Ретроспектива совершенной жизни

      Тишина в конференц-зале сгустилась. Я стояла, переводя взгляд с самодовольного Эггмана на мрачного Шэдоу. Тот никак не комментировал слова доктора о «временном сотрудничестве», лишь продолжал сверлить меня тяжелым взглядом красных глаз. В них не было враждебности, скорее — холодное, оценивающее любопытство. — Присаживайся, Фейбл, — повторил Эггман, и в его голосе прорезались знакомые по мультам повелительные нотки. — Стоять ты будешь долго. История, которую мне придется рассказать, к сожалению, не из коротких.       Я медленно опустилась в ближайшее кресло. Механический протез пальца тихо жужжал сервоприводами, подстраиваясь под движение. Это ощущение всё ещё было чуждым, но... странно правильным. — Начну с хороших новостей, — Эггман взмахнул рукой, и центральный голографический проектор ожил, высветив над столом объемную карту мира, поделенного на знакомые чем-то знакомые зоны. — Ты жива. Это уже достижение. Три недели назад во время инцидента в Мраморной долине ты попала под выброс негативной энергии Хаоса такой силы, что твое тело подверглось частичной фоссилизации. — Окаменению, — тихо перевела я, вспомнив слова Сэйдж. — Именно. Превращению живых тканей в подобие минеральной структуры. Процесс был остановлен на семьдесят третьем проценте, но последствия... — он неопределенно качнул головой. — Частичная амнезия, спутанность воспоминаний, вероятные когнитивные искажения. Сэйдж может предоставить полную медицинскую выписку. — Предоставить? — я нахмурилась. — Погодите. Инцидент? Какой ещё инцидент? Я не помню ничего ни о какой Мраморной долине!       Шэдоу, до этого сидевший неподвижно, чуть сместился в кресле. Металлические набойки на его перчатках едва слышно скрипнули. — Это ожидаемо, — произнес он. Голос был низким, с характерными хрипловатыми нотками. — Не совершённым формам жизни очень трудно пережить такое. Твоя память — приемлемая цена за спасение. — Спасение? От чего?       Эггман поморщился, словно Шэдоу перехватил у него самую эффектную часть презентации. — От синего поганца, разумеется. Точнее, от его вопиющей некомпетентности, импульсивности и идиотизу.       На голограмме появилось изображение синего ежа, застывшего в фирменном рывке. Затем картинка сменилась на кадры с камер наблюдения: огромный кристалл, пульсирующий алым светом, и фигура, стоящая слишком близко к нему.       Я напряглась. Фигура была похожа на олениху. — Ты была многогранной личность, занималась снятием пропагандистских видео, аудио и, — продолжил Эггман, довольно постукивая пальцами по столу. — Ты — один из немногих специалистов по негативной энергии и могла чувствовать ее лучше приборов. Но в тот раз синия крыса, как всегда, действовала быстрее, чем думал. Его вмешательство дестабилизировало артефакт. Ты успела закрыть основной выплеск щитом, но периферийная волна накрыла тебя саму. И вырвавшиеся остатки заставили одну сотую населения пройти через тот же процесс что и тебя. — Я спасла Соника? — вырвалось у меня. — Ты спасла ближайший город с полумиллионным населением, — отрезал Шэдоу. — Соник просто оказался в эпицентре. И, в отличие от тебя, даже не пострадал.       В его голосе сквозило плохо скрываемое раздражение. — Но почему я ничего не помню? — я прижала ладонь к виску. — Я не помню себя, не помню вас, и голова раскалывается при любом умственном напряжении! — Потому что твой разум сейчас — это мозаика, собранная заново, — Сэйдж материализовалась в виде голографической проекции рядом со мной. — Мне пришлось восстанавливать нейронные связи, используя доступные эталонные матрицы. Вероятность полного восстановления оригинальной личности составляет сорок один процент. Рекомендуется длительная реабилитация и когнитивный терапии.       Я смотрела на свои руки. Одна — живая, покрытая светло-коричневой шерстью. Вторая — с металлической вставкой. Это тело было чужим, но сейчас, когда паника отступала, уступая место холодному анализу, я начала замечать детали. Вот шрам на запястье. Я не помню, откуда он, но почему-то знаю, что он ноет перед дождем. А вот мозоль на указательном пальце. Такая бывает, если много пишешь или держишь инструмент. — Вы сказали — специалист по негативной энергии, — медленно проговорила я. — Значит, до этого инцидента я работала... на вас?       Эггман расплылся в улыбке. Такой искренней, что мне стало не по себе. — Работала — слишком грубое слово. У меня ресурсы и технологии, у тебя — знания и уникальная чувствительность к энергии. Симбиоз. Взаимовыгодное партнерство, результатом которого, в частности, стал твой протез, — он указал на мой палец. — Предыдущий дефектный и примитивный ты потеряла при прошлом инцидене. Мое изобретение позволяет тебе взаимодействовать с артефактами на качественно новом уровне. — И что же пошло не так в этот раз? — Соник, — хором ответили Эггман и Шэдоу.       Мрачный еж хмыкнул и пояснил: — Он пытался уничтожить артефакт. Грубая сила. Энергия пошла всплеском. Ты выстроила барьер, но была слишком близко. Пока Соник выбирался из-под завалов, тебя уже эвакуировали на одну из баз Эггмана. — И герои не поинтересовались моей судьбой? — Герои, — Эггман фыркнул, — были заняты очередной победой надо мной. Они уверены, что ты погибла на месте. Я счел это... удобным.       Он откинулся в кресле. — Пока мир думает, что Фейбл мертва, у нас есть время. Ты восстановишь свои способности, и мы закончим начатое. А когда закончим, у Соника и его компании будет очень, очень много вопросов. — Я не нанималась в инструменты для сведения счетов, — покачала я головой. Это вырвалось рефлекторно. Слова прозвучали резко, уверенно. Так, словно я действительно привыкла спорить с Эггманом.       Он лишь рассмеялся — раскатисто, басовито. — Ах, Фейбл, вот теперь я тебя узнаю. Даже без памяти ты остаешься собой. Нет, разумеется. Сведение счетов — это моя личная программа. А твоя — исследовательская. Видишь ли, за то время, что ты была без сознания, мои сканеры зафиксировали кое-что любопытное.       Он снова активировал голограмму. На этот раз на ней высветилась сложная диаграмма, испещренная непонятными мне символами. — В момент выброса ты поглотила часть энергии. Она не рассеялась, не дестабилизировала тебя окончательно, а... законсервировалась. Словно встала на паузу. На базе находиться стабилизатор что бы энергии вновь не запустила процесс.       Эггман замолчал на секунду, словно смакуя собственные слова. Затем медленно подался вперёд через стол. Стёкла очков вспыхнули белыми бликами, скрывая глаза, а на лице расползлась широкая, почти неестественная улыбка. На мгновение он стал похож не на учёного и даже не на правителя своей империи. — Ты теперь — ключ. Живой ключ к этому конкретному типу аномалии. С его помощью мы можем найти и обезвредить ещё десятки подобных артефактов до того, как они попадут в чьи-то жадные лапы. Или, что хуже, лапы Соника, который снова попытается всё сломать.       В зале повисла пауза. Я переваривала информацию. Специалист по аномалиям. Партнер Эггмана. Пострадавшая от действий Соника. Это объясняло и протез, и мое нынешнее состояние. Всё сходилось.       Но почему-то внутри меня всё равно что-то царапало. Какое-то смутное чувство, будто я упускаю важнейшую деталь.       Я посмотрела на Шэдоу. Тот ответил прямым взглядом. — Ты веришь ему? — спросила я напрямую. — Я верю фактам, — ответил он. — Я видел записи с камер. Я был там через двенадцать минут после инцидента. Всё, что он рассказал — технически верно. — Технически? Шэдоу слегка перевёл взгляд на Эггмана. — Его мотивы меня не интересуют. — Какая неожиданная ложь, — сухо заметил Эггман. — Я сказал "не интересуют". Не "не вызывают подозрений".       На несколько секунд в комнате повисла тишина. — Тогда почему ты вообще здесь? — спросила я. — Потому что сейчас он единственный кто что-то сможет сделать и наша цель совпадает.       Он скрестил руки на груди. — Эггман хочет изучить эту энергию. Я хочу убедиться, что последствия инцидента будут устранены и никто больше не пострадает. — Видишь? — усмехнулся Эггман. — Называется сотрудничество. — Не сотрудничество. — Тогда как?       Красные глаза Шэдоу чуть сузились. — Надзор.       Улыбка Эггмана стала заметно натянутее. — О, прекрасно. Мой любимый вид отношений.       Эггман хлопнул в ладоши, разрушая напряжение момента. — Прекрасно! Я рад, что мы достигли взаимопонимания. А теперь, Фейбл, не хочешь ли ты увидеть свое рабочее место? Уверен, мышечная память подскажет тебе больше, чем мои слова.       Он поднялся и направился к боковой двери. Я, поколебавшись мгновение, последовала за ним. Шэдоу двинулся следом — неслышно, словно тень.       Мы прошли через несколько технических отсеков, пока не оказались в просторной лаборатории. Здесь было больше света. Вдоль стен стояли стеллажи с образцами минералов, голографические доски с формулами, стенды с инструментами. В центре, на специальной подставке под кварцевым колпаком, тускло мерцал небольшой кристалл. Не Мастер Изумруд, не один из легендарных семи, а какой-то другой, меньшего размера. Его свет был тревожным, оранжево-желтым.       Моя рука сама потянулась к нему. Я одернула себя, но Эггман лишь поощрительно кивнул. — Смелее. Проверим сохранилась ли чувствительность.       Я подошла ближе. Протез на пальце едва заметно завибрировал. Я поднесла ладонь к кварцевому колпаку, не касаясь его. Кристалл внутри вспыхнул ярче.       И в этот момент в моей голове словно пронесся вихрь. Не воспоминание. Ощущение. Запах озона после дождя. Вкус кофе на языке. Чей-то смех. И голос — мой собственный, но произносящий слова, которых я не понимаю.       «Мотор!»       Видение исчезло так же внезапно, как и появилось. Я пошатнулась, хватаясь за край стеллажа. — Что это было? — выдохнула я. — Отголоски, — спокойно ответила появившаяся рядом Сэйдж. — Остаточные мнемонические паттерны. Вероятно, связанные с твоей профессиональной деятельностью до инцидента. — «Мотор»? Это какой-то термин? — В данном контексте — команда начала работы какого-либо механизма или процесса, — пояснила Сэйдж. — Возможно, ты использовала её при запуске оборудования.       Эггман просиял. — Видишь? Твоя память возвращается. Медленно, но верно. Ещё несколько сеансов с изумрудом, и ты вспомнишь всё, что нужно для работы. — Если я захочу вспоминать, — тихо ответила я.       Улыбка Эггмана на мгновение стала жесткой, но он быстро вернул ей прежнюю благостность. — Захочешь, Фейбл.       Он развернулся к выходу. — Оставляю вас, мне сейчас нужно быть в другом месте. Шэдоу будет тебя навещать и следить за частью сделки, а Сэйдж просмотрит за состоянием. Сэйдж, введи для Фейбл третий уровень доступа. Пусть освежит знания. — Принято, Отец.       Эггман вышел. Я осталась в лаборатории наедине с Шэдоу, мерцающим кристаллом и тысячей вопросов, ответов на которые у меня пока не было.       Шэдоу какое-то время молчал, а потом произнес, не глядя на меня: — Он сказал тебе правду. Но не всю. — Чего я не знаю?       Он встретился со мной взглядом. — Ты уверена, что хочешь знать?       Я посмотрела на свое отражение в темном стекле колпака. Олениха со шрамами и металлическим пальцем. — Не знаю, — честно ответила я.       Слова сорвались раньше, чем я успела их обдумать. — Я не знаю, хочу ли знать. Не сейчас.       Шэдоу некоторое время молчал. — Справедливо.       Я медленно выдохнула и снова посмотрела на кристалл под колпаком. Его тусклое оранжево-жёлтое свечение отражалось в стекле, смешиваясь с моим собственным отражением.       Странное чувство не отпускало.       Будто где-то на краю сознания находился ответ. Что-то важное. Что-то такое, что я должна была помнить.       Я нахмурилась. В голове внезапно кольнуло. Сначала слабо. Потом сильнее. Словно кто-то резко дёрнул за невидимую нить, натянутую между воспоминаниями.       Я поморщилась и прижала ладонь к виску. — Фейбл?       Голос Шэдоу донёсся будто издалека.       Боль усилилась. Лаборатория на мгновение поплыла перед глазами. Оранжевое свечение кристалла стало ярче. Или мне только показалось. Сердце вдруг пропустило удар. Затем ещё один. В висках застучало так сильно, что стало трудно дышать. — Что-то... не так...       Мир качнулся. Пол ушёл из-под ног. В ушах появился высокий неприятный звон. Где-то рядом что-то сказал Шэдоу, но слов я уже не разобрала.       Тело внезапно стало тяжёлым. Непослушным. В глазах потемнело. Последнее, что я увидела, — как кристалл под колпаком вспыхнул немного ярче обычного.       А затем меня накрыла волна дурноты.

***

      Я успел подхватить её прежде, чем она рухнула на пол.       На мгновение её ноги просто перестали держать. Тело обмякло, словно кто-то выключил питание. Я удержал её за плечи и осторожно усадил обратно на стул. Что-то было не так.       Я перевёл взгляд на кристалл под колпаком.       Оранжевое свечение уже вернулось к прежнему уровню. Слишком быстро. Словно вспышки несколько секунд назад вообще не было. Мне это не нравилось. С самого начала не нравилось. — Сэйдж.       Голограмма появилась почти мгновенно. — Я уже провожу диагностику.       Я снова посмотрел на Фейбл. Дыхание неровное. Пульс учащён. Пальцы подрагивают.       Похоже не на физическую травму. И не на последствия обычной амнезии. За последние десятилетия мне доводилось видеть множество эффектов воздействия энергии Хаоса. Некоторые из них заканчивались гораздо хуже. Но это выглядело иначе. Слишком странно. — Причина? — Устанавливается.        Я нахмурился. ИИ редко не могла сразу дать ответ. Фейбл тихо вздохнула. Её брови дрогнули, словно она увидела что-то неприятное.       Сон? Воспоминание? Или очередной побочный эффект? Я скрестил руки на груди.       Эггман рассказал ей правду. Большую её часть и столько же умолчал.       Но я слишком хорошо знал его, чтобы верить, будто он выложил все карты на стол. Особенно сейчас. Особенно когда речь шла об энергии, которую он не понимал до конца.       Мой взгляд снова остановился на оленихе. Несколько часов назад она проснулась, не помня собственного прошлого. Сейчас её привели в лабораторию и практически сразу заставили взаимодействовать с объектом, который может быть связан с причиной её состояния.       Типичное решение Эггмана. Сначала эксперимент. Потом последствия. Я медленно выдохнул. Если её состояние ухудшится, я не позволю ему продолжать. Даже если придётся напомнить доктору о границах нашего соглашения.       Фейбл снова вздрогнула. На этот раз сильнее. Я сделал шаг вперёд. — Сэйдж. — Жизненные показатели стабильны. Угроза жизни отсутствует. — Она приходит в сознание? — Нет. Зафиксирована повышенная нейронная активность.       Другими словами, её мозг сейчас работал на пределе. Отлично. Просто замечательно. Я бросил взгляд на кристалл. Потом снова на неё. Что бы она ни увидела в тот момент, это явно было связано не только с потерей памяти. — Рекомендую перевести объект Фейбл в медицинский блок, — произнесла Сэйдж после очередной паузы. Её голос оставался ровным, но с характерной аналитической интонацией. — В её текущем состоянии требуется постоянное наблюдение. Там доступно специализированное диагностическое оборудование.       Я коротко кивнул. Спорить с этим не было смысла.       Фейбл всё ещё не приходила в себя. Подойдя ближе, я осторожно подхватил её на руки. Она оказалась неожиданно лёгкой. Намного легче, чем выглядела. Её голова безвольно качнулась и уткнулась мне в плечо. — Маршрут построен, — сообщила Сэйдж. — Следуйте за навигационными указателями.       Я направился к выходу из лаборатории. Автоматические двери бесшумно разъезжались передо мной. Коридоры базы были непривычно тихими. Слышался лишь размеренный гул систем жизнеобеспечения да негромкое жужжание скрытых в стенах механизмов.       Фейбл пошевелилась. Слабо. Почти незаметно. Затем вдруг свернулась у меня на руках, словно пытаясь инстинктивно найти более удобное положение.       Я бросил на неё короткий взгляд. Глаза оставались закрытыми. Похоже, она даже не понимала, что происходит. Одна из её рук медленно сдвинулась и коснулась белого меха на моей груди.       Без перчаток...       Её пальцы слегка сжались в пушке, словно она пыталась убедиться, что рядом есть что-то настоящее. — Зафиксировала ли ты что-то конкретное? — спросил я тихо у ИИ.       Сэйдж ответила не сразу. На ближайшем дисплее пробежали строки данных. — У объекта Фейбл наблюдается резкое повышение уровня нейромедиаторов, отвечающих за социальную привязанность и репродуктивную мотивацию. Допамин и эндорфины находятся на повышенных отметках, типичных для сильной стресс-реакции с сопутствующим влечением. Кроме того… — небольшая пауза, — у вас, Шэдоу, также зарегистрировано лёгкое, но устойчивое повышение уровня тестостерона и кортизола, а также изменение частоты импульсов в лимбической системе. Это указывает на взаимное подсознательное синхронизирование феромональных и нейроэндокринных сигналов.       Сэйдж замолчала на несколько секунд, а потом продолжила уже вслух, размышляя сама с собой: — Не понимаю… Биологическая реакция объяснима, но... Запускаю расширенный культурный анализ… обычаи мобианцев… этикет доверия… социальные сигналы уязвимости…       Её голос стал чуть тише, будто она углубилась в данные. — Я просмотрела большой объём информации по этикету и социальным нормам мобианцев. Теперь я понимаю, почему вы, Шэдоу, всё это время смотрели в основном на лицо.       Я ничего не ответил. К счастью. Потому что впереди уже показались двери медицинского блока.       Они разошлись в стороны ещё до того, как я подошёл вплотную. Внутри помещение оказалось заметно светлее остальных отсеков базы. Белые стены, ряды диагностического оборудования и несколько автоматизированных медицинских капсул. Всё выглядело непривычно стерильно для владений Эггмана.       Я направился к ближайшей койке и осторожно уложил Фейбл на неё.       Она едва заметно нахмурилась во сне. Рука, всё это время державшаяся за мех на моей груди, неохотно разжалась. На секунду мне показалось, что она собирается проснуться.       Но этого не произошло. — Начинаю полное сканирование, — сообщила Сэйдж.       Над койкой вспыхнули тонкие голубые лучи. Показатели здоровья один за другим появлялись на ближайшем мониторе. — Физическое состояние стабильно. Критических отклонений не обнаружено. Причина потери сознания предположительно связана с чрезмерной нейронной нагрузкой.       Я коротко кивнул. Этого следовало ожидать. Внезапно на моём наручном коммуникаторе вспыхнул сигнал вызова.       Я посмотрел на экран.       G.U.N.       Несколько секунд спустя появилось имя абонента. >Джулиан Снивли<       Я нахмурился и принял вызов. Над устройством возникла небольшая голографическая проекция. — Шэдоу, — произнёс Снивли без предисловий. — Ваше присутствие обязательно. — В чём дело? — Исследовательский сектор. Мы захватили Энтропийный монокристал... Который я уже назвал Олетритом. Командование настаивает что для проведения испытаний нужно твое присутствие.       Разумеется. Стоило мне исчезнуть на несколько часов, как где-нибудь обязательно происходило нечто странное. — Насколько срочно? — Достаточно срочно, чтобы я тратил время на этот звонок.       Я бросил взгляд на Фейбл. Она всё ещё лежала неподвижно. Сканирование продолжалось. — Буду через некоторое время. — Хорошо. Координаты уже отправлены на твой коммуникатор.       Связь оборвалась. Некоторое время я смотрел на потухший экран. Затем перевёл взгляд на Сэйдж. — Мне придётся уйти.       ИИ понимающе кивнула. — Вероятность возникновения вопросов при длительном отсутствии составляет семьдесят восемь процентов. — Именно.       Я скрестил руки на груди. — Если кто-то начнёт внимательно изучать мои перемещения, рано или поздно обнаружится связь между мной и этой базой. — Что приведёт к раскрытию факта сотрудничества. — А этого нельзя допустить.       Несмотря на все мои подозрения в отношении Эггмана, сейчас наши цели действительно совпадали и что не странно я доверял Эггману больше чем племяннику изначального Роботника. Если G.U.N узнает, что я регулярно появляюсь на одной из его баз, последствия окажутся крайне неприятными для всех участников.       Сэйдж посмотрела на медицинские показатели. — Я продолжу наблюдение за состоянием Фейбл и уведомлю вас в случае любых изменений. — Хорошо.       Я ещё раз посмотрел на олениху.       Она выглядела удивительно спокойной для человека, который несколько часов назад очнулся без памяти о собственной жизни.       Я развернулся и направился к выходу из медицинского блока. Автоматические двери бесшумно закрылись за моей спиной.       Работа в G.U.N ждала. А вместе с ней — ещё больше вопросов, на которые пока не было ответов.