Теория безопасности

Кабинет Гарри Поттера совсем не походил на кабинет человека, которого боялась одна половина Министерства и боготворила другая. Астория заметила это сразу. Никакой показной роскоши. Никаких трофеев. Никаких фотографий «героя войны». Только порядок. Темное дерево. Высокие окна. Несколько папок, сложенных идеально ровно. Черная чашка кофе. И магловский Лондон за зачарованным окном — серый от дождя. Словно кабинет человека, который не пытается произвести впечатление. Потому что ему это уже давно не нужно. — Ты специально заставляешь людей нервничать этой тишиной? — спросила Астория, заходя внутрь. — Нет. Гарри даже не поднял глаз от документов. — Просто большинство людей начинает слишком много говорить, когда нервничает. — И ты позволяешь им это делать. — Удобно. Она фыркнула и бросила папку на стол. — Символ я уже где-то видела. Теперь он посмотрел на нее. Внимательно. Сразу сосредоточенно. У Гарри вообще была неприятная привычка смотреть так, будто в комнате больше ничего не существовало. — Где? — Не помню. — Это не помогает. — Зато честно. Он отложил перо и откинулся в кресле. И Мерлин. Это тоже было проблемой. Поттер научился быть красивым совершенно невыносимым образом. Не «модельным». Не милым. Просто… взрослым. Спокойным. Уверенным. С тем видом усталости в глазах, от которого у некоторых женщин окончательно срывало голову. И судя по тому, как на него смотрела половина отдела — не только женщины. — Ты сейчас анализируешь дело или меня? — спокойно спросил Гарри. Астория моргнула. — Что? — У тебя такой же взгляд, как у Макгонагалл, когда она собиралась снять с меня баллы. — Самодовольный придурок. — Это вовсе не ответ. Она уже открыла рот, но дверь кабинета резко распахнулась. — Гарри, серьезно, если ты еще раз возьмешь мой виски для «рабочих переговоров», я начну брать деньги… Рон Уизли замолчал на полуслове. И перевел взгляд с Гарри на Асторию. — А. Я мешаю. Тон был легким. Но слишком резким на краях. Астория сразу это заметила. Рон почти не изменился внешне. Немного шире в плечах. Чуть уставший. Рыжие волосы короче. Но что-то в нем теперь постоянно выглядело напряженным. Как будто человек, который заходит в комнату уже готовым к конфликту. — Ты никогда не мешаешь, — сказал Гарри. И сказал это искренне. Настолько искренне, что Астории стало неловко. Рон фыркнул. — Да, я вижу. У тебя здесь теперь слизеринский клуб? — Малфой здесь уже давно, а не только сейчас, — спокойно сказала она. — О, еще лучше. Гарри медленно поднял глаза. — Рон. Без агрессии. Без предупреждения. Просто имя. И атмосфера в комнате сразу изменилась. Астория буквально увидела, как Рон проглотил следующую фразу. Это как раз то, о чем когда-то говорил Малфой: Поттер научился давить на людей почти незаметно. — Я шучу, — сказал Рон. — Нет, — спокойно ответил Гарри. — Ты устал и раздражен. Это разные вещи, совсем не смешные. Несколько секунд стояла тишина. И Астория вдруг поняла: любой другой после такой фразы начал бы защищаться. А Рон — привык. Как будто Гарри уже годами разговаривал с ним таким тоном. — Тебя зовет Гермиона, — пробурчал Рон. — Из-за международного отдела? — Из-за того, что ты третий день подряд пропускаешь обед. На секунду Поттер закрыл глаза. Устало. По-человечески. — Я поем позже. — Так она и поверила. Рон оперся на дверь и наконец посмотрел на Асторию нормально. — Так тебя тоже втянули в это дерьмо? — Уже пытаюсь сбежать. — Не получится. Если Поттер что-то вбил себе в голову — все. — Ты говоришь так, будто это проблема. — Потому что это проблема. Гарри молча взял чашку кофе. — Ты драматизируешь. — А ты контролируешь людей. Воздух как будто стал плотнее. Астория перевела взгляд между ними. Гарри не шелохнулся. Только глаза стали холоднее на полтона. — Мерлин, это была шутка, — сразу сказал Рон. Слишком быстро. И тут Астория поняла еще одну вещь: Рон боялся зайти слишком далеко. Не физически. Не «Гарри сейчас нападет». Нет. Он боялся момента, когда Поттер просто перестанет его терпеть. Гарри сделал глоток кофе. — Гермиона у себя? — А где же еще. — Хорошо. Я зайду через десять минут. Рон кивнул, но не ушел. Вместо этого снова посмотрел на Асторию. — Серьезно, Гринграсс, как ты вообще согласилась работать с ним? — Мне было скучно. — Беги, пока можешь. — Рон, — немного тише сказал Гарри. И вот теперь это прозвучало как предупреждение. Рон сжал челюсть. На секунду в его глазах мелькнуло что-то очень некрасивое. Ревность. Чистая, старая, давно знакомая ревность человека, который всю жизнь стоял рядом с солнцем и постепенно начал ненавидеть свет. А потом он улыбнулся. Слишком резко. — Да расслабься, я ухожу. Дверь захлопнулась сильнее, чем нужно. В кабинете воцарилась тишина. Астория медленно посмотрела на Гарри. — Это изматывает. Он не переспросил. Сразу понял. — Да. — Почему ты это терпишь? Гарри долго молчал. Потом поставил чашку на стол. — Потому что когда-то он прошел со мной через ад. Спокойно. Без пафоса. И именно поэтому это прозвучало тяжелее. — А сейчас? — тихо спросила она. Гарри перевел взгляд на окно. На дождь. На город. На собственное отражение в стекле. — А сейчас мне иногда кажется, что он там и остался, а я не знаю, как вытащить его оттуда обратно.