Тренировка по методике Айронхайда

Сэм Уитвики никогда не считал себя военным. Он был обычным парнем, который волею судьбы оказался втянутым в войну между автоботами и десептиконами. Но после всего произошедшего, после Мишн-Сити, после того как он снова и снова оказывался на передовой, майор Леннокс настоял: пора учиться выживать по-настоящему. Так Сэм оказался на базе NEST ранним утром, глядя на массивную фигуру Айронхайда. Старый автобот-оружейник был известен двумя вещами: коллекцией пушек и спартанским подходом к тренировкам. — Уитвики, — голос Айронхайда прогремел как выстрел. — Ты опоздал на тридцать секунд. — Я пришёл за пять минут до... — Значит, надо было прийти за шесть. Матрас. Валик. Начинай с разминки. Не хочу, чтобы твои хрупкие человеческие мышцы порвались в первые десять минут. Сэм взял выданное снаряжение и устроился в углу тренировочного ангара. Рядом выстроилась группа солдат NEST — все как на подбор крепкие, загорелые, с идеальной осанкой. Сэм почувствовал себя особенно неуместно. Пока он начинал скручивания, Айронхайд уже гонял остальных: — Быстрее! Моя бабушка, которая уже три тысячи лет как переплавлена в запчасти, двигается шустрее! Сэм старался не отставать от собственного темпа. Скручивания. Подтягивания на перекладине — получилось всего три. Планка. Снова скручивания. Его футболка уже промокла насквозь. Айронхайд периодически бросал взгляд в его сторону, но не комментировал — был слишком занят, заставляя группу спецназовцев бегать с полной выкладкой в бронежилетах. К середине часа Сэм почувствовал, что мир слегка поплыл перед глазами. Последние несколько дней он почти не спал — экзамены в колледже, потом срочный вызов на базу, переживания, адреналин... Всё навалилось разом. «Минутку передохну», — подумал Сэм, опускаясь на матрас. Он обнял поролоновый валик — тот оказался неожиданно удобным — и прикрыл глаза. Просто на секунду... Айронхайд заметил спящего паренька примерно через пятнадцать минут. Солдаты как раз выполняли серию отжиманий с хлопком, когда оружейник проходил мимо импровизированного места Сэма. Уитвики свернулся калачиком, обняв валик, как ребёнок обнимает плюшевого мишку, и мирно посапывал. Один из солдат хмыкнул: — Командир, может, разбудить парня? Айронхайд остановился. Его оптика сфокусировалась на Сэме — сканирование показало учащённый пульс, повышенный кортизол, признаки серьёзного недосыпа. Человеческий организм просто отключился, взяв то, что ему было нужно. — Продолжай упражнения, солдат, — только и сказал Айронхайд. Он подошёл к куче снаряжения у стены, взял большой брезент, которым обычно укрывали технику, и аккуратно — насколько это возможно для боевого автобота — накрыл спящего Сэма. — Сэр? — переспросил солдат. — Ты спросил что-то, рядовой? Или хочешь ещё пятьдесят отжиманий? — Никак нет, сэр! — Вот и отлично. Все — на пробежку. Двадцать километров. Марш! Прошло семь часов. Тренировка солдат давно закончилась. Айронхайд провёл инструктаж по тактике городского боя, проверил новые поставки вооружения, даже успел поругаться с Рэтчетом о калибрах. Сэм всё это время спал. Несколько раз мимо проходили люди. Эпс заглянул в ангар, увидел накрытого брезентом парня, вопросительно посмотрел на Айронхайда. Тот лишь покачал головой: не трогать. Оптимус тоже заглядывал — его массивная фигура бесшумно возникла в дверях ангара ближе к вечеру. — Айронхайд, — тихо произнёс лидер автоботов. — Сэмюэль... — Спит, — коротко ответил оружейник, проверяя магазины к новой винтовке. — Нужно было. Оптимус помолчал, затем кивнул: — Ты хороший учитель. — Я реалист, Прайм. Солдат, который не может распознать пределы собственного тела, — мёртвый солдат. Парень достиг предела. Я просто не мешал его организму восстанавливаться. Сэм проснулся, когда в окна ангара уже бил вечерний свет. Первое, что он почувствовал — это запах брезента и то, что ему удивительно комфортно. Второе — острое осознание того, где он находится. Паренёк вскочил так резко, что брезент слетел с него, как накидка супергероя. — Я... я заснул! — Он огляделся в панике. — Сколько я... — Семь часов, двадцать три минуты, — послышался металлический голос Айронхайда. Оружейник сидел у противоположной стены, полируя одну из своих многочисленных пушек. — И четырнадцать секунд. — Мне так жаль! Я не хотел... то есть, я просто... — Уитвики. Сэм замолчал. Айронхайд отложил оружие и посмотрел на парня: — Первое правило выживания в бою: знай свои пределы. Второе правило: уважай эти пределы. Ты пришёл сюда на пределе. Твоё тело приняло решение за тебя — мудрое решение. — Но тренировка... — Отдых — тоже тренировка, — оружейник развернулся к столу, где лежал паёк. — Солдат, который не умеет восстанавливаться, долго не протянет. Я видел достаточно воинов, которые гнали себя до смерти. Они все мертвы. А те, кто понимал, когда отступить, когда спать, когда есть — они живы. Сэм медленно кивнул, всё ещё чувствуя себя виноватым. — Ешь, — Айронхайд кивнул на паёк. — Потом пять километров лёгким бегом. Завтра начнём по-настоящему. И Уитвики? — Да? — В следующий раз, когда будешь на пределе — скажи. Не жди, пока твоё тело отключится само. Это тоже часть подготовки. Понял? Сэм выпрямился: — Так точно... сэр. Впервые за весь день Айронхайд издал звук, отдалённо напоминающий смех. — Ну вот. Уже прогресс. Две недели спустя Майор Леннокс наблюдал, как Сэм Уитвики с поразительной лёгкостью выполняет комплекс упражнений, который раньше заставил бы его взмолиться о пощаде. — Айронхайд, — обратился он к автоботу. — Что ты с ним сделал? — Научил спать, — невозмутимо ответил оружейник. — Остальное приложилось само. Где-то вдалеке Рэтчет закатил оптику, но промолчал. Может, в методах старого вояки и правда было что-то здравое.