Таинственное Воскрешение

Глава 26. Человек, которого нет в памяти Мужчина средних лет, чьего лица не было видно, сидел на краю кровати Ян Цзяня, прямой и застывший. Он держал в поднятых руках газету, не шевелясь, словно и впрямь увлеченно читал новости. На первый взгляд все казалось нормальным, ничего странного. Однако полумрак в комнате совершенно не подходил для чтения. К тому же, с тех пор как Ян Цзянь сел за компьютер, этот человек ни разу не сменил позы, что было бы невозможно для обычного человека. Единственное, что изменилось — он переместился с дивана в гостиной на край кровати в спальне. Просто сменил место. Сдали на близко. Но это сближение не приносило спокойствия, а наоборот, вызывало чувство необъяснимой угрозы и страха. Почему отец вдруг решил сесть рядом и читать газету? Была ли у него такая привычка раньше? Глядя на портрет на шкафу и слыша отчаянные призывы Лю Сяоюй, Ян Цзянь понял, что дело неладно. Если то, что сказала Лю Сяоюй, правда, то был ли этот человек его отцом? Вроде бы да... а вроде и нет. Неужели отец и вправду погиб в автокатастрофе, когда он был ребенком? В сознании Ян Цзяня этот человек был его отцом, все казалось таким естественным, без тени сомнения. «И все же... что-то здесь не так...» Ян Цзянь тут же отдернул руку, не решаясь отодвинуть газету, закрывавшую лицо мужчины. Вместо этого он схватил телефон, резко вскочил и попятился назад. Подальше от этого читающего газету человека. То ли его память подверглась какому-то воздействию и дала сбой. То ли все происходящее — лишь сон, иллюзия? А может, что-то не так со всем этим жилым домом? — Как бы то ни было, сначала нужно уйти отсюда, а потом уже разбираться, что к чему, — Ян Цзянь не мог с уверенностью сказать, в ком проблема: в нем самом, в отце или в окружении. Он осторожно отступил из комнаты в гостиную. Стараясь не потревожить читающего «отца». Выходя из комнаты, он из любопытства попытался разглядеть лицо этого человека. Но не успел он ничего увидеть, как заметил, что угол газеты стал багровым, словно пропитанным кровью. Насыщенный алый цвет, казалось, вот-вот начнет капать на пол. Газета, пропитанная кровью! Стал бы нормальный человек читать такое? Зрачки Ян Цзяня сузились. В этот момент он окончательно поверил, что Лю Сяоюй была права. Его отец погиб в автокатастрофе, когда он был в начальной школе. Данные в ее досье были верны. А значит, так называемый отец перед ним просто не мог существовать, ведь мертвые не воскресают. А если отца не существует, то сидящий на кровати мужчина, читающий газету, мог быть только одним... призраком. Сердце его пропустило удар. Когда? Когда этот призрак проник в дом, когда появился в квартире, и когда его память была изменена? Или... он все эти годы жил вместе с этим призраком? Если бы не звонок Лю Сяоюй, он бы так и не очнулся? Размышляя об этом, Ян Цзянь почувствовал, как по спине пробежал ледяной холодок. В тот самый миг, когда он шагнул за порог комнаты. Читающий газету мужчина внезапно шевельнулся. Его голова с неестественной скоростью повернулась в сторону Ян Цзяня. Ян Цзянь в ужасе отшатнулся. У этого мужчины не было лица, не было черт — лишь гладкая кожа. «Бежать». Ян Цзянь мысленно взревел и, не раздумывая, бросился прочь. Теперь сомнений не было. Этот мужчина — призрак. Но стоило ему повернуться, как перед глазами потемнело, словно он во что-то врезался. Газета... Липкая, зловонная, будто пропитанная густой кровью. Газета прилипла к его лицу, намертво. Он инстинктивно попытался ее сорвать, но пропитанная кровью бумага словно стала его собственной кожей. Любая попытка оторвать ее вызывала острую боль, и она никак не поддавалась. «Этот призрак начал на меня нападать?» — тут же осознал Ян Цзянь. В школе он уже дважды сталкивался с атаками злобных призраков. «С призраком может справиться только призрак...» Он стиснул зубы. На тыльной стороне его ладони внезапно, разрывая плоть, появился глаз, который засветился тусклым красным светом. Когда он снова попытался сорвать газету с лица рукой с этим глазом, дело пошло на лад. Газета начала медленно отходить от кожи, словно пластырь, который постепенно сдирают. Однако в этот самый момент. Призрак, казалось, не собирался так просто его отпускать. Ян Цзянь почувствовал, что призрак приблизился и будто тянет газету сзади. Ужасающая сила обрушилась на него. Обмотанная вокруг лица газета снова сжалась, плотно прилипая к коже. Стремительно нарастало удушье и головокружение. Так он не дождется, пока его убьет призрак, — его просто задушит эта жуткая газета. — Раз ты хочешь играть, я с тобой поиграю. Ты призрак, но и я уже не человек, — из горла Ян Цзяня вырвался звериный рык. На его лице внезапно появились два красных глаза. В тех местах, где они проросли, газета тут же с треском разорвалась. В тот же миг, как газета порвалась, ужасающая сила, тянувшая сзади, ослабла. — Еще, — процедил Ян Цзянь сквозь зубы. Эту силу нельзя было использовать часто, каждое применение приближало его к смерти. Но сейчас выбора не было: не воспользуешься силой призрака внутри себя — умрешь прямо здесь и сейчас. На лбу появился еще один глаз. Тр-реск! Пропитанная кровью газета на лбу снова порвалась. Сила, тянувшая сзади, ослабла еще больше. Удушье и головокружение быстро отступили. — Продолжаем. Ян Цзянь знал, что силы призрака в его теле все еще недостаточно. Пятый глаз появился на его шее. Газета, сдавливавшая шею, треснула еще в одном месте. В этот момент Ян Цзянь с силой рванул рукой, и газета, ослабленная многочисленными разрывами, разлетелась на куски. Удушье и тяжесть исчезли. Он жадно глотал воздух. На лице Ян Цзяня теперь было четыре глаза, светящихся тусклым красным светом. Он обернулся. За спиной было пусто, лишь на полу валялись окровавленные обрывки газеты. — Убираться отсюда. Сердце Ян Цзяня бешено колотилось. Не смея задерживаться, он, ничего не взяв, открыл дверь и выбежал из квартиры. Вскоре после того, как он ушел. Из комнаты, где он только что был, вышел человек. Он подобрал с пола разорванные на куски обрывки газеты и сложил их вместе. Вскоре газета вновь обрела свой первоначальный вид. Она все так же была пропитана багровой кровью, но теперь на ней появился контур человеческого лица. Лица... Ян Цзяня. Человек поднял газету и, как ни в чем не бывало, подошел к дивану, сел, поднял руки и застыл, уставившись в нее. Точно в той же позе, что и раньше. Прошло несколько часов. Внезапно человек шевельнулся. Он медленно опустил руки. У него больше не было гладкой кожи вместо лица. Теперь у него было лицо Ян Цзяня. Однако на лице этого «Ян Цзяня» в тех местах, где раньше появлялись глаза, зияли пустые прорехи, словно из четкой фотографии вырезали несколько фрагментов. Лицо было неполным.