, что сказал, и быстро ретировался:       — То есть... вашей дочери они тоже очень нравятся! И чтобы глаз радовался ещё и вам, конечно! — неловко засмеялся и протянул букет вперёд. — Разрешите войти? Фредди смотрел на него долго. Очень долго. А потом - без единого слова - просто захлопнул дверь. Громко. Прямо перед носом Кричера. Презрительный взгляд, который Фредди успел кинуть напоследок, был холоднее любой зимы. Кричер остался стоять на крыльце с букетом в руках и глупой улыбкой, которая медленно сползала с лица.       — Это... значит «нет»? — спросил он в пустоту, неловко усмехнувшись. Но Кричер Пирсон никогда не сдавался так просто. Семь лет мошенничества приучили его: чем недоступнее плод, тем слаще он на вкус. Поэтому он просто сел на ступеньки крыльца, поставил букет рядом и принял самый жалостливый вид, на который был способен - брошенный щеночек под дождём, хотя солнце светило ярко. Когда минут через сорок вернулась Анесси, картина предстала перед ней во всей красе: Кричер на пороге, плечи опущены, букет лежит рядом, а сам он шмыгает носом, будто вот-вот простудится.       — Кричер?! — ахнула она. — Почему ты сидишь на пороге?! Кричер поднял на неё жалостливые глаза и улыбнулся так, будто ему очень-очень плохо, но он героически держится.       — Ох, Анесси, солнце моё... Привет. Я хотел сделать тебе сюрприз, пришёл в гости... а господин Райли, видимо, за что-то меня невзлюбил и даже на порог не пустил. — Он шмыгнул носом ещё раз для пущего эффекта. — Ничего, я подожду. Не хочу доставлять неприятности... Анесси мгновенно вспыхнула. Глаза сузились, щёки покраснели от возмущения.       — Что?! Папа тебя не пустил?! — она решительно схватила Кричера за руку и буквально потащила к двери. — Идём! Немедленно! Ты не будешь сидеть на холодном крыльце из-за его плохого настроения! Кричер слабо сопротивлялся для вида:       — Нет-нет, Анесси, правда, я не хочу мешать твоему отцу... он явно не в духе... Но Анесси уже открывала дверь и громко звала:       — Папа! Ты что, оставил Кричера на улице с цветами?! Мы сейчас же поговорим! Кричер позволил себя завести внутрь. В руках он всё ещё держал букет, а на лице уже расцветала тихая, победная улыбка.       «Чем недоступнее - тем слаще», — подумал он, глядя, как Фредди выходит в коридор и хмуро смотрит на него. Игра только начиналась.       — Зачем ты завела этого в дом? — строго спросил Фредди, указав рукой на Кричера, но даже не посмотрел в его сторону. Голос был холодным и тяжёлым.       — Папа! — возмутилась Анесси, вспыхнув до корней волос. — Это не «этот», а мой парень Кричер! Фредди недовольно хмыкнул, скрестив руки на груди.       — Твой парень, который уже второй раз приходит с букетом цветов в твоё отсутствие. Кричер понял, что момент критический. Он героически шагнул вперёд и мягко положил руку на плечо Анесси.       — Ну вот видишь, милая? Господин Райли сегодня явно не в духе. Я не хочу, чтобы вы из-за меня ссорились. Лучше я пойду... — он виновато понурил голову, изображая полное раскаяние и готовность раствориться в воздухе. Если на Анесси этот спектакль сработал моментально и её глаза тут же наполнились жалостью, то Фредди только ещё сильнее насупился. Он явно видел насквозь всю эту ребяческую игру. Анесси такой вариант категорически не устроил.       — Нет уж! — решительно заявила она. — Кричер, подожди меня здесь. Я быстро переоденусь наверху, и мы уйдём вместе. Раз папе так не нравится твоё присутствие, мы не будем ему мешать. Она бросила на отца укоризненный взгляд и убежала по лестнице. Как только шаги Анесси стихли на втором этаже, в коридоре повисла тяжёлая тишина. Кричер остался стоять посреди прихожей с букетом в руках и... невольно начал улыбаться. Довольной, почти блаженной улыбкой. Он всё-таки снова оказался в доме. Снова рядом с ним. Фредди же молча подошёл вплотную спустя пару минут раздумий. Так близко, что Кричер почувствовал тепло его тела и лёгкий запах кофе и древесного одеколона. Без единого слова он взял концы криво завязанного галстука и начал медленно, уверенно его перевязывать. Пальцы двигались точно и жёстко.       — Мальчик, — тихо начал Фредди, не поднимая глаз от узла, — не стоит тонуть в своих наивных фантазиях. — Он затянул галстук чуть сильнее, чем требовалось. Кричер невольно задержал дыхание. — Мне сорок два. Я старше тебя на четырнадцать лет, — продолжил Фредди всё тем же ровным, ледяным тоном. — Ты серьёзно думаешь, что меня можно охмурить букетом розовых цветочков, как какую-то наивную девочку? Он наконец поднял взгляд и посмотрел Кричеру прямо в глаза. Взгляд был тяжёлым, пронизывающим.       — Ты - парень моей дочери. А она для меня важнее всего на этом свете. — Голос стал ниже, почти шёпотом. — Если по твоей вине она хоть раз будет несчастна... если я увижу в её глазах хоть одну слезу из-за тебя... Фредди резко затянул галстук ещё туже, так что ткань ощутимо впилась в кожу.       — ...ты очень быстро пожалеешь, что вообще переступил порог этого дома. — Он отпустил галстук, но не отошёл. Ещё секунду смотрел Кричеру в лицо, будто вбивал каждое слово. — Запомни это. Хорошенько. Взгляд был тяжёлым, предупреждающим... и от этого почему-то ещё более притягательным. Кричер нервно сглотнул, быстро закивал и только после этого Фредди наконец сделал шаг назад, отвернулся и молча направился обратно в гостиную. А в груди Пирсона в этот момент разгорелось пламя ещё жарче прежнего.       «Чёрт... — подумал он, глядя вслед мужчине. — Злым Фредди выглядит ещё сексуальнее...» Он чуть ослабил галстук, когда Анесси уже спустилась и они выходили из дома. Но полностью развязывать его Кричер, кажется, больше никогда не станет. Потому что этот галстук завязывал сам Фредди. И это было важнее любых цветов.