Есть о чем поговорить / Something to Talk About

Джо Звонок от пиарщика еще до приезда Джо в студию никогда не предвещал ничего хорошего. Она подняла звуконепроницаемую перегородку между собой и Хлоей, а затем ответила: — Доброе утро, Амир. — Да, точно, доброе утро, — ответил ее пиарщик. Он не стал тратить время на светские беседы, и Джо это оценила. — вы уже видели реакцию на вашу выходку на красной дорожке? Джо напряглась. — Насколько мне известно, я не устраивала никаких выходок. — Люди думают, что вы со своей ассистенткой встречаетесь. Джо не смогла сдержать короткий смешок. — Я не шучу, — сказал Амир. — Мы должны сработать на опережение. — Амир. — Джо постаралась, чтобы в ее голосе не прозвучало недоверие. В конце концов, он просто делал свою работу. — Здесь некого опережать. — Этот слух наберет обороты, — возразил Амир. — И нам ни к чему давать кому-либо лишние поводы считать, что вам не стоит доверять работу над «Агентом Сильвером». В чем ему нельзя было отказать, так это в том, что он никогда не пудрил ей мозги. Амир не пытался сглаживать углы. — Я не комментирую свою личную жизнь, — сказала Джо. — В четверг меня официально объявят сценаристом и продюсером «Агента Сильвера» — этого будет достаточно, чтобы все забыли об этой ерунде, чем бы она ни была. — Поскольку вы на самом деле не встречаетесь со своей ассистенткой, — он произнес это с меньшей уверенностью, чем Джо хотелось бы, — технически это не ваша личная жизнь. Короткое опровержение, ничего особенного. — Я знаю, что Джуди подчеркивала: никаких подобных опровержений не будет, прежде чем передать тебе бразды правления. Джуди была пиарщицей Джо с тех пор, как той исполнилось тринадцать. Правило «никаких комментариев о личной жизни» появилось потому, что ни одному подростку не нужно подобное внимание публики. Джо выросла, а политика «без комментариев» осталась. И ничего не изменилось, когда Джуди вышла на пенсию два года назад. — Мисс Джонс, сейчас вам совершенно не нужна плохая пресса, — сказал Амир. — Короткое заявление легко бы все решило. Очевидно, Амир не мог ее видеть, но Джо все равно покачала головой. — Короткое заявление после почти тридцати лет полного молчания не решит все легко, — ответила она. — Ты и сам прекрасно это понимаете. Амир вздохнул. Джо могла лишь предположить, что это потому, что она была права. — Возможно, Эмма могла бы... — Не впутывай сюда Эмму, — отрезала Джо. — Она уже впутана. И большая часть того, что пишут, не слишком лестно. Пальцы Джо дрогнули. Мысль о том, что Эмму смешивают с грязью в прессе, заставила ее на секунду задуматься о том, чтобы позволить Амиру сделать заявление. — Оставь все как есть, — сказала она вместо этого. — Это пройдет. Амир снова вздохнул, но спорить не стал. Они попрощались, когда машина Хлои подъехала к студии.

***

Судя по выражению лица Эммы, которая стояла у своего стола с кофе для Джо в руках, слухи она уже видела. Джо в доли секунды приняла решение сделать вид, что сама она ни о чем не подозревает. — Спасибо, — сказала она, забирая кофе. Эмма последовала за ней в кабинет, что было в порядке вещей. Обычно первым делом она оглашала Джо расписание на день. Но сегодня, пока Джо ставила сумку и вешала пиджак, Эмма просто стояла на месте, нервно теребя пальцы. — Тебе что-то нужно? — спросила Джо. — Эм, — начала Эмма. — Мисс Джонс. — Она сделала паузу. — Вы, случайно, не заглядывали сегодня утром на TMZ? (Прим. пер: онлайн-таблоид, принадлежащий компании Fox Corporation) — Не заглядывала, — честно ответила Джо. — Там... ну. — Эмма глубоко вздохнула. — Там появились кое-какие домыслы. О том, почему вы взяли меня с собой на церемонию вчера вечером. — Вот как? Джо вела себя нечестно. Ей следовало бы облегчить Эмме задачу. Но ей почему-то нравилось наблюдать, как та пытается выпутаться из ситуации. Эмма, похоже, решила, что лучше действовать напрямую. Она опустила руки по швам и выпрямилась. — Они думают, что мы в отношениях, — выпалила она. Джо поджала губы. — Какая новость, — сказала она. — Пожалуй, это первый раз, когда двух женщин, замеченных вместе, не окрестили просто «подружками». Эмма натянуто улыбнулась. Будь это любая другая ситуация, она бы посмеялась над этим вместе с Джо, легко расплывшись в своей забавной улыбке. — И что мы будем делать? — спросила она. — А что мы будем делать? — повторила за ней Джо. Эмма скорее как-то нелепо всплеснула руками, чем пожала плечами: — Как мы будем с этим разбираться? Джо повторила Эмме то же, что сказала Амиру. — Я ни разу в жизни не комментировала свою личную жизнь, — ответила она. — И не собираюсь начинать сейчас. Эмма стала похожа на золотую рыбку: ее рот открывался и закрывался, но она не издавала ни звука. Джо открыла ноутбук и вошла в систему. Возможно, ей действительно стоит почитать, что пишут люди. — Джо, я... — начала Эмма. — Мисс Джонс. Это неприемлемо. То, что люди так думают. О нас обеих. Джо отмахнулась: — Если бы я расстраивалась каждый раз, когда люди думали, что я сплю с кем-то, с кем не должна, моя психика была бы куда менее устойчивой. Оставь это. В конце концов они переключатся на что-то другое. — Они нашли мой Инстаграм, — сказала Эмма. — Со вчерашнего вечера у меня прибавилось девять тысяч подписчиков. Джо не смогла сдержать смешок: — Наслаждайся своей новообретенной славой. — Я не хочу наслаждаться никакой славой! — огрызнулась Эмма. — Я не хочу, чтобы меня знали как девчонку, которая спит со своим боссом! Мы должны что-то сказать. Джо оторвала взгляд от монитора, так и не дойдя до TMZ, и пристально посмотрела на Эмму. — За почти три десятилетия в этом бизнесе я ни разу не комментировала свою личную жизнь, — повторила она. — И я не стану начинать сейчас только потому, что тебе стыдно, что тебя ассоциируют со мной в таком ключе. Именно поэтому ты не хотела стоять рядом со мной на красной дорожке? Джо не собиралась этого спрашивать; она считала, что Эмма оцепенела из-за нервов. Но как только вопрос слетел с губ, Эмма густо покраснела и начала сбивчиво опровергать обвинение. Лучше отвлечь Эмму от ее неловкости, чем позволить ей впасть в панику. — Нет, конечно нет, мисс Джонс, — сказала она. — Я... — Что вы, мисс Каплан? — Джо. — Эмма сглотнула. — Вы потрясающая женщина. Просто я... я не привыкла быть в центре внимания. Джо находилась на том уровне известности, когда люди обычно говорили ей то, что она хотела услышать. С подчиненными дело, вероятно, обстояло еще хуже, но почему-то она не могла не верить Эмме, когда та делала ей комплименты. Эмма казалась искренней со всеми, но особенно с Джо. Какая нелепость. Наверняка она просто хорошо делала свою работу — делала так, чтобы босс был доволен. Джо не позволила себе зацикливаться на этой мысли. — Все будет хорошо, — сказала Джо. — Они забудут об этом через неделю, если мы не дадим никаких комментариев. — Наконец она открыла статью на компьютере и резко втянула воздух, увидев фотографию. — Что ж. Кадр они определенно поймали отличный, не так ли? Эмма обошла стол Джо, чтобы посмотреть на экран вместе с ней. Это было совершенно обыденное действие, и тем не менее оно заставило Джо напрячься. Она мысленно закатила глаза на саму себя. — Да, — тихо произнесла Эмма. — Впечатляющее фото. Должно быть, это тот момент, когда вы назвали меня амазонкой. Это был даже не тот момент, когда Джо назвала Эмму амазонкой, а скорее секунда после, когда они смеялись вместе. Пальцы Джо крепко сжимали запястье Эммы, а Эмма слегка наклонилась к ней, глядя прямо в глаза, а не в объективы камер. Эмма очаровательно морщила нос от улыбки, и Джо тоже широко улыбалась, глядя ей в ответ. Они выглядели так, будто во всем мире больше никого не существовало. Джо помнила, как все это происходило, но не осознавала, что со стороны они смотрелись настолько... красноречиво. Теперь она понимала, почему этот слух так быстро разлетелся. — То, что на нас были парные украшения, тоже не особо помогло, — заметила Джо. Эмма сделала шаг назад. — На нас были парные украшения? — Твой браслет и мое ожерелье были из одного комплекта, но я решила, что надеть и то и другое будет перебором. Эмма перешла на другую сторону стола. Она несколько раз моргнула, затем посмотрела на Джо: — Почему вы позволили мне надеть его? Джо задумалась. — Ты хорошо выглядела. Эмма опустила взгляд в пол, ее щеки залил румянец. Это была чистая правда — она выглядела прекрасно. Но Джо также знала, что Эмме было не совсем комфортно во всей этой ситуации. И она не хотела усугублять это, заставляя ее менять украшения, которые она уже выбрала. — Возможно, тебе стоит закрыть свои соцсети, — предложила Джо. Эмма кивнула. — Да. Уже сделала. — Хорошо. Ладно. — Джо закрыла вкладку, и Эмма выпрямилась. — Я буду писать все утро. Никаких звонков, если только это не вопрос жизни и смерти. — Да, босс, — ответила Эмма. Она направилась к своему столу. — Дверь закрыть? — спросила она через плечо. Джо замешкалась: — Да, пожалуйста. Она всегда писала с закрытой дверью. Чтобы ничего не отвлекало. Она не знала, что заставило ее колебаться сегодня. Эмме не нужна была нянька в лице Джо. Эти слухи ничего не значили; они не повлияют на рабочий день Эммы. А даже если и повлияют, Эмма справится. До сих пор она отлично справлялась со всем, что приносила эта работа. Джо не о чем было беспокоиться. Дверь за Эммой закрылась. Джо знала, что ей пора браться за текст, но все равно снова открыла браузер. Обычно она не читала колонки сплетен, но почему-то сейчас ей стало интересно. Они с Эммой, судя по всему, встречались — это было все, что Амир сообщил ей утром. Ни один из написавших об этом сайтов, похоже, не мог точно определиться, когда именно они перешли черту отношений «босс-ассистент». Некоторые утверждали, что они встречались с самого начала. Многие собрали их совместные фотографии — на съемочной площадке или на студийных мероприятиях, как будто тот факт, что Эмма стояла рядом с Джо, служил неопровержимым доказательством романа. Однако фотография с красной дорожки была главной, на какой бы сайт Джо ни заходила. И она понимала почему. Глядя на нее, даже она сама почти поверила, что между ними что-то есть. Она позволила себе десять минут на изучение интернета, прежде чем закрыть все вкладки и открыть документ со сценарием. Она уже почти закончила первый черновик финала сезона. Джо переплела пальцы и вытянула руки перед собой ладонями наружу. Пора за работу.

***

Джо уже начала втягиваться в ритм работы, когда зазвонил ее мобильный. Увидев имя на экране, она с нежной усмешкой закатила глаза. Этого следовало ожидать. — Алло? — Не хочешь рассказать мне, что происходит? — Я тоже рада тебя слышать, Эв. Эвелин фыркнула: — Ой, только не делай вид, будто ты утруждаешь себя любезностями, когда звонишь мне. Это была правда. Джо имела привычку начинать телефонные разговоры с лучшей подругой с фразы: «Ты не поверишь, что вытворил этот гребаный идиот» — Эвелин всегда была ее любимым человеком для жалоб. — Ничего не происходит, — сказала Джо, откидываясь на спинку кресла. — Ничего не происходит? Но ты взяла кого-то с собой на церемонию награждения? И этот кто-то оказался твоей ассистенткой? Причем не той невзрачной мышкой, которую я ожидала увидеть — она очень даже прекрасно вписалась в обстановку на красной дорожке. — Да, ну, я же сама купила ей платье, не так ли? — Ты серьезно? Джо едва не запнулась из-за недоверия в голосе Эвелин, но решила не сдавать позиций. — Конечно, — ответила она. — Думаешь, я доверила бы ей искать его самой? Или заставила бы покупать платье, которое она наденет, скорее всего, ровно один раз? — А как еще ты могла решить эту проблему? — хмыкнула Эвелин. — Дай-ка подумать. О, знаю! Ты могла бы просто не приглашать ее. И тогда ей вообще не понадобилось бы платье, которое она наденет ровно один раз. — Ты просто завидуешь, что я ни разу не брала тебя на премии, — парировала Джо. Эвелин рассмеялась: — Я не хотела ходить с тобой на премии с тех самых пор, как мы были подростками. Эвелин и Джо выросли вместе в китайском квартале Лос-Анджелеса. Эвелин была единственным человеком помимо семьи Джо, который не стал относиться к ней иначе после того, как та прославилась. Молодежь вела себя так, будто известность сделала Джо какой-то особенной; люди постарше в их сообществе неодобрительно цокали языками из-за того, что Джо взяла псевдоним, словно это была ее вина, что Голливуд не захотел принимать Джо Ченг. Когда Джо сказала Эвелин, что получила свою прорывную роль, та ответила: «Круто», и продолжила сдавать карты для «большой двойки». Джо бросила взгляд на закрытую дверь. Она была уверена, что Эмма слышала множество ее телефонных разговоров: ругань с телеканалом или, что еще хуже, с отцом. Джо заговорила тише. — Я не хотела разбираться со слухами вокруг «Агента Сильвера», — призналась она. — С этими разговорами о том, потяну ли я большое кино. Я не хотела ни с кем разговаривать. Мне нужен был буфер. Эмма отлично справилась с этой ролью. Эвелин пропустила мимо ушей эту редкую для Джо минуту уязвимости. — То, что ты признаешься, что взяла девочку в качестве буфера, не играет тебе на руку, — заметила она. — Ты взяла ее, чтобы тебе не пришлось общаться с людьми, которые тебе не нравятся. Следовательно, она не входит в категорию людей, которые тебе не нравятся. — Да, Эвелин, мне нравится моя ассистентка. В этом нет никакого подвоха. — О боже, — простонала Эвелин. — Я знаю, что ты уже давненько не писала мне по ошибке вместо нее. Но если вы начнете обмениваться секс-сообщениями, пожалуйста, убедись, что выбрала правильный контакт в телефоне. — Твою ж мать. — Джо потерла переносицу. Впрочем, насчет случайных сообщений Эвелин была права. Это случалось чаще, чем Джо хотелось бы, обычно когда она снимала линзы и не вглядывалась в экран. В списке контактов Джо Эмма и Эвелин находились рядом. — Она выглядела шикарно, Джо, — сказала Эвелин. — Я и не собираюсь этого отрицать, — ответила Джо. Это было бы ложью. Эмма выглядела прекрасно еще до того, как переступила порог гостиничного номера. Команде стилистов Джо почти не пришлось напрягаться. — Ей двадцать семь, и она выглядит так, будто, черт возьми, могла бы играть Чудо-женщину. И да, мне ее компания приятнее компании невыносимых, самовлюбленных актеров, особенно в вечер, созданный специально для прославления их самовлюбленности. Все остальное — просто домыслы так называемых журналистов ради кликов. Эвелин на мгновение замолчала, и Джо уже подумала, что сумела ее убедить. Но вместо этого Эвелин сказала: — Когда ты наконец поддашься этой неминуемой химии, судя по тому, как вы смотрели друг на друга, ты мне позвонишь? — А до этого момента мне тебе звонить? — поинтересовалась Джо. — Или ты предпочтешь больше никогда меня не слышать? Эвелин повесила трубку, ничего не ответив. Джо вернулась к сценарию.

***

В центре сюжета сериала «Невиновные» была группа адвокатов, работающих над оправданием несправедливо осужденных. Это был второй телепроект Джо, еще более успешный, чем первый. Сейчас, когда дело близилось к финалу пятого сезона, Джо была готова двигаться дальше. Она любила своих персонажей, но к этому моменту знала их вдоль и поперек. Здесь больше нечего было исследовать, не осталось новых способов бросить себе вызов. Поэтому она обратилась к экшен-франшизе с шестидесятилетней историей; «Агент Сильвер» не был похож ни на что из того, что она делала раньше. Официальное объявление о том, что Джо станет сценаристом, было назначено на четверг, но слухи о том, что все ждут ее провала, уже расползались повсюду. Джо никогда бы не призналась, что нервничает, особенно потому, что тут больше подошло бы слово «в ужасе». Но она не смогла бы стать лучше, если бы не выходила за рамки своих возможностей. Джо представляла, что прощание с «Невиновными» будет похоже на то, что чувствуют родители, когда их дети уезжают в колледж. Ее детище внезапно выросло и больше не живет под ее крышей. Она уже передала большую часть обязанностей шоураннера своему соисполнительному продюсеру, Шанталь. Джо ей доверяла. Она знала, что Шанталь более чем способна руководить повседневными делами. К тому же Джо нравилось, что та всегда была готова отступить на второй план, когда Джо появлялась на площадке. Шанталь управляла процессом в отсутствие Джо и всегда предлагала передать бразды правления, когда та присутствовала. Сегодня она кивнула Джо, и ее тугие кудряшки-спиральки подпрыгнули. Джо махнула ей рукой. Ей просто хотелось немного понаблюдать, прочистить голову от скопившихся в ней слов. Эмма стояла рядом, работая над чем-то на своем планшете. Обычно появление Эммы на съемочной площадке сопровождалось дружным приветствий от ассистентов. Сегодня же внимание к ней было заметно более сдержанным. Прежде чем Джо успела обдумать это, Шанталь объявила пятиминутный перерыв для настройки света, и Тейт, один из исполнителей главных ролей, направился в их сторону. — Вы уже написали для нас сценарий финала? — спросил он. Джо с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Как актер он получит сценарий только через несколько недель, после всех правок и переписываний, но он всегда любил совать во все свой нос. — Удивительно, что я вообще успеваю что-то писать, — непринужденно ответила Джо. — Учитывая, как активно мы с Эммой, судя по всему, кувыркаемся в моем кабинете. Тейт разразился своим громким, раскатистым смехом, и съемочная группа присоединилась, пусть и с меньшим энтузиазмом. Джо ухмыльнулась. Эмма стала цвета спелого помидора. — Вы уж там не торопитесь, — сказал Тейт, и его белозубая улыбка ярко выделилась на фоне темно-ореховой кожи. Он взглянул на Эмму и хохотнул. — Ты там как, Эмма, в порядке? — Я вас ненавижу, — бросила ему Эмма. А затем добавила: — Мисс Джонс, позвольте я обновлю ваш напиток. Она выхватила термокружку прямо из рук Джо и зашагала прочь. Джо не стала упоминать, что стакан был еще почти полон. — Полегче с ней, — заметил Тейт. — Она справится, — ответила Джо, отмахнувшись так, словно ее совершенно не заботило, как все это может повлиять на Эмму. — Ваш перерыв почти закончен. Прошла едва ли минута, но Джо больше не хотелось с ним общаться. — Ваш тоже, — сказал он и оставил ее в покое. Джо старалась быть незаметной на площадке. Люди работали, а она пришла сюда только чтобы проветрить голову. Но она чувствовала на себе взгляды, которые тут же отводили, стоило ей обернуться. По крайней мере некоторые из этих людей верили слухам, что было весьма печально. Делать с этим ничего не стоило, но все равно это было досадно. Эмма так и не вернулась с обещанным напитком, и, как бы Джо ни не хотелось этого признавать, Тейт был прав: ей пора было возвращаться к тексту. Она направилась в свой кабинет. Эмма и сама догадается, куда она ушла. Но Эмме не пришлось ни о чем догадываться, потому что, когда Джо вернулась, она уже сидела за своим столом. — Ваш кофе, мисс Джонс, — сказала она, протягивая термокружку и избегая зрительного контакта. Джо взяла стакан и решила, что пора встретить проблему лицом к лицу. — Я прошу прощения, если поставила тебя в неловкое положение, — сказала она. — Эти слухи нужно было как-то прокомментировать, но так, чтобы не воспринимать их всерьез. Тейт предоставил мне отличную возможность. — Все в порядке, — ответила Эмма. Джо могла бы оставить все как есть, но ведь именно она втянула Эмму в эту неприятность. — Если тебя это задело, значит, не в порядке. Я больше не буду так шутить. Эмма уставилась на бумаги на своем столе. — Спасибо. — Это действительно скоро забудется, — сказала Джо. — Так всегда бывает. Эмма не подняла глаз. Джо была почти уверена, что та ей не верит. — Ты хотя бы хорошо провела время? — спросила Джо. — Учитывая, что тебе теперь приходится со всем этим разбираться, надеюсь, тебе было хоть немного весело. — Да, — ответила Эмма, наконец встретившись с ней взглядом. Ее улыбка была мягкой. — Хорошо. Я рада, что взяла тебя. Она действительно была рада. До того как пригласить Эмму — да и после тоже — она думала, что, возможно, ей не стоило этого делать. Мама Джо сопровождала ее на каждую церемонию награждения в ее карьере, пока ей не поставили диагноз «рак». В двадцать лет Джо пропустила красные дорожки, наблюдая за ними по телевизору из больничной палаты. Мамы не стало до того, как Джо исполнился двадцать один год. С тех пор Джо никого не брала с собой на премии. Ее младший брат был вечно занят, а отцу все это было слишком неинтересно. Джо знала, что пресса раздует из появления Эммы историю, но у нее не было выбора — к этому моменту ее тошнило от церемоний. И хотя она гордилась своими проектами, гордилась работой, которую проделывала вся команда, награды слишком часто были политизированы и слишком редко доставались тем, кто этого заслуживал. Церемонии были лишь поводом для всех завести полезные знакомства, напиться и воспеть собственное величие. Еще до начала слухов об «Агенте Сильвере» Джо подумывала позвать Эмму. Компания ее ассистентки была куда приятнее общества любого из этих подвыпивших лицемеров. — Почему вы... — начала Эмма. Она опустила взгляд, затем снова посмотрела на Джо. — Почему вы взяли меня? То есть, я знаю, что должна была стать буфером для вопросов об «Агенте Сильвере», но, кроме красной дорожки, никто вас об этом даже не спрашивал. И мы прекрасно знаем, чем закончилось мое вмешательство на этой самой дорожке. Джо вздохнула. — Потому что меня достало, что ко мне подкатывают люди, думающие, что раз я одна, значит, открыта для предложений. — И это была чистая правда. Без пары у нее не было возможности избежать разговоров с теми, с кем ей общаться не хотелось. Она потерла виски́. — Я думала, что скорее получу историю в духе: «Джо Джонс настолько одержима работой, что притащила на премию свою ассистентку», а не «Джо Джонс встречается со своей ассистенткой». — Вы знали, что об этом напишут? — спросила Эмма. — Обо мне всегда пишут. Джо имела дело с прессой, с журналистами и людьми, которым вообще нельзя было позволять называться журналистами, еще с подросткового возраста. Ей следовало бы знать лучше. — Если кто-то будет доставлять тебе дискомфорт, дай мне знать, договорились? — сказала Джо. — Я с этим разберусь. Эмма едва заметно закатила глаза: — Конечно, босс. Но я в порядке. — Любые запросы перенаправляй Амиру, — велела Джо. — Все комментарии, даже комментарии в духе «без комментариев», должны исходить от моего пиарщика. — Разумеется, — кивнула Эмма. — Но с чего бы мне вообще получать какие-то запросы? — Просто на всякий случай. Если Эмма еще не поняла, что репортеры могут раздобыть ее номер телефона или узнать, где она живет, Джо не собиралась подкидывать ей эту мысль. Она искренне верила, что этот слух забудется достаточно быстро, и Эмму никто не потревожит.

***

Однако на следующее утро репортеры все же выяснили номер телефона на столе Эммы. Джо велела ей отключить звук. Тот, кому она была действительно нужна, мог связаться с ней другими способами. Эмма выглядела измотанной: утренние звонки застали ее врасплох. — Я правда не понимаю, почему мы не можем просто сказать, что это неправда, — пожаловалась она. Джо отпила кофе, вспоминая то время, когда Эмма только начала работать ее ассистенткой, как сильно она боялась сказать что-то лишнее. — А что, если я захочу встречаться с кем-то, а этот человек решит, что я встречаюсь с вами? Джо закатила глаза. — Если мужчина тебе не верит, когда ты говоришь, что слухи — ложь, он не стоит твоего времени. — Я не говорила про мужчину, — резко ответила Эмма, и Джо удивленно моргнула. Эмма слегка покраснела. — В смысле... может быть, и мужчину. Но не обязательно. Джо коротко кивнула. — Неважно. Любой, кто в тебе заинтересован, должен тебе доверять. К тому же, — добавила она, уходя от темы сексуальной ориентации Эммы, — комментарий только раздует эту историю, а не заставит ее исчезнуть. Как я уже говорила, за почти тридцать лет в Голливуде я ни разу не обсуждала свою личную жизнь. Если я заговорю сейчас, это будет значить, что в этот раз все как-то иначе, и уж это точно не заставит репортеров перестать звонить. Эмма нахмурилась. — Отсутствие комментариев заставит их перестать звонить, — уверенно произнесла Джо. — Любой комментарий ведет к уточняющим вопросам, а те ведут к просьбам рассказать больше. Когда они поймут, что ты ничего не скажешь, они в конце концов отвяжутся. Джо была права, хотела Эмма в это верить или нет. — Я в этом бизнесе ровно столько, сколько ты живешь на свете, Эмма. Это заставило Эмму тяжело вздохнуть и перейти к оглашению расписания Джо; судя по всему, с обсуждением слухов было покончено.

***

Брат Джо позвонил ей во время обеда. — Джо Джо, у тебя что, появились от меня секреты? — Ты же знаешь, что я ненавижу это прозвище, Винни, — сказала Джо. — И нет, никаких секретов. Винсент рассмеялся: — Да неужели? А выглядит так, будто ты с кем-то встречаешься! — Не верь всему, что читаешь. — Да-да, — усмехнулся он. — Я просто надеялся. Думал, ты наконец-то нашла кого-то, кто готов тебя терпеть. — Она и так меня терпит, — ответила Джо. — Может, тебе тогда стоит с ней встречаться? Джо не удостоила это предложение ответом. — Эти слухи сотворили настоящие чудеса с моей социальной жизнью, — сказала она вместо этого. — Вчера Эвелин, сегодня мой младший братец. Видимо, скоро придется ждать звонка от отца. — Не-а, — сказал Винсент. — Он потом позвонит мне, чтобы узнать подробности. — Ну конечно. Джо была даже рада. В последний раз она разговаривала с отцом на Рождество, и предпочла бы не повторять этого до следующего Рождества. Ей совершенно не хотелось выслушивать его недовольство, даже из-за чего-то выдуманного. — Как там мальчики? Ее племянникам было пять и девять, и они были одними из ее самых любимых людей на планете. Сама она никогда не хотела детей, но в детях брата души не чаяла. Даже будучи по уши в работе, она находила время на их бейсбольные матчи, дни рождения и любые другие события, где они хотели ее видеть. Винсент принялся рассказывать о них, и Джо позволила своему обеденному перерыву немного затянуться.

***

Слухи действительно пошли на пользу социальной жизни Джо. Эвелин снова позвонила в тот же вечер. И снова не начала с приветствия. — Вы попали в Us Weekly. (Прим. пер: это популярный американский еженедельный журнал и новостной портал о знаменитостях, поп-культуре, моде и стиле жизни.) — На данном этапе моей жизни, не думаю, что попадание в журнал заслуживает поздравительного звонка, — ответила Джо. Она сложила столовые приборы после ужина в корзину посудомоечной машины. — Вы с твоей девушкой попали в Us Weekly, — уточнила Эвелин. — Это просто золото. — Она начала зачитывать вслух: — «Ни один список самых стильных звезд не был бы полным без главной пары этой недели: Джо Джонс и Эммы Каплан». В скобках они добавили: «Ее ассистентки! Тс-с!». Они пишут, что она твоя ассистентка, с восклицательным знаком, а потом добавляют «тс-с», типа читатели не должны об этом говорить. — Тебе обязательно читать мне все это? — Безусловно, — ответила Эвелин. И продолжила: — Бла-бла-бла, от каких дизайнеров на вас платья. А потом: «Мы просто поверить не можем в то, как эти двое смотрят друг на друга! Даже на красной дорожке они слишком увлечены друг другом, чтобы утруждать себя взглядами в объективы камер». Джо всерьез подумывала бросить трубку. Она запустила посудомойку. — «Джо так крепко сжимает запястье Эммы, будто боится отпустить ее от себя ни на шаг», — продолжала Эвелин. — «Хотя, судя по тому, как Эмма к ней прижимается, шансов на это и так немного». — Мы можем, пожалуйста, с этим закончить? Эвелин рассмеялась. — Я тебя ненавижу, — сказала Джо. — Ты ненавидишь Us Weekly, — поправила Эвелин. — Я всего лишь гонец. — Если ты с таким наслаждением тычешь мне этим в лицо, статус «гонца» аннулируется, — парировала Джо. Она налила себе бокал красного вина, будучи уверенной, что он ей понадобится, если этот разговор продолжится. — Знаешь, вообще-то тебе стоит ненавидеть саму себя. — О, спасибо за это, — сказала Джо. — Отличный совет, лучшая подруга. — Айя, о чем ты только думала? — воскликнула Эвелин. — Ты больше двадцати лет никого не брала с собой на премии, а потом приводишь ассистентку. Это уже само по себе вызвало бы шумиху, даже если бы ты держала руки при себе. Джо потерла переносицу. — Я думала, что скорее получу заголовки в духе «Джо Джонс одержима работой», — сказала она. Она уже говорила это Эмме, и это было правдой. — Я не думала, что они сделают такую фотографию. — И как только им это удалось? Джо вздохнула. — Эмма решила, что раз я пригласила ее в качестве буфера, то это значит, что она должна вломиться прямо на красную дорожку, когда люди начали выкрикивать вопросы про «Агента Сильвера». — Ты выдрессировала ее как сторожевого пса, или она такой тебе досталась? — Не называй мою ассистентку псом. Эвелин рассмеялась: — Ты же понимаешь, что это объясняет лишь то, почему она оказалась рядом с тобой. Но это все еще не объясняет само фото. То, как ты держишь ее за запястье? То, как вы смотрите друг на друга? — Она чуть не сбежала, — объяснила Джо. — Из-за всех этих камер, направленных на нее. Я удержала ее на месте и рассмешила, чтобы она успокоилась. И ничего больше. Она была там. Она знала, что за этим ничего не стояло. Но копия этой фотографии теперь лежала в верхнем правом ящике стола Джо. Она все смотрела на нее и не могла понять почему. Наконец Эвелин произнесла: — Когда-нибудь это утихнет. — Я знаю, — сказала Джо. — Как Эмма с этим справляется? Джо усмехнулась: — Тем, что совершила передо мной каминг-аут. — Что? Джо пересказала ей весь разговор, к великому восторгу Эвелин. — Я удивлена, что они еще не откопали доказательств ее отношений с другими женщинами, — заметила Эвелин. — Это же отличная пища для сплетен. — Даже не заикайся об этом, — отрезала Джо. — Эти слухи скоро сойдут на нет, а не поднимут вокруг нас еще больше дерьма. — Да-да, конечно. Я не хочу сглазить. — Эвелин сделала паузу. — Хотя, учитывая, что она бисексуалка, возможно, тебе стоит воспринять эти слухи как знак и подкатить к своей Чудо-женщине. — Даже шутить об этом неуместно. — Джо не смогла скрыть резкость в голосе. — И тебе ли этого не знать, адвокат Ю. — Но она тебе нравится, а тебе мало кто нравится. — Она мне действительно нравится, — признала Джо. — Эмма умная, способная, добрая, и она моя подчиненная. То, что она мне нравится, ничего не значит. Ты мне тоже нравишься. По крайней мере, в большинстве случаев. Эвелин рассмеялась, и на этом тема наконец была закрыта.