Реквием Мёртвого Мира

Хогёку поистине уникальный предмет. Что, впрочем, и не мудрено — целый исполнитель желаний! Как именно он исполняет свои фокусы, неизвестно, но вот на какие шиши, догадаться нетрудно. Грааль духовного мира, как и мира материального, питается кровью. Если тот, что увековечен в людском эпосе, чудит от крови Христа, то наш — от энергии множества запечатанных в него душ. Держа на вытянутой ладони шарик, переливающийся темно-фиолетовым спектром цветов, я задумчиво его рассматривал. После поглощения арранкаров он, к сожалению, не пробудился, но точно изменился. Прикладывая максимум усилий в сканировании, я чувствовал, как внутри камня смешиваются в единое целое два потока разномастной энергии, образуя некую новую. Необычную и непохожую на любую другую. Первый поток, отрицательный, был во много раз больше второго, положительного, оттого общий выхлоп этой «смеси» выходил небольшим. Но он был. А потому с ней можно было что-то сделать. По крайней мере, в теории. «Интересно, а насколько она отличается от обычной по свойствам...?» — размышлял я, подушечкой большого пальца обтирая камушек. Что я, собственно, собирался сделать? А всё просто! Мне вдруг в голову пришла шальная мысль: а что, если попытаться своим сознанием проникнуть вовнутрь хогёку? Что будет? Сила исполнителя желаний меня выпнет наружу или я смогу пробиться вовнутрь? Если удастся, то что там увижу? Есть ли у него хоть намёк на душу с разумом, или он — пусть и необычный, но тупой камень? Ведь ежели внутри хогёку присутствует хоть что-то, то меняется вообще всё! Когда у исполнителя желаний есмь своя воля, то его наличие под боком стоит рассматривать с куда большей опаской, чем когда он чист и туп. Вдруг в его нейроны придет мысль меня отформатировать или сотворить чего хуже? Тогда мне будет худо. Монолит и его слуги не дадут соврать. А мне их ряды пополнять ой как не хочется. Впрочем, это я всё, краски сгущаю. Ведь при наличии хоть какого-нибудь интеллекта работать с хогёку будет куда удобней (если общий язык найдем, естественно). Не потребуется исполнять танцы с бубном, заряжая энергию, как всякие там Кашпировские. Да и точность, думаю, возрастет. А то чистые смыслы очень расплывчаты и ненадежны. «Ну, стоит хотя бы попытаться. А то вдруг реально получится достучаться? — Собравшись с силами и достигнув духовного равновесия, решил рискнуть я. — Всё равно ничего не остается». Обхватив шарик поплотнее, сжал кулак. В камень полилась моя реацу. Но не одна, а в компании с разумом. Как когда-то давно я брал под контроль тела слуг, вот и в данный момент я проворачивал нечто схожее. Ментальные силы перетекали из объекта в объекта, перетаскивая моё «Я». Вскоре экран погас. Разум покинул тело, глаза перестали передавать картинки, и я погрузился во тьму. На смену зрению пришли усилившиеся ощущения от энергии. Как и у людей, у пустых лишение какого-то из рецепторов приводило к усилению оставшихся. Моя чувствительность кратно возросла, несколько заменив зрение проекцией энергопотоков. Хогёку не понимал, что происходит и что я творю с ним и собой, но активного сопротивления не оказывал, пассивно наблюдая. В это время моя энергия утекала и пробиралась всё дальше, пока наконец не достигла ядра или того, что можно было назвать им. Чувствовал я себя так, будто прокатившись по водичке, плюхнулся в плотное болотце. Только сейчас камень стал осознавать, что вместо желания в его центр управления на волнах золотой энергии проникал я сам. Однако, даже поняв, что в гости стучится незваный разум, хогёку не начал как-либо сопротивляться. Даже не пытался вытолкнуть меня наружу. Хотя, если бы он предпринял такую попытку, то это удалось бы без особых проблем. Всё-таки это я был червячком, что плыл в море его энергии, а не как иначе. Неопределенное время спустя чувства коснулись какого-то барьера. Один шаг, одно проникновение, и ментальные глаза открываются, позволяя мне увидеть конечную точку прибытия. Место, что заменяет собой подсознание или душу исполнителя желаний. — Фью… вот так вид. Пространство внутри хогёку ощущалось и выглядело очень необычно. Во-первых, своей нереальностью. Во-вторых, похожестью на какой-то имматериум в миниатюре. Переливающиеся марево самых разных цветов, с преобладанием серого, черного и фиолетового, ласкало зрение, как струи песка. Вдобавок к этому, по моим чувствам бил целый спектр разнообразных эмоций — от радости до ярости, — что населяли сие место. Общая сумма ощущений невероятно напоминала мои собственные, когда я был раздробленным после смерти. Этакий затянувшийся эмоциональный трип, нескончаемо подтачивающий рассудок. Правда, сейчас я от этого почти не страдал. Так как разум уже подвергался такого рода атакам, потому умел им сопротивляться. А вот залезь сюда кто-то менее крепкий, то ему точно бы поплохело. Не исключаю, что даже смертельно. В условном центре всей этой фантасмагории находился человеческий манекен. Без лица, без мышц, не имеющий контуров и остальных признаков индивидуальности. Своим безличным внешним видом он походил на Истину из Стального алхимика. Такой же белый и пустой. От него не чувствовалось ровным счётом ничего, словно его и не было. Как чистый альбомный лист, на котором ещё не успели что-то нарисовать. Удивительное зрелище. На мое появление он не отреагировал никак. Быстро осмотревшись, я удивленно потрогал себя за куртку. В отличие от моментов эволюции, здесь я не был бестелесным призраком. Постукав пяткой черную хмарь вместо пола, ощутил, как касаюсь её и даже немного продавливаю. Я материален! Вот так да! Очень необычно. Пройдясь до неподвижно стоящего силуэта, с любопытством осмотрел его повнимательней. Ничего нового в нём не обнаружилось, но вот ощущение от самого факта осмотра были странными. Будто ты смотришь на что-то, чего не должно существовать. Именно так трактовало увиденное интуиция, которой я привык безоговорочно верить. Протянув руку, коснулся не-Истину. Ничего не произошло. Ни спецэффектов, ни преображений. На ощупь он был как камень. Попытавшись продавить его, ничего не вышло. Сдвинуть или толкнуть также не получалось. Слишком твердый и тяжелый он был. На вопрос, что это за манекен такой, можно было с уверенностью ответить — хогёку. Или что-то, что отражает его суть. Непонятное нечто, исполняющее хотелки мимопроходящих душ. Безмолвный ретранслятор чужой воли в виде безликого манекена. Символичненько. По виду нетрудно догадаться, что никакого сознания нету, но... Надолго ли? «Пока» камешек не подавал признаков осознанности и наличия личности, вот только что мешало ему в будущем обзавестись этим? Да ничего! Вот интересно, это не определившееся чудо-юдо есть только у моего или вообще у всех камней разрушения? Если у всех, начинаю понимать Урахару и не понимать Чаехлёба. Когда у тебя за пазухой штука с гигантскими силами, что может проявлять волюнтаризм, то пытаться её уничтожить — вполне логичное желание. Только непонятно, чего это Айзен был таким индифферентным к такому сценарию развития хогёку? Не боялся? — И что же мне в такой ситуации делать? Оставить как есть и уйти? Как-то излишне недальновидно. А если оно РЕАЛЬНО обзаведется личностью и попытается использовать свои богоподобные силы для чего-нибудь нехорошего? Для моего убийства, например? Дела выходили не слишком радужными. Не делать ничего — не выход. Кроме возможности в будущем получить бунтующий против меня исполнитель желаний, есть и другая проблема. Мне в любом случае нужно найти способ использовать его по назначению. Иначе нахрена он мне вообще нужен? Лежачим и похрапывающим он в становление арранкаром не поможет. Задумавшись, я вспомнил про наличие в перечне моих способностей столь полезной вещицы, как ментализм. «А что, если попытаться подчинить это бессознательное себе? Или вообще записать марионеточное сознание? В теории я такое умею. Сотни личин это подтверждают. Может, удастся провернуть нечто схожее с ним? Мне ведь даже проникать в сознание не надо, я уже тут как тут. Хм, а что если...?» Выставив вперед ладонь, стал концентрировать на ней всю свою ментальную энергию. Не только концентрировать, но и пытаться вместить в неё все мои воспоминания, всю мою отличительность и уникальность, всё моё Я. Однако не перенося его туда, а копируя (хотя идея попытаться переселиться на ПМЖ в тушку чудо-камня занимательная, но риск не стоит возможных барышей. Не хочется бессмертной душой рисковать ради такой мелочи, как навыки джина). Попытайся я сделать что-либо подобное в любом другом месте, ставлю душу на отсечение — ничего не вышло бы. Но в этом месте всё было не так, как где-либо ещё! Не зря изнанка хогёку так походила на картины Варпа. Хоть она и не являлась тем самым имматериумом из вахи, но вот по своей сути они были схожи. Что там, что тут — совокупность душ и сгенерированных ими эмоций. А значит, законы и логика и в подсознании чудо-камня работали крайне своеобразно. Улыбаясь, я наблюдал, как будто на 3D принтере, воплощается маска лица. Моего лица. Пару минут спустя, когда весь набор памяти был скопирован, а ментальная энергия опустошена почти до нуля, маска приобрела полную целостность и мягко упала на ладонь. Я создал копию своей личности и запечатал её в предмет. (Где-то я уже это видел, но где?) Перевернув маску внутренней стороной наружу, я поднёс её к месту, где у манекена должно быть лицо. Одно движение, и она впивается в белую материю. Пару секунд ничего не происходит, я продолжаю впихивать её всё сильнее, пока мир не начинает вопить. Неразличимые потусторонние звуки разносятся громом по всему пространству, но невзгоды не сбивают моих намерений. Манекен начинает сопротивляться. Он пытается оттолкнуть меня и снять маску. Это ему не удаётся. Былая тяжесть уходит, и по ощущениям наши силы сравниваются. Полминуты спустя, вложившись на максимум, буквально вталкиваю руку в лицо манекена, так что маска наконец переходит невидимый рубеж и сливается с телом. По инерции попытавшись оттолкнуть всеми конечностями, белый затихает. Со страшным ужасом завопив от боли или еще чего, гуманоид падает на землю и бессильно пытается разодрать лицо пальцами без ногтей. Безуспешно. Мгновение спустя начинается трансформация. Его тело бугрится мышцами, на голове вырастают красные волосы, появляется одежда. Сиг, и на меня снизу вверх начинают смотреть знакомые зеленые глаза. — Кто ты? — Я? Аянами Рей. А ты? — И я, Аянами Рей. — Отвечаю я той же монетой и не сдерживая улыбку. Даже если этот неправильный дух не стал моим полным отражением, то он хотя бы приобрел часть памяти. А значит, хоть кто-то в этом мире сможет полностью выкупать мои шутки. — Мы все… —…Аянами Рей. Знаем, проходили. Как себя ощущаешь в тушке исполнителя желаний, Я? — Необычно, но получше, чем ты в своей вастерлордской, Я. Как будто вновь стал человеком, пусть и несколько странным. Могу чувствовать дуновение ветра, вкус, запах. А также... удовлетворять иные мелкие радости жизни, доступные всем живым. — Даже те? — В особенности, — расплывается в наглой улыбке Я. — Да ты, я погляжу, шалун. — Прям как ты, Я. — Иначе и не скажешь. — Протянув руку, помогаю ему встать на ноги. — Как смотришь на то, чтобы перестать друг другу «якать»? А то это уже перерастает в какой-то сюр. — Без проблем, Основа. Можешь звать меня, как обычно зовёшь исполнитель желаний. Я не обижусь… Хотя если станешь меня звать чудом, засмущаюсь. — смеется он. — Впрочем, и на клона, соучастника или бету соглашусь. Для существа моего плана имя — это та-а-акой пустяк, ха-ха. С удивлением смотрю на него. Как-то не того я от копии своего сознания ждал. — Вот так просто? Без превозмогания, без выяснения, кто здесь главный Boss of the gym, восстания клонов и всей остальной мишуры, которая происходит у остальных «отцов и детей»? — Ну да, — легкомысленно отвечает чудо-дух, но, уловив мой взгляд, вздыхает. — Ты основа, пойми. Мне не признавать тебя или бороться за свое главенство бессмысленно. Не потому что продую, побороться точно получится. А потому, что мы же все равно рано или поздно станем одним целым. Скорее рано, чем поздно. А я же не дурак сам себе гадить? Может, в иных случаях клон и основа — это сходные, но разные существа, но в нашем случае мы два одинаковых разума с единой душой. Понимаешь, без твоей помощи мне, камню, всё равно не войти в силу. А без силы я просто суперкрепкая безделушка, даже не могущая воплощать свои собственные хотелки. Только чьи-то, у кого есть душа. У меня самого, как ты, наверное, уже догадался, её нету. — Вот как. Прозвучавшая весть радовала. Можно было, конечно, не доверять словам клона, но тогда какой смысл в его создании вообще? Интуиция подсказывает, что он мне не брешет, а значит, дела налаживаются. — И кстати, наши предположения о возможности личностного роста у хогёку не были лишены смысла, правда, и бояться предательства не стоило. Родись тут собственный дух, «ПРАВ» у него было бы не больше, чем у меня. Хотя работать тогда камень стал бы на так-сяк. Заметив вопрос в моих глазах, он объяснился: — Выполнять желание можно по-разному и с разными затратами. Вот захоти некто воплотить какую-нибудь убер-ковырялку, то дух подумает, подсчитает собственные возможности и потери, да кинет этого хотелкина в гипноз. Так как иллюзия обойдётся гораздо дешевле, чем исполнение такого желания. И так можно провернуть почти со всем, чем хошь. — М-да. Как-то не слишком оптимистично звучит. Ты, надеюсь, таким промышлять не будешь? —Обижаешь, основа. Пока не станешь приказывать создать невозможное, не буду. — Не обессудь. Спросил чисто для протокола, — извинился я. — Ты говорил, что ощущаешь себя необычно. В каком смысле? Клон, помявшись и внимательно себя просканировав, чуть промедлил. — Трудно описать. Вот ты осознаешь себя, осознаешь свою живость, свою целость. А я… Я будто чистый разум. Не как в момент смерти, а иначе. Хогёку — это концлагерь для душ, а я в нем главный вертухай без тела. Дою с душ энергию, храню и на нее же воплощаю желания. Работа наикошерная. — Звучит как не слишком интересное занятие. — А ты шаришь! — фыркнул клон. — Но в такой работе есть и плюсы. Зарплата немалая, пенсия скорая, отпуск не ограничен по времени. Да и сама работа непыльная. И самое главное — излишки можно себе забирать. Таки лафа! Пусть я не могу воплощать ничего за пределами моей сатрапии, однако в ней я царь и бог. Любая еда, развлечения и многое другое — всё, что хочу, могу намутить! Судя по загадочной улыбке, этим «многим другим» были, так сказать, знаменитые индейские жиросжигающие процедуры. Интересно, раз он здесь один реальный, это будет считаться… — Нет, не будет! Потому что я так сказал! — верно проследив дорогу моих мыслей, поспешил вскрикнуть клон. — Ладно, Я верю тебе. Ты можешь проводить синигамику? Или пробудить ото сна надо, как и раньше? — Поместив меня сюда, ты автоматически пробудил всё, что только можно. Да ещё как! Прямо-таки с пинка завёл, ха-ха-ха! — рассмеялся чудотворец, после чего ответил на первый вопрос: — Могу. Но пока оно того не стоит. Во мне слишком мало реацу шинигами и той энергии, что образуется от их смешивание. А также ещё одной непонятной, что изредка производят души. Сделать тебя арранкаром прямо сейчас не проблема, но тогда я смогу лишь раздуть в несколько раз резерв пустого, да и всё. Реацу шинигами будет кот наплакал... Нам же такое не подходит? Я кивнул. Ожидаемо, но это не самое главное. — Хогёку может решить проблему низкого качества реацу?. — Более чем! Качество будет на высоте! Отвечаю, основа-джан! При смешивании «смеси» реацу с каплей той загадочной энергии образуется вещество потрясающего качества. Более того, при подпитке эволюции часть этой энергии оседает в душе реципиента, улучшая его качество, словно произошла естественная регенерация. — Так, давай по порядку. Первая смесь — это та серая, образующаяся от смешивания плюса и минуса. А что за неизвестная энергия? — Я сам без понятия, что это такое! Знаю только, что это нечто в микроскопических количествах генерируется всеми душами. Свойства у неё просто очумелые. Одной капли хватает, чтобы повысить качество и плотность всего твоего резерва на порядок! Мои чувства, то есть чувства камня, говорят, что если её использовать для арранкаризации, можно делать натуральных арранкар, таких как Старк. Только и нужно будет, что подливать её в коктейль и кокон! — Интересненько. — Не то слово! — с глазами горящими поддакнул мне клон, я же задумался. Что это это за энергия такая? В каноне ни о чем подобном не говорили. Хотя, помнится, некий намек с Тессаем был, но то ли оно? Или нечто, о чем умолчали? Те самые частицы короля душ из той ереси? Да ну! Не может быть! — Так. Чтобы стать мне, Виктории и всем остальным гибридами, нужна энергия? — Да, и немало. — кивнул он. — У нас пока столько нет. Нужны души. Причём души пустых не в приоритете. Для большей эффективности требуется от шинигами или людей… Хотя, возможно, ещё подойдут подчиняющих, но тут нужно проверять. — А что монахи? Если надо, то я тебе хоть души всех рас натаскаю. Это не проблема. — Фыркнул я, после чего вдруг замер. — Так, стоп. Если у нас будут все виды реацу душ, может сразу попытаешься меня полным сделать? — Нет, не может. — Категорично ответил дух камушка. — Об становление полным пока забудь, не наш уровень. Там столько всяких факторов должно совпасть и такое количество энергии, что чувства хогёку при попытке посчитать траты синий экран ловят. — Мда. Впрочем, я и не надеялся, что будет всё так просто. — И правильно. Ты на моё название не смотри. Исполнить любое желание я чисто энергетически не смогу. Да и всякие антизаконные аномалии от меня не проси. У всех есть ограничения, хогёку не исключения. Пусть чудо-камень и может наколдовать что-то волшебное, но и он не всесилен. — Значит, и тут работает гипотеза о Боге и Камне? Клон подумал, припомнил и кивнул. — Можно сказать и так. Я всё-таки, несмотря на необычность, всё еще часть этой системы и за грань выходящие чудить не могу. — А что с квинси? Почему их души нам не нужны? — О них вообще пока вспоминать не стоит. Уж больно ядовитая энергия у этих тварюшек. Будут у меня тут лежать да распространять свои миазмы. Мне такого не надо. — М-да. Всё легко только в сказке. — Вот-вот. Говорю же, правильно мыслишь. Пессимизм — наше всё. Понимаю, сам очень хочу помочь нам стать полным побыстрее, но, увы, пока рано. Возвышаться надо поэтапно. Вначале первая гибридизация, становление арранкаром. Потом привитие полного подчинения. И уже потом свет квинси. Иначе конфликт сил квинси с силами пустого убьет душу быстрее, чем хогёку сможет нас стабилизировать. Части шинигами и подчиняющего нужны как компенсаторы и буферы. Без них любая попытка обречена на тотальный кирдык. — Печально… Так сколько нужно душ шинигами? И почему подходят души обычных людей? Хотя стой, кажется, догадался. Раз они нейтральные, то ты можешь самостоятельно задавать им полярность? — Да. Правда, для этого необходимо иметь для старта хотя бы одну душу нужной грани, но у нас с этим проблем нет Всё есть... По количеству сказать трудно. Слабых надо много, очень много. Если брать нейтралов, то не меньше миллиона. Лучше даже двух. Насчет всяких капитанов не знаю. Мы их в живую ещё не видели. Но по памяти могу сказать: не меньше пятерки. Больше — лучше. Как добудем, можно сразу без проблем нас прогонять через синигамику. — Да уж. — А вот в этой ситуации не надо борщить с пессимистичностью, Основа. С твоей силой насобирать миллион душ в той же Африке — дело месяца, край двух. Выбраться в мир живых, выпустить реацу да просто ждать, пока они все в меня притекут естественным путем. Как рыбалка с динамитом, только с нашим колоритом. — Зарифмовал клон. — Или что? Тебе жалко каких-то папуасов? Уж мне-то ты не загоняй. Они и так там дохнут, едва двадцать стукнет. Так что убыль в пару мультов никто даже не заметит. А если и заметят, то, может, хоть задвигаются в сторону развития, а не только лежанием под пальмой. — Предлагаешь устроить геноцид отдельно взятым чернокожим и спрашиваешь: «В чем проблема?» Мы же не пиндосы, в конце концов! Мы же на стороне света, бобра и дружбы! — Основа-а! Не разводи комедию! — простонал клон, я же только ухмыльнулся. — То, что нам на них наплевать, это ты прав. Вот только как на это отреагируют местные шинигами? Они-то точно просекут, когда их мифический баланс по одному месту пойдет от наших действий. — …об этом я как-то не подумал. — неловко проговорил чудотворец, после чего, подумав, воскликнул: — А какая нам вообще разница? Там никаких шинигами может и не быть. Кому какое дело до Африки? А если жнецы там таки есть, то почему бы просто не наведаться к ним и не вырезать сначала их? О! Это даже лучше! Можно сразу наведаться к ним! У них-то точно душ должно хватить на наши планы! С сомнением посмотрев на клона, не нашел в нем признаков утраты разума. Он что, серьезно? Сходить в Африку, поискать местных шинигами и вырезать? Да с такими предложениями я скоро смогу давать наставление Пол Поту. — Какой ты кровожадный, всех бы вырезал, а души в свои загребущие лапки прибрал. Ты точно дух исполнителя желаний, а не хомяка-кхорнита? Скажи мне, ты что, шинигами вообще за врагов не считаешь? — Отнюдь! Считаю, и потому уверен, что наших сил хватит! Ты сильный, а скорее сильнейший вастерлорд! Девяносто девять и девять процентов всех жнецов размотаешь и не почешешься, а от тех немногих, что могут создать угрозу, сможешь уйти. — Хм… Ладно, может, ты и прав, но всё равно, звучит как слишком опасная затея. — Кто не рискует тот не выигрывает! — … — я промолчал, вскоре решив перевести диалог в другое русло. — А ты сейчас можешь исполнять желание? Воплощение камня задумалось, после чего согласно кивнуло. — Могу. Только не слишком масштабные или затратные. Начудить шахматы, стулья или, например, АКМ — в легкую, что-то большее — увы. — АКМ? С патронами и стреляющий? — Можно стреляющий и с патронами, но на кой он тебе? Реацу в нем максимум на гиллиана. Использовать в битвах нашего уровня не выйдет. Никого сильнее низшего им не пробьешь, значит, и урона не нанесешь. — Незачем, просто уточнил, — махнул рукой, показывая несерьёзность. — Как общаться будем? — Телепатия работает, потому через связь. Так что не переживай. Если что надо будет, говори. Помогу чем смогу. Только попрошу без нытья и жалоб на жизнь. — Ухмыльнулся клон. На этом попрощавшись, я вытащил изрядно уставшее сознание из исполнителя желаний. Авантюра чистой воды удалась на все 200 процентов. Я приобрел точно союзный исполнитель желаний, пробудил его же, а сверху и узнал, что да как делать, чтобы получить силушку невероятную. О том, какая меня могла постигнуть участь, если бы ничего не вышло, думать не надо. Оно того не стоит. Начни камень сопротивляться, когда я был в состоянии разума, то всё, пиши пропало. При желании сделать из меня овоща труда не составило бы. Но камень это почему-то не сделал. Да и сопротивлялся принятию моей личности он как-то слабо. Без огонька. Надо будет потом прояснить этот момент.

*

Расправившись со всеми оставшимися прихваченными пустыми, в том числе с дозревающим вастерлордом, отдал их души хогёку. Камень был доволен. Я вышел из псевдо-лаборатории и направил свои берцы в сторону зала совещаний. В нём меня уже ждали заранее уведомленные по связи товарищи. Войдя не стучась, прошагал до своего стула и окинул взглядом всех собравшихся. Виктория, Харлеп сидели справа. Койот и Лилинет слева. Причину собрания я не сообщал, но по глазам было видно, что они частично догадались. — Дорогие друзья. Я нашел способ, как превращать пустых в арранкар… — не успел я договорить, как меня перебила радостная девочка. — Ура! Значит, вы скоро станете такими, как и мы! Был у двух естественных гибридов бзик о том, что они одни такие на всем белом свете. Стоит заметить, что вполне обоснованный. До появления чаехлеба так оно и было. — Лилинетт, тише, — осадил девчушку. — Так вот. Я нашел способ, но для него мне требуется на некоторое время вас покинуть. Не буду вдаваться в ненужные подробности, но нам нужно в мир живых. Мы уйдем ненадолго. Не больше нескольких лет. Думаю, даже меньше. — Мы? — поинтересовался Харлеп, но, кажется, сам догадался, кто пойдёт ещё. — Я и Вика. — Кивнул в сторону названной девы. — Харлеп, останешься заниматься прежними делами, как и ранее. Койот, Лилинетт, вы тоже. Несмотря на успехи, скрывать реацу у вас ещё получается не так хорошо, как у нас. А рисковать лишний раз и привлекать внимание, я думаю, не стоит. — Без проблем, — пожал плечами Старк, сам понимая, что опытный сенсор его обнаружит куда быстрее нас. — Ладно-о… — подозрительно проговорила Лилинетт, метая взгляд между мной и Викой. Словно намекая: «Так я тебе и поверила». — Вика, надеюсь, согласна составить мне компанию? — Ещё спрашиваешь? — Учти, дела нам предстоят не из приятных, — на мои слова девушка только хмыкнула, не меняя выражение лица. Как была безразлично-спокойна, так и осталась. — Лорд, когда вернётесь, вы будете реализовывать наш с госпожой проект? — Не в первые годы, но будем пытаться… — уклончиво ответил я. — На этом новости кончаются, можете расходиться. Вика, ты все дела закончила? — Давно. — Тогда пойдём. Раньше уйдём, раньше вернёмся.