Убежим?

- Убежим? - Убежим. - А куда? - Не знаю даже... Куда-нибудь подальше. Я устал от всего. Изуку не понимал, жив он был или уже мёртв, но вот что он точно знал, так это то, что он был счастлив. Томура держал его за руку крепко-крепко. Всеми пятью пальцами, не боясь расщепить. А вокруг лишь море белых цветов, да океан неба над головой. - О чём ты думаешь? - Спросил как-то Шигараки, пока они шли вперёд по нескончаемой тропинке. - О том, как ты прекрасен, - отвечал Мидория, ласково улыбаясь. - И о том, что я не хочу, чтобы наша дорога кончалась. Они не уставали. И скучно не было ни капельки. В голове благодатная пустота. Никаких тревог и забот. - Лишь я и ты. Лишь ты и я. Парень запнулся, пытаясь сочинить стихотворение. Как на зло, ничего не выходило. А так хотелось... - Твоя рука в моей руке... - И сердце замерло, сияя. - Душа застыла в тишине... Получалось коряво. Изуку сглотнул, пытаясь подобрать строчку. Не выходило. Томура оглянулся на него, любовно смотря. - У неоконченного Рая? Пожав плечами, Мидория уставился вперёд, думая над тем, а будет ли у них их собственный Рай? Или же это он есть? Тогда, выходит, они мертвы? - Продолжим дальше сочинять или хватит? - Хватит... - Изуку сжал его руку покрепче. - Потом, если захотим, ещё сочиним. - Думаешь, у нас будет ещё много времени? - Достаточно для того, чтобы рассказать ещё миллион стихов. Томура кивнул, замедляя шаг, а после и остановился. - Тогда, может, никуда не пойдём? Сочиним не миллион, а миллиард стихов? - А если больше? Мидория потянулся к нему, целуя в губы. Как бабочка, нежно, ласково. - Люблю тебя я... Больше всего на свете люблю... - Я тебя тоже... Они упали в цветы, прижимаясь друг к другу. Было тепло, хорошо... Их уста то соединялись в поцелуе, то отстранялись, чтобы заглянуть в глаза напротив. Не хотелось больше никогда отпускать друг друга. И они и не отпустят. У них впереди сколько угодно времени.