S.T.A.Y

Опёршись руками о перила и устремив взгляд в непроглядный туман, Феликс слушал. Слушал звуки природы вокруг себя. Прислушивался к каждому шороху, к каждому живому языку. Закрыв глаза, он сосредоточился и, расфокусировав сознание, слился с окружающей его природой. Шелест листвы, где-то поодаль за углом распевался хор радовавшихся сырости жаб. Поднимался ветер. К утру он разгонит сырой туман. Феликс глубоко вдохнул воздух. Пахло полынью и влажной землёй. Запахи усилились – быть дождю. Тревожный рокот ворона, присевшего на ветку дерева неподалёку, заставил парня напрячься. Он открыл глаза, во взгляде читалась тревога. Нужно было уходить. Им нужно уходить, и чем скорее, тем лучше! **** – Взгляд! – выпалил Бин, врываясь вихрем в помещение. Подбежав к барной стойке, парень уставился на Минхо: – Взгляд! Когда отец ненадолго пришёл в себя, то его зрачки... они как будто разок блеснули голубым, как будто… ну знаете… – Бин пытался подобрать описание, – как кошачий глаз, как какая-то сетка, что ли, или… – Линзы… – внезапно проговорил Чонин. Взволнованный школьник, наконец, взломал этот чёртов носитель и теперь с жадностью пожирал информацию: – Проект, которым занимается Jellyfish – это линзы. – Линзы? – переспросил Кристофер, – что за линзы такие «золотые», что правительство вбухало в них столько миллиардов? – Это случаем не… – Хан запнулся, но всё же продолжил чуть тише, – случаем не линзы S.T.A.Y? Школьник закивал головой: – Они самые. Один из проектов, разрабатываемый брендом S.T.A.Y. – Не может быть, – выдохнул Хан. Подбежав к компьютеру, он уставился в монитор. Взгляд учёного побежал по строчкам отчёта: – Не может… – Что там? – к парням подошёл встревоженный Крис. А за ним Минхо. – Ты знаешь, что это за проект? – спросил Хана лидер. Внимательно вчитываясь в строчки, учёный покачал головой: – Проект был засекречен, я понятия о нём не имел, но я знаю, что это за линзы, – облизнув губы, заверил учёный, – я собственноручно их разрабатывал. Линзы для поднятия настроения и мотивации. Линзы, которые подстраивают твой окружающий мир под твои идеалы. – Ого! Хан-хён, ничего себе! – восхитился айтишник, – ты создатель S.T.A.Y? Я так давно мечтал о таких! Но… это недешёвое удовольствие. – Создатель линз S.T.A.Y, – отрешённо поправил школьника Хан, судорожно соображая, – не всего S.T.A.Y. – Вокруг меня сплошные знаменитости! – умилялся Чонин, – сначала Джинни-хён, теперь Хан-хён, в этом конце света определённо есть свои плюсы. – Это те, которые как в рекламе: "Нужно только вставить линзы, а S.T.A.Y создаст мир исключительно для вас! Живите в своей Вселенной?" – не обращая внимания на восхищения школьника, задумчиво протараторил Бин. – Они самые, но… – пододвинув Чонина, Хан уселся за компьютер. Пролистывая информацию, учёный пытался вникнуть в суть дела, – но линзы никак не были связаны с заражениями или правительством. Они несут чисто развлекательный характер, не более. А тут… Хан замолчал, погрузившись в изучение файла. – Может быть, кто-нибудь воспользовался твоей разработкой, как болванкой, – вмешался в разговор вернувшийся с улицы Феликс, – такое возможно? – Болванка… – повторил за менеджером Хан. А мозг судорожно соображал. Выходит, что кто-то, воспользовавшись его успешной разработкой, распространял заражённые линзы. А люди стояли в очередях, платили немаленькие деньги — и всё это для того, чтобы заразить самих себя вирусом, который… Взгляд побежал по строчкам отчёта: подключение нейронов головного мозга к общей системе базы данных. Что ещё за база данных? И кому это нужно было? – Но это в какой-то степени хорошо… – разливался оптимистом Крис, – это значит, что ты сможешь разобраться с тем, что происходит? Верно? Учёный закрыл лицо ладонями. – Мне нужно подумать, – выдохнул Хан и заново погрузился в изучение файла. – Только думай быстрее, – предупредил его Феликс, и решительно посмотрел на лидера: – Нам надо уходить отсюда и как можно скорее. Плечи хозяина кафе напряглись. Бин настороженно посмотрел на менеджера. – С чего такое внезапное решение? – удивился Крис и добавил, – тебе что-то известно? Но менеджер медлил. Он знал, что утром здесь будет новая вспышка эпидемии, район оцепят. Информация от воронов сомнению не подлежала. Он бы мог сбежать в одиночку, но прекрасно понимал, что это неосуществимо. Пусть он будет хоть самый крутой мент под прикрытием, переть против полчища дронов и биороботов – полное сумасшествие. Да и… Феликс пытался отбросить назойливо крутившуюся в подсознании мысль, о которой человек с его статусом не имел права даже думать, но она зудела тревожным звоночком у него в голове: он привязался. Феликс бросил взгляд на сидящего в своём привычном углу, тревожно покусывающего ногти Джинни. Он был нужен им. – Феликс? – осторожно позвал его Бин, – ты что-то знаешь? Ты только скажи, мы поймём, я уверен… Кристофер бросил на Бина удивлённый взгляд. Когда это настрой друга по отношению к Феликсу так изменился? Ведь он больше всех сверлил менеджера подозрительным взглядом, а тут как будто… переживал, что ли? – Да, Феликс, – отозвался всё это время хранивший молчание Минхо, – поведай-ка нам, каким образом ты связан с мафиози? В помещении повисла тишина. Минхо, наконец, озвучил мучавшие его всё это время подозрения, да ещё и во всеуслышание. Феликс оглядел уставившихся на него в недоумении парней и чертыхнулся про себя. Как же не вовремя. Только не сейчас, Минхо. Они теряют драгоценное время. То, что передал ему ворон – настораживало. Ему нужно покинуть границы Сеула. Им нужно! Иначе… Взгляд неосознанно нашёл тревожно застывшего Джинни. Тот, было, дёрнулся на защиту, но Феликс покачал головой, приказав айдолу не соваться. Раз уж угроза операции всё же возникла, то лучше уж потерять ладью, нежели проиграть партию. Взвесив все за и против, Феликс выдохнул, на его лице появилась дерзкая ухмылка: – Так и знал, что от твоего пытливого ума ничего не утаишь, док. Положив в рот Чупа-чупс, менеджер засунул руки в карманы: – Ну, спрашивай, что тебя интересует, я отвечу. И он рассказал. И про то, что был ментом под прикрытием, и про то, что внедрился в криминальную организацию под названием «Чёрный дракон», чтобы выкрасть необходимые документы, секретность которых не имел права раскрывать, ведь даже сам Феликс не был уполномочен читать их содержание. Закончив свою ввергшую в шок присутствующих историю, менеджер замолчал. В помещении повисла гробовая тишина. И только ветки деревьев, которые трепал поднявшийся ветер, тревожно стучали по окнам. Взгляд Феликса отчего-то сразу нашёл сидящего в углу Джинни. Лицо парня было бледным, а по щекам текли тихие слёзы. Чего этот недотёпа разревелся? Подумал и не успел уловить, когда айдол оказался у него на шее. – Я так и знал, что ты хороший! – взвизгнул Джинни, крепче сжимая свои объятья, – ещё с самого начала, когда ты меня похи… когда помог сбежать. Знал, что ты не бросишь одного! – Эй, – выдавил из себя задыхающийся в крепкой хватке айдола Феликс, – хватит, отпусти, задушишь. Джинни, наконец, отстранился от своего-менеджера-теперь-по-совместительству-мента и, вытирая слишком длинным рукавом мастерки Криса крокодильи слёзы, остался стоять рядом, тихо всхлипывая. Пусть кто-нибудь теперь попробует обвинить Феликса, он, Джинни, теперь с гордостью и полным правом на дружбу с правоохранительными органами покусает всех желающих, кому там мало было гончих и пауков! – Рассказываешь ты, конечно, интересно, но правда ли это? – не унимался Минхо, всё ещё пристально сверля взглядом Феликса, полностью игнорируя недовольного Джинни. – Я могу подтвердить, – рядом с Феликсом плечом к плечу встал Бин, – я видел его у своего отца дома, он на самом деле мент. На лице менеджера появилась скупая, но довольная ухмылка. Шах, Минхо! Доктор недовольно прищурился и хотел уже что-то добавить, но был перебит Кристофером: – Минхо, – он внимательно посмотрел на друга и покачал головой. Взор лидера упал на Феликса: – И что ты предлагаешь? – Нужно покинуть Сеул, – заверил менеджер, – утром район объявят зоной заражения. – Это, конечно, хорошо, но, – Кристофер посмотрел на ребят, – куда, и как ты себе это представляешь, с ранеными и безоружными? Как я могу подвергнуть всех опасности, только основываясь на твоих словах? Когда ещё недавно ты скрывал свою личность, причём вдвойне обманывая, Феликс. Мент под прикрытием, который притворялся мафиози, под прикрытием менеджера айдола? – Если не уйдём сейчас, здесь будет опаснее, – оставив без внимания доводы лидера, выдохнул Феликс, – нужно уходить, лучше подальше в глубинку. Насколько мне известно, в деревнях пока спокойно. Кристофер задумался. Принимать решения в качестве лидера было непросто. Что, если он послушает Феликса, а они попадут в засаду, как в прошлый раз? Только там их было трое здоровых и подготовленных. Благо, отец когда-то увлекался спортивной стрельбой и таскал с собой Криса в тир, чему парень сейчас был несказанно благодарен. Но с ними были и те, кто никогда не держал в руках оружие: Джинни, Чонин, Хан. Как он мог принять такое ответственное решение? Из более менее дееспособных оставались он сам, Феликс, да когда-то служивший на армейском флоте военным фельдшером Минхо. Абсурд и самоубийство. Но! Если они останутся на месте, и район действительно оцепят военные? Все эти гончие и биороботы сами придут в их дом. – Можно в мой родной город, – подал голос Чонин, – у моих родителей большой частный дом, и мама будет только рада, она любит гостей. Особенно, если увидит Джинни. Она его ярая фанатка, даже фан-клуб в деревне создала… – покраснев, тихо закончил школьник. Парни переглянулись. Джинни же сглотнул. Перспектива посещения фан-клуба деревенских аджум нервозно пробежала по коже айдола. – Нам нужно вернуть машину с провизией и дрон, – решившись, приказал Крис. Собирались в спешке. Было решено передвигаться на внедорожнике Сынмина и джипе Криса, который Мин с Чонином, подключившись к автопилоту машины через программное обеспечение S.T.A.Y, хвала Богам, без особых происшествий доставили к кафе. Получив добро Криса, Джинни бросился в спальню хозяина кафе, где сгрёб все, по его мнению, представляющие более-менее потребный вид брендовые вещички. Наспех собрав добытые лекарства, Минхо поймал Суни в переноску и скрылся за дверью кафе. – Хан, – позвал Крис учёного. Всё это время парень был погружён в исследование переброшенного на телефон файла, не замечая ничего и никого вокруг. – А? – Хан поднял взгляд на хозяина кафе. – Пошли, ты последний, – Кристофер положил свою широкую ладонь на плечо парня. Схватив записи, Хан поспешил к внедорожнику Сынмина. Открыв дверь, парень недовольно отметил, что рядом с Бином за рулём огромной тачки сидел Минхо. Помешкав, он надул свои беличьи щёки, но всё же заскочил на заднее сиденье и уселся рядом с уже запустившим в небо дрон Сынмином. Двигатель взревел, и внедорожник выехал с территории фабрики. Кристофер бросил прощальный взгляд на своё детище. Кто бы мог себе представить, что в один прекрасный день крыша его кафе пусть и ненадолго, но очень своевременно станет домом для восьмерых совсем незнакомых друг другу парней. Станет надёжным оплотом, который приютит, обогреет, поддержит и объединит горящие мальчишеские сердца. Благодарно склонив голову в качестве прощания, Кристофер вдохнул и запрыгнул за руль синего джипа, в котором на заднем сидении рядом с Феликсом устроился довольный, но уже сонный Джинни. – Поехали, хён, – улыбнулся Чонин, с грустью смотря на своего теперь уже лидера. Кому как не ему была понятна скорбь хозяина кафе. Ведь это именно, он, Чонин, первым появился на пороге кафе в поисках подработки. И именно ему хён с трепетом в сердце рассказывал об устройстве работы своего детища, в которое он вложил почти весь свой капитал и всю свою душу. Но, как казалось самому Кристоферу, потеряв своё кафе, он приобрёл нечто более важное. Лидер бросил взгляд в зеркало заднего вида. Сморённый теплом, перенервничавший Джинни уже сладко посапывал на плече смотрящего в ночное окно Феликса. Теперь у него есть семь прекрасных бродячих детей. Беспризорные, брошенные на произвол судьбы, юные, но с горячими сердцами и полными надежды глазами, они пойдут вместе со своим лидером и будут плечом к плечу стоять друг за друга. И Крис обязательно найдёт для них свой новый дом. Ведь дом – это там, где бьются в унисон сердца близких тебе людей. Раздался раскат грома, и по лобовому стеклу забарабанил летний дождь. Чонин подпёр рукой острую щёку и уставился в темноту тут же промокшего бокового стекла. Кто бы мог подумать, что за каких-то несколько дней их жизни так кардинально изменятся и переплетутся между собой. Все те планы, которые каждый из них так скрупулёзно выстраивал в привычной и понятной им жизни, в одночасье потерпели крах. Чонин горько усмехнулся. Отчего-то он почувствовал себя таким маленьким, словно был ничтожным муравьишкой, который пытается выжить в огромном муравейнике под названием «Жизнь»...