Траектория падения

Сентябрь. Первая учебная неделя. Дождь зарядил с самого утра — мелкий, противный, сентябрьский. Он барабанил по жестяным козырькам гаражей, превращая и без того унылый промрайон на окраине города в серое месиво из грязи, ржавчины и бетона. Воздух, тяжёлый от запаха бензина, машинного масла и мокрого асфальта, вибрировал от низкого, утробного рёва двигателей. Ким Намджун стоял, облокотившись на бак своего кастомизированного «железного коня», и лениво курил, стряхивая пепел прямо в лужу под ногами. Дождь ему не мешал. Капли скатывались по коротко стриженому затылку, по мощной шее, терялись в вороте растянутой чёрной толстовки с эмблемой старой музыкальной группы. Он был здесь королём. Королём ржавых ворот, дешёвого пива и беспредела. Лидер байкерской группировки «Псы Асфальта». Парни из соседних районов боялись одного звука его имени. И он этим наслаждался. Сегодня было скучно. Обычные разборки, пара разбитых носов, фляга дешёвого пойла по кругу. Школа, которая формально ещё числилась в его биографии, осталась где-то в параллельной вселенной. Он появлялся там раз в неделю, просто чтобы отметиться, и этого, по странной прихоти директора, было достаточно. Никто не хотел связываться с «Псами Асфальта» — даже учителя. Ему хотелось чего-то... другого. Какой-то искры. Его взгляд, тяжёлый и немного пьяный, скользнул к границе их «территории» — старому пешеходному мосту, который соединял промзону с жилым массивом. Там, на фоне жёлтого круга фонаря, возник силуэт. Прохожий. В такое время? Здесь? Идиот или самоубийца. Силуэт приближался, и Намджун невольно выпрямился. Это был парень, примерно его возраста, но абсолютно чужеродный этому месту. Высокий, стройный, в светло-бежевом тренче, который, наверное, стоил больше, чем месячный «заработок» любого из его псов. Тёмные волосы, уложенные волосок к волоску, открывали чистый лоб. В руке — чёрный зонт, а на плече — школьная сумка с логотипом старшей школы Синхва. Их школы. Он шёл по залитому водой асфальту, аккуратно обходя лужи, весь такой чистый, светлый и неправильный. — Эй, Джуни, глянь, какая кукла к нам забрела! — загоготал Минхо, один из подпевал Намджуна, пихая его локтем. — Заблудился, мажорчик? Из нашей школы, что ли? Новенький, видать. «Псы» оживились, засвистели, заулюлюкали. Незнакомец замер на мгновение, подняв голову. Намджун ожидал увидеть страх. Животный, панический страх, который он привык вызывать. Но встретился лишь со спокойным, даже слегка уставшим взглядом. Ни грамма испуга. Только лёгкая тень досады, как у человека, который наступил в грязь новыми туфлями. — Слышь, красавчик, — Намджун оттолкнулся от мотоцикла и, не спеша, перегораживая путь, вразвалочку двинулся к незнакомцу. Остальные, предвкушая шоу, начали окружать одинокую фигуру. — За проход платить надо. Ты правила знаешь? Незнакомец, которого звали Ким Сокджин, остановился. Он аккуратно опустил зонт, хотя дождь уже почти стих, и посмотрел на Намджуна. Не снизу вверх, заискивая, а прямо, как равный. Или даже как учитель на провинившегося ученика. — Прошу прощения, — его голос был ровным, с лёгкой хрипотцой, но совершенно лишённым дрожи. — Я не знал, что городской муниципалитет продал этот мост в частную собственность. Могу я взглянуть на документы? На секунду повисла тишина. Намджун даже моргнул. Сопляки, которые нарывались на грубость, ему попадались. Но чтобы вот так, с вежливым сарказмом, глядя в глаза банде из десяти человек... Такого ещё не было. — Чего? — тупо переспросил Минхо. — Ты борзый, что ли? — Нет, я любознательный, — спокойно ответил Сокджин. — И немного спешу. Завтра в школу, а у меня ещё эссе не дописано. Уголок губ Намджуна дёрнулся в усмешке. Это было... забавно. Этот хрустальный мальчик либо клинический идиот, либо у него стальные нервы. Намджуну стало интересно. Он шагнул ещё ближе, почти вплотную, нависая над Сокджином. От него разило табаком, перегаром и кожей. От Сокджина пахло хлопком, едва уловимым парфюмом и чистотой. — А если я тебя не пропущу? — тихо, с угрозой спросил он, сканируя лицо напротив. Идеальная кожа, пухлые губы, длинные ресницы. Действительно, кукла. Сокджин не отступил. Он спокойно выдержал этот взгляд, а затем его губы тронула лёгкая, почти незаметная улыбка. — Тогда мне придётся слегка огорчиться и опоздать домой. А вы, уверяю вас, будете разочарованы ещё больше. — Это ещё почему? — Потому что нападать на того, кто слабее, без причины — это так банально, — в голосе Сокджина прорезался металл. — А вы, я смотрю, позиционируете себя как люди исключительные. Намджун не понял и половины этих «умных» слов, но тон уловил отлично. Его задело. Задело не как угроза, а как... вызов на его же поле. — Слышь, пацан... — начал было Минхо, хватая Сокджина за плечо. Дальше всё произошло за долю секунды. Сокджин сделал короткое, почти незаметное движение. Удар зонтом по голени Минхо, блок локтем, подсечка. Здоровенный амбал в кожаной косухе с глухим стуком и фонтаном грязных брызг рухнул в ближайшую лужу, заорав от боли и неожиданности. Сокджин поправил сумку на плече и снова перевёл абсолютно невозмутимый взгляд на Намджуна. — Я же говорил. Разочарование. Приятно было познакомиться. Он развернулся и, обойдя стоящего как вкопанный Намджуна, просто пошёл дальше, к остановке, больше не оглядываясь. Псы загалдели, кто-то бросился помогать орущему Минхо, кто-то схватился за монтировку. — Стоять! — рявкнул Намджун. Его голос перекрыл шум. Все замерли, глядя на своего лидера. Намджун смотрел вслед удаляющейся светлой фигуре, пока та не растворилась в пелене снова начавшегося дождя. Внутри у него всё кипело. Унижение? Нет. Злость? Отчасти. Восхищение. Этот чистюля, этот мажор уложил его бойца быстрее, чем кто-либо на ринге. И даже не вспотел. А его глаза... В них не было страха. Только спокойствие и какая-то своя, непонятная Намджуну глубина. — Что, просто так спустим? — прохрипел Минхо, поднимаясь из лужи, весь в грязи. — Я этого хлыща запомнил! Намджун медленно повернулся к нему. Его глаза, тёмные и опасные, сузились. — Запомнил он, — процедил он. — Забудь. — Но, Джуни!.. — Я сказал, забудь! — рыкнул он так, что Минхо отшатнулся. — Он мой. Намджун достал новую сигарету, чиркнул зажигалкой и жадно затянулся. «Школа Синхва», — прочитал он нашивку на сумке, когда тот проходил мимо фонаря. Значит, новенький. Значит, они увидятся. И очень скоро. Этот лощёный слизняк посмел выставить его идиотом на глазах у его же стаи. Он ответит. Намджун лично сломает этот айсберг. Он заставит его бояться. Асфальт всегда побеждает шёлк. Вот только Намджун ещё не знал, что война, которую он только что объявил у себя в голове, изменит не Сокджина. Она изменит его самого.