Реквием Мёртвого Мира

— Ох… Хорошо же выспался! — пробормотал я, потянувшись всем телом. Кожу обдувал прохладный ветерок, заставивший немного вздрогнуть. Ощущение «отдохнувшести» было феноменально приятным. — Правда, от таких снов и старик Кондратий хватить может. Стать пустым из хлорки? Надо же было такому присниться, фух... Открыв слипшиеся глаза, сонным взглядом стал искать открытое окно, из которого ощутимо несло. Вроде на дворе июль, а холодрыга в комнате такая, будто ноябрь какой-то. — Мля… Нихрена это был не сон, а самая настоящая суровая сука реальность. Хотя... сейчас не такая уж и суровая, скорее даже наоборот. Я ж теперь арранкар получается? Сидя, опершись на раздробленную стенку из скорлупы, осмотрелся. От моего эволюционного кокона осталось целым одно донышко. Стоит заметить, теплое и в некоторой степени мягкое донышко, как будто сделанное не из кости, а из какой-то пластмассы. Стенки и остальная часть яйца от вылупления превратились в крупные раздробленные куски. — Даже не знаю, стоит ли повторяться за фиолетовым инопришельцем и кричать: «Я родился!» — или лучше покосплеить какого-нибудь пивозавра и зарычать от радости? Нет, это, по-моему, уже слишком... Начавшись, порыв ветра вновь обдал кожу адским холодом. Основательно продрогшее тело повелительно матюгнулось, чтобы я поскорее что-то сделал с этим чёртовым морозом. Тело просило накинуть на себя фуфайку или хотя бы перестать сидеть нагишом на холоде, отмораживая достоинства и почки. Быстро осмотрев скорлупу, лежащую поблизости, не нашёл нужный сейчас объект. Чудо-камня нигде не было! — Значит, воплотить одежду пока не выйдет. Получить премию Дарвина за смерть от холода, будучи арранкаром, будет не круто. Меня же потом в аду засмеют! Задумавшись над тем, что ещё может согреть, вспомнил о главном отличительном свойстве духов. — Ох… Тёпленькая пошла. — Блаженно улыбнувшись, плюхнулся обратно наземь. От кожи, как от кипятка на морозе, стал исходить пар, а сам я начал изнутри светиться жёлтым светом. — Да… Реацу — вещь! Стоило пропустить свою духовную энергию по телу, как жизнь стала налаживаться. Родная сила, согревала похлеще ягера или иной любви. — Как будто в сауну окунули. Ка-а-йф… Абстрагировавшись от телесного удовольствия, занялся анализом моего теперешнего состояния. Качество энергии выросло значительно. Плотность также скакнула в несколько раз. Это значило, что убивать адьюкасов и слабых вастерлордов своим присутствием у меня будет получаться не хуже, чем Койоту. Скорее даже лучше. «Тяжесть» моей энергии ощущалась даже выше. Яркость-качество приятно поражало. Просто смотря на энергию, приходило чувство боли в глазах. Будто не на энергию, а на солнце летним днём без солнцезащитных очков глядишь. Единственное, что печалило, — количество энергии увеличилось не слишком значительно. Где-то процентов на тридцать, достигнув уровня в 20 Вэ, что на пять Вэ меньше, чем у Старка. К тому же моё чистое реацу пустого не выросло, а даже упало. Усиление вышло каким-то странным, но сейчас падение ипостаси пустого меня волновало в последнюю очередь. — Моя прелесть! — довольно прошептал я, когда из выставленных ладоней пошёл белёсый туман. Реацу шинигами. В отличие от золотой минусовой энергии, плюсовая была небесно-белой, по-настоящему ангельской. Реацу шинигами было чуть меньше, чем пустого. Из всего резерва она занимала около сорока процентов. Почти восемь Вэ. Честно говоря — дохрена. Не у всякого великого духа из Африки резерв столько был. Можно сказать, как родился, я сразу в капитанский уровень попал. Повезло. Хотя делать с реацу шинигами я пока ничего не умею, но то, что она есть, уже прорыв. Научиться не проблема, сим заниматься я люблю. Тем более пособий по полировке дань-тянь в наличии целая гора, так что через небольшое по меркам бессмертных время всё освою и стану великим магом. Пусть только в стезе афро-шинигами, но это уже будет хорошим подспорьем в жизни. Да и к тому же никто нам не запретит наведаться с визитом вежливости к другим обществам душ за дополнительными знаниями. С текущими силами раскатать большую часть шинигами труда не составит. Угрозу могут представлять только какие-нибудь нулевики с прочими зубрами, и то неточно. А вообще — может, они не так грозны, как я помню? Вдруг мы с Викой сможем их налегке закатать в бетон? Хотя... нет, маловероятно. Зная, что вытворял Ичибей, нам до того расти и расти, так что, пока с силами не освоимся, даже думать лезть в ту лигу не стоит. Во избежание. Встав на ноги и обойдя костяную шелуху, осознал, что что-то забыл. — А где мой рессурексион? Вернувшись на место перерождения и перерыв всё, не нашёл и намёка на оружие. Ни меча, ни копья, ни булавы — не было ни-че-го! — Странно. Не припомню, чтобы арранкары рождались без мечей. Иль я такой особенный? Причувствовавшись к себе, попытался «раскрыться» без меча, но ничего не вышло. Потянувшись к любимой абилке, чтобы глянуть на душу, вновь получил отворот-поворот. Метаморфизма не было. Врождённая способность не отвечала, и вообще складывалось впечатление, что её больше нет со мной. — Ещё не лучше. Решив зайти с другой стороны, опять получил дулю. И ментализм из прежнего восприятия исчез, отдаваясь в душе точно таким же чувством отсутствия, как и метаморфизм. — Хм… — подняв ладонь вверх, создал над ней золотой шарик. — А со светом всё нормально. Мда… Странны дела в нашей богадельне. Недюже странны. Не получив и малейшего отклика от двух способностей, врубил на максимум чувства душ. Надо было задать несколько вопросов одному исполнителю желаний или хотя бы найти свой ресурексион. В то, что его у меня не было, верилось слабо. Не настолько я немощный или особенный. Восприятие полей, проанализировав огромный пласт пространства Уэко Мундо, сконцентрировалось на ближайшей округе. В голову потекли тонны разномастной информации, по большей части бесполезной, но нагружающей мозг. Поморщившись от слабого сенсорного шока, стал искать хоть что-то отличающееся от фона. И что удивительно, в парочке метров обнаружилось пятнышко, отдающее моей энергией. — И как ты здесь оказался, а? — поинтересовался я у воткнутого в грунт меча, который располагался прямо рядом с неподвижным коконом девушки. Схватившись за рукоятку, одним движением вытащил ковырялку из песка. — О! А ты красив, чертяка. Черный как смоль обоюдоострый полуторник со светящейся золотой гравировкой выглядел завораживающе. Несмотря на стелющиеся по лезвию линии цвета золота, меч светился какой-то потусторонней тьмой. Знаете, словно в дно колодца всматриваешься. Лезвие меча было длинной в плюс-минус девяносто сантиметров, а эфес удлинял его ещё на тридцать. Гарда представляла собой жирный черный защитник без изысков. Рукоятка выглядела не сильно краше, также состоя из простого черного материала, на ощупь напоминающего карбон. Немного покопавшись в памяти, в голову пришёл вид Экскалибура Морган из Фейт. Мечи выглядели почти близнецами, за исключением того, что цвет линий у моего был золотым, а не красным. Но в остальном — один в один. — Интересно, стоит ли считать это каким-то намеком? Напитав материализованный ресурексион энергией, решил повторить любимый приём всех магических мечников, и в особенности одного Неугомонного Пятнашки. — Гетсуга Теншоу! — замахнувшись, пустил вдаль золотой слэш. Пролетев за мгновение несколько сот метров, он врезался в песчаную дюну, взорвавшись фонтаном света. Когда пыль улеглась, на месте попадания образовался большой кратер. — Как-то он не так сработал, как задумывалось. Вместо разреза, волна взорвалась… Ну и ладно. Так даже круче! Хотя… Может, это я просто энергии слишком мало вложил? Взявшись за рукоять двумя руками, поднял меч над головой. В ресуррексион потек свет. Меч от вливаемой энергии начал менять цвет. Вскоре от черноты не осталось и следа. Сейчас полуторник легко было принять за оригинальный меч предначертанной победы. Он стал таким же ярким. Немного подумав, решил соответствовать канонам. — Эк-с-к-а-л-и-б-у-р! Резко опустив руки вниз, послал в даль достающий до небес золотой слэш. Грозная атака чуть не вырвала мега-ковырялку из рук, но я смог удержать меч. В сиг мир окрасился в жёлтый, словно кто-то выпустил на лужайку солнце. — Ба-бах! — вдалеке раздался страшный грохот, совмещенный со вспышкой. Отпрыгнув назад к целому яйцу, прижался к нему спиной и прилип реацу. Песок, пойдя змеями, оползнем потащил нас в противоположное от удара направления. Откинув на добрый километр, землетрясение успокоилось, а поднявшееся в воздух море песка резко полетело вниз. Окружив нас светом, некоторое время находился на месте, дожидаясь, когда вся свистопляска закончится. По тенту из света то и дело прилетали куски оплавленного песка, но бессильно сгорали в ядовитой реацу. Пару минут спустя, град кончился. Рассеяв свет, встал на ноги и приложил меч к бедру, приклеивая его при помощи реацу. Вот какой раз убеждаюсь, контроль — это суперская вещь. Кобура/ножны? Да нафиг не нужны! Хороший контроль, немного энергии, и вуаля — меч не отпадет, пока я этого не захочу. У — удобство. Выйдя вперед, чуть не свалился вниз. Мы с яйцом находились на краю пропасти. — Нехило! — не сдержал эмоций, когда всмотрелся вдаль. Гигантский, в несколько километров длиной, каньон раскинулся на месте попадания атаки. — А ведь всего пару процентов резерва вложил… Ну и силища! Не успел я толком прийти в себя от полученной информации, как сзади послышался хруст и треск. С хлопком и глухим звуком на песок посыпалась скорлупа. Вика закончила эволюционировать. Улыбнувшись, развернулся и посмотрел на боевую подругу. Опираясь на высокий бортик, черноволосая девушка протёрла кулачками заспанные алые глазки. Мило позевывая, она одной рукой поправила растрёпанные волосы, убирая слезшие на очи локоны, а второй прикрыла ротик в зевке. А ещё Виктория была полностью голой, не скрывая ни грамма своей божественной фигуры. Мне открылся потрясающий вид на объёмную, но упругую грудь с задорно топорщащимися от холода сосками; тонкую талию с подтянутым животиком; длинные красивые ножки; пышные округлые бёдра и аккуратную розовенькую киску. — К-х… — от всего прекрасного у меня перехватило дыхание, и я неосознанно сглотнул подступившую слюну. В кровь выбросились гормоны, причем в таких количествах, что даже у заядлых ширятелей случился бы от них передоз, не то что у меня. Кровь одним рывком привела член в эрегированное состояние, намекая, что боевая готовность — максимальная. Девушка, уменьшив генерацию неописуемой милоты, посмотрела вперед, упершись в мое лицо, после чего слегка запунцовела. Поймав её взгляд своим, я поплыл окончательно. Рубиновые глаза затягивали в себя похлеще гипнотических чар. — Рафаил? — спросила она, а я услышал голос. Голос… Именно голос, а не чистый смысл. Уши арранкар выполняли свою роль, распознавая вибрации и переводя их в звук. Её звучание было прекрасно, как журчание горного ручья; как пение утренних пташек; как виртуозная игра на арфе; как ангельский хор. В голосе девушки отдавался вибрациями целый мир. Настолько совершенный и затягивающий он был, что легендарные сирены тихо плакали в сторонке. — Рафаил, что с тобой? — вновь продлила действие чар Вика. Мои глаза остекленели в одной эмоции чистого благоговения пред её прелестью. Поняв, что абонент вне зоны действия сети, подруга прошлась взглядом по моему телу, остановившись на причинном месте. — Умг. — На сей раз пришла очередь девушки сглатывать подступивший к горлу ком. Случайно прикусив пухлые красные губки, она неосознанно отправила меня ещё глубже в нокаут. Вот как можно быть такой…? — Рафаил… — несколько поплывшая Виктория дрожащим голосом произнесла имя, причем настолько эротично, что количество гормонов в моей крови прибавилось ещё в пару раз. — Если ты хочешь... я не против и… готова, — неуверенно кивнула она вниз. В разуме прозвучал щелчок, походивший на нажатие спускового крючка и следующего за ним удара по капсюлю. Выстрел раздался громом в тишине неработающей душевной думалки, с толкача запуская мыслепроцессы. Несмотря на казавшееся непреодолимым желание за миг преодолеть разделяющие нас расстояния и впиться в манящие сладкие губы, мне удалось перебороть его и взять тело под контроль. Ежовые рукавицы, цепко опутав разум, стали постепенно остужать естество. Бушующие табуны гормонов в сверхогромных дозировках безапелляционно приходили в норму. Ментально задушив гуся, контролем реацу стал откачивать из полового агрегата прилившую ранее кровь, переводя его в состояние нестояния. Сейчас было совсем не время для устраивания всяких осудительно непотребств. Да и не место тоже... — Ты… не? — спросила рубиновоглазая, которая от нахлынувших чувств ещё не протрезвела. — Кхм, нет. Извини… От твоей красоты я потерял дар речи и несколько опешил. — Осипшим голосом ответил фройляйн, а сам подумал: «И не мудрено. Когда такая богоподобная девушка рядом и нагишом, а ты только получил полностью работоспособное тело, не возбудиться трудно. Особенно когда сотню лет не ощущал ничего и был вынужден придерживаться целибата. Нехилый стресс-тест для воли». — Я… умг… тоже от твоей чуть-чуть. — Дева сравнялась цветом лица со своими глазами. Пару секунд спустя, немного придя в себя, она робким голосом поинтересовалась: — А почему на нас нет одежды? — Я посчитал, что выбирать для тебя одежду на всю оставшуюся жизнь не стоит. Вдруг тебе не понравится… — Глупости! Наши вкусы очень близки! В одежде, которую выбирал ты, я не против и две жизни проходить! Ой! — перебив меня, Вика ойкнула, поняв, что выдала мысли вслух. — Кхм, приятно слышать, но чудо-камень может воплотить любую одежду под твои желания с заданными характеристиками, защитой и иными полезными функциями. Лучше ты сама выберешь. Правда, — растерянно почесал макушку, — я пока не знаю, куда хогёку затерялся, так что сначала его надо найти. Девушка удивлённо захлопала ресницами, что выглядело не передать как мило, но в этот раз броня была не пробита. Техники такого уровня на меня временно перестали действовать. — Он же у тебя там, — указала она куда-то мне в грудь. — В каком смысле?.. — Осекся я, когда, опустив взгляд, заметил в районе сердца пробивающееся сквозь кожу мерное фиолетовое свечение. — Вот так да. Картина Репина «Приплыли». Так вот почему я его не чувствовал — не там искал. Направив потоки энергии в сторону сердца, обнаружил на его месте сверхмощный реацу-кардиостимулятор модели «Чудо-камень, made by Рафаил». Правда, несмотря на то, что псевдо-сердце гоняло кровь по телу, остальные функции у него запущены не были. Чудотворец пребывал в коме. Как тогда, когда я ещё не подменял его сознание своим. Сосредоточив рядом с камнем десяток процентов общего объема реацу, резко влил всё в камень, заводя машину с пинка. — Кха. — От сердца разошлась фиолетовая волна, кипятком обдавая по внутренностям. Вика, стоящая спереди, вопросительно приподняла бровь. Но мне было не до неё. Рука без приказа потянулась и сняла меч с бедра. Перехватив лезвия двумя ладонями обратным хватом, под шокированный взгляд, я вогнал ресуррексион прямо себе в сердце. Забившись, хогёку одним ударом выбросил в меня целое море энергии, которое запустило какие-то внутренние процессы. Одна сотая секунды, и я взорвался золотым туманом.. — Значит, вот что есть мой ресуррексион… — проговорил я, осмотрев изменившееся тело и прикид. Прикид, надо отметить, был стоящий. Теперь одеждой мне являлся кожаный плащ на голое тело, черные штаны и старенькие берцы. Почти как в форме лорда, только без футболки. Зачетно. В груди проявилась невидимая мною уже много лет большая дыра пустого, посреди которой завис принявший вид сердца исполнитель желаний. Что радовало, маска нигде не проросла. — Раф, что с тобой? Я на вопрос девы не ответил. Просто не смог. Вливающиеся неостановимым потоком терабайты информации заняли всю мощь сознания. Стоило только слиться с мечом, как «исчезнувшие» способности объявились тут как тут. Да и не просто, а с набором информации о себе. Метаморфизм на пару с ментализмом благополучно перекочевали в Ресурексион, где и были присоединены к слившемуся с телом чудо-камнем. Ментализм не изменился. Метаморфизм также остался самим собой. Что расстраивало, утраченный давным-давно навык не вернулся. Это я сейчас о способности за счет душ усиливать характеристики. Когда-то во время того, как я умирал, рассыпался и заново собрался, почти стёртый метаморфизм потерял это уменье и так и не вернул его до сих пор. Я на этом как-то не акцентировал внимание, но такая неприятность имела место быть. Кхм, что-то я отвлекся. Вернёмся к хогёку. Мой клон умудрился интегрировать исполнитель желаний в меня, а сам, не выдержав сего, растворился. Удивительный был доппельгангер. Как у него вышло такое провернуть — ума не приложу. Быстро анализируя информацию из чувств хогёку, у меня складывалось впечатление, что доппель был натуральным чудотворцем. Так как чудо-камень сам не понимал, как он стал моей частью. Хотя, стоит заметить, что интеграция оказалась далеко не полной, и при некоторых обстоятельствах камень мог, так сказать, отвалиться обратно. Однако факт оставался фактом. Теперь исполнитель желаний существовал в симбиозе со мной, и это приносило свои плюсы. Например, сейчас я мог управлять чудотворчеством свободно и без проблем, воплощая всё что душе угодно. В пределах возможностей, естественно. Сил в высвобождении я получал немало, под сотню Вэ. Пятикратный рост сил. Солидно. Отчего такой сумасшедший Икс? Да всё просто. Моей энергии в этом котле было дай бог четыре десятых. Вся остальная сила происходила, сами догадываетесь, от кого. Качество, кстати, после высвобождения порядочно скакнуло. И так солнечная реацу превратилась во что-то ядовито-токсичное, что даже мой самоанализ чувствами души сбоил и матюгался. Единственной ложкой дёгтя в бочке мёда, было то, что доступ к прежним абилкам теперь появлялся только в высвобожденной форме. Круто, ничего не скажешь. На большую часть времени мозгоклюйство машет мне ручкой, как и метаморфизм. Только телепатия-связь фурычит всегда, и то радость. Не придется изобретать рацию. — Воплощайся, Дрим. — повторил я вслух фразу-активатор и имя меча. —…Мечта? Подходящее имя. Вика, на пару секунд зависнув от моего преображения, резко пришла в себя. Просканировав мою почти не скрывающую силу персону, уважительно покивала. Миг после, очень соблазнительно встав на одно колено, она тычком проткнула скорлупу пола и потянулась вглубь рукой. Через миг обнаружив искомое, дева одним слитным движением достала из подпола... Под метр размером, черно-красное хрен пойми что, с массивной защитной гардой золото-синего цвета и тупым закрученным в круг лезвием. Это, побоюсь этого слова, оружие, по размерам походящее на рапиру, больше напоминало укороченный и затупленный рыцарский Ланс, чем меч или копье. — Значит, твой ресуррексион — это оно? — поинтересовался, попутно вспоминая, где я эту убого выглядящую штуковину видел. Мысли крутились в черепушке, но нужных воспоминаний не находили. — Да! Я тебе не уступлю в силах! — уверенно проговорила всё ещё голая Вика, после чего подняла недо-ланс вверх «клинком». — Пробудись, Энума Элиш! Вверх выстрелил поток красно-серебряной силы, скрывая обладательницу столь странного меча от моего взгляда. Пару секунд спустя спецэффекты кончились, открывая вид на обновленную девушку. На ней появилось короткое красное платье с глубоким декольте, открывающим вид на солнечное сплетение с дырой пустого. Спереди на чёрных волосах появилась красная диадема, а ножки оказались обуты в аккуратные туфельки. Что необычно, меч из её рук не исчез и даже внешне никак не поменялся. Силой Вика приятно удивляла. Если до высвобождения она щеголяла восемнадцатью Вэ, то после Дева доросла до пятидесяти пяти, превзойдя товарища Старка на десять процентов, став второй по силе после меня. Просто сказка. — Серьёзно? Это говно? — удивлённо воскликнул я, когда-таки понял, почему меч мне казался знакомым. Энума Элиш, вот те да! Неожиданно, очень неожиданно. — Почему сразу говно! — возмутилась девушка, топнув ножкой. — Он вполне хорош! — Кхм, извини, просто немного удивлен. Меч Короля Героев немного не то, что я ожидал увидеть. Вика понимающе кивнула, и тяжелым взглядом прошлась по круглой гарде. — Я тоже думала, будет копье. Мне оно больше нравятся, чем меч, но и ЭА прекрасен! Смотри, что он умеет. — Отведя «острие» в сторону, Вика произнесла команду-активатор: — Умри! Красная энергия выстрела широким тубусом вперед с огромной начальной скоростью. Достигнув песка, без малейшего намека на взрывы, атака стала дезинтегрировать материю в ничто. Несколькими секундами спустя, в месте, куда угодил красный луч, показался длиннющий проплавленный тоннель. — Сильно? — Сильно, — подтвердил я, на что получил немного покрасневшее от довольствия личико. — Это всё или…? — Или! — довольно улыбнулась девушка, продемонстрировав белоснежные зубки, и показательно щелкнула пальцами. Миллисекунда, и сзади неё расцвело красное марево, напоминающее неправильный проход в гарганту. От покрасневшего пространства фонило так, словно оно состояло из распыленного вастерлорда. Через мгновение из парящих порталов стали вылазить десятки и сотни воплощений. Ещё один щелчок, и всё исчезло, словно и не было тут никаких аномалий. Самодовольно хмыкнув, Вика отпустила меч из руки, и он также исчез в красной дымке. — Я теперь могу прятать воплощение прямо в личном участке гарганты и доставать их одним желанием. А ещё большую часть из известных нам орудий я могу создать без проблем, и они со временем не исчезнут! — С этими словами в её руке появилось Сияние Рассвета из древних свитков. — А вот это очень сильно! Ты ж моя прелесть! — не удержался и, приблизившись, захапал её в платонические объятия. Почему не удержался? Да потому что в голову резко пришла интересная мысль, как можно будет очень сильно поднасрать шинигами и, если что, усилить пустых. — Раф… отпусти. — Не слишком требовательно попросила черноволосая, горячо шепча мне на ушко. Послушавшись, немного отодвинулся, перестав ощущать через ткань платья затвердевшую грудь. — Извини, не сдержался. — Не проявив и капли раскаяния, проговорил я. — У тебя есть какие-то ограничения на использование Ресуррексиона? — Ммм… Да. Реацу тратится гораздо быстрее, чем восстанавливается. Если активно сражаться, то, думаю, хватит не на слишком долго. — Понятно, значит, это не у меня одного такой запас времени, ахах, — усмехнулся я. — Что? С твоим монструозным резервом? — шокировалась госпожа моего сердца. — Нет, с резервом всё нормально. Просто интуитивно чую, что через минут двадцать меня из этой формы выкинет. Хотя, в отличие от тебя, у меня регенерации энергии куда выше, чем в обычной формы. Потратится до нуля будет трудно. Это чистая правда. Присутствует какое-то знание, что двадцать минут, и меч самозапечатается. Почему так — не понимаю. Хогёку, к чувствам которого я имею полный доступ, намекает, что я вскоре сам пойму, что да как. — Вот как... Понятно. — Кивнув, Вика призвала Эа и высекла его лезвием в воздухе восьмёрку. — Вшух! — скрывшись на секунду в серебристо-красном тумане, она вышла из ресуррексиона. Платье и все остальные атрибуты исчезли, а дыра пустого закрылась, как будто её и не было. Девушка вновь светила своим нагим телом во всей красе. Заметив мой немного потеплевший взгляд на своих верхних округлостях и животе, она впала в небольшую краску. Что характерно, даже поняв, что я её бесстыдно пожираю глазами, Вика совершенно не пыталась прикрыться. Попав на секунду в плен её очей, успел заметить разыгравшихся в них бесят. Деву моё внимание больше возбуждало и интриговало, чем вызывало неприязнь. — Нравиться? — собрав уверенность в кулак и положив руки под грудь, фройляйн попыталась придать себе серьезный и даже вызывающий вид, стремясь не показать своего лютого смущения. Несмотря на попытки сделать голос томным, из-за неопытности вышло у неё слабо, но даже так получилось просто неописуемо сексуально и до смертельного мило. — Очень нравится. — Ответил я спокойно, не подав вида, что такая бессовестная провокация хоть каплю подействовала. — Но лучше будет, если ты оденешься. — А если я не хочу одеваться? — подступив на полшага вперед, Вика дерзко вскинула голову и вклинилась в меня взглядом, фальшиво желая пойти наперекор. — Твоя воля. Не знаю, могут ли арранкары заболеть, но в такой холодрыге не удивлюсь, если ты станешь первой. Или, по крайней мере, первой пустой, что заработает цистит, ха-ха-ха. — Саркастично хмыкнув, делаю шаг к ней и сближаюсь. После чего, не давая время собраться, беру её за подбородок и касаюсь большим пальцем края губы. — К тому же, я знаю, что ты не такая жестокая. Не одна она умеет играть в такие игры. Точнее даже не так: она по неопытности не умеет, а вот я очень даже. Растерявшись от моих действий, Победа зарумянилась и потупила взгляд в пол. Однако, вспомнив, что она не кто-то там, а сама Вика(!), резко собралась с последними силами и вернула взгляд на место, попутно пытаясь сделаться «сурьёзной-пресурьёзной». — Это здесь при чём? — Если не оденешься, то мне придется выкалывать глаза всем разумным, что встречаются у нас на пути. Или даже их всех убивать, чтобы только я мог наслаждаться твоим нагим ликом. — Кровожадно оскалился и показательно провёл языком по зубам я, будто слизывая чью-то кровь. — Ты же, надеюсь, не забыла, что за аспект у моей пустоты? — ... — Застыв косулей перед волком, дыхание Виктории сбилось, а сердце застучало с огромной частотой. Таким она меня ещё не видела, да и сам я никогда не пытался показаться в этом амплуа. — Что мой аспект? Отвечай. — Ж-а-ж-д-а… — тихо пробормотала дева, а я, расширив оскал, опустил голову к ней. Коснувшись её щеки своей, почти утробно зарычал в ушко, протягивая слова: — Ж-а-ж-д-а… Созвучно с ж-а-д-о-с-т-ь-ю, тебе так не к-а-ж-е-т-с-я? — почувствовав, как сердце девушки пропустило удар, резко перестал нагнетать обстановку. Отпустив подбородок, развёл руки в сторону и ласково обнял. Без любых пошлых или пугающих контекстов, стараясь вложить исключительно позитив, поддержку, да и что греха таить — искреннюю любовь. Когда она растерялась, тихо прошептал: — Шучу. Никого убивать я не буду, но прошу, чтобы ты так не поступала. — Извини… Я не хотела тебя… — Почувствовав, как кожа на шее мокнет, перебиваю. — Пустое... Не плачь. Какую одежду ты хочешь? Просто представь в любом количестве, я теперь умею воплощать всё что угодно также легко, как ты оружие. — Поглаживая по всё ещё неопытной головушке, проговорил я. — Ум… хорошо, — успокоившись, но не переставая прижиматься ко мне, ответила она. Несмотря на общую эротичность момента, никакого возбуждения я не чувствовал. Я же не ОЯШ, чтобы от прижимающейся голой девушки-красотки ссаться в штаны и улетать на фонтане крови, плюя на трогательность и чувственность мига. Раскрыв чувство хогёку на максимум, уловил скромные желания находящейся в моих объятьях души. Быстро пробежавшись по выбранному гардеробу, удивлённо «кхекнул». Кроме вполне приличного платья, похожего на то, что было у неё ранее, черных штанов-шароваров с водолазкой, фиолетовой футболки с безрукавкой и брюками, был и целый набор нижнего белья, причем в большинстве своем весьма фривольного вида и красного/черного оттенка: кружевные лифчики, открытые бюстгальтеры и что-то совершенно непонятное, смахивающее на какие-то сверхвульгарные купальники. Ну и, конечно, было множество разнообразных в фасоне и степени закрытости трусов, начиная странного вида панталонами и заканчивая совершенно непристойными стрингами. Единственно, что почти не удивляло, была обувь. Парочка туфель, несколько ал-я кроссовок/кед, подобия которых она видела в переданной ей давным-давно памяти, фем-берцы и ботинки. Разжав объятия, Вика с неудовольствием на лице отстранилась. Сделал шаг в сторону, представив всё ею загаданное, одним каскадом воплотил тряпьё в реальность. — Кха… — удивленно раскрыв глаза, выплюнул шматок крови и, не удержавшись на ослабевших ногах, упал на колени. Одновременно с этим спереди появились разложенные по стопкам вещи, а добрая двадцатая моего нового резерва исчезла, попутно так вдарив по телу и душе, что мне не фигурально поплохело. — Рафаил! — испуганно воскликнула дева, подскочив и удержав мое тело от падения мордой в песок. В голове всё плыло. Рессурексион настойчиво просился запечататься, но я на пределе сил кое-как удерживал его активным. Нет, можно было представить, что энергии, чтобы воплотить одёжку с целым набором свойств, от терморегуляции и самовосстановления до сверхпрочности (для верхней одежды), потребуется много, но чтобы столько! Да и хрен с реацу! От траты пяти Вэ по мне не должно было так прилететь! Заглянув себе в душу, чуть в ментальный обморок не грохнулся. Духовное тело от нахождения в ресуррексионе и так нехило уставало, но стоило мне прогнать через него энергию хогёку, как оно стало прямо стонать. Вложись я помощнее, и оно бы могло пойти трещинами, а дальше и вообще лопнуть. Используя своё новое реацу (которое само по себе и так объединяло в себе энергии шинигами и пустого), слитое с энергией хогёку, я фактически постепенно себя убивал. Духовное тело оказалось не приспособленным к новой суперкачественной энергии. Уж простите мой французский, но душа от нового коктейля шла по причинному месту. Причем чем дольше я находился в высвобожденной форме и чем больше тратил энергии, тем быстрее ДТ летело в обрыв. — Очнись! — проигнорировав то, что меня трясут за плечо, попытался сам себя подлечить с помощью способностей камня. Зря. Сделал только хуже. — Кха… — меня вновь вырвало кровью, а на глаза на пару секунд напала красная пелена. Напитав тело частью реацу, без всякой волшбы подстегнул регенерацию. Своя родная энергия мне не вредила и работала как раньше, а вот всё остальное жгло похлеще яда. Только спустя долгие полминуты я стал потихоньку приходить в себя. — Успокойся, дорогая. Со мной всё нормально. Здоровью ничего, кроме отсутствия мозга, не угрожает… Просто я как-то подзабыл, что просто так ничего не даётся. — Вытерев кровь о свой плащ, погладил по макушке напуганную деву, находящуюся на грани истерики. Пару минут посидев в тишине, прижимаясь друг к другу, Вика наконец задала ожидаемый вопрос: — Что на этот раз? — Да так, мелочи. Я просто не могу использовать свой ресуррексион даже на треть, потому что он слишком силен. — Звучит… как-то странновато. Что-то ты не договариваешь. — А ещё при использовании слишком большого количества высвобожденного реацу я рискую совершить сеппуку своему духовному телу. — Всё как обычно… — поняв, что я сказал, Виктория устало проговорила и положила голову мне на плечо. — Ты не меняешься. Знаешь, а я даже почему-то не удивлена. — Ага. Фарт на такое, видимо, в моём духовном коде, — ответил я и посмотрел вверх на чёрное и беззвёздное небо. — И кстати. Мне, конечно, нравится чувствовать твоё телесное тепло, но, может, ты наконец оденешься? Песок-то острый. Попу не колет? — Пф! — подняв голову, она хмыкнула, встала и прошествовала до идеально сложенной одежды, начав выбирать, что надеть прямо сейчас. Постояв пару минут, ее взгляд упал на водолазку с шароварами, туфли и черное кружевное нижнее белье. Немного открытое, но по вульгарности проходящее на грани фола. Убрав все остальное в свою пародию на Врата Вавилона, она посмотрела на наблюдающего меня и неуверенно спросила: — Отвернешься? — Конечно… Нет. Ничего не сказав, дева стала одеваться, изредка показывая посредством покрасневших щёк, что моё внимание её несколько смущает. Такая реакция была необычной и для Вики нехарактерной, ещё раз подчёркивая, как тело арранкара быстро возвращает пустым человеческие эмоции. Из-за того, что мой организм ещё не восстановился от полученной ранее оплеухи, наблюдая за ней, я получал только эстетическое удовольствие с очень небольшим выпуском гормонов в кровь. Но и от этого на душе становилось приятнее. Одетая Вика выглядела всё также богоподобно, как и нагая. Шмотьё ни капли не ухудшало её фигуру, а скорее подчеркивали стать. Даже шаровары и те смотрелись гармонично. Когда она закончила, я кое-как встав на покачивающиеся ноги, представил и воплотил себе несколько комплектов всей одежды. Однако в этот раз немного поугоманил дополнительные свойства. Поморщившись от не столь большой боли, сплюнул пару капель крови. Из-за гораздо меньших трат урон оказался не столь страшным. — Уберешь к себе? Получив согласный кивок, протянул Вике большую часть созданного. Как и её собственное, моё тряпьё растворилось в красном тумане. — Пш-ш-ш. — Отменив ресуррексиона, почувствовал, как будто сбросил гирю. Боль в теле и скованность разума прошли, растворившись, как и одежда. Я опять стал гол как сокол. Хотя нет, даже голее. У гордого «птыца» короткая шёрстка была, у меня нет (никогда не был любителем волос вне головы, потому у нас обоих вычистил всё досконально). — Отвернешься? — спросил у прикусывающей губы Викторию, которая, как и я ранее её, пожирала меня глазками. — Конечно… Нет. — Шкодливо улыбнулась она. Хмыкнув на симметричный ответ, потихоньку, чтобы доставить уже ей большее удовольствие от созерцания прекрасного (меня), стал натягивать одежду. Парочку минут спустя, застегнув гавайскую рубашку, приклеил меч за спину. — Налюбовалась? — Пока — да… — впав в краску, согласилась черноволосая. — Ну тогда отправляемся в путь до базы. Нужно проверить, могу ли я создавать нормальных арранкаров из обычных пустых, или и тут фортуна нам поднасрала. — Может, сначала отдохнём и придём в себя от становления гибридами? — Увы, дорогая моя, увы. Покой нам только снится.