Таинственное Воскрешение

Глава 11. Постепенное воскрешение В тусклом свете фонариков они увидели иссиня-черного младенца, прильнувшего к Ван Шаньшань. Его черные глаза уставились на них. В этот момент страх почти сломил всех. — А-а-а! Раздались крики, ужас окончательно вырвался наружу, и все инстинктивно отпрянули от Ван Шаньшань. «Черт, этот призрачный младенец не может напасть на меня, так он переключился на других?» — Ян Цзянь крепко сжал кулаки, чувствуя свое бессилие. Он хотел спасти ее, но боялся подойти. Глаз на его теле мог лишь видеть сквозь тьму призрачного домена, а самозащита срабатывала инстинктивно. У него не было никаких средств, чтобы справиться с этим призрачным младенцем. «Бежать». Стиснув зубы, он почти инстинктивно решил бежать. — Кх… кхе-кхе… спа… спаси меня… Ван Шаньшань выглядела так, будто умирает. Как рыба, выброшенная на берег, она открывала рот, с трудом протягивая руку к Ян Цзяню, словно это была ее последняя надежда, и выдавливала из себя мольбу о помощи. Ян Цзянь не оборачивался, но глаз на его затылке видел эту сцену. Видя мучительную мольбу своей одноклассницы, он инстинктивно остановился. Эта сцена была так похожа на ту, когда Фан Цзин толкнул его в туалет. Ван Шаньшань еще не потеряла сознание. Хотя она была парализована страхом, в момент отчаяния она отчаянно жаждала, чтобы кто-нибудь ей помог. «Если я сейчас уйду, чем я буду отличаться от Фан Цзина? Использовать жизнь одноклассника, чтобы задержать злобного призрака, лишь бы спастись самому?» В душе Ян Цзяня разгорелась борьба: «Ван Шаньшань — не то же самое, что Дуань Пэн и Чжэн Фэй. Они заслужили свою смерть, ведь они хотели убить меня, чтобы выжить». «К тому же, теперь я, должно быть, тоже укротитель призраков. У меня есть сила злобного призрака, я уже не обычный человек. Спасая ее, я не обязательно погибну сам». За одно мгновение в его голове пронеслось множество мыслей. Глаз на его затылке не отрываясь смотрел на Ван Шаньшань, на ее искаженное от боли лицо и на ее постепенно опускающуюся руку. Если он не спасет ее сейчас, призрачный младенец задушит ее. — Черт побери! Выругавшись, Ян Цзянь развернулся и бросился к ней, без колебаний ударив кулаком по голове призрачного младенца, душившего Ван Шаньшань. «Если бы это видео попало в интернет, меня бы наверняка заклевали диванные воины за такое жестокое избиение младенца». Призрачный младенец получил удар, и вмятина осталась на его голове, но он не пострадал. Его черные глаза странно уставились на Ян Цзяня. — Уа-га-га… Издав странный крик, призрачный младенец, казалось, разъярился. Он отпустил Ван Шаньшань и бросился на Ян Цзяня. Его щеки разошлись, рот раскрылся, превосходя все человеческие пределы, и он одним махом проглотил его руку по локоть. Холод, липкость, словно его засасывало в черную дыру. Он не только не мог вытащить руку, но и все его тело неумолимо затягивало в этот черный рот. — Кха, кхе-кхе! Ван Шаньшань почти рухнула на пол, жадно хватая ртом воздух. «Меня съедят?» Ян Цзянь почувствовал, как его тело начинает растворяться, словно вся его плоть и кровь устремились в этот рот, и скоро его съедят заживо. Однако… Острая боль пронзила его руку. Словно с него живьем сдирали кожу и плоть, словно дробили саму душу. Призрачный младенец издал мучительный крик, выплюнул руку Ян Цзяня, а затем, словно потеряв все силы, шлепнулся на пол. Он быстро пополз назад, будто спасаясь бегством, и вскоре исчез на лестнице. — Черт, опять это чувство! Ян Цзянь, покрытый холодным потом и дрожа всем телом от боли, не смог сдержать крика. На той части его руки, что была проглочена призрачным младенцем, вспыхнул красный свет. Кожа и плоть были разорваны чем-то изнутри, и из ран показались алые глазные яблоки. Раньше на тыльной стороне его ладони был всего один глаз. После нападения призрачного младенца на затылке появился второй. А теперь, после одного укуса, разом появилось еще четыре глаза. Количество красных глаз стремительно возросло. Возможно, именно это и отпугнуло призрачного младенца. — Ян… Ян Цзянь, ты как? С тобой все в порядке? Ван Шаньшань, спасшаяся от смерти, все еще не оправилась от шока, ее лицо было искажено ужасом, но она понимала, что только что Ян Цзянь спас ее. Видя, как он катается по полу от боли, она с тревогой спросила и протянула руку, чтобы помочь ему встать. Внезапно. Ян Цзянь перестал корчиться. Его рука вывернулась под неестественным углом и схватила ладонь Ван Шаньшань. Нормальный человек не смог бы сделать такое движение. На его руке было целых пять глаз, которые, вращаясь, уставились на нее. — А-а-а! Ван Шаньшань в ужасе рухнула на пол и закричала. Но тут же пять глаз на его руке закрылись. — Я в порядке, — раздался голос Ян Цзяня. — Все-таки нелегко быть хорошим человеком. Пытаясь спасти тебя, чуть сам не погиб. Так и не научился быть таким же бессердечным, как Фан Цзин. Боль быстро отступила. Бледный, он поднялся на ноги и прислонился к стене, все его мышцы подергивались. Он действительно не хотел снова испытывать эту боль, подобную дроблению души. «Укус этой твари — словно тебя всего съедают. Так вот какова сила призрачного младенца из живота Чжоу Чжэна? Ужасно… И, кажется, эта тварь еще и растет». Ян Цзянь посмотрел на свою руку. Он чувствовал, как под кожей что-то шевелится, готовое в любой момент вырваться наружу. Присутствие глаз становилось все сильнее. Они действительно воскресали. — Про… прости, это я тебя втянула, — тихо сказала Ван Шаньшань. — Ничего, я сам решил тебя спасти. Просто я не хочу становиться таким, как Фан Цзин, готовым на все ради выживания. К тому же, в тот момент, когда меня толкнули в туалет, я уже умер. Сейчас я лишь влачу жалкое существование благодаря силе злобного призрака. Каждая минута на счету. Даже если бы я не спас тебя, я бы все равно долго не прожил, — сказал Ян Цзянь. Пройдя через все это, он уже понимал свое положение. — Не стой здесь, быстро идем со мной. Если эта тварь вернется, мы все здесь погибнем, — превозмогая боль, сказал Ян Цзянь. — Я… у меня нет сил, я не могу идти, — всхлипывая, ответила Ван Шаньшань. Ян Цзянь увидел на ее шее сзади два иссиня-черных отпечатка ладоней. Их оставил призрачный младенец. Они были похожи на татуировки, отчетливо выделяясь на ее коже. И иссиня-черный цвет распространялся вокруг, словно острая инфекция. Сердце его екнуло, но он ничего не сказал, потому что сейчас было не время для этого. Призрачный младенец был лишь временно отброшен, и не было гарантии, что он не вернется. Если он нападет еще несколько раз, Ян Цзянь чувствовал, что пойдет по стопам Чжоу Чжэна — умрет от воскрешения призрака. — Я помогу тебе. Можешь идти? — он помог Ван Шаньшань подняться, чувствуя, как она дрожит всем телом. Это было последствием крайнего ужаса. Хотя она молчала, ее тело говорило само за себя. — Мо… могу идти, — сказала Ван Шаньшань, инстинктивно прижимаясь к Ян Цзяню. Она делала это не нарочно. Просто в страхе человеческий инстинкт заставлял ее искать защиты у сильного мужчины. И в данный момент Ян Цзянь, очевидно, подходил под это описание.