Реквием Мёртвого Мира

Нокс был доволен жизнью. Причем так, как никогда ранее. Причиной его довольства была складывающаяся в пустыне очень удачная для четвертого по силе пустоты этого региона ситуация. Всё началось не так давно, с пары пустых, что появились незнамо откуда, прямо вылезя как черти из табакерки. Резко, дерзко и, как всегда происходит в пустыне, чтобы поубивать и поесть. Ничего сверхординарного. Обычные пустые со стандартными мотивами и логикой. Нокс об их существовании тогда ещё не знал, но даже если бы и знал, то ему было бы полностью плевать. Слишком мелко для него. Сколько Сиволапый за свою долгую жизнь видел таких адьюкасов? Сотни? Тысячи? Или больше? Он никогда не пытался сосчитать. Да и чего греха таить, считать он умел плохо. Молодые и неопытные, заряженные энтузиазмом стать лордами этой дрянной пустыни. Такие, как они, всегда лезли вперед и выгрызали себе путь к небесам. Поглощали всех без разбору, рвались к силе, к могуществу, к искоренению своей неполноценности и закрытию пустоты. У всех них было два пути с одинаково трагичными концами. Начиная за здравие, они в любом случае заканчивали за упокой. За быстрый или медленный — не важно. Большинство молодых и наглых оказывались в чьих-то животах очень быстро. Либо умирая от таких же гонщиков за силой, либо нарываясь на тех, кто был совершенно не в их категории силы. Нет, они натыкались не на лордов, что вы! Просто пиковых или элитных адьюкасов, коим конкуренция с новичками была не нужна. Малая же часть, по прошествию десятилетий и столетий гонки за жизнь, став сильными и войдя в элиту мира адьюкасов, перегорали. Ранняя безудержная энергия и стремления избавиться от голода за долгие времена выветривалась, оставляя на своем месте отчаяния и чёрную меланхолию. Они забрасывали стремление к своей цели. Уставали и останавливаясь. Пустые переставали верить в то, что у них есть шанс стать Вастерлордом. В местах где поблизости лордов не было, некоторые адьюкасы даже отказывались верить, что они вообще существуют, информацию от пустыни воспринимают как обман или насмешку. Отчаявшись, адьюкасы начинали жить по инерции. Охотились, чтобы не регрессировать. Помаленьку росли в силе, сбивались в фракции меж собой либо присоединялись к адьюкасам, на которых ранее были похожи. Молодых и наглых или тех, которые, несмотря на коррозию времени, не теряли жажды силы и регалий лордов. Последних были единицы, но они были. Нокс и все остальные из четверки, разве что за исключением первого, были из атких. Когда новоявленная двойка не умерла, а, став сильнее и умелее, полезла на группы, Ноксу всё также было плевать. Как говорится: «Адьюкасов у пустыне много!» Опять же: сколько ещё таких он занет или знал, что охотятся на шайки пустых? Сотни, а то и тысячи. Одной группой больше, одной меньше — несущественные изменения. Тогда они были не его полёта птицы. Силой и опасностью не выходили. Однако вскоре Сиволапому пришлось изменить свое мнение о новичках. Эти наглые щенки убили пару его охотничьих отрядов. Они посмели убить пустых, что признавали своим Главой именно Нокса, а значит, и делились с ним добычей. Двойка покусилась на святое для всех пустых — на их еду. Затерпеть подобное означало мгновенно разрушить свою репутацию пустого, что не терпит потерь для себя, и того, кто мстит за слуг. Потому, послав за их головами парочку отбросов, он на время забыл об существовании двух негодяев — не до них было. Нокс занимался своими подземными владениями, увеличивая количество добываемых адьюкасов. И отвлекаться на всяких наглецов не хотелось совершенно. Четвертому требовалось как можно быстрее масштабировать производство еды. Для чего? Конечно, чтобы увеличить свою силу! Каково же было его удивление, когда спустя пару месяцев двойка наглецов не только оказалось жива, но и без проблем отбивалось от всех нападках. Да так ловко, что от охотников только перья летели. К тому моменту вся первая волна адьюкасов, что пошли за их головами, жертвами было полностью уничтожена. «Дивные дела в нашем крае», — подумал он тогда, наблюдая своими чувствами, как двойка раз за разом бьет много превосходящих в количестве охотников. Несмотря на то, что именно Нокс заварил эту кашу, по его возвращению с фермы «наказанием наглецов» стали заниматься исключительно Второй и Третий. Каждую неделю они посылали всё больше пустых, чтобы убить двух наглых выскочек, мешающих им жить. Но всё безуспешно. Жертвы с виду внутри оказались волкодавами. Когда фракции противников мельчали, а их лидеры становились всё более агрессивными, Нокс перестал наплевательски относиться к двум адъюкасам. Он стал яро интересоваться их жизнью и сохранностью. Потому что из-за них на душе четвертого пели птицы и было хорошо. Даже несмотря на убийство десятка его слуг, эти адьюкасы Сиволапому стали очень нравиться. Никто на памяти так нагло и так эффективно не резал вообще всех врагов Нокса. Чем дольше они оставались в живых, тем сильнее слабели Краммар и Турн. Как могут не понравиться разумные, что ослабляют твоих врагов? Да вот именно, что такого быть не может. Пусть враг моего врага не мой друг, но он точно хороший малый. Нокс, не был глупым. Скорее даже наоборот, он считал себя очень даже умным. Потому, быстро учуяв куда дует ветер, Четвертый приказал своим слугам не выходить на охоту, а оставаться подле него. Чтобы два наглеца занимались другими и не трогали ЕГО пустых. К сожалению, адьюкасам надо регулярно поглощать себе подобных, чтобы не регрессировать в гиллианов. Без охоты «средние из меносов» могли прожить не слишком долго. Из-за этого со стороны стратегия Нокса по отсиживанию на месте могла показаться самоубийственной, но это было в корне не так. Слуги внизу, в лесу меносов, выращивали столько адьюкасов, что без труда хватало прокормить всю ватагу в более чем сотню дармоедов. Увы, силы от выращенной «еды» почти не росли, но Сиволапому на это было плевать. В условиях, когда все идут назад, а ты остаешься на месте, именно ты оказываешься впереди всех. «Поработай эта двойка ещё годик-другой, и тогда…» — ушел в мысли Нокс, сидя на импровизированном песчаном троне, напоминающем скорее кучу затвердевшего песка. — Господин! Примете наши жизни под свое владение! Уверяем, мы будем служить вам верой и правдой. — Вынырнув из омута мыслей, Нокс посмотрел на тройку упавших ниц пустых. Это было еще одним плюсом от той двойки. Когда есть столь умелые охотники, как они, чтобы выжить, нужно вступить в чью-то фракцию, которая сможет тебя защитить и накормить (точнее, дать шанс поохотиться, при этом не умерев). А какая самая лучшая фракция в этом регионе? Конечно, фракция Сиволапого! Потому что мудрый Нокс регулярно кормит своих слуг и не посылает их на убой супротив всяких монстров. В общем, «Тьма» — идеальный кандидат в патроны с лучшими условиями служения. Свобода и верность взамен на еду и защиту. А то, что Нокс кормит своих слуг почти на халяву, знали многие. Любителей поесть, ничего не делая, среди пустых 99,9 процентов. Выполняй мир их прихоти, то носители масок все бы умерли от греха чревоугодия. Оттого все умные или осведомленные адьюкаса стекались целыми пачками к Ноксу в надежде, что он примет их службу. Нокс мало кому отказывал — Нокс умный. Чем больше в его фракции пустых, тем меньше у всех остальных, а значит, остальные слабеют, а он становится сильнее! Прелесть! Сидеть на месте, ничего не делая, прибавлять к силе. Что может быть лучше в жизни? Вот именно — почти ни-че-го! Несмотря на то что в мире духов царствуют сильные одиночки, подспорье из сотни адьюкас лучше, чем из десятка. Нокс слабее Турна и Краммара, однако сила фракции может это недоразумение свести вничью. Даже если два монстра будут тратить всего десятую часть реацу на мешающих мошек, уже победа! Доли проценты и те могут переломить хребет голиафа. — Я согласен. С этого момента вы мои слуги. Можете не переживать, с едой для слуг проблем нет, со мной регресс вам не страшен! — Спасибо вам, Господин! «Хм… Совсем скоро… Совсем скоро накоплю столько сил, что никто не будет для меня соперником. Я убью их всех и стану самым сильным адьюкасом! А дальше эволюционирую в лорда. Я, в отличие от остальных, точно достоин!» — улыбнувшись зубастой маской, хмыкнул своим мыслям гуманоидный черношерстный монстр с дырой пустого в животе. Совсем скоро…

***

На одной непримечательной пустынной поляне собрались две небольшие группки пустых, общим количеством в шесть адьюкасов. Во главе каждой находились очень известные в этом регионе пустые. Не знали о их существовании только одиночки либо полные новички, вышедшие на поверхность совсем недавно. Все остальные или встречались с их глашатаями, или узнали из слов убитых врагов. — Что будем делать, Турн? — спросил несдержанным тоном серокожий получеловек с непропорциональными конечностями, дистрофией, которая выражалось невероятной худобой, дырой пустого по центру груди и маской монстра на лице. — Ничего, — отрицательно махнул головой тот, кого назвали Турном. — Или ты хочешь, чтобы мы продолжили искать этих двоих? И каким образом, Краммар? Другие-то их не чувствуют вообще, а мы только изредка. Лично за ними бегать и искать будем, куда они ушли? От слов адьюкаса, который выглядел как здоровый рыцарь в броне из костей и латным шлемом/маской на голове, названный Краммаром, зарычал и выпустил реацу. Двойка адьюкас позади рыцаря упали на колени с расфокусированным взглядом. — То есть предлагаешь отпустить их? После всего того, что эти твари сделали? Не знаю, как ты, но я готов сам их хоть из-под земли достать! — зло выплюнул слова монстр. Рыцарь на это покачал головой. Ему не нравилось, что иногда его временный союзник ведет себя так глупо и необдуманно. Впрочем, Турн знал, на что идет, объединяясь с Безумцем. — Краммар, если мы бросимся за ними, то рискуем остаться одни. Если тебе плевать на свою фракции, то мне нет. Пока эта двойка буйствовала, мои адьюкасы почти ничего не ели! Такими темпами они скоро регрессируют! Во взгляде Краммара понимания не прибавилось ни на грамм. Поняв, что давит не на то, Рыцарь решил зайти с другой стороны. — Я не говорю, что отпустим их! Давай только сначала восстановим силы! Пусть фракции отдохнут, эти от нас никуда не убегут. Сам же говорил, что чувствовал, как они ушли на дно! А оттуда все выходы ведут на наши земли! Значит, как только они переварят всё съеденное, вернутся за добавкой как миленькие! И тут мы их, будучи наготове, и прихлопнем. Серокожий адьюкас впился в рыцаря полоумным взглядом, пару секунд помолчал, обдумывая услышанное, после чего вновь зарычал. — Х-р-р… Ладно! Хрен с тобой, Турн! Я согласен. Всё равно надо ещё показать Ноксу его место! А то он, кажется, в себя излишне поверил. Р-а-р! Слабак! — Вот! Согласен с этим. Сиволапому надо дать по голове, желательно смертельно. Тогда когда пойдем за этими двумя тварями, он не станет нам мешать! Худой гуманоид фыркнул, но ничего против не сказал. От этого рыцарь в реацу стал как-то сразу гораздо веселее и радостней. Дело в том, что Турну сейчас совершенно не хотелось подставляться, глупить или рисковать. — Ладно. Расходимся. Как только восстановимся, встретимся на этом же месте. Усёк, старый? — Придавил своим ядреным реацу Краммар по округе. — Да-да, до встречи, — как только второй по силе адьюкас скрылся в сонидо, Турн негромко дополнил: — Безумец. Прикрыв глаза, костяной рыцарь задумался: — Стоило ли того решение становиться союзником этому безумному ублюдку? «Стоило… Всё-таки здесь старыми друзьями не стоит разрабатываться», — тяжело вздохнул он мыслям. Турн и Краммар знали друг друга очень долго. Дольше, чем кого-либо ещё. Полтысячи лет назад, ещё низшими пустыми, они одними из миллионов решили объединить усилия в попытке выжить и стать кем-то. Годы спустя, эволюционировав в меносов, два товарища на гигантское время потеряли связь друг с другом. Сотни лет спустя они встретились вновь, уже будучи сильными адьюкасами. Дружба не выдержала проверку пятью веками времени. Эту адамантитовую цепь разъела коррозия отсутствие взаимосвязей. Тогда, встретившись, они узнали друг друга по уникальной реацу, но становится союзниками, как ранее, Турн не хотел, а Краммару было плевать. У двух почти пиковых адьюкасов уже были новые стаи и слуги. Враждовать меж собой они не стали, начав просто нейтрально относиться друг к другу. Турн не портил малину Краммару, Краммар не портил Турну. Всё честно. Вооруженный нейтралитет, так сказать-с. «А потом пришли эти два охотника, и я подумал, что своих сил может не хватить, потому принял решение заключить с ним союз. И он на мое предложение ответил согласием», — внутренне хмыкнул пустой. — Господин Турн, вы не знаете, почему от давления этого безумца мы почти потеряли сознание, а его слуги даже не поморщились? Он же на площадь давил, а не только на нас! — вывел из пелены мысли «Третьего по силе Адьюкаса» голос слуги. — И почему, оно так влияет на разум. Я почти почувствовала как растворяюсь в волнах чужой эмоции. — дрожащим голосом дополнила вопрос, вторая пустая. Прокатившись взглядом по девушке-адьюкаске, выглядящей как ящерица, и оранжевому тигру, Турн задумался. Стоит ли им рассказать? Или не стоит? Всё-таки они его правая и левая руки, ближайшие слуги. Сильные, верные и достаточно умные.... Да. — Краммар почти безумен. Его духовная энергия настолько заражена этим чувством, что при давлении на всех адекватных пустых она деструктивно влияет на их разум. Если ты значительно слабее Краммара и не готов к таким ощущениям, то «сломать» тебя ему труда не составит. — Не обратив внимания на появившийся ужас в глазах слуг, Турн горько вздохнул: «Как жалко, что ты стал таким, старый друг. Быть может, не поддавшись своей пустоте, ты бы уже давно стал лордом. Эх как жаль…» — А насчет его слуг... С Краммаром нельзя долго находиться рядом вообще никому. Сила не важна. Вы думаете, почему ему наплевать на свою фракцию? Его слуги — точно такие же безумцы, как и он сам. Верные, послушные и абсолютно хаотичные... — Подняв взгляд на одинокий полумесяц луны, проговорил Турн.

***

Положив ладонь в ледяной перчатке на подбородок маски, сильнейший из адьюкасов этого региона задумчивым взглядом взирал на луну. Мысли, крутившиеся в его голове, были заняты двумя недавно ушедшими в тень адьюкасами. — Король, всё думаете о тех взбаламученных новичках? Не надоела-ня? — проговорила лежащая на песчаном полу большая чёрная пантера, бывшая по совместительству неслабым адьюкасом (чистой 10-кой в рангах одного красногривого не-ангела). — Нет. Нисколько. Сами же знаете, как мне скучно жить. А такие яркие события с незаурядными личностями, что их порождают, прекрасно помогают скоротать пустоту мыслей. — Ну-ну. Прямо яркие события. Король, вы преувеличиваете. — На этот раз слово держал трехглазый пес-адьюкас, сидевший рядом с пантерой. — Отнюдь. — хмыкнул Первый, облокотившись на спинку трона. Объяснять что-либо он не собирался. В этом не было смысла — чувства не описать словами, потому лучше промолчать. «Король» не был любителем попусту сотрясать воздух. Вот если поговорить о науке или чем-то интересном — это да, всегда пожалуйста, а о чувствах... Нет, спасибо. Как-нибудь без него. Из под песка песка в небольшом отдалении вылез адьюкас, напоминающий крота. Парой секунд спустя оттуда же показался здоровый серый хомяк с маской мыши на лице. — Король, может нам поймать их для вас? Я проследил, куда они направились. Уверяю, наших сил вполне достаточно, чтобы доставить их сюда живыми и в сознании. Сможете узнать что захотите у них лично. — А если они откажутся говорить? — поинтересовался пёс, всеми тремя глазами смотря на неправильного хомяка. — Будут. У меня все говорят. Хи-хи-хи! — оскалилась мышь, ехидно посмеиваясь. Первый тяжело вздохнул. Иногда ему было грустно оттого, что его друзья не обладали и каплей памяти из мира людей. Может, помни они свою прошлую жизнь, стали бы они более человечными и добрыми? Кто знает, кто знает... — Нет, не стоит этого делать. Всё равно это будет бессмысленно. Рано или поздно взбаламученные придут к нам сами. — Вы уверены-ня? — Уверен? — переспросил Первый и хмыкнул. — Эти не смогут не прийти. С ТАКОЙ реацу они обязаны прийти. Я видел очень мало похожих разумных, и все они точно бы пришли. Значит, и эти будут тут как тут. — Значит, мы скоро...? — спросил пес. Сильнейший из четверых мэтров этого региона только загадочно улыбнулся: «Поскорее бы они пришли…»

***

Наблюдая за тем как красноволосый мужчина и черноволосая девушка спускается через проход в Лес Меносов, он задумчиво прищурился. Два адьюкаса, были очень необычными. Не такими как должны быть средние из великих пустых. Слишком человечные. Как в плане пропитывающих духовную энергию эмоций (они были не столь темными как у остальных), так и телами. Слишком неправильные. Не такие как все. Он никогда не видел подобных. Да что там! Отдаленно похожих пустых и то не встречал ни одного. Даже ОНИ(!), не были так похожи на людей. А эти два адьюкаса были… Однако он видел других духовных существ, что выглядели как люди… Шинигами. Жнецы душ. Эти адьюкасы напоминали их, что, мягко говоря, поражало. Как они смогли добиться такого сходства? Вопрос. Двойка была стопроцентными пустыми, что поражало ещё больше. «Чьё-то вмешательство или собственные способности? Очень интересно… Почти как люди, только с масками», — мысленно проговорил он, возвращаясь обратно в свои пенаты. Как оказалось, пробудиться сейчас и просканировать округу было очень удачным решением. Встретить столь необычных пустых — когда ещё госпожа Фортуна может быть столь благосклонна? «Интересно, может ли в них быть что-то ещё необычное?» — интуиция подсказывала, что у этих пустых точно есть карты в рукаве. Их просто не может не быть. — «Надо было сейчас показаться и узнать...?» «Нет, рано… Пока слишком рано… Как только они станут достаточно и вернутся… Только тогда имеет смысл...». — Как же не терпится… Такие интересные экземпляры…