Моя геройская работа

      Я провожаю Ястреба взглядом. Он выходит из раменной и расправляет крылья. Одно движение, лёгкое и привычное, хотя размах у них сколько? Метра три-четыре? Наверно тяжеленные. Он дожидается, пока мимо пройдут две девушки, и взлетает. Алые перья мелькают в солнечном свете и исчезают. Красиво…       Тут же одёргиваю себя. Хватит на него пялиться и думать о том, как он улыбается. Хватит прокручивать в голове каждое его слово.       Он герой номер два, я герой номер двадцать два. Ястреб почти незнакомец, с которым мы виделись дважды. Всё остальное — мои домыслы, усталость и дурацкая мысль, которую Фуюми вложила мне в голову своими шуточками. Я не просила.       Но что-то не даёт мне покоя.       Я смотрю в уже остывший рамен и пытаюсь понять — что именно.       Ястреб вежлив и мил, хотя его дурашливая манера после обучения у Старателя требует относить героя номер два к ненадёжным людям.       Его наводка звучит здраво: «У меня есть информация, что в ближайшие дни в торговом центре в Сибуе может произойти что-то неприятное». Звучит ровно так же, как шестьдесят процентов входящих заявок в нашем агентстве. Размыто, без деталей, с кучей неизвестных.       «Что-то плохое может случиться там-то, идите и проверьте» — это рутина. Мы живём в этой рутине и постоянно проверяем подобное. Ничего особенного.       И всё же.       И всё же что-то не так.       Я не могу это сформулировать. Не могу ухватить за хвост — мысль ускользает, как вода сквозь пальцы, но внутри, где-то глубоко под рёбрами, зарождается холодное, сосущее чувство тревоги. Оно просыпается каждый раз, когда интуиция замечает то, что разум ещё не успел обработать. Каждый раз, когда всё выглядит нормально, но не является нормальным.       Ястреб говорит, что хочет помочь Старателю удержаться на первой строчке, потому что он теперь символ. Это звучит логично, при условии, что я верю Ястребу, а я… чувствую, что у этой реки есть подводное течение.       Беда в том, что отказаться я тоже не могу. Новый торговый центр — слишком популярное место. Если там появится злодей с обычным ножом-бабочкой, уже могут быть жертвы. Опять же Ястреб вряд ли принёс бы «нож» для укрепления рейтинга Старателя.       Там будет что-то серьёзное.       Но почему он приходит ко мне, а не отправляет официальный запрос через Комиссию? Не создаёт новости в геройской сети? Толпа героев может «случайно» оказаться в том районе на случай ЧП.       Я точно знаю, что он активно пользуется сетью. Боится спугнуть потенциального преступника?       Трясу головой. Может, я просто параноик?       Может, работа сделала меня такой — подозрительной, недоверчивой, готовой видеть заговор в каждом совпадении? Фуюми постоянно говорит, что я слишком много работаю и мало сплю, а Нацуо считает, что я разучилась доверять людям.       Вдруг, Ястреб просто хороший парень, который действительно хочет помочь, и я зря себя накручиваю?       Я вздыхаю и отодвигаю тарелку. В любом случае решение уже принято.       Пойду в этот торговый центр не потому, что доверяю Ястребу, а потому что, если есть хоть малейший шанс, что его информация верна, я не могу это проигнорировать.       Если завтра там действительно что-то случится, а меня там не будет — я себе этого не прощу. Я и так провела полжизни, терзаясь чувством вины за то, чего не смогла предотвратить, потому что приложила недостаточно усилий. Хватит с меня Тойи.       Телефон звонит, вырывая меня из размышлений. На экране высвечивается фото Фуюми: она скорчила дурацкую рожицу, когда мы с ней в последний раз красили друг другу ногти и выпили слишком много кофе. Я улыбаюсь, глядя на снимок. Вот кто всегда звонит вовремя.       — Привет, ты сегодня свободна? — голос сестры звучит взволнованно.       — Уже да. Что у тебя?       — Кошмар, — трагическим шёпотом объявляет она.       Только успокоившись, волосы на моём затылке встают дыбом.       — Что случилось?       — На работе будет вечеринка, а мне нечего надеть.       Я коротко выдыхаю, на губах растягивается нервная улыбка.       В голове успели пронестись образы апокалипсиса: ному, Лига злодеев, Все-за-одного среди огня и крови, а на деле катастрофа оказывается размером со шкаф, в котором нет нужного платья.       Геройская работа делает меня параноиком. Может, я и к Ястребу зря придираюсь?       — Какая же я героиня, если не помогу родной сестре, — говорю я, положив официанту на чай поверх оставленных Ястребом денег. — Мне нужно переодеться, и я вся твоя.       — Хорошо, давай! Встретимся на месте? Только я не знаю, куда пойти...       Я открываю рот, чтобы предложить привычный нам квартал, но раньше, чем я успеваю подумать, — называю торговый центр в Сибуе, который указал Ястреб.       — О, класс! — радуется Фуюми. — Я там ещё не была, но говорят, он огромный.       — Супер, тогда встретимся там. Я, наверное, ещё Нацуо позвоню. Месть за утреннюю истерику, будет таскать наши пакеты.       — Давай! До встречи!       Я отключаюсь и некоторое время смотрю на опустевший стол. Зачем я это делаю? Почему именно этот ТЦ? Можно было предложить любое другое место, их в Токио десятки, но я называю тот самый адрес, потому что... хочу осмотреться.       Это разумно. Неприятности, по словам Ястреба, случатся завтра. Сегодня я могу пойти туда с сестрой, спокойно пройтись по этажам, посмотреть на расположение выходов, эвакуационных путей, охраны.       Если я пойму, что именно там может произойти — отлично. Если нет — хотя бы буду лучше ориентироваться на местности, когда завтра приду туда с отцом.       Тактическое решение. Профессиональная предусмотрительность. Никакого отношения к тому, что мне просто хочется развеяться и провести время с сестрой, а заодно перестать думать о золотых глазах и красных крыльях.       Ой, себе-то не ври, Эмико.       Я выхожу из раменной и направляюсь к метро. По дороге набираю Нацуо, который отвечает после третьего гудка.       — Чего? — буркает он. На заднем плане слышен шум — кажется, братец на кухне. Готовит, наверное.       — Ничего. Просто подумала, что я должна тебе пиццу.       — Ты мне ничего не должна.       — Должна. За то, что испортила тебе утро своей работой на «мерзавца».       Он замолкает. Я слышу, как выключает плиту.       — Эми...       — Всё нормально, Нацу. Я понимаю, почему ты злишься. Просто... давай не будем ссориться, ладно? У нас и так мало что от семьи осталось.       Он вздыхает — долго, тяжело, как будто выдыхает весь воздух из лёгких вместе с обидой.       — Ладно, — говорит он наконец. — Пицца с мясом. И ананасами.       — Ананасы в пицце — преступление против человечества.       — Вот поэтому я и заказываю её тебе. Чтобы ты страдала.       Я фыркаю.       — Договорились. Пицца с ананасами, но ты будешь есть её вместе со мной.       — С чего бы?       — Потому что ты мой брат, и я тебя люблю. А любовь — это разделять страдания.       Он хмыкает, но я слышу в этом хмыке что-то похожее на улыбку.       — Молчание знак согласия. Одевайся. Мы с Фуюми идём по магазинам, ты с нами.       — Что? Нет!       — Да. Тебе нужно выйти из дома и перестать дуться на весь мир. К тому же, нам нужен кто-то, кто понесёт пакеты.       — Я не...       — Там фудкорт с отличной пиццерией. А ещё там есть книжный магазин.       — Ты мной манипулируешь.       — Конечно. Это работает?       Пауза. Вздох. Ещё пауза.       — Ладно. Но если вы заставите меня заходить в магазин с нижним бельём, я уйду.       — В смысле? Это основная цель поездки. Мы только за трусами туда и едем. Кто будет отгонять от нас извращенцев? — возмущаюсь я, подмигивая трём женщинам, которые вместе со мной ждут на перроне и греют уши. С видом вселенского осуждения они тут же отворачиваются и начинают перешёптываться.       — Эмико! — мигом вспыхивает Нацу.       Я смеюсь и отключаюсь, не давая ему возможности слиться.       Подъезжает поезд. Я убираю телефон, в вагоне не принято шуметь, и встаю в углу вагона, по привычке наблюдая за людьми на случай возможных неприятностей, и думаю.       Беспокойство никуда не уходит — оно сидит где-то под ложечкой, холодное и липкое. Но теперь к нему примешивается что-то ещё. Предвкушение? Любопытство? Я не могу подобрать нужное слово.       Ястреб что-то недоговаривает. Это ясно. Но что именно? Вспоминаю, как он смотрел на меня в раменной. Как улыбался, открыто, тепло, но в золотых глазах при этом горело что-то предупреждающее. Как будто он не просто болтает со мной, а пытается невербально сказать ещё что-то.       Поезд дёргается, останавливаясь на моей станции. Я выхожу, поднимаюсь на улицу и быстрым шагом направляюсь к дому. Времени в обрез — переодеться, привести себя в порядок и встретиться с Фуюми и Нацуо у входа в торговый центр, где завтра может случиться что-то плохое.

***

      Через час я стою у главного входа в «Shibuya Sky Mall» — огромный стеклянный комплекс в семь этажей, сверкающий огнями даже в разгар дня. Фуюми уже здесь, машет мне из-под козырька, одетая в лёгкое летнее платье и сандалии. Рядом, засунув руки в карманы и всем своим видом выражая вселенскую скорбь, стоит Нацуо.       — Ты опоздала, — буркает он.       — На пять минут, — я подхватываю сестру под руку и тащу внутрь. — Идём, у нас куча магазинов и ограниченное количество терпения Нацуо.       — У меня вообще нет терпения, — уточняет он.       — Значит, начнём с книжного, пока ты ещё с нами.       Торговый центр действительно огромный: просторный атриум с прозрачным потолком, эскалаторы, переплетающиеся между этажами, десятки магазинов с яркими витринами. В центре атриума бьёт фонтан — сложная конструкция из стекла и металла, вокруг которой расставлены скамейки и кадки с живыми деревьями.       Вот здесь я наберу водички, если заварушке всё же быть…       На верхних этажах — кинотеатр и фудкорт. На нижнем — супермаркет и выход к станции метро.       Я медленно осматриваюсь, сканируя пространство. Выходы. Эвакуационные лестницы. Расположение колонн и укрытий. Количество охраны — двое на входе, ещё патрульные на этажах. Камеры наблюдения — вон там, на потолке, и там, и там. Если завтра здесь случится что-то, нужно знать, куда вести людей.       — Эми? — Фуюми трогает меня за локоть. — Ты в порядке?       Я моргаю и заставляю себя улыбнуться.       — Ага, — говорю я. — Не думала, что он настолько огромный. Целый город.       — Это точно! Мне кажется, тут есть вообще все магазины, в которые мы ходим.       — И ещё сотня других, — вставляет Нацу.       — Идём, ты говорила, тебе нужно платье? — я тяну её дальше.       Мы направляемся к эскалатору. Я стараюсь не отставать, смеюсь над шутками и поддерживаю разговор, но половина моего сознания всё время настороже. Я ищу. Сама не зная, что именно, — но ищу.       Что-то здесь не так. Кажется, Ястреб не ошибся.       Сегодня всё спокойно — обычный будний день, покупатели, суета. Но я чувствую — где-то под всем этим прячется угроза. Как трещина в металле, которую пока не видно, но которая вот-вот разрушит всю конструкцию.       — Эмико! — голос Нацуо вырывает меня из раздумий. — Ты опять зависла. Что с тобой сегодня?       — Ничего, — я качаю головой. — Просто устала. Да и вчерашний вечер вымотал.       — Неудивительно, — фыркает он. — Ты пыталась сделать из нашего отца человека. Это титанический труд.       — Нацу, — укоризненно говорит Фуюми.       — Что? Я просто констатирую факт.       Я улыбаюсь и беру его под руку.       — Ладно уж, пусть выскажется. Он же лопнет от злости. Давай, братишка, выкладывай всё. У нас полно времени, пока Фуюми торчит в примерочных.       Он вздыхает, но не отстраняется. Фуюми смеётся и бежит вперёд, к витрине с вечерними платьями. А я, шагая рядом с братом по сверкающему полу торгового центра. Нацу уже растерял запал ругаться, моя рука на его предплечье успокаивает его. Отчасти, поэтому я постоянно таскаю его с нами. Чтобы он видел меня, чувствовал моё присутствие и знал, что хоть я «папина дочка», я не перестаю быть его сестрой тоже.       И ещё я думаю о Ястребе.